On-line: гостей 0. Всего: 0 [подробнее..]
АвторСообщение
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 235
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:40. Заголовок: Новое Начало - Альтернатива. Часть III (Главы 14-25)


Название: Н.Н. - Аль. Ч. III (1-7) (8-13) (14-22) - Война на восемь сторон света.
Автор: Shin-san (Shinsan@yandex.ru)
Бета: Янина (joyleaf@mail.ru), Элериан (omega151@mail.ru).
Рейтинг: R.
Направленность: Гет.
Пэйринг: ГП/НЖП.
Жанр: AU, Экшн, Дарк.
Дисклеймер: что не моё - принадлежит Леди Дракула аka Mystérieux Shadow (согласие автора на препариование ее фика получено) и еще какой-то тете по фамилии Роулинг.
Саммари:
Вся книга: Всем недовольным фанфиками «Властелины Стихий» и особенно «Новое начало» посвящается.
Альтернативный вариант «Нового начала» - сиквела «Властелинов стихий».
Время повернулось вспять – но Драко и Северус сохранили память о произошедших событиях. Обретя силу и возможности Лоно Хара, они поднялись на неизмеримо высшую ступень над «обычными» магами. Но, как говорится, «Не считай себя самым сильным – всегда найдется сильнее». Или, как минимум равный.
Часть III: Лоно Хара и ее правители, незыблемая империя, распространившая свою власть на многие миры и правящая ими тысячи лет. А с другой стороны — стремительно набирающийся темную мощь Гарри Поттер. Они оба не привыкли уступать и предпочитают говорить с позиции силы. А что бывает, когда две стороны разговаривают друг с другом с позиции силы? Ответ прост - война.
Размер: Макси.
Статус: В работе.

Обсуждение: Сюда


P.S. Для лучшего понимания многих событий и фактов настоятельно рекомендую хотя бы по диагонали ознакомиться с оригиналами:

Властелины Стихий
Первая трилогия:
Властелины стихий. Часть I.
Властелины стихий. Часть II.
Властелины стихий. Часть III.

Новое Начало
Вторая трилогия:
Новое начало. Часть I.
Новое Начало Часть II.
Новое Начало Часть III. Эпилог

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Ответов - 20 [только новые]


Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 254
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.03.10 10:20. Заголовок: Глава 14. За Хогварт..


Глава 14. За Хогвартсом, под Хогвартсом.


Долина Эпплби не полыхала кострами, и дымное зарево не вздымалось над пожираемыми огнем крышами казарм и прочих зданий, как несколько недель назад, когда команда Гарри Поттера прибыла сюда для решающей и одновременно своей дебютной битвы. Но это вовсе не означало, что на сей раз ситуация складывалась лучше, чем тогда. Наоборот, все было гораздо, гораздо серьезнее.
Серо-зеленые, тихо стрекочущие скрийлы ничего не поджигали и ничего не разрушали, как Упивающиеся в кровавом угаре боя, но любой, кто попадался им на пути, был обречен. А за заполняющими аврорскую базу потоками насекомых, ничуть не скрываясь, в полный рост, шествовал лорд Вольдеморт, буквально купающийся в своем триумфе.
Маги ничего не могли противопоставить скрийлам, это выяснилось еще при первой атаке на Хогвартс. Врожденная антимагия делала насекомых совершенно невосприимчивой к любому колдовству, а иначе авроры, как и все прочие волшебники, сражаться просто не умели. И изогнутые клинки скрийлов, раны от которых, пусть даже не смертельные, не могло залечить ни одно известное волшебство, были способны вырезать всех, до кого смогут дотянуться. Аврорам оставалось либо бессмысленно гибнуть, либо отступать, но как долго могло продолжаться это отступление? От Хогвартса? От Эпплби? От Косого переулка и Министерства магии с больницей св.Мунго?
Валькери сдержала свое слово, предоставив брату оружие, позволяющее прокатиться по всей магической Англии огнем и мечом. Единственное, чего она не учла, было разнообразие методов ведения войны, к которым прибегал ее основной враг – Гарри Поттер.
- Сам видишь, Поттер, надежда только на тебя, - буркнул Хмури вместо приветствия. – Магия этих тараканов-переростков не берет, а на мечах мои люди сражаться не умеют. Да и нет у нас мечей этих…
- Мечи вам и не понадобятся, - дернул подбородком Гарри. – Продолжаем отходить, Реддль не сможет устоять перед искушением и непременно натравит на нас свой рой. И вот тогда…
После, несколько дней спустя, Крис поделился со старшими товарищами своими впечатлениями от произошедшего. Вторая битва при Эппбли напомнила ему какой-то маггловский фантастический фильм, в котором инопланетные захватчики, вторгнувшиеся на Землю, ошибочно предположили, что у людей давно наступила эра лучевого оружия, и десантировались облаченными в противолазерную броню и щиты. И каким же фатальным сюрпризом для них стало то, что вся их защита легко прошивалась оболоченным свинцом! Естественно, пришельцы были разгромлены и изгнаны с родной планеты, главный герой со спасенной пышногрудой блондинкой, согласно жанру, поехали на закат. Но суть была даже не в сюжете фильма, а в ошибочности и инерционности мышления, к которым (возможно, неосознанно) апеллировали его создатели. В данном случае чистокровных магов. И даже лонохарцев. И даже Валькери, не понаслышке знакомой с маггловской техникой.
И когда авроры Хмури, стремительно аппарируя скачками по сотне метров, окончательно оставили базу и отступили перед накатывающими на их порядки сотнями скрийлов, нетерпеливо подгоняемыми их новоиспеченным командиром, стоящим в отдалении, Гарри дал команду близнецам.
- Энгоргио! – произнес заклинание Фред, и небольшой, со спичечный коробок, предмет, лежавший на земле перед близнецами и стоявшей рядом с ними Окой, стал быстро увеличиваться, превращаясь в какую-то сложную конструкцию.
Представшее глазам магов зрелище, заставило их впасть в легкий ступор, несмотря на критичную ситуацию. Всех, кроме Окой, Рен и Поттера, с довольной миной потиравшего подбородок - он был в общих чертах в курсе проекта близнецов.
Скорострельность маггловского оружия ограничена многими факторами: законами трения и термодинамики, скоростью горения пороха, «прожорливостью оружия», наконец – ведь сверхвысокая скорость стрельбы повлечет и сверхвысокий расход боеприпасов, а целый грузовик патронов рядом с каждым стрелком не поставишь. Да и целям, против которых задумывалось большинство автоматического оружия, вполне «хватало» имеющихся темпов ведения огня.
Но не Фреду и Джорджу Уизли, для которых неуемный технический интерес скрещения магии и техники, помноженный на необходимость в действенном оружии, стали достаточным стимулом для творчества.
Главным элементом сооруженной ими огневой платформы были четыре американских шестиствольных пулемета M134 Minigun, надежных, обкатанных временем машинки, чья механика работала не на электроприводе, а на энергии отводимых пороховых газов – электроника и магия довольно плохо совмещались, как успели опытным путем выяснить братья. Но вот все остальное…
Металл стволов был обработан тончайше выверенной магией, из-за чего он стал на порядок прочнее, а коэффициент трения внутри ствола и всех механизмов заряжания и подачи патронов был сведен почти к нулю. Вдобавок каждый шестиствольный блок спиралью обвивала металлическая полоса с зафиксированным охлаждающим заклинанием.
Учитывая предполагаемую скорострельность, чудовищный запас боеприпасов, частично купленный, а частично сотворенный реплицирующими заклинаниями, с легкостью уместился в четырех контейнерах с уменьшающей и облегчающей магией, из которых к пулеметам веди жесткие короба транспортеров патронных лент. По бокам орудий торчали широкие, изогнутые лотки отражателей – близнецы вовсе не хотели, чтобы их завалило стреляными гильзами в первые же секунды после открытия огня.
Вся эта немаленькая конструкция крепилась на вращающейся станине, цепко упиравшейся в землю четырьмя стальными лапами, по центру которой стоял простой «паутинный» прицел, - про прицельность стрельбы из этого порождения рыжих гениев речи не шло изначально, - и две рукоятки с гашетками спуска.
Рассмотрев огневую платформу как следует, Норт только уважительно присвистнул, Гермиона покачала головой, а Криса разобрал безудержный смех – он в достаточной мере насмотрелся маггловских фильмов вместе с Эдвардом, чтобы понимать, на что может быть способна подобная игрушка.
А близнецы уже изготавливали свою поделку для торжественной встречи наступающих скрийлов.
- Окой-сан, - обратился к японке Фред. – Не окажете ли вы нам честь, дав команду стрелять?
Девушка молча вышла вперед и встала сбоку от рукотворного огнестрельного монстра близнецов. Затем извлекла из-за отворота кимоно свой веер и, получив утверждающий кивок, взмахнула им, неожиданно громко и звонко выкрикнув:
- Утэ!!!
И Джордж вдавил гашетки до упора.
Сначала холодно засветились, наполнившись остужающей магией длинные полосы, обвивавшие шестиствольные блоки пулеметов, а потом из самих стволов, слепя глаза, забили переходящие в четыре дрожащих луча длинные языки белого пламени. Транспортеры лент, пропуская через себя сотни патронов, задрожали, как в лихорадке, от отражателей по сторонам заструились четыре фонтана латунных гильз, а звук…
Звук стрельбы обычных шестиствольных пулеметов и пушек системы Гатлинга, используемых магглами, напоминает громкий треск, похожий на расстегивание громадной застежки-молнии, или на то, как если бы под бешено вращающийся вентилятор суют свернутый в трубку журнал. Но кардинально переделанное и ускоренное детище братьев Уизли издавало не треск, а счетверенный вой такой высоты и силы, что Окой, зажав уши ладошками, отскочила назад и в сторону.
Первые наступающие ряды скрийлов, а затем и остальные, были в один миг сметены и разорваны в клочья сплошным потоком пуль, а потом пыль, поднявшаяся столбом из-за сотен попаданий в землю, скрыла всех атакующих из виду. И немудрено – изначальная скорость стрельбы маггловских пулеметов в 4000 выстрелов в минуту стараниями близнецов возросла более чем в десять раз. И была умножена на четыре. Джордж, не отпуская спуск, продолжал вести огонь, плавно водя своей вибрирующей и изрыгающей смерть платформой влево-вправо, чтобы ни один из новообретенных вольдемортовых солдат не остался обделенным.
Прошло не больше минуты, прежде чем четыре пулемета, сожрав в бешеном темпе все боеприпасы, замолкли. Только со свистом крутились останавливающиеся стволы.
- Ух ты, как палит, не оторвешься, - ошалело пробормотал Джордж, с трудом распрямляя сведенные на рукоятях пальцы. Близнецы, как авторы чудо-конструкции, предполагали её потенциальную огневую мощь, но результат превзошел даже самые смелые ожидания, и выглядели они не менее ошарашенными, чем наблюдавшие за бойней авроры.
Тем временем пыль успела осесть, и взглядам оборонявшихся предстала чисто и мелко перепаханная площадь размером в несколько гектаров, щедро удобренная разорванными кусками плоти, оторванными лапами и осколками толстого хитина. Но даже несмотря на богатое удобрение, там вряд ли что-то могло вырасти: металла в земле было едва ли не больше, чем самой земли.
А сбоку, укрывшись за магическим щитом, пребывал в оцепенении лорд Вольдеморт, в один миг лишившийся недавно обретенной непобедимой армии. У него уцелело лишь трое скрийлов, находившихся неподалеку и успевших укрыться за щитом своего хозяина.
Ситуация сложилась почти комичная – один Вольдеморт с тремя скрийлами против всей команды Поттера и почти двух сотен авроров.
И первым очнулся Хмури.
- Взять его!!! – повелительно выкрикнул он, и строй авроров послушно всколыхнулся, как набегающая волна. Но пришедший в себя Реддль не стал долго ждать, исчезнув в мутном пятне с хлопком аппарации.
- Сбежал, - раздались разочарованные возгласы, но тут их перебил уже Поттер:
- Сбежал? Да куда он может сбежать, кроме Хогвартса? Надо немедленно развивать успех – у Вольдеморта не осталось ни драконов, ни гигантов, ни дементоров! Даже скр… этих воинов-насекомых у него уже не осталось! Мистер Хмури, немедленно командуйте общий штурм Хогвартса, и я вам гарантирую – еще сегодня над ним будет развеваться наше знамя!
Но Хмури и сам, обладая чутьем опытного волкодава, почувствовал, что враг не отступает, а уже именно бежит, спешно ища нору, где можно было бы укрыться.
Достав целую вязанку волшебных зеркал связи, он спешно зачитал приказы, а потом, даже не пользуясь Сонорусом, громко рявкнул:
- Все к Хогвартсу! Общая атака по предыдущему плану!
Вокруг начали раздаваться дробные хлопки – авроры группами и поодиночке перемещались к Хогсмиду, Запретному Лесу и квиддичному полю, где проходила антиаппарационая граница Хогвартса. А вслед за людьми Хмури, повинуясь полученным приказам, к замку снова стали стягиваться и все остальные боеспособные части Аврората. План общего наступления был известен бойцам с прошлого неудавшегося штурма, но теперь он имел все шансы на успех.


***


Вечернее небо над Хогвартсом пылало – все прибывающие авроры и остервенело дравшиеся за свою жизнь Упивающиеся сцепились в жестоких схватках, рассыпавшихся очагами по всем подступам к Хогвартсу. Светлые волшебники напирали и напирали – они уже видели близкую победу, и это давало им дополнительный приток сил. Но темные маги, прижатые спиной к стене, ожесточенно сопротивлялись, тем более, что в последней обороне Хогвартса участвовали наиболее стойкие и фанатично преданные Темному Лорду люди и нелюди.
Друзья Гарри растянутые цепочкой среди штурмующих отрядов, вносили в сражение свою весомую лепту, проламывая линии обороны, как стенобитные орудия, а вслед за ними, расширяя прорывы, устремлялись и авроры.
Лишь сам Гарри, раздав своим необходимые инструкции, сметая все на своем пути, прошел к замку и скрылся в его бесконечных переходах.


***


Кри-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и... - дерущий уши скрежет острой стали по камню, отдавался многократным эхом по коридору, ведущему к отстроенному слугами Вольдеморта помпезному спуску в Тайную Комнату.
Звук приближался, и наконец, навстречу слугам Темного Лорда, оставленным для обороны внутри замка и еще не успевшим как следует запаниковать, из-за поворота, не спеша, вышел поблескивающий круглыми очками парень, одетый в темно-серую одежду, которую сверху покрывало нечто вроде длинного, до пят, жилета или мантии без рукавов. В правой, обнаженной по локоть руке, он держал длинный, чуть изогнутый меч, чье опущенное вниз и густо запятнанное чем-то бурым лезвие безо всякого сопротивления прорезало острием в стене на уровне щиколотки неровную, глубокую борозду, издавая тот самый громкий пренеприятнейший звук. В левой же руке молодой человек лениво крутил волшебную палочку. И в такт ее оборотам негромко напевал себе под нос:
- Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс…
- Авада Кедавра! - полетело в него сразу несколько смертоносных заклятий.
Юноша лишь слегка шевельнул палочкой - но зеленые смертоносные струи отразились от закрывшего цель «Протего» и уложили две трети нападавших. Остальные пустились наутек, однако далеко удрать не сумели: из ближайших теней, отбрасываемых рыцарскими доспехами, расползшихся неровными пятнами по стенам и потолку, вырвался целый частокол абсолютно черных то ли толстых игл, то ли длинных тонких сосулек. Они мгновенно пробили весь коридор сверху донизу и по диагонали, заодно пригвоздив к стенам и полу неудачливых беглецов. Пригвоздили и тут же втянулись обратно в породившие их тени.
- …наш волшебный дом! – закончил куплет Поттер, перешагнул через заплывающие темными лужами тела и направился дальше. - Научи нас хоть чему-нибудь, молодых и старых, лысых и косматых, возраст ведь не важен, а важна лишь суть!
Наверное, сотни или тысячи раз спетая в этих стенах песенка на этот раз, рассыпаясь дробным эхом в пустых коридорах, звучала жутковато.
Уже подходя к широкому спуску вниз, ступеньки которого были облицованы темно-зеленым мрамором, а низкие перила - оформлены в виде змей и василисков, Гарри склонил голову набок, словно прислушиваясь к чему-то, и внезапно громко заорал:
- Томми! Тебе еще не надоело прятаться?! Это по меньшей степени невежливо для вроде как хозяина здешних мест! Ведь когда ты с целой сворой незваных гостей ввалился в мой дом, я сразу вышел, чтобы засвидетельствовать тебе свое почтение! Правда, ты как-то слишком быстро удрал, находчиво прячась за спины прислужников своей сестрицы, но теперь я сам пришел к тебе с ответным визитом, и мы сможем окончательно решить все наши взаимные недоразумения. А, вернее, исправить то, что ты по какому-то неясному мне недоразумению все еще жив. Я иду, Том, я уже иду...
Спустившись в Тайную Комнату, которую Поттер помнил как заброшенный, залитый затхлой болотной водой, почти сотню лет пустующий склеп, он неторопливо, не таясь, пошел по центральному проходу между толстыми колоннами, увенчанными мордами змей.
- А ты тут неплохо обосновался, Том, - все так же громко, на весь подземный зал, отметил Гарри и медленно повернулся вокруг своей оси, широко раскинув руки с мечом и палочкой. – Наверное, рассчитывал пожить здесь подольше? Что ж, думаю, мы с Дамблдором сможем это устроить. Как, например, такой вариант: остаться здесь вместо убитого мной василиска? Что же это будет за Тайная Комната без сидящего в ней монстра? Правда, лазать по трубам и охотиться на учеников мы тебе не дадим, прости – придется ползать исключительно здесь, скованному цепью так, чтобы не смог подняться выше четверенек, и каждый ученик будет иметь право спуститься сюда и потыкать палочкой бывшего Великого Темного Лорда или даже пнуть его ногой, если пожелает…
- Авада Кедавра! – зеленый росчерк ударил в Поттера из-за предпоследней колонны, но тот был наготове и смертельное заклинание отрикорешило от невербально поставленного «Протего».
- Мир просто полон чудес, не правда ли, Том? – усмехнулся Гарри. – Главное из Непростительных заклятий, оказывается, все же можно отбить, авроры снова под стенами Хогвартса и практически заняли его, дорогие подарки сестрицы не всегда являются абсолютной палочкой-выручалочкой, а Гарри Поттер загнал тебя в угол. Одно слово – волшебство…
Поняв, что скрываться бесполезно, Вольдеморт вышел из-за колонн, окруженный тремя уцелевшими скрийлами. Подчиняясь безмолвному приказу, насекомые бросились в атаку, но прожили недолго – для меча Гарри ни изогнутые антимагические клинки, ни невосприимчивые к магии хитиновые панцири скрийлов, не являлись преградой. Все было кончено за три взмаха и, миновав разрубленные туши, истекающие желто-розовой кровью, Поттер подошел к Реддлю еще ближе.
- Ну что, Том, лазеек у тебя за спиной уже не осталось? – бездонные зеленые глаза, не отрываясь, глядели в красные, и Вольдеморту, несмотря на разделяющие их с Поттером почти десять метров, почудилось, что окровавленный меч ненавистного гриффиндорца уже приставлен к его шее. – Знал бы ты, как я желаю пообщаться с тобой в приватной обстановке, но… я более чем уверен, что мы все еще не одни.
- Эй, нинтшаа! – громко выкрикнул Гарри, перейдя на язык Хаоса. – Я же знаю, что вы здесь, что вас снова приставили няньками к этому кровожадному уроду! Или мне снова попробовать отрубить ему руку или снести голову, чтобы вы вышли на свет? Неужели лучшие воины Лоно Хара неспособны ответить на вызов одного-единственного человека?
По Тайной Комнате пронесся еле слышный шорох, и из затемненных углов, теней от колонн, буквально из сумрачного воздуха подземелий вышли - хотя нет, скорее, вылепились - пять фигур, облаченных в сплошь закрывающие тела темные одежды.
- Ну, вот и славно, - Поттер слегка склонил голову. – Вас хотя бы не пришлось долго уговаривать. Но я все же подстрахуюсь от того, что произошло в прошлый раз.
Гарри взмахнул рукой, словно делая приглашающий жест, и выхватил из ниоткуда сплошь сотканный из магических символов сиреневый шар размером с крупное яблоко. Который через миг вспыхнул и разлетелся на отдельные знаки, впечатавшиеся в пол, стены и потолок и соединившиеся тонкой, мерцающей сетью.
- Вот теперь все в порядке, - удовлетворенно кивнул юноша. – В этот раз вы от меня не сбежите.
Один из нинтшаа быстро сложил пальцы в серию сложных и последовательных фигур, но охватившая Тайную Комнату сеть только вспыхнула на секунду ярче, никуда не исчезнув.
- Нет-нет, уж извините, - покачал головой Поттер, убирая в наручный чехол свою волшебную палочку. – Это вам не «простая» магия людей, которую вы, лонохарцы, способны разрушить и заблокировать одним своим заклинанием. Это кое-что совершенно иное… Тайная комната теперь откроется только в двух случаях – либо если этого пожелаю я, либо, как легко догадаться, если я погибну. А еще мне нужен ваш подопечный. В личное и неограниченное пользование. Намек ясен?
И он направил острие Тэцу на ближайшего нинтшаа.
Тем не пришлось повторять дважды – не тратя времени на разговоры, пятерка лонохарцев как по команде окружили Поттера со всех сторон, оставив дистанцию в пять-шесть метров. На Реддля, застывшего у стены, внимания уже никто не обращал.
А Гарри Поттер, опустив меч и зажатые в левой руке ножны, спокойно стоял в середине круга врагов. И скупо улыбался, словно сдерживая переполнявшую его радость.
Первого удара не заметил никто – блеснул тусклый зайчик на лезвии меча, фигура Поттера словно размазалась в серый поток, и голова нинтшаа, стоявшего почти за его спиной, и, вероятно, меньше всего ждавшего нападения, слетела с плеч, ударилась об пол, несколько раз подскочила и покатилась, как детский мяч.
У обезглавленного трупа из пальцев со звоном выпал черный меч, подогнулись колени, а когда он ударился об пол, из рассеченной шеи вырвался булькающий звук, и широким потоком плеснула темная кровь.
- Если бы вы только знали, - негромко проговорил Гарри, обращаясь то ли к нинтшаа, то ли к своим тремстам призракам, заключенным в мече, - как порой это утомляет – все время сдерживаться...
И они, четверо оставшихся в живых нинтшаа и Поттер, кинулись друг на друга.
Через несколько секунд Вольдеморт, из участника событий превратившийся в зрителя, заморгал и с трудом подавил совершенно детское желание протереть глаза.
Нинтшаа, лучшие спецы тайной войны в Лоно Хара, непревзойденные шпионы и искусные фехтовальщики, сражались не с человеком, а с какой-то ожившей тенью, которая и не думала им уступать.
Реддль тряхнул головой, не в силах поверить, что зрение его не подводит. Поттер, казалось, то растворялся, то вновь обретал плоть – его поглощала едва заметная в сумраке подземелья густеющая черная дымка, гриффиндорец перемещался и орудовал мечом с немыслимой скоростью. Его длинный клинок будто превратился в матово блестящий туман, сферу тусклых отблесков, словно воздух резал не один, а целая дюжина мечей.
Клубок вихрей, стремительно перемещающийся по Тайной Комнате, и рассыпающий по ней пронзительный звон стали, распался, и из него, повиснув на троне Вольдеморта, вывалился еще один обезглавленный нинтшаа. Противники разорвали дистанцию и остановились, не сводя глаз друг с друга.
Поттер довольно ухмылялся. Хотя на его правой щеке уже сочился кровью длинный порез, одежда могла похвастаться десятком прорех и разрезов, а на левом плече медленно расплывалось темное пятно, было видно, что он почти наслаждается происходящим. А, вглядевшись в его глаза за очками, Вольдеморт невольно отстранился.
Там снова, как и прежде, плескалась жадная, алчная чернота. Только на этот раз она почти вытеснила природный зеленый цвет.
- Пора заканчивать, - выдохнул Поттер, перехватив поудобнее Тэцу, по лезвию которого стекали густые тёмные капли. – Вы славно бились, и я знаю, что такое приказ и долг, но вы стоите у меня на пути и ни за что не отступите и не сдадитесь. Так что выбора нет.
И, словно соглашаясь с ним, трое нинтшаа, вскинув мечи, снова атаковали его.
Опытный боец-одиночка, как ни странно, только выигрывает, если на него нападает группа таких же бойцов-одиночек. Они не умеют биться в команде, большей частью мешают друг другу и позволяют обороняющемуся пользоваться множеством уловок, наподобие обманной атаки одного и реального удара по другому. Но вот если нападающие имеют опыт схватки группой, приучены чувствовать и понимать движения своих товарищей, тогда ситуация складывается совсем иная.
Будь на месте Гарри даже не самый последний лонохарский мечник, он не продержался бы долго против трех воинов тени. А против пятерых – и подавно. Но с Поттером все вышло не так. Сплавленное воедино фехтовальное мастерство десятков мастеров, помноженное на могучую подпитку нашедшим приют мраком, явилось достойным ответом и искусству противника, и его численному преимуществу.
Трое опытных нинтшаа нападали со всех сторон, из всех плоскостей, из подкатов и из прыжков. Но везде вороненая сталь их мечей сталкивалась с зеркально-полированной, а скрытые в глубине надвинутого капюшона глаза, натыкались на два озера живой тьмы, глядящих на них без капли страха, лишь с жестоким интересом.
Нинтшаа к подобному не привыкли, и это тоже стало одной из соломинок, что в поговорке переломили спину верблюду.
Двое воинов погибли почти одновременно, как и их предшественники, лишившись голов – несмотря на слегка «отпущенные» вожжи своей темной половины, Гарри дрался без ненужной жестокости, стараясь убивать сразу, без мучений.
Но последний держался стойко и успел наставить Поттеру отметин по всему телу, прежде чем Гарри, разозлившись и еще глубже нырнув во мрак, черпнул со дна темной, тягучей силы и просто исполосовал своего противника, молниеносными росчерками клинка пройдясь снизу вверх и нанеся нинтшаа множество глубоких секущих ударов от головы до пояса. Тот выронил иззубренное в схватке оружие, а вслед за ним опали и рассеченные одежды, и Поттер смог увидеть, что же именно представляют собой грозные посланцы Лоно Хара. Видимо, их дальними предками были лемуры или какие-то другие ночные существа, оставившие им в наследство гибкие, мускулистые тела, бледную, безволосую кожу и огромные, в треть лица, выпуклые глаза, которые сейчас стремительно мутнели.
- Thaai’shaar Lono Khaauura, - прошептал маленький, подковообразный рот, а потом свистнувшее лезвие окончило страдания верного слуги Дракул.
- Во имя величия Лоно Хара, - повторил Гарри последнюю фразу нинтшаа. – Интересно, сколько же вас она пошлет на смерть из-за этого величия?
Помолчав, он достал уменьшающий мешок и собрал в него все пять отсеченных голов, а тела движением брови превратил в жарко полыхающие костры.
И лишь потом повернул слегка забрызганное кровью лицо к стоявшему неподалеку Реддлю.
- Ну, вот и все, Том. Больше не осталось никого, кто бы встал между тобой и мной.
Вольдеморт следил за медленно приближающимся к нему Поттером, и его сердце начало неуклонное падение куда-то в желудок – по полу к парню, как змеи, стекались полосы густой тени, за спиной, словно развевающийся плащ, сгущался мрак; лицо погруженное в тень, являло только кривящиеся в ухмылке губы, а затем… на Реддля словно прыгнуло что-то, порожденное жутчайшим ночным кошмаром – сплошное переплетение десятков острых лап, бритвенных жвал и раскрытых челюстей и россыпи горящих бешеной злобой и ненавистью глаз.
Тишину Тайной комнаты разорвал долгий, протяжный вопль, в котором было только одно – безумный ужас.


***


Прошло уже полчаса с тех пор, как авроры, сметя совместной атакой последний заслон вольдемортовых слуг, проникли в Хогвартс и с упорными боями начали выбивать темных магов из его многочисленных коридоров и закоулков. В этот раз сдачи противнику не предлагал никто – спаянные группы авроров короткими ударами продвигались вглубь замка, оставляя за собой лишь распластанные на каменном полу тела, а, порой, и вышвыривая особо упорных слуг Вольдеморта из окон.
Казалось, в этом штурме аврорам помогал сам замок, то передвигая лестницы и отрезая Упивающимся путь к бегству, то возводя новые стены или убирая двери прямо у них перед носом. Весомую помощь оказали многочисленные живые портреты. Опасавшиеся даже высунуть нос из-за рам все то время, что в древних стенах хозяйничал Вольдеморт, теперь нарисованные волшебники и волшебницы стремительно перемещались с картины на картину и действовали как заправские разведчики, поднимая громкий шум и гвалт при виде новой группы Упивающихся. А уж от призраков в пределах замка не мог укрыться никто.
И именно они первыми принесли эту весть.
- Тот-Кого-Нельзя-Называть – мертв! – пролетая сквозь стены и самих сражающихся, на пару скандировали Почти Безголовый Ник и хаффлпафский толстяк-монах. – Он мертв! Он убит! Гарри Поттер победил Темного Лорда!
Такое известие, даже будучи непроверенным, резко прибавило боевой злости атакующим и еще больше деморализовало даже самых стойких обороняющихся, некоторые из которых немедленно бросили палочки и вскинули руки вверх.
Новость стремительно облетела всех сражающихся в замке, но только те, кто оказался поблизости от нового входа в Тайную Комнату, смогли убедиться в словах привидений воочию.
По коридору, ведущему из глубин замка к главным дверям, неторопливо шел Гарри Поттер и, не напрягаясь, волок за собой за ногу тело Лорда Вольдеморта. Его дорогие черные и темно-зеленые одежды покрывала грязь, руки с кистями, похожими на дохлых пауков, были скрючены, а безволосая голова с блеклыми, как у снулой рыбы, потерявшими былой алый цвет глазами и залитым черной кровью раскрытым ртом, болталась из стороны в сторону.
Гарри шел к выходу, и везде, где он проходил, сражение замирало и становилось тихо, как в склепе. Авроры, пользуясь остолбенением противников, тут же сноровисто сковывали им руки и, подталкивая пленных в спину палочками, шли вслед за Поттером. Когда Гарри со своей ношей прошел главные ворота, за ним уже следовала целая процессия, а впереди, образовав коридор, стояли те, кто сражался снаружи. В рядах авроров виднелись и друзья Поттера.
Вытащив поверженного Темного Лорда из замка, Гарри Поттер отпустил его, оставив тело для всеобщего обозрения. А потом, подняв над головой знаменитую волшебную палочку из тиса, резко и с искрами сломал ее и бросил обломки на труп.
- Все. Темного Лорда Вольдеморта больше нет, - произнес Гарри и словно подал этой фразой команду. Толпа авроров тут же взорвалась неистовыми криками и воплями, в небо полетели струи огня и фейерверков, а самого Поттера подхватили на руки и, подбрасывая, потащили вокруг замка. Гарри вполне представлял, что его ждет, и потому смиренно вынес и «круг почета», и многочисленные рукопожатия, объятия, хлопки по плечам и жаркие поцелуи авроров-женщин. Но эту неизбежную плату за победу он отдавал с легким сердцем, потому что тоже был искренне рад за соотечественников. Конец войне, конец смертям - все это дорогого стоило.
Только через полчаса он сумел вырваться из толпы искрящихся от радости магов. Как оказалось, за это время Хмури успел многое: организовать охрану тела Вольдеморта – слишком многие хотели сделать с ним что-нибудь в отместку за все, - разослать посыльных с добрыми вестями в Аврорат и Министерство, сдвинуть кольцо блокады ближе к Хогвартсу и объявить последним сторонникам Темного Лорда, окопавшимся в замке, окончательный ультиматум. Сложившим оружие гарантировалась жизнь.
И еще через полчаса все оставшиеся Упивающиеся Смертью сдались. Спешно организованный пересчет пленных выявил отсутствие только трех известных Упивающихся – Люциуса Малфоя, Ричарда Мальсибера и предателя Питера Питтегрю. Все остальные члены Ближнего Круга были в наличии, хотя и большей частью мертвые, как не пожелавшие сдаваться Уильям Пакстон и Рабастан Лестранж. В плен были взяты Гойл-старший, Долохов и полумертвый Джагсон. Также в коллекцию аврорам угодил и Фенрир Сивый, в бешенстве, с пеной у рта грызущий опутывающие его веревки Инкарцеро и изрыгающий несусветную ругань, пока его не заткнули «Силенцио».
Все участники штурма поздравляли друг друга, обнимались, от души лупили по спинам, кто имел сов или умел посылать сообщения с Патронусами – сообщали радостную весть родным и знакомым.
Ощущения радости, надвигающегося праздника, по сравнению с которым празднование, охватившее волшебный мир Англии после первого падения Вольдеморта покажется детским утренником, кольцами расходилось от отвоеванной Школы Чародейства и Волшебства по все стране. Хогвартс был взят, война окончена.

Но только э_т_а война…

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 255
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.03.10 10:21. Заголовок: Глава 15. Рубикон. ..


Глава 15. Рубикон.


Небо в Лоно Хара было не таким как на Земле. Оно отливало перламутровой лазурью, а к горизонту становилось бледно-лиловым, словно глубокими шрамами рассеченным полосами светлых, перистых облаков.
Гарри Поттер сидел, подогнув под себя ногу, на округлом, нагретом полуденным солнцем камне, покусывал сорванную травинку, лениво крутил головой то вправо, то влево и ждал. Вокруг него расстилался широкий зеленый луг, на востоке лежала гряда островерхих холмов, к подножию которых подступал необычно густой, словно сросшийся кронами в единую шапку лес, а на севере, за широкой спокойной рекой, над стеной деревьев виднелись двойные выгнутые крыши не то сторожевого форпоста, не то небольшого замка.
Прошло уже более получаса с тех пор, как Гарри, использовав даймонскую магию, проник в соседний с Землей мир. Но на этот раз, по сравнению с поисками следов слуг Джелара, он не пытался скрыть свое присутствие – напротив, проход между мирами был сделан нарочито грубо и «громко» - все равно, что войти в магазин Косого переулка не через дверь, а через предварительно разнесенную вдребезги витрину. И результат не замедлил себя ждать – уже спустя несколько минут к нему пожаловало трое воинов верхом на ахенорах. Чего Поттер, собственно, и добивался.
Встреча не обошлась без некоторого недопонимания: стража категорически отказалась связываться с кем-то, кто имел бы полномочия известить их правительницу и главу Ордена Хаоса, что ее названный брат, Пиро`сар Гарри Поттер, прибыл в Лоно Хара и желает побеседовать со своей венценосной родственницей. Более того, вышеупомянутая стража попыталась препроводить нарушителя в темницу, о чем очень быстро пожалела, - Гарри скосил взгляд на лежащую неподалеку кучку из трех мечей с ножнами и перевязями, пяти-шести разнокалиберных кинжалов и пары двойных арбалетов, - и была отпущена восвояси, пусть и изрядно помятая и в синяках, но зато с целыми руками и ногами, да вдобавок еще и верхом.
Напавшие на Поттера дозорные лонохарцы даже не догадывались, насколько им повезло; очень немногие, поступившие столь же опрометчиво, прожили достаточно долго, чтобы пожалеть о своей ошибке. Но сейчас юноше было необходимо поддерживать крайне миролюбивое амплуа. Поддерживать до определенного времени…
От мыслей Гарри отвлек гул раскрывающегося неподалеку магического портала. В воздухе возникла искрящаяся вертикальная нить, стремительно расширилась, открывая разлом, и по показавшейся из него кавалькаде юноша понял, что ждал не зря.
Первыми выехали всадники, среди которых Поттер мгновенно узнал по цвету длинных волос Валькери и Малфоя. Внушительный пеший эскорт, пройдя через портал следом за хозяевами, растянулся в линию по бокам.
- Ну, наконец-то… - пробормотал Гарри, поднимаясь со своего камня и с интересом рассматривая всадников. Среди них кроме Валькери с Малфоем обнаружились и другие знакомые по «прошлой жизни» Поттера – Пиро`сара. И первым среди них был ифрит Ксирон, хранитель и владелец самой большой волшебной сокровищницы Лоно Хара. Поттер помнил, что старый ифрит был ленив и довольно тяжел на подъем, и никак не ожидал его увидеть.
«Впрочем, что ни делается, все к лучшему…»
Рядом с ифритом ехали эльф Аэлаин и еще двое нелюдей, имен которых Поттер уже не помнил, но в том, что они занимали в Ордене Хаоса не последнее место, мог ручаться.
Внимание Гарри переключилось на пешую группу, и в мыслях он позволил себе довольную улыбку: решив больше не рисковать, на третью встречу с ним Валькери привела с собой сотню воинов-людей и несколько закованных в тяжелую броню минотавров с двусторонними секирами в мускулистых руках.
- Долго же пришлось вас ждать, любезная сестра! Я, признаться, уже начал думать, что мой визит вежливости и вовсе никому не интересен.
- Вежливости? – холодно поинтересовалась подъехавшая Валькери, пристально глядя на Поттера. За время, прошедшее с их последней встречи, она ничуть не изменилось, только, пожалуй, во взгляде прибавилось льда. Выражение точеного лица не оставляло никаких сомнений в том, какие чувства его хозяйка испытывает к незваному гостю.
- Вот именно, леди Дракула – вежливости, - подтвердил Гарри. – Я счел просто невежливым не поставить вас в известность, что война с Вольдемортом закончена.
- Что? – растерянно переспросила Пэнтекуин; более интеллектуальной реакции ей в голову не пришло. Это была неправда. Это не могло быть правдой. Поттер однозначно блефовал: Том, ставший повелителем скрийлов, просто не мог проиграть.
- Увы, - Поттер смотрел на всадницу, словно читая ее мысли, спокойно и с легкой долей сожаления. – Скрийлы не сильно помогли твоему братцу, и они уже не вернутся домой. Как не вернутся и те, кого ты послала охранять самого Вольдеморта. И убить меня.
И Гарри швырнул вперед не завязанный мешок. Повинуясь взгляду своей повелительницы, один из воинов подбежал, подхватил мешок за углы, высыпая содержимое, и под ноги зафыркавшим и попятившимся ахенорам выкатилось пять замотанных в заскорузлые от засохшей крови тряпки голов нинтшаа.
Воины разразились проклятиями, Малфой привстал в стременах и нахмурился, а сама Валькери побледнела, и ее губы сжались в тонкую линию.
- Но знаете что, леди Валькери? – Поттер был вежлив и официален, как никогда прежде. – Я пришел сюда вовсе не для демонстрации своих боевых трофеев. Я хочу предложить вам договориться. Война с Вольдемортом победно окончена, и ни у меня, ни у моих друзей нет особого желания сражаться дальше. И хотя, несмотря на все мои предостережения, вы не раз, и не два вмешивались в наше с Реддлем противостояние, вплоть до прямых попыток моего устранения, я все же хотел решить вопрос миром.
Мне достаточно будет слова правительницы Лоно Хара, а в ответ я могу дать клятву, что ни я, ни мои друзья, посвященные в суть дела, никогда не разгласят вашей тайны и не предпримут никаких действий, которые пошли бы во вред вашему миру. Разумеется, при условии, что и интересы нашего мира не будут ущемлены…
- Слово правительницы, отродье? Тебе? – голос Валькери звучал еле слышно, и Гарри понял, что она едва не задыхается от гнева.
«Отлично. Просто отлично… Что ж, подольем еще маслица в этот костер…»
- Мне этого будет вполне достаточно, леди Дракула, - кивнул Поттер. – Что же до ваших погибших слуг… Прискорбно, но они вмешались в схватку между мной и моим смертельным врагом, так что у меня просто не оставалось выбора…
- Что ты сделал с моим братом, ублюдок?! – яростно прошипела Пэнтекуин, сжимая в побелевших пальцах поводья.
- Ваш брат получил то, что заслуживал! – обрубил Гарри чуть громче, чем прежде, да и благожелательности в его голосе несколько поубавилось. – Ваш брат, леди Дракула, Том Реддль, также известный в моем мире как Темный Лорд Вольдеморт, развязал в магической Англии и некоторых европейских странах кровавую бойню, которую войной назвать невозможно при всем желании. Он сам и его прихвостни творили безумные и неслыханные по жестокости вещи, не щадя на своем пути никого, от мала до велика. Они несли смерть всем – и магам, и магглам. Стоит ли удивляться, что магическое сообщество поднялось против него единым фронтом и с моей помощью разгромило его армию? А он сам – понес за свои дела заслуженное наказание?
И не забывайте, толика вины за кровь, пролитую вашим братом, лежит и на вас, леди Дракула. Вы могли остановить его, но не сделали этого, наоборот, всемерно помогали и способствовали его действиям. Однако, как уже было сказано, я могу забыть об этом – пусть даже мне лично сие и претит. Я готов простить вам даже прямое вмешательство в нашу войну, потому как мир – слишком ценная вещь, и ради него можно пойти на многое.
Так почему же я, пришедший с предложением мира, великодушно сделавший первый шаг навстречу, вынужден взамен выслушивать оскорбления? Вы называете меня ублюдком? Неужели я ошибся, придя сюда в знак своих добрых намерений?
Повинуясь беззвучному приказу, прибывшие с Валькери пешие воины взяли Поттера в полукольцо.
- Леди Валькери, моя названная сестра, неужели вы замыслили именно то, о чем я думаю? - Гарри обвел взглядом окруживший его частокол из блестящих наконечников копий. - Посланца, который в одиночку пришел к вам на порог, чтобы еще раз попробовать решить наши разногласия миром, договориться о разумном компромиссе – вы решили убить?
- Ты такой же посол, как варг в овечьей шкуре! – выкрикнула Валькери. Весть об участи ее брата Реддля грызла ее изнутри, не давая хладнокровно мыслить, а тот факт, что ее никогда не дававшие сбоев планы опять развалились из-за вмешательства проклятого шрамолобого щенка, распалял злобу еще больше. – Это ты, ты корень всей этой войны и смуты, наглый и неблагодарный мальчишка! Тебе было сказано один раз: знай свое место! Я, пусть и на время, дала тебе то, чего не имел ни один житель вашего жалкого мирка! Ты получил возможность прикоснуться к высшим тайнам миров, обрел честь защитить эти миры – и все это благодаря мне! Тебе показалось несправедливым, что, выполнив свой долг, ты снова стал прежним? Тогда вот тебе откровение – жизнь вообще несправедлива, и все остальные не имели и сотой доли того, чего был удостоен ты! Но тебе захотелось большего, верно? Ты обрел этот проклятый меч, вернул память и решил, что стал равен нам? Глупец, не ты силен – это за тебя просто никто еще не брался всерьез! От тебя лишь отмахивались, как от досадного насекомого! Но теперь, когда ты покусился на жизнь моего брата, лонохарца… убил его… - тут сведенное злобой лицо Пэнтекуин разгладилось, и она слегка улыбнулась: - Напоследок ты оказался прав – ты зря сюда пришел.
И кивнула взявшим Гарри в полукольцо разномастным воинам.
- Убейте его.
Те, взяв оружие наизготовку, сделали шаг вперед и Гарри отскочил, обнажая свой меч.
- Подумай хорошенько, сестрица, - тон Поттера, отходящего назад и отбросившего всяческий политес, стал предостерегающим. – Я уже не раз говорил тебе, я предупреждал – не вмешивайся в войну чужого мира, не подыгрывай Вольдеморту, не пытайся достать меня или моих друзей. И тогда каждый останется при своих интересах. Я даже дал тебе еще одну возможность решить дело миром. Но вместо этого ты сейчас прямо приказала меня убить, а это равноценно объявлению войны.
- Какая может быть война с сопляком, возомнившим о себе не бог весть что, и его шайкой? Разве ты воюешь с комаром, который настырно пищит у тебя над ухом, а потом - кусает? Нет, ты просто давишь его, и все, – презрительно бросила Валькери. – То, что ты обрел некие силы, еще не делает тебя ровней мне, а также - неуязвимым или… бессмертным. А со смертью Гарри Поттера закончится и весь этот нелепый фарс с отбившимся от рук, глупым Пиро`саром.
- Ксирон! – крикнул Гарри стоявшему по левую руку от Валькери рыжебородому ифриту. – Аэлаин! – обратился он к эльфу, стоявшему справа от нее. - В Ордене Хаоса вы - самые разумные существа, которых я помню! Ваша правительница из-за своих амбиций и уязвленного самолюбия готова ввергнуть весь ваш мир в бесполезную войну! Считайте, что я поклялся перед вами всеми клятвами, какие только есть - моя кровь отольется Лоно Хара гораздо большими потерями! Подумайте, пока есть время – потому что потом будет уже поздно!
- Потом? У тебя не будет никакого «потом», – ответила Валькери. И заметив на помрачневшем лице Аэлаина явственные следы внутренней борьбы и колебаний, резко скомандовала: - Да убейте же его, наконец!
И более двадцати воинов, вооруженных пиками и мечами кинулись на Поттера одновременно.
- Тогда - хватит! – меч Поттера, пронзительно свистнув, наискось рассек выставленное вперед копье и легкие доспехи на груди первого из нападавших и, продолжая движение вниз, вбок и вверх, вошел снизу под сверкающую кирасу мечника слева. – Запомните все, о чем я предупреждал вашу правительницу! И не забудьте, кровь ваших братьев, что прольется в будущем – на ее руках!
- Звучит так, как будто он не собирается умирать, - очень тихо, только для себя, пробормотал ставший весьма задумчивым Ксирон. Его не услышал никто: все смотрели на разворачивающуюся перед ними схватку. Кто-то с плохо скрытым злорадством, кто-то с напускным равнодушием, кто-то с затаенным протестом, а кто-то – с глубоко запрятанной искрой понимания.
Но в любом случае – посмотреть на это стоило.
Первый ряд копейщиков прожил не больше двух минут, густо окропив кровью зеленую траву – Поттер вовсю использовал длину своего оружия и необычный стиль фехтования «меч плюс ножны». Остальные сделали выводы, поменяв тактику атак, однако лишенный возможности магически перемещаться, окруженный врагами со всех сторон, Гарри все равно крутился, как юла, успевая отбивать выпады, уворачиваться от ударов и наносить в ответ свои.
Но долго такой паритет продолжаться не мог: врагов было слишком много, на место одного сраженного мечом вставало сразу двое… И к тому же Поттер не носил лат.
Первый пропущенный жалящий удар тонкой пикой угодил ему в бедро, нанеся глубокую, кровоточащую рану. Уже и так имевший достаточное количество легких ран и порезов Гарри зашипел и отрубил пикинеру обе руки по локоть. Но рана осталась, забрав часть подвижности, что была, кроме изрядной длины меча и искусства фехтования, одним из немногих козырей Поттера.
Второй удар пришелся на ножны Тэцу, скользнул по ним, и лонохарская оружейная сталь, словно нож, рассекающий масло, срезала четыре сжимающих ножны пальца. Поттер выронил ножны, дернулся назад и резко – вперед, пробив острием меча голову удачливого воина вместе со шлемом.
- Рано радуетесь… - прорычал он, кривясь от боли и заматывая обрубки платком. – Никто, попробовавший моей крови, не уйдет живым…
И рванулся вперед, убив на месте еще двоих, но получив вскользь мечом по спине, оставившим неглубокую, но длинную красную борозду.
Но тут изрядно потрепанные и прореженные Поттером воины откатились назад, уступая дорогу трём тяжело ступающим минотаврам. Закованные в панцири быкообразные монстры громко фыркали, вращали налитыми кровью глазами и перекидывали свои широкие секиры из руки в руку.
Гарри не стал дожидаться, когда его атакуют – он первый бросился вперед, выиграв от секундного замешательства противника. Увернувшись от опустившегося широкого лезвия секиры, он вонзил меч в открывшуюся подмышку врага и, что было силы, ударил по навершию рукояти ладонью искалеченной левой руки, загоняя лезвие еще глубже в тело.
Минотавр взревел, грузно дернулся на месте, взмахнул своим оружием, но Поттер выдернув меч, уже был сзади, в прыжке нанеся колющий удар в ухо незащищенной головы. Плавно изогнутый клинок легко достал до мозга, и через пару секунд подергивающаяся туша с грохотом рухнула на землю, а Гарри отскочил назад и чуть не задохнулся от стегнувшей по ноге боли. Сосредоточившись на бое с одним минотавром, он на мгновение забыл о двух других. И они не преминули этим воспользоваться.
Брошенная секира одного из минотавров прошла сверху вниз и глубоко вонзилась в землю, попутно отрубив Гарри правую ногу выше колена. Поттер с коротким криком рухнул на землю, но когда к нему с коротким рыком подскочил еще один - и оттуда успел отблагодарить рогатого великана: сверкнувшее полосой лезвие Тэцу отсекло ему массивные копыта выше лодыжек. Рык сменился пронзительным воем, и облаченное в сталь могучее тело завалилось на спину, выбыв из схватки.
Два из трех – неплохой результат для человека против минотавров, особенно если человек вооружен исключительно мечом. Но два из трех – это не три из трех.
Секира третьего минотавра опустилась на лежащего Поттера как копье – раскроив ребра и легкие острыми концами лезвий и пробив грудину наконечником древка. Удар был настолько силен, что едва не перерубил мага пополам. Страшный крик захлебнулся кровью в разорванных легких, и вместо звука изо рта Гарри выплеснулся целый фонтан ярко-алой крови, залившей шею и лицо до подбородка. Тело дернулось раз, другой, а потом вцепившиеся в секиру пальцы разжались, рука упала на траву, а вслед за ней опустилась и голова с остановившимися, широко раскрытыми за стеклами очков глазами.
Минотавр, наступив на тело поверженного врага, выдернул свое оружие, взмахнул им пару раз, стряхивая кровь, и, фыркнув, коротко поклонился леди Дракуле.
Приказ был выполнен.
Валькери подобрала поводья, собираясь развернуть ахенора прочь, как вдруг Драко, легко соскочив со своего скакуна, направился к залитому кровью и заваленному трупами месту последнего боя Гарри Поттера.
- Драко, ты куда? – спросила Вал, но тот, не ответив, подошел и остановился у почти перерубленного в груди пополам тела своего давнего недруга. И что самое странное – особой радости от этого зрелища он не испытывал. Да – он давно ненавидел его, да – был готов с радостью унизить, сокрушить, а порой – и убить выскочку-гриффиндорца, «Святого Поттера», сам факт существования которого вызывал у Драко Малфоя бешеное раздражение. Но вот так, наблюдать за отчаянной схваткой с заранее предрешенным концом… Было в этом что-то… неправильное.
Малфой вздохнул. Последнее время, чем больше память и прошлое Вольдерихара сливались с ним нынешним, тем чаще многое из окружавшей его действительности казалось ему неправильным, неверным, а порой – и вовсе недостойным. Он делился этим с любимой женой, и та внимательно его выслушивала, соглашалась, и успокаивала тем, что слияние двух разных личностей, отстоящих друг от друга на целую бездну времени – процесс долгий и непростой. И что не следует поддаваться отголоскам чужих эмоций, пытающихся на тебя повлиять. Как правило, эти тревожные ощущения действительно вскоре уходили. Уходили надолго, но рано или поздно всегда возвращались в смутных, беспокойных снах.
Вот и сейчас, глядя на залитое кровью тело своего врага, Драко явственно ощущал, что с врагами, подобными Поттеру, так не поступают. Убить в поединке – да. Победить в сражении, где армия идет на армию – без сомнений. Даже позволить окончить жизнь от своей же руки – допустимо. Но вот так, словно затравить собаками окруженного волка…
Драко перевел взгляд на выпавший из руки Гарри длинный, сплошь залитый чужой кровью меч.
- Так что же это такое? – вслух спросил он, наклоняясь, чтобы поднять оружие. – Чем нас так пугал этот старик Зоблат…
- Драко! Не трогай его! – выкрикнула Вал, тоже спрыгивая с седла, но было поздно – пальцы Малфоя сомкнулись на липкой рукояти, и он выпрямился, поднося меч ближе к лицу.
Но ничего не произошло.
- Странно, - прокомментировал Драко. Он еще раз нагнулся, подняв обрывок чьего-то плаща, и оттер им лезвие. – О нем рассказано так много страшилок, а внешне он – просто слишком длинная катана. Из отменной стали, очень хорошая, но.. Вот погляди!
И Драко протянул меч подошедшей Валькери.
- Никогда бы не подумал, что на проклятом, демоническом клинке могут образоваться самые обыкновенные зазубрины. И… хм, да он же немного погнут!
- Что? – напряженно переспросила Пэнтекуин, буквально выхватывая меч из рук Драко. Но все было именно так, как он и сказал – кривизна и иззубренность лезвия были налицо.
- Это… это… - Малфой с возрастающей тревогой наблюдал, как Валькери опять бледнеет, а ее черные глаза расширяются и становятся похожими на бездонные провалы. - Это не тот меч! – выдохнула она и одним прыжком оказалась у трупа Поттера.
Но вот Поттера ли?
Драко повернулся вслед за Вал, и его словно ударили ногой в живот – лицо трупа обтекало, как полупрозрачное желе: давным-давно знакомые черты гриффиндорца таяли, как восковая маска, и стекали тягучими каплями по щекам на землю, обнажая абсолютно другое лицо.
Леди Дракула с такой силой встряхнула убитого, что чуть окончательно не порвала его пополам, и их с Малфоем взору предстал совершенно незнакомый человек. Он был лохматым брюнетом, как Поттер. Он был того же роста и сложения, что и Поттер. Даже черты его лица немного напоминали поттеровские. Но это не был Гарри Поттер! Торопясь проверить внезапно возникшую идею, Пэнтекуин одним движением оторвала у мертвеца левый рукав и… Как оказалось, знак ее брата, череп, обвитый змеей, не сходил с кожи его слуг даже после смерти.
- Десять тысяч демонов Хаоса… - прошипела Валькери, отшвырнув труп и уставившись на своего мужа так, что он мгновенно пожалел о том, что захотел составить ей компанию.


***


Сидящий со скрещенными ногами Гарри широко распахнул глаза, сипло, судорожно вдохнул, словно выныривая с глубины, и чуть не рухнул вперед, успев упереться в прохладный, каменный пол правой рукой. Уронив голову, он тяжело и хрипло дышал, прижимая к груди левую ладонь со скрюченными, подрагивающими пальцами.
Гермиона и Окой обеспокоенно приподнялись со своих мест, а Рен длинным, скользящим прыжком подскочила к Поттеру, взяв того за плечи, помогая удержать равновесие и не рухнуть ничком.
Все четверо находились в одном из пустующих залов подземного комплекса их нового жилья. Стены из необработанного, оплавленного камня, сухой, прохладный воздух, пол из плотно подогнанной шестиугольной, как соты, шероховатой каменной плитки…
Вот только сейчас этот пол был расчерчен тремя концентрическими шестиугольниками, диаметром от двух до пяти метров, пространство между которыми плотными рядами заполняли японские иероглифы и магические символы. В середине же, в самом центре, находилась квадратная соломенная циновка, на которой и сидел Гарри. Поджарое и мускулистое тело босого и обнаженного по пояс парня, одетого в одни серые хлопковые штаны, тоже покрывали ряды нанесенных тушью иероглифов и знаков, сейчас расплывшихся и потекших по влажной коже.
Происходящее в этом подземелье имело свое название – «Джигоку Но Кугутцу», «Адская Марионетка», старый, черный и запрещенный в магической Японии ритуал, позволявший магу сделать любого человека, попавшего под эту злую волшбу, своей послушной куклой, буквально вселиться в чужое тело, безвозвратно уничтожив при этом душу хозяина. Кукловод в этом случае обретал такой же контроль над заемным телом, что и над своим собственным, и даже больше, потому как сохранность и долговечность временного пристанища его, как правило, ничуть не беспокоила.
Но в магии ничего не даётся даром – и этот ритуал не являлся исключением. Первым и существенным минусом было то, что он требовал колоссального количества физических и душевных сил. Кроме того, полный контроль давал и полный обратный эффект – маг ощущал абсолютно все то же самое, что и его временная «оболочка». И к тому же заклинание действовало лишь три часа, исчезая либо с истечением времени, либо со смертью заемного тела.
С первым недостатком Гарри пришлось смириться: в неизбежной схватке полный контроль над телом тщательно выбранного молодого Упивающегося, максимально похожего на него ростом и сложением, был жизненно необходим. Ну, а на второй Поттер и вовсе махнул рукой, справедливо полагая, что после его триумфального появления в Лоно Хара с мешком голов нинтшаа и вестью о печальной судьбе Вольдеморта, Валькери вряд ли будет долго с ним разговаривать. И названная сестричка, надо сказать, полностью оправдала его ожидания.
- Вот же… проклятье, - силясь отдышаться, пробормотал Поттер и поднялся с помощью Рен на подрагивающие ноги. Он сделал неуверенный шаг, скривился и потёр ходящую ходуном грудь. – Оказывается, умирать под секирой… просто чудовищно больно. Да и все остальное тоже… крайне малоприятно. Ффух…
Вновь покачнувшись и крепче стиснув плечо верной Рен, он, прихрамывая на правую ногу, неторопливо побрел к главной шахте их подземного убежища. Гермиона и Окой направились за Поттером и его подругой. Грейнджер снедало желание узнать, какие результаты принес рискованный ход Гарри, но она терпеливо ждала, пока он расскажет все сам. Мысли Окой были известны только самой Окой; лицо японки было, как всегда, спокойно и невозмутимо. Гарри пригласил ее в помощницы потому, что она не понаслышке была знакома с исконно японской магией, к тому же, кроме нее и Поттера никто не умел писать по-японски.
Выйдя на поверхность, весь взмокший, в полосах потекшей черной краски и заметно измотанный Гарри, со вздохом облегчения подставил голый торс ветерку, а лицо – солнцу.
- Ну вот, собственно, и все, - неожиданно твердым голосом произнес он. – У нее оставался один-единственный шанс, и она его не использовала. Несмотря на многократные предупреждения меня, пришедшего с предложением мира, подло убили. По прямому приказу и на глазах местной верховной правительницы и ее свиты. И под ее же глумливые смешки.
- В старину войны порой начинались и по куда меньшему поводу, - отметила Грейнджер.
- Это точно, - кивнул Поттер.
Близнецы, Джинни с Крисом и Эдвард Норт, один за другим подтянулись к платформе, скрывавшей вход в подземелья. Вся команда была в сборе.
- Что ж, король умер – да здравствует король, - весело и зло проговорил Гарри, окинув друзей быстрым взглядом. – В смысле, закончили одну войну – добро пожаловать на другую, еще более серьезную.
- Ты уверен, что этого не избежать? – нейтрально поинтересовался Норт.
- Более чем. И особенно - после сегодняшних событий. Я, конечно, и раньше практически не верил в благоразумие мадам Дракулы, но все же… допускал вероятность мирного решения. Совсем небольшую. Теперь же не осталось и ее. Ну что ж… Любая определенность все равно лучше зыбкого качания весов.
Итак, дамы и господа! В связи с моим вероломным и гнусным убийством я объявляю, что отныне мы начинаем открытые и неограниченные боевые действия против империи Лоно Хара и ее правителей! Но сразу предупреждаю: эта война будет куда тяжелей и опасней, чем сражения с прихвостнями Вольдеморта и им самим. Не питайте иллюзий – противник силен, коварен и, как всегда, значительно превосходит нас числом. Нам, конечно, есть что ему противопоставить, но все же… Фред, Джордж, Крис… Этот уровень гораздо выше предыдущего. Тут уже не будет такого подавляющего превосходства, как перед Упивающимися, и если вы решите остаться в стороне, никто не сочтет вас трусами. Даже наоборот, я бы советовал вам не…
- Да брось ты это дело, Гарри, - оборвал его Джордж. – Что мы за друзья, если, поджав хвосты, сбежим при первом признаке опасности? Никуда мы не уйдем. Тем более что с тобой останется Окой, а я без нее – никуда.
Японка молча потупила взор, и ее щеки чуть порозовели.
- В точку, - подхватил Фред. – Мы вместе все это начали, так с чего нам сейчас разбегаться? К тому же, после рассказанного этим вашим Джеларом мне очень хочется залить лонохарцам кипящего сала за шкуру. Есть, знаете ли, за что…
Джордж лишь кивнул, присоединяясь к словам брата.
- Я не уйду, - буркнул нахмурившийся Крис. – Никогда. И… мне некуда идти…
- Ну, раз так, - подвел итог Поттер, который почти и не сомневался в таком раскладе, – то начинаем действовать. Как говорится, «Играя в незнакомую игру, никогда не делай первого хода». Мы уступили первый ход Валькери, и она, уверенная в своей безнаказанности, облажалась по полной программе, да еще перед членами Ордена Хаоса. Мы получили на руки очень интересный козырь.
Если бы мадам Дракула-Малфой, невзирая на методы, устранила бы в моем лице потенциальную угрозу Лоно Хара, то сейчас выглядела бы вполне себе «на коне» – как мудрый и дальновидный правитель. Жестокость и вероломство не в счет, победителей по большому счету вообще не судят, а уж в Лоно Хара, с их милыми нравами – тем более.
Но вот если окажется, что своими действиями она наоборот – опрометчиво толкнула Лоно Хара в кровопролитную войну с абсолютно непредсказуемым результатом, поддавшись исключительно личным эмоциям, - то это будет выглядеть совсем, совсем по-иному… И что, учитывая саму суть главенства в Ордене Хаоса, может привести к весьма интересным последствиям. Сама Валькери это, разумеется, понимает и что-нибудь да наплетет своим соратникам, но главное то, что они слышали и запомнили мои слова. А уж мы постараемся, чтобы они вспоминали их как можно чаще.
Первый ход был ее, но второй будет уже наш. И он будет таким, что так долго почивавшая на лаврах и давно никем не битая Лоно Хара получит настолько звонкую и оглушительную оплеуху, что на какое-то время опешит. А мы этим и воспользуемся, чтобы перехватить инициативу.
Но действовать надо быстро, потому как сейчас Валькери и Малфой уже должны были обнаружить, что убили… не совсем меня, и до них постепенно доходят все возможные последствия этого поступка. А так же то, что отныне у меня полностью развязаны руки. Рен! Подай мне, пожалуйста, мою одежду.
Девушка протянула ему прихваченный из подземелий сверток с повседневной одеждой. Гарри недолго покопался в нем, выпрямился и, глядя Рен в глаза, накрыл ее ладонь своей.
А когда убрал руку, то на ее ладони остался стоять вытянутый кристалл ак-нота. Второй по величине из изначальных трех.
- Ты помнишь, что мы обсуждали с тобой, Нортом и Гермионой?
Рен молча кинула.
- Так вот, Рен, слушай мой приказ. Ты должна уничтожить Ашкелон. И немедленно.
- Слушаюсь, - ответила та, и глаза дочери Даймона стали пронзительно-бездонными, словно их озарили изнутри зарницы бескрайних пожаров карающего огня, который она не раз несла в своей прошлой жизни.
И вот пришла пора вспомнить былое…
На этот раз Рен не стала тратить время на эффектное облачение. Снарядив хетсаан ак-нотом, она, на ходу обрастая броней, отошла подальше и, подняв громадную тучу пыли, вертикально взмыла в небо.
- Кха… Пчхи… - несмотря на расстояние, облако накрыло их с головой и не рассеивалось, пока Крис, вызвавший порыв ветра взмахом палочки, не очистил воздух.
- Гарри, насчет Ашкелона… - Эдвард посмотрел на молодого мага очень внимательно. - Надеюсь, ты понимаешь, что после такого с нами никто не станет воевать? На нас начнется такая же охота, что ты организовал для Упиванцев, подняв в седла добрую половину Лютного переулка.
- Ха, мистер Норт. А вы что, все еще надеялись на честную войну? – и Поттер криво ухмыльнулся. - Так она с самого начала была нечестной, а сейчас поменялось только то, что и мы начнем отвечать в полную силу. Есть такая японская пословица времен эпохи Эдо: «Не мсти детям, не учи тупых, не спорь со старшими и не прощай равных». И вот последнее тут для нас самое важное. Важно выбрать для себя, что лучше – не простить и ударить в ответ, или, унизив себя, сделать вид, будто ничего не произошло. Только боюсь, что и в таком случае нам очень скоро все равно придется либо сражаться, либо подставлять шеи под топор. Валькери никогда не забудет ни того, что мы, для «простых людишек», слишком много знаем, ни того, как ее величество по моей милости дважды осталось в дураках.
- «Если, выбирая между унижением и войной, ты выберешь унижение, то, в конце концов, все равно получишь войну, перед этим досыта нахлебавшись унижения», – менторским тоном произнесла Грейнджер. – Сэр Уинстон Черчилль.
- Послушай, Гермиона, у тебя что, на каждый случай жизни цитаты заготовлены? – покосился на нее Эдвард.
- Нет, но… - начала отвечать та, но договорить ей не дал далекий, раскатистый грохот, тряхнувший небо подобно громовому удару. Где-то там, высоко, уже под облаками, раскинувшая невидимые крылья, нацеленная, как стрела в цель Рен, выбив из холодного высотного воздуха расширяющуюся мутную линзу, преодолела звуковой барьер. А раскаты тем временем перешли в удаляющийся, необычно низкий и рокочущий гул, услышав который жители одного давно погибшего мира, все как один, опускали глаза и начинали молиться, ибо знали, что именно он означает. Коготь Владыки выпущен на волю.
- Теперь прошу всех в гостиную, надо обсудить наши следующие действия, - махнул рукой Поттер. – Джин, проверь периметр и присоединяйся к нам.
Джинни молча кивнула и тотчас сорвалась с места, близнецы Уизли, Окой, Норт, Крис и Гермиона направились к дому. А Гарри задрал голову к небу, приложив ладонь ко лбу козырьком, но, разумеется, ничего не увидел.
- А Ашкелон все же немного жаль, - вполголоса произнес он. – Красивый был замок.
И направился вслед за остальными.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 257
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.03.10 13:36. Заголовок: Глава 16. Левый глаз..


Глава 16. Левый глаз Наэ-Хомад.


Молодой лейтенант, начальник дежурной смены станции слежения ПВО Великобритании, расположенной неподалеку от Дувра, находился в легком смятении.
Уже почти пять минут он вместе со всеми своими подчиненными наблюдал на мониторах весьма странную засветку от цели и полностью терялся в догадках. Нет, если бы радар дальнего обнаружения засек нечто неопознанное, приближающееся к Англии, то боевая тревога по команде прошла бы моментально, но… в том-то и было дело, что этот контакт возник почти посередине своей же, английской территории и вел он себя несколько неадекватно.
Тем не менее, военные действовали в привычном ключе, то есть следовали инструкции, по-боевому отрабатывая цель, в бункере шла напряженная работа, и звучали отрывистые рапорта:
- Продолжаем сопровождение источника засветки. Излучаемая мощность отсутствует. Медиана не определяется. Дальность порядка ста пятидесяти миль, азимут 332, идёт обсчёт имеющихся сигнатур.
- Готовы результаты анализа. С вероятностью 98% источник - неизвестен. Индивидуальная сигнатура не коррелируется - архив данных радиотехнической разведки пуст.
- Что? - начальник смены наклонился над экраном. - Хотите сказать, что эта цель даже близко не совпадает ни с одним уже имеющимся образцом в банке данных?
- Так точно, сэр! - подтвердил сержант-оператор, не отрывая взгляда от монитора. - Да и чему там совпадать? Цель не излучает практически ничего, лишь слабые цикличные электромагнитные импульсы.
- Вот как... - лейтенант снял пилотку и взъерошил короткие влажные волосы. В помещении, несмотря на вытяжку и вентиляцию, было душновато. - Продолжайте его вести.
- Есть, сэр! Внимание! - и оператор пригнул микрофон гарнитуры поближе ко рту. - Дивизионам «Д» и «K»! Объект поставлен в очередь на «перезвон», дать по четыре развертки, по очереди!
- Выполняем, - все данные от дивизионов ПВО, разбросанных веером на побережье, стекались сюда, в единую точку, откуда шло общее управление восточным воздушным рубежом страны. - Готово! Объект повторно идентифицирован как малоразмерная, скоростная, высоколетящая цель, трассовая информация прилагается.
- Принято! «Д» и «К», проверяем трассу каждые пятнадцать секунд. Все, уточнённая трасса готова. Сэр, - спросил сержант с ноткой сомнения в голосе, - а это точно не кто-то из наших? Может, летуны, ракетчики или эти мутные ребята из МИ-6 опять запустили какую-то разведывательную штуковину? Ведь был же в прошлом году скандал с «ничейным» разведчиком над Роттердамом...
- Ответ отрицательный!

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 260
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.09.10 13:25. Заголовок: Глава 17. По ком зво..


Глава 17. По ком звонит колокол.



В исчезновение Ашкелона сначала никто не поверил.
Неприятности начались, когда очередная партия магических товаров, ценных грузов и продовольствия, регулярно отправляемая из Лоно Хара в фамильную резиденцию Дракул для нужд замкового хозяйства и прочих, более мелких владений лонохарцев, вместо того, чтобы привычно лечь на каменные плиты центральной площади Ашкелона, исчезнув, через мгновение вернулась обратно. Груз разметало в разные стороны, как после мощного воздушного взрыва; магам и страже, сопровождавшей караван, пришлось не легче. Оглушенные, потерянные, они могли только ошалело таращить глаза и беззвучно разевать рты, пока над ними хлопотали озабоченные целители.
Когда Валькери доложили об этом происшествии, она только рассмеялась.
Но очень скоро правительнице стало не до смеха: путь в Ашкелон, главный из двух магических проходов в мир людей не просто закрылся, а вообще перестал существовать. Ситуация настораживала, и, прихватив отряд разведчиков и дознавателей, Пэнтекуин в сопровождении Драко перенеслась в Запретный лес Хогвартса, а затем – в Румынию, к хорошо знакомой долине, уже готовясь излить на подданных свой праведный гнев.
И… замерла, точно угодив под взгляд приснопамятной Медузы Горгоны.
Пропал не только проход между мирами – самого Ашкелона, являвшегося его неприступными воротами, тоже не было. Он исчез, растаял в воздухе, и лишь сотни поваленных деревьев, заметно обмелевшее озеро и обширное углубление в его дне, которое уже начало заносить илом и песком, свидетельствовали о недавнем буйстве неведомой стихии.
То, что древняя твердыня, которую Валькери помнила с самого раннего детства, в которой знала каждый закоулок, башню и переход, исчезла без следа, подействовало на женщину так, будто замок обрушился ей на голову всей своей громадой, погребая под обломками.
Яростно сверкая глазами, Пэнтекуин разослала по окрестностям десятки разведчиков, приказав добыть нужную информацию хоть из-под земли. В озеро с тем же приказом были посланы водные жители Лоно Хара. В ожидании новостей Валькери беспокойно расхаживала по кромке берега, то и дело стискивая кулаки и нервно кусая губы. Малфой, видя состояние супруги, благоразумно держался поодаль.
То, что замок уничтожили, сомнению не подлежало. По престижу правящего дома и правительницы лично нанесли сокрушительный удар. Но кто? Кто мог стереть ее замок с лица земли? Какие силы вмешались? Лоно Хара был величайшим и могущественнейшим из миров, его магия превосходила все известные ей волшебные силы, а Ашкелон был вторым по сосредоточию могучих магов после лонохарской столицы. Защита румынской твердыни даже превосходила столичную – замок являлся еще и вторым элементом щита, закрывающего Лоно Хара от вторжения извне. Кто же, кто сумел смести охранные заклятья? Местным это было не по плечу – так неужели проклятые насекомые сумели изобрести что-то новое? Нет, это тоже исключалось – их цивилизация активно использовала магию, но лишь на примитивном уровне. Жукам незачем было развивать и совершенствовать мастерство единиц, когда при необходимости они могли объединить усилия сотен и тысяч магов, пусть и посредственных. Но такое количество инсектов не могло проникнуть сквозь щит незамеченным…
Тягостные раздумья лонохарской правительницы прервали вернувшиеся с новостями разведчики. Допросив магглов в близлежащих горных селениях, они выяснили, что день назад практически все жители стали свидетелями странного явления: над долиной Ашкелона на короткое время словно бы взошло еще одно, яркое, голубоватое солнце. Домашние животные вели себя беспокойно, заходилась в истошном крике птица – но ни изменений погоды, ни подземных толчков, неизменно сопровождавших сколь-нибудь мощные катаклизмы, люди не наблюдали. Также поступили сведения о повышенной активности маггловских военных в данном районе – что-то заметили и они. Водоплавающие маги, булькая и свистя, доложили, что обширное полусферическое углубление в дне озера однозначно имеет магическое происхождение. Однако сигнатура этой магии никому из исследователей была совершенно незнакома.
Ситуация из тревожащей стремительно превращалась в реально угрожающую, затрагивающую безопасность всей империи. Вызвав к месту происшествия наиболее компетентных магов-ученых, посвятивших долгие годы изучению различных типов волшебства, и жестко высказав им надежду на скорый результат, Валькери вернулась в Лоно Хара.
Ожидая прибытия магов своего клана на срочное совещание, она молча сидела в глубоком кресле, нервно постукивая пальцами по подлокотнику.
- Есть какие-нибудь зацепки? – истощив терпение, поинтересовался Драко.
Валькери незряче подняла глаза, и на Малфоя словно посмотрел совершенно чужой человек. Сквозь давно знакомые черты красивого лица на него глянула не обожаемая жена, а какое-то странное существо, хищное, властное и жестокое, не имеющее ничего общего с удивительной девушкой, с которой он просыпался рядом каждое утро, и которая дарила ему ласки и любовь, заставляя сердце трепетать от нежности.
Существо моргнуло, чуть двинуло бровями – и мгновение ушло без следа. Прежняя Пэнтекуин слегка покачала головой.
- Пока никаких, - ответила она. – Уничтожители отпадают сразу, неудачный эксперимент в самом Ашкелоне – не соответствует масштабу разрушений, восстание других кланов – глупость… Уничтожить мой замок они способны, разве что собравшись все вместе. Но такое я бы не пропустила. И не допустила.
- А может… - Драко чуть помедлил: недавние события были все еще свежи в памяти. – Может, это Поттер? Не находишь, что как-то подозрительно все совпало: устроенная им провокация, угрозы – и сразу же исчезновение Ашкелона. До боли напоминает брошенную перчатку.
- Поттер? Поттер-поттер… - кривя губы, произнесла Валькери. – И когда же ты, наконец, сдохнешь?.. Нет, Драко, не думаю. Паршивец силен, но откуда ему взять подобную мощь?
- Когда-то я думал, что и против нас двоих ему ни за что не выстоять, - возразил Драко. – И разве ты не читала донесения о его стычках с людьми Вольда? А последняя встреча? В одиночку, в чужом теле, продержаться так долго против наших воинов…
- Знаешь, еще немного и я решу, что ты его внезапно зауважал, - Валькери склонила голову набок, разглядывая Малфоя, как некий диковинный образчик. – Это же враг, Драко. Н_а_ш враг.
- Да, я знаю, - кивнул блондин. – Но все же… Он никогда не бьет первым и следует определенным правилам…
- На войне не бывает правил! – жестко отрезала Пэнтекуин. – Меня сейчас волнуют не только причины гибели Ашкелона, но и то, что мои земляки могут отреагировать в точности как ты. Связать прокламации Поттера с этим событием легче легкого, и наши враги ухватятся за такую связь обеими руками! Слишком много свидетелей было и там и здесь… и шила в мешке уже не утаишь.
- Шила?.. – англичанин Малфой чуть недоуменно свел брови. – А, понимаю. Но ситуацию можно разыграть и в нашу пользу: внешняя угроза, как правило, сплачивает…
- Не говори ерунды, Лоно Хара пока еще не осажденная крепость! Что же до сплочения, этому могла бы поспособствовать лишь глобальная угроза, вроде тех же, бездна их поглоти, Уничтожителей. Когда известно, что враг нешуточный, пленных не берет и к переговорам не расположен. А то, что произошло, чревато не сплочением, милый мой, а подрывом власти. Моей власти, нашей власти – клана Драако-Морте Цепеш.
- Но тогда…
Их неожиданно прервали.
- Госпожа! Госпожа! – в зал вбежал посланец-полуэльф. – С границы пришло срочное сообщение!
- Что там еще?! – недовольно осведомилась Пэнтекуин, не подозревая, насколько сейчас напоминает своего сгинувшего братца.
- Юго-западный форпост подвергся атаке! - начал доклад остроухий слуга. – Небольшая группа неизвестных воинов взяла штурмом пограничный редут, захватила солдат в плен, а начальнику стражи передала пакет, взяв с него клятву как можно быстрее доставить послание леди Дракуле.
- Так… – тихо произнесла Валькери, выпрямляясь. – День был удивительно щедр на неприятности. И вечер еще не настал.
Она не подозревала, что назвать «неприятностями» последующие вскоре события не повернется язык даже у тролля-имбецилла.
- Читай послание.
Полуэльф тотчас развернул свиток и начал громко и размеренно читать:

Приветствую Вас, дорогая названная сестрица!
Надеюсь, Вам понравился новый пейзаж вашей родной румынской долины после того, как я убрал оттуда лишнюю деталь интерьера. Если же у Вас имеются какие-либо замечания касаемо моего вкуса и стиля, то я и все мои спутники с радостью будем ожидать Вас неподалеку от последнего, оставшегося у Вас прохода в мир людей, на нашей стороне. Настоятельно рекомендую и Вам прихватить с собой единомышленников, дабы наша дискуссия о ландшафтном дизайне протекала наиболее гармонично.

Искренне Ваш, Гарри Поттер, Пиро`сар, эсквайр.


Низкий звериный рык прокатился по залу, и посланник, в страхе отшатнувшись, выронил свиток и попятился к дверям.
- Нет… вранье… Все враньё!!! – вскочив, Валькери в ярости вцепилась в край стола, не замечая, как толстое дерево крошится под ее пальцами. С треском отлетела длинная щепка. – Поттер?! Опять Поттер?!!!
Проглотив рвавшееся с языка «Я ведь говорил…», Малфой легко коснулся плеча жены.
- Вал, Поттер говорит об армии, - встревоженно произнес он. – Это уже не шутки, надо оповестить Орден Хаоса и…
- Я – Архонт!!! Я и есть ваш Орден! – низким злым шипением отозвалась чародейка и вперила взгляд в испуганного полуэльфа. - Собрать мою личную гвардию! Немедленно! Мы выступаем! А тебя, Драко, - она даже не посмотрела в сторону мужа, - я убедительно прошу остаться здесь. И это не обсуждается.


***


- Поразительно… - процедила Валькери, с высоты холки верного Нашхара обозревая обширное поле с перелесками, расположенное далеко за Запретным лесом. Именно сюда вел резервный путь из Лоно Хара, созданный для того, чтобы оперативно реагировать на вторжение давнего врага.
Всепоглощающая ярость, охватившая ее при знакомстве с издевательски-изысканным слогом Поттера, прошла, оставив вместо себя холодную, как арктический лед ненависть и желание уже не убить наглеца при первой же встрече, а наоборот – оставить в живых, чтобы корчился как раздавленный червяк и молил о смерти. В последнее время Пэнтекуин постоянно ловила себя на мысли, что сопливый мальчишка за поразительно короткое время умудрился стать из досадной занозы в пятке форменным острым шипом, глубоко сидящим чуть ниже поясницы – ни сесть толком, ни лечь. Мятежный Пиро`сар ухитрился не только сбросить ее поводок и намордник и вернуть себе память. Он ныл, жаловался, выказывал недовольство и бросал в лицо своим благодетелям какие-то смешные обвинения. Ввязался не в свою войну, уничтожил ее брата и, как венец всего – осмелился напасть на нее лично!
- Поразительно… - повторила она. – Где только этот мозгляк нашел целую армию?
- И притом, судя по виду, японскую, - добавил снизу бас Нашхара. – В каком саркофаге она хранилась тысячу лет?
Он был прав – перед лонохарским воинством находилась настоящая японская армия феодальных времен.
Впереди стояла почти тысяча пеших воинов, облаченных в серую пластинчатую броню, с катанами, копьями и длинными двуручными мечами-нодати. За ними размещалась более тяжелая пехота, в усиленных латах, открытых шлемах и с вымпелами на бамбуковых шестах, заткнутых сзади за пояс. За ними, вздымая лес длинных оконечностей луков, стояли наготове лучники. А сзади и по бокам растянутой на местности формации перетаптывались на месте три отряда до зубов вооруженной конницы с закованными в темно-красные панцири всадниками в рогатых шлемах и масках демонов вместо забрала.
Вся эта масса воинов числом не менее пяти тысяч не стояла неподвижно, она двигалась, напоминая волнующееся море; самураи бряцали оружием, резко выкрикивали что-то в направлении противника, указывая в их сторону обнаженными клинками, кони ржали, лучники проверяли свое оружие, щелкая тетивами. А позади армии виднелся окруженный своей свитой Поттер.
Силы лонохарцев немного превосходили числом его войско, но дело было даже не в численном превосходстве. Валькери привела с собой практически тот же состав бойцов, что помнил Гарри по обороне Хогвартса. Ровными рядами стояли люди-мечники и копейщики, вооруженные секирами неприятно знакомые Поттеру минотавры, закутанные в черные балахоны скелеты-личи, эльфы с луками и чуть изогнутыми мечами и адские гончие. В воздухе над их головами висело несколько зубастых шарообразных тел бехольдеров, а позади расположилась лонохарская кавалерия. Разномастное и разновооруженное, но при этом невероятно сплоченное войско, проложившее в свое время путь сквозь тысячи Уничтожителей, не оставляло японцам ни единого шанса. Им оставалось лишь храбро погибнуть в бою.
- Приветствую, Поттер! – разнесся по полю звонкий голос Валькери. – Вижу, нашел себе новые игрушки? Только ты сейчас на чужом поле, мальчик, и игры кончились. Сегодня ты от меня не уйдешь. Как насчет путешествия и увлекательной, радушной программы по приему дорогого гостя в самом комфортабельном узилище Лоно Хара?
- Всегда рад погостить у родственницы! – долетел ответ. – Прости, что не желаю здравия, но кривить душой не приучен, это твоя прерогатива, сестрица. Будешь и дальше бесчестить свой род или сперва все же задумаешься, какой пример подаешь солдатам?
- Ты говоришь мне о чести, щенок?!.. – начала было снова закипать Валькери, но тут же одернула себя. Каков змееныш! Прямо-таки фантастический талант выводить ее из равновесия! – Моим воинам не помешает размяться, так что на сей раз ты получишь именно то, что хочешь. Атакуй – я с удовольствием посмотрю, на что способна твоя карнавальная армия.
- К вашим услугам, сестрица!
И Гарри мысленно оскалился - мстительно, недобро. Потом поднял к лицу левую руку и откинул рукав. Стрелки его хронометра отсчитывали последние секунды до шести часов вечера.
- А теперь, господа лонохарцы, сюрприииииз, - насмешливо протянул он, не сводя глаз с наручных часов. И добавил: – Я ведь вполне серьезно отнесся к тому вашему совету, господа близнецы-братья…
- Неужели танковая рота?! – дружно охнули Уизли, но Поттер лишь покачал головой.
- Лучше, мои дорогие фанаты маггловского вооружения, гораздо лучше…
Неожиданно небо за его спиной засияло цепью вспышек, и через шесть открывшихся порталов, пылающих характерно-синим, даймонским огнем, вылетела шестерка штурмовиков «Харриер II GR Mk7» со знаками различия британских королевских ВВС. Возникнув в воздухе в где-то двух-трех и заливая все вокруг ревом турбин, они заложили вираж, на пару секунд синхронно завалившись набок и показав гроздья обтекаемых предметов под крыльями, а потом, занимая ударное построение, с легким снижением устремились к месту готовой вот-вот начаться схватки двух армий.



***

/Двумя неделями ранее/

Пузырьки поднимались со дна кружки с крепким ирландским портером и лениво присоединялись к своим собратьям в медленно таявшей шапке пены. Флайт-лейтенант или, по-сухопутному, капитан Джек Харрис медленно провожал их взглядом, не думая ни о чем. В затуманенной алкоголем голове было пусто, как после взрыва вакуумной бомбы. Впрочем, все чаще приходя в паб «Лиса и забор», он едва ли добивался чего-то другого.
Люди по-разному реагируют на обрушивающиеся на них несчастья. Некоторые начинают судорожно метаться, хватаясь за любую, даже эфемерную возможность исправить ситуацию. Некоторые стоически переносят невзгоды. Некоторые сдаются. Некоторые начинают пить. Некоторые подумывают о самоубийстве.
Тридцатипятилетний Джек Харрис, командир флайт-отряда штурмовиков четвертой эскадрильи первой боевой группы 122-го авиакрыла Королевских ВВС, расквартированных на базе возле городка Коттесмор, находился где-то между предпоследней и последней стадией.
А все начиналось так хорошо – выпуск из летного училища в десятке лучших, распределение в прославленное авиакрыло, ведущее свою славную историю с Первой Мировой войны, полеты, успешная карьера, женитьба на давно любимой подруге детства, дом, семья, достаток. Рождение дочери, папиной дочки, умницы и красавицы…
А потом – крушение, как в самолете с обрезавшими при посадке двигателями.
Внезапный обморок дочери, больница, обследование. Другая больница, куда более серьезная, направление в лондонский детский центр Грейт Ормонд. И пожилой врач с уставшими глазами и словами: «Не теряйте надежды…» И диагнозом – острая лейкемия.
Больницы, палаты, лекарства и терапия, от которой дочь стала похожей на тростинку и потеряла свои роскошные, цвета спелой пшеницы, длинные волосы, предмет гордости и её самой, и родителей. И никакого просвета.
Он проклял все – и судьбу, и свою профессию, и самолеты, и одержимость полетами. Когда-то он слышал, что летчики больше других людей подвержены действию солнечной радиации и, возможно, крошка Кэтлин оказалась обязана своей болезнью именно ему. Жизнь погрузилась в беспросветную мглу. Командир полка, видя состояние Джека, отстранил его от полетов, а потом и вовсе отправил в отпуск. Душевных сил едва хватало, чтобы поддерживать целиком ушедшую в себя жену, которая часами просиживала в палате у дочери, а дома не выпускала из рук ее фотографии и почти перестала спать.
А когда сил терпеть уже не оставалось, он шел в бар и медленно накачивался спиртным до полной потери чувствительности.
«Терапия» уже подходила к середине, когда его привычное одиночество за дальним столиком оказалось нарушено. Обычно бармен, знавший Джека в лицо и бывший в курсе его беды, заранее заворачивал всех, желающих подсесть к в одиночку надирающемуся летчику, но в этот раз, видимо, недоглядел.
- Вы плохо выглядите, сэр, - негромко произнес усевшийся напротив высокий, худощавый, но крепко сбитый парень с черной шевелюрой и в очках-велосипедах. – Не стоит вам столько пить.
Харрис лишь молча зыркнул на него и изрядно отхлебнул из кружки. Сначала портер, потом скотч – лучший рецепт для краткого забвения.
- Спиртное не всесильно, знаете ли, - продолжил парень, глядя на него, нет, не с сочувствием или жалостью, а, скорее, изучающе. И добавил еще тише: – Никто еще не находил помощи на дне бутылки. И она не поможет ни вам, ни вашей дочери.
Кулак изрядно подвыпившего летчика должен был сшибить не в меру разговорчивого сопляка со скамьи и вышвырнуть в проход между столиками, но вместо этого словно врезался в стальную плиту – тот просто подставил под удар ладонь. Резкая боль несколько развеяла хмель, и Джек, отдернув руку и глядя исподлобья, процедил сквозь зубы:
- Проваливай…
Но тот не ушел, наоборот – откинулся на спинку скамьи и так же тихо продолжил:
- Знаете, мистер Харрис, я нахожусь в довольно сложном положении. Так уж случилось, что я в курсе вашей беды. И я хочу, и что куда важнее – могу вам помочь. Однако, что бы я вам сейчас не сказал, вы не поверите ни единому моему слову. Вы уже не верите никому и ни во что. Вы побывали в нескольких больницах, были на приемах у многих врачей, в том числе и у видных светил медицины. В отчаянии вы даже обращались к какой-то знахарке, практикующей якобы древнюю кельтскую медицину. Но даже она сразу признала свое бессилие – и у шарлатанок иногда случаются проблески совести…
А вот я вам помогу. Там, где бессильна современная медицина и всякие шептуньи с заговорами, пригодится кое-что другое.
- И что же? – устало и равнодушно спросил Джек. Сейчас ему хотелось одного – чтобы его оставили в покое.
- Как вам сказать… - парень задумчиво потер подбородок. – Впрочем, о чем это я? Как было сказано, вы все равно сейчас мне не поверите, так что незачем ходить вокруг да около. Я волшебник, сэр. Самый настоящий маг из числа тех, что с самого начала времен живут среди простых людей. Нас мало, меньше трех процентов от всего населения, и именно поэтому мы вынуждены скрываться от вас, создав на Земле свой собственный мир, эдакое зазеркалье, куда нет хода простым людям. И нам подвластны силы, превосходящие самые горячечные фантазии хваленых режиссеров Голливуда.
Поэтому, мистер Харрис, сейчас я кое-что расскажу вам о вашей дочери. Расскажу то, что даже вы, ее отец, о ней пока не знаете.
И, спокойно глядя в глаза, проговорил:
- Она выздоровеет. Причем выздоровеет очень скоро и без видимых на то причин. И даже светила медицины – а уж поверьте, их соберется целая тьма – не смогут объяснить, почему так произошло. Но это произойдет, даже не сомневайтесь.
Она не умрет и даже больше – ваша Кэтлин будет жить и радовать вас, вырастет красавицей, подарит вам кучу внуков и за всю свою жизнь больше не подхватит даже насморк. А жизнь у нее будет долгая… По крайней мере, заметно дольше, чем у обыкновенного человека.
Но это все в будущем, а пока… Просто наберитесь терпения и ждите. Ровно через десять дней я снова приду сюда, в это же самое время. И вот тогда мы поговорим с вами еще раз. И я вас кое о чем попрошу.
Черноволосый парень встал из-за стола, чтобы уйти, но в последний момент словно передумал и шагнул обратно.
- Знаете, сэр, наверное, мне все же стоит оставить вам какой-нибудь небольшой сувенир. Хотя бы для того, чтобы завтра утром вы не проснулись и не решили, что наш разговор действительно был каким-то злым розыгрышем, как вы наверняка сочли поначалу.
Юноша взял со стола одну из опустевших стеклянных пивных кружек, взвесил ее в руке, бросил быстрый взгляд налево, направо и… плавно смял ее в ладонях, как комок сырой глины. Но дальше было еще интереснее – парень сделал пальцами несколько движений, какими обычно сжимают снежок перед тем, как бросить, его ладони слегка засветились изнутри алым, и через пару секунд он аккуратно положил перед летчиком красиво спекшийся стеклянный кубик цвета жженого сахара, в сердцевине которого расширялся и опадал маленький лепесток огня.
Харрис машинально взял его и тут же ощутил, как по руке растеклось мягкое, ласковое тепло.
- Подарите его вашей жене, сэр. Эта штучка успокаивает и дарит хороший сон, а ей сейчас очень не повредит и то, и другое. И – до скорого.
Запахнув темную куртку и набросив на голову капюшон, Гарри вышел из паба, оставив капитана королевских ВВС сидеть за столиком и завороженно таращиться на угнездившийся в его ладонях ласковый, живой огонек.


***


Детская больница Грейт Ормонд, расположенная в глубине лондонского района Блумсбери, понемногу засыпала.
Привычная для крупного лечебного центра упорядоченная суета затихла, дети, лечащиеся амбулаторно или на дневном стационаре, давно ушли сами или вместе с родителями. Последние из лечащего персонала, задержавшиеся на работе, покидали стены больницы и в длинных коридорах медицинских корпусов, освещенных люминесцентными лампами, воцарялась тишина, нет-нет да прерываемая то топотом ног, то смехом или капризным хныканьем юных пациентов, не желающих укладываться спать.
Но коридоры и комнаты пятого корпуса плотной паутиной затягивало беззвучие, в котором в любое время дня и ночи явственно ощущался гнетущий привкус.
Лежащие здесь в индивидуальных палатах дети смеялись редко, а бегали по коридорам и того реже. Все свое время они проводили в ортопедических кроватях, под капельницами, среди паутины проводов, ведущих к приборам, фиксирующим каждый их вздох.
Будущее маленьких пациентов выражалось большей частью в скупых процентах, врачебных фразах «отрицательная динамика», «прогноз неблагоприятный» и лицах родителей, неимоверными усилиями вымучивавших ободряющие улыбки для своих тяжело больных детей.
А сами дети по большей части оказывались куда более стойкими, нежели раздавленные бедой взрослые. Они отчаянно цеплялись за жизнь и не унывали до самого конца, - быть может, доверяли словам родных, твердивших, что всё будет хорошо, а возможно, понимая происходящее лучше них, всей душой, как могут только дети, надеялись на чудо.
Одиннадцатилетняя Кэтлин Харрис тоже не верила, что умрет. И хотя дети – неплохие психологи, способные с полувзгляда, с полужеста увидеть правду за гладкими словами старших, она не допускала даже мысли, что ее скоро не станет. Ни выпавшие волосы, ни высушившая тело худоба и постоянная слабость, ни болезненные процедуры, ни убитые горем мать и отец - ничто не могло сломить надежду на то, что все не может закончиться вот так.
Сама того не зная, она была права.
Притушенные лампы мигнули, дальний конец коридора на мгновение озарила неяркая вспышка света, и запертая изнутри дверь на этаж бесшумно отворилась. В коридор вошли двое, молодой парень и девушка в необычной одежде с каким-то очень объемным, вытянутым тюком на плече. Дежурный врач, что-то читавший при свете настольной лампы, даже не поднял головы, когда неожиданные посетители, не торопясь, проследовали мимо его стола и направились к палатам больных.
Воздух комнаты, расположенной за дверью с номером тридцать пять, был пропитан стойким запахом лекарств и антисептиков. За двойными стеклами окна растекалась ночь, и мерцали огни неспящего города, на стене горел желтоватый ночник. У изголовья кровати, на которой полулежала на приподнятых подушках худенькая девочка, тихонько попискивали приборы.
Один… два… три… семнадцать… двадцать девять… Пытаясь заснуть после вечерней дозы лекарств, маленькая Кэтлин снова и снова пересчитывала знакомые до последней щербинки квадраты на потолке. Лекарства, длинные названия которых она не пыталась запоминать, вызывали горечь во рту, тошноту, головокружение и неприятную сонливость, не желавшую переходить в нормальный сон. Порой от них девочке начинало казаться, что она видит или слышит то, чего на самом деле не было, поэтому, когда дверная ручка повернулась, и в ее палату без единого звука вошел черноволосый молодой человек в круглых очках, она поначалу совсем не удивилась.
И лишь когда одетый в темное парень молча подошел к ее кровати и аккуратно присел на край, девочка поняла, что это вовсе не видение.
- Сюда нельзя в верхней одежде, - шепотом, будто боясь спугнуть не то человека, не то видение, проговорила она. – Доктора говорят, что любая инфекция будет очень опасна…
- Не беспокойся об этом, Кэт, - так же тихо ответил гость. В его ярко-зеленых глазах искрились смешинки, и Кэтлин окончательно успокоилась. Гость – кем бы он ни был – заслуживал доверия. – Скоро тебе не будет страшна никакая инфекция.
- Ты кто? Ты ангел и пришёл забрать меня на небо, как говорила тетя Джейн из соседней палаты? Ее Тима уже забрали, и она сказала, что и за мной прилетят. А мама ее чуть не побила… Или ты волшебник и пришел вылечить меня?
В ответ – улыбка и кивок головой.
- Что, правда?
- Да.
- Как хорошо… А то мне было так жалко маму и папу; я-то всегда знала что не умру, а вот они – нет, и очень переживали и боялись.
- Ты храбрая девочка, молодец… Сейчас ты крепко заснешь, а с утра начнешь выздоравливать. Я обещаю. – Гарри взял в ладонь ее тонкие, почти прозрачные пальцы. - И все у тебя будет хорошо.
И действительно, Кэтлин ощутила, как тяжелая, давящая сонливость от лекарств куда-то испаряется, а вместо нее ее словно окутывает мягкое облако, увлекая в невесомую пуховую перину, так и зовущую зарыться в нее носом и сладко уснуть.
И, уже почти засыпая, она пробормотала:
- А можно… вы поможете… не только мне? Лори, Сьюзен, Билли… они все хорошие… Помогите и им… Пожалуйста…
Дождавшись, когда девочка окончательно уснет и послушав немного ее ровное дыхание, Поттер поднялся и отошел к двери, окидывая палату оценивающим взглядом. Места в ней было не очень много, но эта проблема легко решалась. Если даже обычные маги могли с относительной легкостью манипулировать магией пространства – вспомнить хотя бы палатку, взятую взаймы мистером Уизли на чемпионат мира по квиддичу – то для мага уровня Гарри это было и вовсе просто.
Движение рукой, подкрепленное магическим импульсом – и больничная кровать и медицинское оборудование на стойках плавно сдвинулись к стенам, а сами стены поползли в стороны, увеличивая пространство палаты почти вчетверо.
Потом Гарри развел ладони, вытягивая из них бледно-бирюзовую ленту, и сложил из нее в воздухе нечто вроде обода двухметрового колеса. Секунда – и колесо начало неторопливо вращаться на уровне его глаз. Пальцы мага тем временем быстрыми, точными движениями ткали из воздуха сложные символы и заполняли ими свернувшуюся в кольцо светящуюся ленту. Когда все знаки встали на место, круг, повинуясь новому движению ладони, опустился на пол, продолжая вращение, а Поттер принялся за создание второго. И лишь когда на полу палаты оказались два магических круга, отличных лишь стороной вращения кольца иероглифов, он подошел к спящей девочке.
Медицинские мониторы никак не отреагировали на то, что их датчики отсоединили от хрупкого тельца, продолжая вырисовывать зеленую гребенку кардиоритма и данные пульса и давления, не поднимали тревожного писка, не посылали сигнал дежурному врачу. Все было тихо, лишь когда Гарри отсоединил кислородную трубочку, подходящую к носу Кэтлин, та прерывисто вздохнула, а затем вновь спокойно засопела.
Положив аккуратно укутанную в одеяло девочку в центр одного круга, Поттер негромко произнес:
- Рен, заноси нашего… - легкий смешок, - почетного донора.
И так же беззвучно в палату вошла девушка, безо всякого напряжения таща одной рукой человека на голову выше себя и в полтора раза толще. Одетый в неброскую одежду, плотный моложавый мужчина был связан по рукам и ногам заклинанием «Инкарцеро» и находился в полном беспамятстве. Не особо церемонясь, девушка опустила его на пол и расположила таким образом, чтобы мужчина целиком поместился внутри второго круга с мерно вспыхивающими и вращающимися символами.
Для задуманного все было готово.
Планируя оказать помощь нужному ему летчику, Гарри отлично понимал, что маг-целитель из него неважный. Остановить кровь, сделать перевязку или вылечить насморк или грипп – все это он мог, но более серьезные болезни были для него темным лесом. А уж такие, как тяжелая форма лейкемии…
Однако данный факт его ничуть не смущал: искусство Киар-Бет и здесь шло несколько иными путями, нежели привычная лечебная магия. В этом смысле она определенным образом напоминала восточную медицину, с ее разительным отличием от медицины западной, в которой медики всегда лечили конкретную болезнь, тогда как на Востоке врачеватели всегда лечили конкретного больного.
Поттер и не думал исцелять сам смертельный недуг Кэтлин Харрис. Он даже не знал о нем ничего, кроме того, что он как-то разрушает кроветворную систему организма. Гарри просто собирался дать истощенному телу девочки настолько мощную жизненную подпитку, чтобы оно само смогло справиться с пожирающей его болезнью.
Но для этого способа лечения, являющегося, по сути, микроскопическим подобием даймонского ритуала «Таэн-Наэ», нужен был источник жизненной энергии, который легко нашелся в маггловском подобии Лютного переулка - лондонском районе Сохо. Получасовой вечерний моцион по злачным местам под руку с Рен и несколько заклинаний «Конфундус» быстро вывели Гарри на тамошних продавцов белого порошка. Первые два его не устроили: один явно был конченным поклонником своего же товара, другой, не являясь наркоманом, был болезненно тощ и явно нездоров. А вот третий… Этот сытый и упитанный тип, судя по всему, следил за весом, регулярно ходил в спортзал, заботился о своем здоровье и даже не курил. Здоровый образ жизни и сыграл с подонком дурную шутку – последнее, что он увидел в своей никчемной жизни, была довольная ухмылка Поттера и вспышка оглушающего заклятия.
Получив нужный «ингредиент», Гарри вместе с Рен без труда проник в маггловский госпиталь, где и намеревался «поиграть в доктора», пусть даже весьма своеобразным способом.
С ладони Гарри взлетел клубочек фиолетового огня, поднялся, расположившись точно по центру между двумя магическими кругами, и выстрелил четырьмя лучами, упершимися в пол по сторонам от них, образовав подобие каркаса пирамиды, пропорциями повторявшего Эрц-Хаор и заключившего внутри себя двух человек, одному из которых предстояло отдать свою жизнь на благо другому.
- Ну что ж, приступим, - пробормотал Гарри, запуская магическую цепь.
В воздухе, перебив ароматы медикаментов, резко запахло озоном, откуда-то возник негромкий, но низкий, наплывающий волнами звук, и круг, в котором лежал мужчина, вспыхнул ослепительной синевой. Тонкие нити света устремились вверх, с шипением сплетаясь над неподвижным телом в конус, а его хвост, изогнувшись дугой, опустился на девочку, поменяв цвет на желто-оранжевый и распустившись подобно громадному, пульсирующему в такт звуку цветку. И через считанные мгновения по связавшей двух людей пуповине заскользила полупрозрачная, жемчужная, едва видимая нить.
У Поттера слегка расширились глаза, и он невольно облизнул пересохшие губы, вспомнив, где уже видел нечто подобное. Третий год обучения в Хогвартсе, когда они с Сириусом погибали в Запретном лесу под натиском дементоров. Уже лежа на земле без сил, он видел, как проклятые твари, склоняясь над крестным, вытягивали из него тонкие лоскуты жизни.
И тут было то же самое. Но созданная им магическая структура не выхватывала жизнь по крошке – она безжалостно выдавливала, выдаивала ее всю, без остатка. Жемчужная нить превратилась в ручей, наркоторговец, оставаясь в беспамятстве, захрипел, дернулся, закатывая незрячие зрачки под лоб и прямо на глазах начал иссыхать, словно проживая отпущенные ему годы жизни за какие-то мгновенья. Поседели и выпали волосы, ввалились щеки, стала коричневой и потрескалась кожа, тело, еще две минуты назад крепкое и сильное, истаивало, как кусок льда в кипятке. А на другой стороне в Кэтлин в то же время вливался настоящий жемчужный дождь, несущий избавление от боли и смерти.
Ещё через несколько секунд все было кончено. Светящаяся пирамида погасла, магические круги растеклись по полу и исчезли. На полу палаты остались лишь глубоко спящая девочка и иссохшая, скрюченная мумия в ставшей несоразмерной ей одежде.
Взмахом волшебной палочки избавившись от жалких останков, Гарри наклонился над исцеленной. Она оставалась по-прежнему худа и безволоса, но кожа утратила восковую бледность, на щеках проступил румянец, и дышала девочка так ровно и глубоко, что даже далекий от медицины Поттер понял: ритуал прошел как надо.
Приведя в порядок палату и уложив пациентку обратно на кровать, Гарри с Рен направились к выходу. Но у самой двери парень неожиданно остановился.
- Знаешь, я подумал… Насчет просьбы этой девочки. Вся процедура вместе с отловом донора заняла у нас от силы полчаса. А ночь ведь еще только начинается… И в Сохо наверняка полно пригодного материала… Что скажешь, Рен?
- Мой ответ ты знаешь, Гарри. Кроме того, если этой ночью исцелится только она одна, местные лекари вряд ли сразу ее отпустят. Они непременно захотят узнать причины непонятного для них чуда. Но если несколько неизлечимо больных детей к утру окажутся здоровыми…
- Отлично, - и Гарри привлек к себе девушку, целуя ее в лоб. – Молодец. Я об этом даже не подумал. Тогда чего же мы ждем?.. И кстати, я, кажется, уже знаю, чем займусь после нашей «маленькой победоносной войны» - помимо всего прочего. Найти в этой больнице пару-тройку врачей, преданных своему делу настолько, что они не побоятся обменивать жизни подонков на спасение детей, думаю, труда не составит. А определенные комбинации Киар-Бет можно привязать к некоторым артефактам, чтобы ими могли пользоваться и не-маги…

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 261
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.09.10 13:26. Заголовок: Глава 18. Lucky Stri..


Глава 18. Lucky Strike.


Паб «Лиса и забор» ничуть не изменился за прошедшие десять дней. Все те же завсегдатаи, заглядывающие в это место не первый год, телевизор с бесконечной трансляцией футбольных матчей «Манчестер Юнайтед», невнятно бубнящий над стойкой, рыжий бармен, без остановки травящий шутки про шотландцев, и изрядное количество военных среди посетителей.
Изменился Джек Харрис, который пришел в паб на полтора часа раньше назначенного времени.
Сев за свой обычный столик в глубине заведения, он на этот раз не заказал ни капли спиртного. Перед ним стояла третья за вечер чашка черного кофе и полная пепельница окурков, которую официантка уже дважды меняла. Внешне летчик выглядел совершенно спокойным, хотя от кофе и сигарет во рту держался устойчивый привкус жженого веника, а ноги то и дело норовили пуститься в нервную чечетку.
Ни за какие деньги он не взялся бы сейчас описать собственное состояние. Семена надежды, брошенные десять дней назад незнакомым парнем в очках, разбередили ему душу, но одновременно и немного подготовили к тому, что случилось сутки спустя.
Звонок из Грейт Ормонд и голос лечащего врача, самого еще не до конца оправившегося от потрясения, сообщивший, что его дочь здорова.
И не только его дочь, но, как оказалось в дальнейшем, все дети в отделении, чьи прогнозы оценивались, как неутешительные.
Сбившееся дыхание, и свой, будто чужой голос, сообщавший эту весть жене. Которую он едва успел подхватить, когда она рухнула без чувств на ковер в прихожей. А потом – суматошная поездка в больницу, цветы, подарки, фрукты… Переполошенные врачи, пораженно разводящие руками… Четыре нескончаемых дня обследований до выписки и наконец – дочь дома, и шумная, веселая вечеринка по поводу ее возвращения. И рассказ Кэтлин о странном сне, предшествовавшем выздоровлению, который все с улыбками слушали, но которому никто не поверил.
Никто, кроме Джека.
Потому-то на еще не прошедшую ошеломляющую радость и наслаивалось сильное беспокойство. Джек Харрис, как обычный человек вообще и как военный летчик в частности, являлся рациональным прагматиком. Он не верил ни в сверхъестественные силы, ни в Бога, ни в дьявола, хотя и воспитывался в семье протестантов. Он был готов скорее уверовать в русских шпионов, тайно вылечивших его дочь неведомым лекарством, чтобы завербовать ее отца, но никак не в слова незнакомого черноволосого парня. Потому что, если принять сказанное на веру, выходило, что ни черта он не знал о мире, в котором жил. Не знал, не видел и не задумывался. Все произошедшее, начиная со странного кубика и заканчивая чудесным исцелением Кэтлин, и без того основательно подорвали его веру в полную рациональность Вселенной.
Именно поэтому он и пришел в паб гораздо раньше назначенного времени, подгоняемый нетерпением и желанием определенности. И скрываемым от себя самого страхом – что могут потребовать в уплату силы, способные на подобные чудеса? Бойтесь данайцев, дары приносящих… А за такой дар и плата могла статься и вовсе неподъемной.
- Здравствуйте, сэр, - произнес негромкий, но уже знакомый голос, и Харрис, вздрогнув и дернув головой, увидел сидящего напротив себя недавнего знакомого. То ли летчик слишком глубоко погрузился в свои мысли, то ли парень мог возникать прямо из воздуха, но сам момент его прихода Джек каким-то образом пропустил.
Сквозь круглые стекла очков на него смотрели зеленые глаза с едва заметными, нитевидными черными прожилками, идущими от зрачка. Смотрели спокойно, по-доброму, с небольшой подначкой и даже пониманием, как будто таинственный молодой человек заранее знал, что творится в душе у того, кому он помог.
- Знаешь, парень, я…
- Погодите, мистер Харрис, - прервал его тот. – Я постараюсь максимально все упростить. Я не собираюсь вербовать вас, требовать в уплату миллион фунтов или вашу почку для трансплантации. – Видимо, на лице летчика что-то отразилось, потому что парень фыркнул и добавил: – Да и ваша бессмертная душа мне тоже, кстати, не нужна. Полагаю, вы понимаете, что если бы мне все это потребовалось, я бы взял и первое, и второе и третье просто так, безо всяких авансов. А при желании - и четвертое тоже.
Летчика обдало холодом, словно за шиворот вылили стакан ледяной воды.
«Проклятье! Значит, всё же правы были чертовы святоши…»
- И нет, я вовсе не дьявол и не его посланник, - глаза брюнета в очках уже откровенно смеялись. – Я маг, как и сказал вам в первую нашу встречу. Но даже нам, почти всемогущим и отчасти всеведущим, порой нужна помощь. Сейчас она нужна мне. И именно от вас.
- Что же вам от меня может быть нужно? – у Джека вырвался нервный смешок. - Научить вас летать на реактивном штурмовике? Вынести вам с базы пару бомб в кармане? А может, раз уж ты волшебник, отвезти тебя в страну Нетландию, в гости к Питеру Пэну? Как там - от второй звезды направо и прямо до самого рассвета? – попытался пошутить Джек, вспомнив сказку, что много раз читал в детстве.
- Боюсь, все гораздо прозаичнее и одновременно серьезнее, - покачал головой его собеседник. – Мне жизненно важна ваша помощь в том, что является вашей профессией. А именно - в войне.
- В войне? – хмыкнув, переспросил Харрис. – Это что же, колдуны и волшебники тоже, оказывается, воюют?
- А вас это так удивляет? За исключением способности использовать недоступные другим силы, мы всё те же люди. С прилагающимися недостатками. Алчность, властолюбие и стремление истребить себе подобных в угоду собственным целям – в крови у всего человечества поголовно. Да и не у него одного… Так что магические войны явление вполне обыденное. Но сейчас дело в другом. Та война, что вот-вот начнется, не обычная междоусобица. И вы можете помочь нам если не задушить ее в зародыше, то хотя бы перенести на другое поле. На территорию противника. Потому что если схватка развернется здесь, у нас, то жарко станет всем – и магам, и магглам.
- Кому-кому? – нахмурился Джек.
- Магглам. Так волшебники называют обычных людей, неспособных использовать магию. В этом слове нет ничего обидного, просто обозначение.
- Так что же ты от меня хочешь? – Харрис растерянно запустил пальцы в светлую шевелюру. Подобный вариант ответной услуги ему в голову не приходил. – Дьявольщина!
Да, я командир штурмового авиаотряда, да, у меня в подчинении шесть ударных машин. Но я не их владелец, а пилоты – не мои крепостные вилланы. Как, по-твоему, я смогу слегка повоевать на стороне? Это же королевские ВВС, черт возьми! Теоретически я могу самовольно поднять в воздух свой штурмовик, хотя это гарантированно означает конец моей летной карьеры. Но черт с ней, с карьерой! – пилот одним глотком допил остывший кофе. – За то, что ты сделал, я без сожалений грохну ее, как свинью-копилку! За жизнь дочурки я наизнанку вывернусь! А вот дальше что? Я не имею права приказать снарядить боевым вооружением даже свою машину! Чем же я смогу тебе помочь?
- Очень многим. Все, перечисленное вами - это решаемые мелочи, - отмахнулся его собеседник от перечисленных летчиком проблем, как от чего-то малосущественного. - Ваш командир полка сам подпишет приказ о якобы учебном вылете, выдаст полетное задание и распорядится о любом доступном вооружении. Кстати, надо будет его обговорить, учитывая специфику наземных целей. И не задаст никаких вопросов после выполнения миссии. Над вашими подчиненными тоже, увы, придется слегка… поколдовать, чтобы они ни о чем не спрашивали в процессе и ничего не помнили потом. Но вы – центральная фигура всего. Вы мне нужны в здравом уме и трезвом рассудке, чтобы удар вышел, что надо. И никаких последствий ни для вас, ни для ваших парней. Ну и, разумеется, я буду не против при случае помочь вам еще. В конце концов, вы же военный летчик! Неужели вас не привлекает возможность принять участие в невиданной для вас войне, тем более, что на кону, уж простите за банальность, фактически судьба мира людей?
С последней фразой Гарри не ошибся - в глазах Джека вспыхнули огоньки.
- У меня к тебе тысяча вопросов, но если дело обстоит именно так, то излагай… маг.


***


- Фред, Джордж, подсветите господам летчикам цели, - распорядился Поттер, одновременно доставая из стоящей у его ног сумки массивную трубку мощной мобильной радиостанции, позаимствованной на той же авиабазе Коттесмор.
Близнецы вскинули свое оружие, наводя на вражеские ряды лазерные целеуказатели, чьи лучи были практически невидимы простому глазу, но для чутких приборов самолетов являлись четкими указующими перстами. Также у ног рыжих братьев имелись и их переносной арсенал и уменьшенная новоявленная «скрийлодробилка», на тот случай, если что-то пойдет не по плану, и придется прикрывать отход всеми доступными средствами.
А Гарри, щелкнув тумблерами, вышел на связь.
- «Скайхаммер», «Скайхаммер», на связи «Визард», - произнес он в переговорное устройство. – Видим вас, даем подсветку цели. Прием.
- Понял вас, «Визард», - раздался в ответ чуть искаженный голос Джека Харриса. - Подсветку видим, заходим на «расчистку дорожки». Время - ориентировочно тридцать секунд. Будьте готовы.
- Отлично, «Скайхаммер», ждем. Дело лишь за последним действующим лицом этого акта…
Гарри вычертил пальцем перед собой магический знак, тут же растаявший в воздухе. И через несколько секунд где-то в десяти метрах перед замершими, готовыми к отражению атаки пешими самураями взвился невысокий ледяной смерч, и на побелевшей от инея траве появилась высокая фигура в черной мантии с низко опущенным капюшоном. Возникнув из ниоткуда, она просто стояла, спрятав руки в рукава. Задача господина, пожелавшего до поры, до времени остаться неизвестным, заключалась именно в том, чтобы некоторое время поприсутствовать на поле боя. Этого было вполне достаточно.


***


- Что это? Что это за искусственные птицы? – запрокинул голову Аэлаин, восседавший на ахеноре рядом с Валькери. Острое эльфийское зрение позволяло ему отчетливо разглядеть приближающиеся объекты.
- Ах ты, щенок паршивый… - прошептала Пэнтекуин. Проводившая достаточно времени в мире людей и имевшая дело с маггловской техникой, она сразу поняла, что это за «птицы», и чем они грозят ее армии. Но тут же усмехнулась. - Но на этот раз ты промахнулся, - и громким голосом, как под воздействием «Соноруса», отдала приказ: - Маги – защиту!! Приготовиться к контратаке!
Женщина не беспокоилась – Высшая Магия Лоно Хара была способна играючи справиться со всем, что могли противопоставить им магглы. Кроме, разве что, ядерного оружия. Главное – защититься от первого удара, а потом ответить всей силой, сшибая марионеток Поттера на землю.
- Ну, что вы возитесь?! – не ощущая накрывшей войско магической завесы, нетерпеливо окрикнула она колдунов и личей, обернулась и замерла с приоткрытым ртом.
Ее маги словно бы в одночасье превратились в дешевых шарлатанов. Они воздевали руки с амулетами, взмахивали волшебными жезлами, становились в ритуальные стойки, но… ничего не происходило. Более того – настороженно прислушавшись к ощущениям, Валькери почувствовала, что не чувствует вокруг магии в_о_о_б_щ_е, а в груди возникает давно забытая саднящая пустота.
У нее дернулась щека, а ладони стали предательски влажными – слишком хорошо леди Дракула помнила, когда и при каких обстоятельствах она сталкивалась с подобным эффектом. А потом ей, и всем, кто пришел с ней, стало не до размышлений – с неба обрушился шелестящий гул, крепнущий с каждой секундой, и шестерка штурмовиков с ревом пронеслась над ними, мазнув по сотням незащищенных воинов и магов острокрылыми тенями.


***


Притянутый ремнями к пилотскому креслу в узком пенале кокпита, Джек Харрис глядел через армированный плексиглас фонаря кабины и шептал про себя самые несусветные ругательства, которые только могла выдать его память. Парень оказался прав – такого он не то, что никогда не видел, но даже представить себе не мог.
Построенные квадратами люди в доспехах, с реющими над ними флагами и вымпелами его не сильно удивили. Удивило другое. Перед человеческой армией четкими порядками расположился целый паноптикум невиданных существ. Бортовая телекамера исправно подавала четкое изображение на многофункциональный тактический дисплей. Громадные, закованные в латы минотавры с секирами наперевес, гигантские, свивающиеся в кольца змеи, конница на лошадях с пылающими, огненными гривами… А увидев парящих над землей десяток крупных, медузообразных тварей с длинными щупальцами, единственным выпученным глазом и широкими, зубастыми пастями, Харрис и вовсе потряс головой в шлеме, пытаясь сбросить наваждение.
«И вот это – его враги? Мама дорогая…»
Лишь выход на связь привел его в чувство, убедив, что все увиденное не есть плод воображения или тяжелого отравления галлюциногенами. Вбитый годами учебы и службы практичный подход возобладал над изумлением – внизу были цели, а уж кем они являлись - дело десятое…
- Работаем, господа, - переключился он на связь внутри отряда. – Штурмовка, вариант «Зик-3», заходим от солнца. Боевой курс – три-два ноль. Закрылки на пятнадцать градусов, задействовать бортовое вооружение!
- Есть, сэр! – донеслось пять совершенно равнодушных ответов. К слову, это покоробило его больше всего во время второго, более подробного инструктажа. Странный парень, Гарри, прошел на охраняемую территорию авиабазы, как к себе домой, и, нанося с помощью какой-то деревянной палочки на приборную панель его штурмовика два небольших, но сложных символа, негромким уверенным голосом принялся объяснять суть предстоящей операции:
- Когда вы, сэр, получите приказ и подниметесь в небо, то просто командуйте вашими подчиненными, как и всегда. Но учтите, что они беспрекословно выполнят любой ваш приказ. В том числе разбомбить Биг Бен или врезаться в землю. Я уже поработал с ними. На некоторое время они полностью лишились собственной воли. Эдакие болванчики, послушно следующие за своим поводырем, и при этом - сохраняющие все свои навыки. Не кривитесь, это ради их же блага, - заметив гримасу Джека, бросил Поттер. – Едва ли вы сможете гарантировать, что все они слепо последуют за вами, узнав, что вы летите отнюдь не на учебный полигон. И не запаникуют, пройдя сквозь порталы и особенно – увидев, кого вам предстоит атаковать.
Еще вам не придется потом отвечать на миллион вопросов, врать и изворачиваться перед ними. А мне не будет нужды подчищать им память, что не всегда проходит без последствий. Они просто запомнят этот вылет, как рядовое учебное задание, и все.
Дождавшись кивка, парень продолжил:
- Это – печати, активирующие порталы. Или, говоря более понятным вам языком – телепорты. Первая перенесет ваши самолеты к месту сражения, а вторая – вернет обратно в воздух над полигоном. При выходе из портальных окон потряхивает, так что будьте внимательны. Когда вы появитесь над нами, я свяжусь с вами и подсвечу цель. Все, как вы привыкли. Ваше дело – просто сделать свою работу. Главное – следите за временем, это очень важно.
Временное превращение подчиненных, с которыми он был в хороших, дружеских отношениях, в тупо исполняющих его приказы манекенов, не нравилось Харрису, но если уж быть совершенно честным с самим собой, он еще никогда не управлял своим отрядом с такой филигранной четкостью. Как будто пальцами собственной руки.
Он посмотрел на фотографию, прикрепленную на приборной панели сбоку от альтиметра. С самого начала своей летной карьеры он всегда держал там чьи-нибудь фото. Сначала – подружек, затем жены, потом – жены и дочки. И вот теперь там была новая, отпечатанная два дня назад фотография. С нее смотрели его Джоанна со светящимися от счастья глазами и держащая в руке большое яблоко улыбающаяся Кэт с золотистым ежиком фантастически быстро отрастающих волос, обещавших в скором времени стать прежними, густыми прядями.
Летчик подмигнул изображению дочери:
«Будь здорова, Кэтти. А твой папа сейчас немного потрудится….»
- Внимание! Заходим на цель!
И, отдав приказ, Джек синхронно двинул ручку управления самолетом и прибрал сектор тяги, вводя «Харриер» в пологое пике. Остальные пять штурмовиков, шедшие уступом, послушно скользнули за ним.


***


От каждого из самолетов, пронесшихся над боевыми порядками лонохарских воинов, отделились по два вытянутых, цилиндрических предмета, которые, продолжив полет по пологой дуге, устремились к земле. Но это были не бомбы, по крайней мере, не обычные начиненные взрывчаткой болванки из толстостенной хрупкой стали. Не долетев до земли ста метров, они с дробью глухих хлопков буквально развалились на части, исторгнув из своего нутра по полторы сотни рассыпавшихся широкими полосами мелких осколочных боеприпасов. И вот они-то уже взорвались по-настоящему, какие на подлете, а какие – ударившись о землю и подскочив на два-три метра вверх.
Разрывы слились в единый, басовитый рокот, и позиции лонохарцев сплошь накрыли дымовые шапки разрывов. Воздух наполнили визг осколков, предсмертные хрипы, крики, рев и вопли раненых. Закаленным металлическим шарикам и зазубренному металлу было все равно, кого рвать, кромсать и прошивать навылет – мага, ахенора, скелета-лича или эльфа. Несколько сотен преданных Валькери воинов погибли сразу, раненные и искалеченные полегли по полю, как снопы, а выжившие, сломав строй, начали стремительно откатываться, одновременно пытаясь атаковать неведомого летающего врага. Но магия по-прежнему не отвечала своим адептам, а эльфийские стрелы, пусть даже и пущенные с беспримерной меткостью, ничем не могли повредить машинам, созданным для условий современной войны.
Однако это был еще не конец. Заложив крутой боевой разворот и выбрасывая за собой хвосты отработанного керосина, штурмовики пошли на второй заход. Отход лонохарских сил грозил превратиться в паническое бегство, но не успел. На этот раз в ход пошли НУРСы – неуправляемые ракеты величиной со ствол молодого деревца, заключенные в подкрыльевые контейнеры по двенадцать штук в каждом. Оставляя за собой огненные следы, ракеты начали взрываться посреди отступающих и раненых, расшвыривая и рвя на куски и тех, и других.
- «Визард», на связи «Скайхаммер», - через некоторое время заговорила рация в руках наблюдающего за развертывающейся бойней Поттера. – Основной боекомплект исчерпан, но у нас имеется еще полный запас снарядов к бортовым пушкам. Сделать третий заход?
Гарри еще раз взглянул на окутанное дымом и оседающей пылью поле, по которому с ржанием хаотично метались лишившиеся седоков ахеноры, вповалку лежали убитые и орущие раненые. Однако даже ополовиненные, воины Лоно Хара успели сойтись в боевые порядки и не обратились в бегство. Это было очень похвальное качество для армии, но сейчас совершенно неинтересное Поттеру.
- Да, «Скайхаммер», будьте так любезны, - сказал он в переговорное устройство.
Высокая выучка и беспримерная стойкость лонохарских воинов, обеспечившая им победу в последней битве с Уничтожителями, на этот раз обернулась против них самих. Рассыпься они по полю, и практически все уцелели бы – штурмовикам было бы крайне неудобно гоняться за одиночными целями. Другое дело – атаковать сплоченные ряды.
С треском заработавшие тридцатимиллиметровые автоматические пушки штурмовиков проложили сквозь строй ровные дорожки, отмечая свой путь цепью фонтанчиков вырванной земли и новыми убитыми и ранеными, хотя последних было немного – снаряд диаметром в три сантиметра не обращал внимания на доспехи и наносил смертельное ранение при попадании в любую часть тела.
Лишь полностью опустошив боезапас, ударная шестерка, уничтожившая меньше чем за пять минут две трети живой силы противника, с плавным набором высоты начала отход на юго-восток. И, покачав на прощанье крыльями, исчезла во вновь вспыхнувших кругах синего огня.


***


- Все демоны Преисподней… - даже не проговорила, а сипло прорычала леди Дракула. Удачно выбранное положение в арьергарде армии и несколько защитных амулетов сослужили свою службу, и от налета она не пострадала. Если не считать, конечно, громкий звон в ушах из-за близкого взрыва, заляпанную чьей-то кровью одежду и всепоглощающую ярость, от которой Валькери почти утратила контроль над внутренней звериной сущностью.
- Леди!!! Вы целы?! – на хромающем ахеноре к ней подлетел Аэлаин. Его светлые волосы были покрыты грязью, а распоротая осколком щека сильно кровоточила. – Хвала богам Хаоса…
Пэнтекуин, со слегка заострившимися ушами и вылезшими из-под верхней губы длинными вампирскими клыками, резко повернулась к нему, желая что-то сказать, но их отвлекли.
- Нравится, сестрица? – громыхнул над местностью усиленный магией голос Поттера с нескрываемыми злорадными интонациями. – Как тебе честная битва? Я быстро учусь играть по твоим правилам, не так ли?
Валькери, ошибочно полагавшая, что взбесить сильнее ее уже невозможно, лишь сдавленно зашипела и дала шпоры Нашхару, желая немедленно рвануть вперед и растоптать мерзкое отродье. Но Нашхар лишь встал на дыбы и раздраженно рявкнул:
- Приди в себя! Нас и так осталась горстка против их армии, а ты хочешь еще ринуться в самоубийственную атаку?
- Но почему они не нападают? – прижимая к ране платок и пристально вглядываясь в ряды врагов, произнес Аэлаин. – Сейчас они могут смять нас одним ударом, и все же почему-то медлят…
Он замолк, и платок выпал из его разжавшихся пальцев. Со стоящим напротив войском начало происходить что-то очень странное. Ряды воинов и переступающей на месте конницы заволновались, зашевелились, их тела стали расплываться и деформироваться, по-змеиному извиваясь, а потом… Они просто растаяли в воздухе, оставив после себя лишь сотни клубочков голубого огня, которые через миг тоже погасли.
На поле, вдалеке от исчезнувшей армии самураев, остались лишь восемь человек во главе с Поттером и тот неизвестный в черных одеждах.
Гарри кивнул ему и покосился на Джорджа, помогающего подняться Окой. Японка все это время сидела на соломенной циновке, сложив руки перед грудью и переплетя тонкие пальцы в сложную фигуру. В широко раскрытых, потемневших глазах понемногу угасали только что ярко пылавшие алые кольца.
Девушка встала и широким рукавом утерла лоб, покрытый бисеринками пота – даже для нее создание целой иллюзорной армии было задачей не из легких.
А Поттер снова повернулся в сторону резко поредевшего противника. Оттуда тянуло дымом, и неслись стоны, крики, рев и проклятия.
- Запомните, ваше величество! – вновь разнесся в воздухе голос гриффиндорца. – Не советую меня искать и мстить – на Земле, в моем мире, я всегда найду, где укрыться и нанести удар в самый неожиданный момент. Так что смирись и прощай!
Развернувшийся магический круг унес прочь Поттера и его людей, но тот, неизвестный, появившийся в последний момент, еще какое-то время оставался на поле.
Потом он издал какой-то звук, похожий на тихий, презрительный смешок и исчез на открытой Тропе.
- Тропа?! – изумился Аэлаин. – Один из наших? Но кто…
И, увидев лицо Валькери, замолк.
Та, тяжело дыша и уставившись в землю невидящим взглядом, даже не бледнела, а постепенно превращалась в пепельно-серую.
Способность ходить по Тропам, скрытое лицо, высокая фигура в черном, моментальное исчезновение всей магии – отдельно друг от друга не означали ничего. Но собранные воедино превращались в совершенно однозначный ответ.
- Нет. Я убила его, - негромко, наперекор душившей ее злобе, произнесла Валькери, словно убеждая саму себя. - Он мертв, и я лично сожгла то паршивое мясо, что от него тогда осталось. Нет.
Она замолчала, выдохнула и проговорила:
- И я уже знаю, что сделаю с нашим зарвавшимся пакостником. Зачем кого-то искать, если можно приманить? Мы расставим такую ловушку, в которую Поттер сунется сам, по доброй воле. Но уже не выберется из нее. И ты, Драко, мне в этом поможешь. Вернее, ты сам захочешь мне помочь, потому что я должна тебе что-то сказать.– Она сделала паузу, представляя давно знакомые черты мужа, и ее лицо исказила почти искренняя мука. – Прости, что молчала, но я… Я просто не знала, как тебе это сообщить. Драко, твой отец…

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 262
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.09.10 13:27. Заголовок: Глава 19. Край бездн..


Глава 19. Край бездны.



Когда, покинув место несостоявшегося сражения, а вернее – место очередной удачно проведенной операции, команда Поттера вернулась на базу, сообщение уже ожидало её.
- Что это, Добби? – спросил Гарри домового эльфа, вертя в руках сложенный конвертом небольшой листок плотной бумаги с золотым обрезом.
- Это странное дело, Гарри Поттер, сэр! – Добби только что не подпрыгивал от возбуждения. – Вокруг нашего дома летала птица! Она не могла влететь внутрь, но летала, не останавливаясь. А когда Добби вышел за завесу, она уронила вот это и – пух! Лопнула! Испарилась!
- И что же это была за птица? – поинтересовался Поттер.
- Не знаю, Гарри Поттер, сэр! Яркая, красивая и большая! Добби никогда не видел таких птиц!
- Молодец, Добби. Не волнуйся, ты все сделал правильно.
Гарри развернул лист и принялся читать написанные от руки витиеватые завитушки короткого текста:

«Я, по достоинству оценивший Вашу шутку с двойником, желаю с Вами побеседовать. Дабы убедить в своих мирных намерениях, буду ждать Вас в месте Вашего прежнего обитания».

Подписи не было. Хмыкнув, Гарри пустил записку по рукам.
- Думаю, предположение о ловушке не будет слишком неожиданным? – спросил Норт, ознакомившись с текстом и прикуривая сигару.
- Как ни странно, сэр, но и я подумал о том же, - в тон ему ответил Гарри. – Вот только упоминание о шутке с двойником… Об этом фокусе в Лоно Хара знает весьма ограниченное число людей. Точнее, не только людей.
Он принялся перебирать в памяти тех, кто присутствовал при том трагикомическом акте. Персоны Валькери и Драко не рассматривались в принципе, а из прочих членов Ордена Хаоса тогда были только двое – Аэлаин и Ксирон. Вариант с эльфом Поттер отмел почти сразу – тот, как помнил юноша, всегда неровно дышал к Пэнтекуин (и не превращался ли он в параноика, подозревая за этим «рваным дыханием» нежные пальчики Хара’сара?..), да и отличался повышенным чувством долга. Что бы не творила его повелительница, он остался бы верен ей до конца, невзирая ни на какие душевные терзания касаемо моральной стороны ее поступков.
Другое дело – Ксирон… Старый ифрит был выходцем с магического Ближнего Востока еще древней Земли, что подразумевало наличие некоей чисто восточной мудрости, прагматичной рассудительности и привычки к интригам. Все это накладывалось на возраст во многие сотни лет и статус одного из богатейших лонохарцев, сосредоточившего в своих руках несметные сокровища. Особенно впечатляло то, что Ксирон умудрялся и оставаться таким. Несмотря на достаточно недружелюбное окружение, он лишь преумножал свое богатство, пережив не одного правителя Лоно Хара. И вот он-то, на взгляд Гарри, был вполне способен на «раз» понять складывающуюся ситуацию и попытаться обратить ее к своей выгоде.
- Хм, - Гарри почесал подбородок. – Не скажу, что я уверен на все сто процентов, но сдается мне, это кое-что иное… Тем не менее, готовимся ко всему. Идем в полном составе, скопом не суемся, в общем, всё как обычно…
Прибыв на место, группа Поттера проверила окружающую местность всеми возможными способами, взяла свой старый пустующий коттедж в широкое полукольцо и затаилась.
Как учили классики, бесшумных и незаметных засад не бывает. Но здесь было тихо, в леске не бренчали оружием воины, из низинки не пускали дым нетерпеливые драконы, а магического присутствия ни ощущалось ни на йоту. Кроме одного-единственного, принадлежавшего тому, кто, не скрываясь, находился почти рядом с домом.
Прошло более получаса, прежде чем Гарри, прихватив с собой Рен, решил все же проверить свои догадки. Которые, стоило ему обойти дом по полю, к его удовольствию подтвердились. На крылечке, как какой-нибудь маггловский дед на завалинке, восседал тучный, бородатый ифрит в белом тюрбане, шароварах, парчовом халате и расшитых золотом туфлях на босу ногу. Устроившись на большой подушке, Ксирон неторопливо перебирал четки, сделанные из крупных, отшлифованных изумрудов, и, казалось, дремал, смежив веки.
Однако стоило Поттеру с подругой приблизиться, как он звучным голосом произнес:
- Приветствую вас, юноша. И вашей спутнице желаю здравствовать. Неужели вы пожаловали сюда лишь вдвоем?
- И вы будьте здоровы, уважаемый, - вежливо отозвался Гарри. – Только почему же вдвоем? Друзей у меня гораздо больше. Радует, что вы не смогли их заметить.
- Что поделать, - вздохнул ифрит, разводя руками. – Годы берут свое…
«Да нет, старый хитрец, годы тут не при чем… И готов поклясться, ты сгораешь от желания узнать, каким образом ребята остаются укрыты от твоей магии…»
- Позволено ли мне будет осведомиться, как вы узнали об этом месте? – проговорил Поттер все так же церемонно-вежливо. - Мое прежнее, да и основное жилище, как я понял по не столь давнему визиту одного ублю… простите, родственника вашей венценосной правительницы, увы, перестало быть тайной. Но я полагал, эта информация не выходила за пределы клана Дракул.
- Позвольте и старику оставить при себе свои маленькие секреты, - отечески улыбнулся Ксирон. – Но вы правы, местоположение вашего дома действительно не является секретом. И, учитывая ваши последние действия, там очень скоро станет небезопасно, несмотря на, по слухам, довольно неплохую защиту.
- Спасибо, я приму это к сведению, - учтиво ответил Гарри. Для него засвеченность их базы уже не играла особого значения - он планировал в скором времени покинуть ее для исполнения последней части своего плана. Тем не менее, быстрота, с которой Ксирон узнал о разгроме армии Валькери, впечатляла. – Но вы же пришли сюда не для того, чтобы предупредить меня об опасности?
- Разумеется, нет, - согласился ифрит. – Давайте же пройдем внутрь и побеседуем. И, если ваши уважаемые друзья не сочтут это за обиду, я бы хотел, чтобы разговор состоялся с глазу на глаз. Стоит ли впоследствии ввести их в курс дела – решать уже вам.
Гарри и Ксирон прошли в гостиную и уселись в два кресла, стоящие в полразворота друг к другу. На пустующем меж кресел столике Поттер, как радушный хозяин, сотворил блюдо с фруктами, две тонкие чашки, фарфоровый чайничек и дымящийся кофейник.
Каждый налил, что хотел – Гарри чаю, а ифрит черного, крепкого кофе. Отхлебнув немного, Поттер поставил чашку на столик и вопросительно взглянул на гостя.
- Думаю, вы представляете, что за танцы у нас исполняют различные кланы вокруг престола правителя Лоно-Хара? – начал издалека старый лонохарец.
- Надо полагать, что более-менее… - наморщил лоб Гарри. - Клан Леди Валькери, подобно самой большой и сильной собаке, держит самую большую и вкусную кость. А вокруг вьются другие собаки, поменьше и послабее, демонстративно виляя хвостами и выражая искреннюю преданность. На деле, все, конечно, не так. Каждая из них хочет занять место вожака. Сообща они, может, и отняли бы у сестрёнки эту косточку, но постоянно, когда слабо, а когда и сильно, грызутся между собой. Чему, большей частью, способствует как раз эта самая главная и умная собака, используя для сеяния раздоров кости поменьше - различные вольности и привилегии. То же членство в Ордене Хаоса, к примеру.
- Гхм… - Ксирон усмехнулся в роскошную рыжую бороду. – Аллегория вышла у вас несколько своеобразная, но весьма наглядно передающая суть. Именно так все и обстоит. А теперь представьте себе, что произойдет, когда вся эта стая поймет, что вожак уже не так силен, как раньше? Кланы, имеющие равные или почти равные права на трон, и так значительно активизировались с тех пор, как Люцифер практически перед всем Орденом Хаоса отказался от власти в пользу своей дочери. Странный поступок, к слову… Все, конечно, понимают, что даже за спиной дочурки он остается самой тяжелой фигурой на доске, но все же… Если за время странствий Люцифера его дочку сместят с соблюдением всех лонохарских законов, то даже он ничего не сможет сделать. Ибо вот тогда против Дракул объединятся все кланы разом. Но вот если сила Валькери Цепеш ослабеет резко, ситуация может пойти вразнос. Главные кланы взовьются на дыбы и в первую очередь вонзят зубы друг другу в бока, уверенные, что победивший легко справится с поредевшей когортой Леди Дракулы-Цепеш. В конечном счете это означает воцарение анархии и масштабную междоусобную войну. Которой к тому же наверняка воспользуются некоторые из покоренных нами миров, чтобы освободиться от протектората Лоно Хара.
- Протектората? - подняв брови, переспросил Поттер. – Покорение огнем и мечом как минимум десятка соседних миров - это теперь так называется?
- Бросьте, - махнул рукой ифрит. – К чему это морализаторство? Вы же не идеалист и отлично понимаете, что в государственных масштабах благородство и милосердие живут еще меньше, чем девственницы при штурме города армией наемников. На самом верху не существует никаких моральных принципов. К сожалению, в жизни нет совершенства, есть только более или менее приемлемые компромиссы. Интересы. Польза и выгода. Вот все, что имеет значение. Как же там… ах! «У Англии нет ни постоянных друзей, ни постоянных врагов, у Англии есть только постоянные интересы». Знакомые слова?
- Лорд Пальмерстон. Хорошо, не будем придираться к терминам. Так в чем же суть? Что-то не улавливаю… - изобразил легкое недоумение Гарри, отпив еще чаю.
- А суть в том, что нам это вовсе не нужно.
- Как интересно… Кому это - вам?
- Нам – это группе высокопоставленной знати, древней, богатейшей аристократии Лоно Хара, помнящей еще старого Дракулу, основателя Ордена Хаоса.
Гарри, держа чашку в руке, задумался. Ксирон, владелец самой значительной магической сокровищницы Лоно Хара, а, возможно, и не только его, наверняка меньше всего мог желать подобной смуты, ставящей под угрозу его положение и состояние. А если таких, как он, в Лоно Хара был целый круг, то все становилось более чем ясно.
- Ваше беспокойство мне понятно, - кивнул Поттер. – Во время любых крупных междоусобиц у плебса чаще всего возникает желание под шумок отнять и поделить добро более состоятельных соседей. Но чем же вам так насолил клан этих самых Дракул, что вы готовы пусть мягко, но все же подвинуть их с трона? Они правят в Лоно Хара не одну сотню лет, и все это время вы даже не помышляли ни о каком переустройстве.
- Обстоятельства, - ответил ифрит. - Всего лишь выгодные обстоятельства, впервые складывающиеся подобным образом за те самые несколько сотен лет. Да, мы могущественны и влиятельны, но также еще и мудры, осторожны и… несколько ленивы и тяжелы на подъем. Мы предпочтем поморщиться и изредка немного уступить, чем втягиваться в полномасштабное противостояние с правящим кланом. Но в последнее время от нас требуют уступок все чаще и чаще. Люцифер и те правители, что были до него, не злоупотребляли своей властью и относились к нам с уважением, но Валькери… Она слишком молода и ведет свою линию к тому, чтобы не разумно править, как первая среди равных, а именно властвовать над всеми. Нам это не нравится, так что если от нас потребуется не вставать под знамена войны, а лишь немного подтолкнуть изнутри пирамиду, раскачанную кем-то другим…
- И раскачать ее должен именно я, - подытожил Поттер.
- Вы уже это делаете, и смею заметить, довольно успешно, - пристально поглядел на Гарри Ксирон. – Ваши действия уже почти ополовинили силы, подчиненные лично Валькери. Весть об уничтожении Ашкелона, второго по величине гнезда преданных ей людей, взбудоражила умы очень многих в Лоно Хара. Правящий Дом еще никогда не получал столь звонкой оплеухи, притом еще и неизвестно от кого. «Неизвестно от кого» для большинства, конечно. Ваша прочувственная речь на пограничье, к вящему неудовольствию Леди Валькери, тоже запомнилась многим. А сведения о последнем и весьма оригинальном противостоянии и вовсе тщательно скрываются. Наша императрица тоже хорошо осознает, что именно может произойти в случае разглашения этой информации. Так что… Чутье подсказывает мне, что Лоно Хара стоит на пути больших перемен, и будет глупо не использовать выпавший шанс. И раз уж я взялся цитировать ваших политиков, вспомню еще одну фразу: «Когда надвигается ветер перемен, только недальновидные люди возводят щиты от ветра. Умные же строят ветряные мельницы».
- Мне все ясно, - остановил его Поттер. – Знаете, я высоко ценю и уважаю, что вы вот так ко мне пришли. К какой бы древней и богатейшей аристократии вы не принадлежали, если бы Валькери узнала, что вы за ее спиной пошли на сговор с ее личным врагом, судьба ваша была бы незавидна. И поэтому скажу вам следующее. Вы не первый лонохарец, с которым я не против заключить союз.
- Вот как? И позволено ли мне будет осведомиться об имени моего столь прозорливого земляка? Ведь сообща мы смогли бы действовать эффективнее…
- Вот именно. Поэтому я и сказал вам о нем. Во избежание перехлестов и, как говорят военные в нашем мире, возможного «дружеского огня». Хотя боюсь, новая информация потребует некоторого пересмотра ваших планов и в особенности – дележки победного пирога. Что же до имени, то, скажем так, – и Гарри прищурился, а губы его тронула легкая улыбка, - слухи о безвременной кончине небезызвестного вам Лорда Джелара оказались изрядно преувеличенными. И я уже пообещал ему помочь заполучить трон Лоно Хара.
Глаза Ксирона чуть расширились, а слетевшие с губ слова на неизвестном Гарри языке едва ли были благодарственной молитвой.
- Значит, Зорраг все же оказался прав… - пробормотал ифрит о чем-то своём. – Не мог Джелар погибнуть столь глупо… Иблис и тысяча его джиннов… Вы правы, юноша, это многое меняет…
И после некоторого молчания добавил:
- Многое, но не все - основа плана остается прежней. Мне потребуется это обсудить с моими… коллегами, но, полагаю, они со мной согласятся. Джелар в роли императора ничем не хуже того, кого мы планировали при случае посадить в это кресло. Даже лучше – да, он импульсивен и порой крайне несдержан в желаниях, но я помню его с детства, и он всегда прислушивался к моим словам. Вдобавок он умеет быть благодарным и, что важнее всего, силен. По силе он заметно превосходит Валькери, а с нашей поддержкой способен составить конкуренцию и самому Люциферу. А уж о том, что он способен струсить и перебежать к нынешним правителям, зарабатывая себе прощение и награду, и речи быть не может. Отлично! Мне не терпится поделиться новостями с моими соратниками… Так что, молодой человек, мы договорились?
- Разумеется, - кивнул Гарри, оставив про себя свои мысли о том, насколько понятие «благодарность» могло быть присуще Джелару в частности и лонохарцам вообще. С его точки зрения, если бы Джелар не осиротел в столь раннем возрасте, с него вполне могло было статься зарезать всю свою родню и прикопать на заднем дворе – просто так, из чистого любопытства. Чтобы посмотреть, не вырастет ли на их могилках что-нибудь симпатичненькое, типа фиалок или лютиков.
- И еще одна тонкость, - сказал поднявшийся с дивана ифрит. – Когда вы начнете свои действия в Лоно Хара, я пришлю вам своего связного. Этот мой помощник, вернее, помощница, изрядно пострадала от Валькери, поэтому мне пришлось предостеречь ее от скоропалительных, необдуманных действий, взяв под свое крыло. Связь будем держать через нее – заклинания её школы никто в Лоно Хара не сможет ни перехватить, ни отследить. Вы узнаете ее по точно такому же медальону.
Ксирон, отодвинув в сторону свою широкую бороду, продемонстрировал висящую на груди золотую бляшку с выгравированной гексограммой и сложным рисунком внутри.
- Ну а теперь – позвольте откланяться.
И поклонившийся ифрит беззвучно испарился.
Гермиона и Норт, выслушав краткий пересказ беседы с Ксироном, не сговариваясь, заявили, что еще один союзник - пусть и временный - им ничуть не помешает. Гарри думал так же.
- Этот хитроумный богатей и аналогичные ему влиятельные толстосумы боятся за свои кошельки. И одновременно им не по нутру, что Валькери понемногу берет их в стальные тиски. Они как кошка из поговорки, что хочет рыбки, да лапки замочить боится. Но ради мягкой смены власти, без войны и ее возможных последствий, они охотно нам подыграют. Слегка. Уж не знаю, чем Джелар на троне им кажется лучше Валькери, но, в конце концов, это их личное дело – жить под правлением нового императора придется отнюдь не нам. А вот помощь они оказать могут, и это нам только на руку. Тем более, что от нас не потребуется ничего такого, что бы изначально не входило в наши планы. Все складывается более чем удачно…


***


Однако сюрпризы на этом не кончились.
Компания уже, было, собралась покинуть свой старый дом, когда засквозило ледяным ветром, в воздухе возникла и расширилась щель, и сквозь нее шагнул человек.
- Малфой? – недоверчиво нахмурил брови Гарри и подобрался, передвигая Тэцу под руку так, чтобы его можно было мгновенно выхватить, и зорко оглядываясь: этот визитер мог нести с собой только неприятные сюрпризы. – Что-то не припомню, чтобы я объявлял сегодня день приема столь разнообразных гостей… - пробормотал он вполголоса.
- Тебе нужно лучше прятаться, Поттер. Это всего лишь третье место, что я проверяю, и вот результат. Тебе стоило бы зарыться поглубже… хотя я отыскал бы тебя в любой норе. Хмм, странно…
Малфой наклонил голову, как будто к чему-то прислушиваясь.
- Тут, кажется, были гости? Из тех, кто ходит по Тропам? – равнодушно и как-то тускло отметил он. – Неважно…
Выглядел Драко странно. Обычно идеально подогнанная, дорогая одежда была измята, из собранных в тугой хвост платиновых волос выбивалось несколько неряшливых прядей, а лицо напоминало застывшую посмертную маску. Единственным, в чем присутствовали хоть какие-то признаки жизни, были глаза, но они…
Гарри присмотрелся, и в душе у него зашевелились нехорошие предчувствия.
Такие глаза он уже видел, и не раз. У искалеченных авроров в Святом Мунго, оставшихся после боев без рук или ног, у людей, потерявших на войне половину родни…
Но Малфой? Неужели?..
- Поттер, зачем ты сделал это с моей семьей и домом? – едва ворочая языком, спросил Драко, заставив мозги Гарри заработать на полную катушку.
«С семьей? Я имею непосредственное отношение только к кончине его папаши, но ему знать об этом неоткуда! Причем здесь семья и особенно – дом? Или, узнав о гибели мужа, мадам Малфой с горя повесилась, предварительно подпалив дом с четырех сторон? Нет, полный бред, те же домовые эльфы не дали бы ей такого сделать…»
- О чем ты, Малфой? – Гарри даже не пришлось разыгрывать недоумения. – До меня доходили слухи, что твой отец просто исчез; после взятия Хогвартса его не было ни среди пленных, ни среди убитых. Что же до твоего дома и матери, то я даже не знаю, где они находятся…
- Ты лжешь, - так же тускло констатировал Драко. – Это ты убил «Авадой» моего отца на пороге дома, а потом пытал мать. В доме, а, вернее, среди тех развалин, что от него остались, я нашел только тело отца, истерзанную мать, не узнавшую меня, и мертвых эльфов. И если бы не искусство Валькери, сумевшей отыскать ответы в больном разуме мамы, я никогда бы не узнал, кого благодарить за случившееся.
- Валькери?! – почти выкрикнул Гарри уже набившее оскомину имя. – Так это все она рассказала и показала тебе?! Малфой, да ты натуральный осел, а не дракон! Тебя водят на веревочке, а ты послушно переступаешь копытцами и глотаешь любую требуху, которую тебе скармливают!
- Да, да, - покивал Драко. – Валькери и об этом меня предупреждала. Что ты сразу же начнешь обвинять во всем ее, стараясь посеять раздор… Но угадай, кому я поверю больше – любимой жене, которой я обязан многим, если не всем, или нищеброду-полукровке, которого ненавижу? И который к тому же, нахватавшись невесть где черной магии, из Святого Поттера превратился в настоящее чудовище?
Ситуация складывалась из рук вон плохо. Выросший в тепличных условиях богатенький мальчик, совершенно не привыкший к потерям, внезапно получил от взрослой жизни сокрушительный удар. А одна известная личность, которой этого показалось мало, ради получения требуемого результата усугубила его, щедро сыпанув в свежую резаную рану пригоршню соли.
«Нет, но какая же тварь…»
- Малфой, тебя обманули, - спокойно и размеренно произнес Поттер. - Я и пальцем не прикасался к твоему отцу.
Фактически Гарри был прав – ни рука, ни меч, ни магия Поттера не имели ни малейшего отношения к смерти Люциуса Малфоя. Что же до удачной интриги, позволившей убрать напыщенного и коварного аристократа руками его же хозяина… Если хочешь победить в войне, не следуй чужим правилам, а устанавливай свои. Гарри понимал чувства Драко, но еще он и отлично помнил Люциуса, изворотливую бессердечную гадину, бывшего палача и убийцу. Уже то, что он с гордостью носил метку Упивающегося и одним из первых прибежал целовать полы мантии своего возрожденного господина, горя желанием продолжать былые дела, заслуживало смертного приговора. Так что…
- Если бы я встретил его, то наверняка бы убил. Так же, как и он попытался бы убить меня. Но я бы не стал измываться над твоей матерью и уж тем более – разрушать ваш дом.
- Ты лжешь, - в неживом голосе Драко прорезалась хрипотца. - Я сам видел последние воспоминания мамы, это был ты и твои подручные. Много ли в Британии найдется шрамолобых очкариков и грязнокровных девок – двойников Грейнджер…
В слизеринце сильно настораживала именно отрешенность, глухое отсутствие всяческих эмоций и взгляд человека, постаревшего разом на десятки лет. Прежний Малфой, а уж тем более Лорд-Дракон, будучи до такой степени уверенным в виновности Гарри, действовал бы совершенно иначе. Ярость, безумство, жажда убийства – все, что угодно, только не эта тягучая речь и пустота в глазах. Было это эффектом «корректировки сознания» или просто затишьем перед бурей, Поттер не знал. И незнание заставляло его нервничать больше всего.
«Проклятая Валькери… Десять против одного, безумная Нарцисса и разваленный до основания Малфой-менор – твоих рук дело. И в мозгах у драгоценного муженька не забыла поковыряться, чтобы он верил в то, что нужно тебе… И что теперь? Объяснять Малфою, что пожелай его благоверная, и человек «вспомнит» хоть черта в ступе, хоть Салазара Слизерина в балетной пачке? Бесполезно. А сходиться с ним в схватке мне сейчас совершенно не нужно».
Но Малфой не собирался выхватывать палочку или обнажать меч. Вместо этого он извлек из пространственной складки странный предмет и теперь бережно держал его на ладонях.
Это был густо покрытый неизвестными письменам куб из темного металла с отблескивающими чистым золотом гранями. Каждая из его сторон была разделена на восемь частей линиями, идущими из центра.
- Ты знаешь, что это такое, Поттер? – тихо, словно во сне, прошептал Драко. – Это Хисс, один из самых древних и бережно хранимых реликвий клана Дракул-Цепеш. Его главная и единственная способность – уничтожать. Все. Землю, воду, воздух, материю и магию. Это излучатель хаоса, Поттер. Единожды запущенный, он не останавливается, не завершив свою работу. А когда он ее завершит, Англии, скорее всего, вообще не станет на карте.
И слизеринец слегка коснулся одной из граней, засветившейся под его пальцами.
- Стой! – напрягся Гарри.
- Гарри, позволь я убью его, - проговорила стоявшая справа от него Рен.
- Погоди… - остановил ее Поттер, все еще не веря, что давний недруг способен на подобное безумие. – Малфой, ты рехнулся что ли? Решил уничтожить свою же страну?!
- Мою? Чью это – мою? Это Драко Малфою было чем здесь дорожить – отец, мать, родовое поместье… Отца убил ты, мать меня не узнает, а от дома остались руины. Драко Малфоя погребли под собой камни его дома, а лорду Вольдерихару… К чему Истинному Лорду сожалеть о каком-то островке, населенном глупыми людишками? Но главное – это ты.
И лицо Малфоя расколола безжизненная улыбка.
- Я уничтожу все, что тебе дорого. Всё то маггловское отродье, о котором ты так печешься. Всех твоих знакомых и друзей. Все, чего ты достиг – исчезнет, потеряет смысл. Хотя… Судьба в твоих руках - ты же так любишь всех спасать. Просто уничтожь Хисс, и все закончится. Уничтожь… если сможешь. Но знай, это – верная гибель. Я выиграю в любом случае. Сдохнешь ты – хорошо, мои родители будут отомщены. Струсишь и сбежишь – будешь виновен в сотнях тысяч смертей. И это даже лучше, потому что для такого, как ты, такой исход гораздо хуже смерти.
С последним словом Драко бросил засиявший гранями куб прямо под ноги Поттеру. И исчез.
А Гарри, одновременно прикрывая магической защитой себя и товарищей, отскочил на несколько метров. И не зря.
Куб, встав на один из углов и начав вращаться, подобно юле, засветился еще ярче, части его сторон раздвинулись, образовав что-то вроде крутящейся кубической решетки, сквозь которую изливался золотистый свет. Вокруг набирающего обороты волчка заклубился серо-черный туман, а потом Хисс со вспышкой словно провалился в пробуренную им самим скважину, из которой хлынул поток глянцево-черной жижи.
Она начала активно расползаться по площади, разливаясь озером. В гладкой поверхности не отражалось заходящее солнце, и тени словно бы бежали прочь от дыры в неведомую бездну, прикрытой тонкой волнующейся пленкой.
«Так вот что ты задумала, сестрица… Обставить гибель Люциуса так, чтобы в моей причастности никто не усомнился, а заодно и Реддля из-под удара вывести. Потом сообщить печальную весть Драко, слегка подкрутив ему винтики, снабдить его кубиком и отправить творить священную месть. Хитро… Оболваненный Малфой не кинется на меня – Валькери понимает, что в нашей схватке один на один результат будет непредсказуем, а ей нужно совсем другое. Запустив эту штуковину, они и впрямь ставят меня перед достаточно дрянным выбором».
- Проклятье… - выдохнул Гарри. – Мне стоило позволить тебе убить его, Рен… Или хотя бы оторвать руки.
- Так этот кубик действительно?.. Малфой не шутил?
- Вряд ли ему сейчас до шуток… - проговорил Поттер, не сводя взгляда с быстро увеличивающейся черной поверхности. – Он полностью уверен, что мы погубили его семью и дом, последнее, что связывало его с миром людей. Плюс, голова у Малфоя всегда была слабым местом, и неизвестно, что втемяшила в нее хитроумная Дракула. Быстро отходим. Нельзя терять времени, надо остановить эту дрянь, пока не сильно разлезлась…
Но все было тщетно. Ни совместная магия Гермионы и Гарри, ни сила огня Прио`сара, не могли не то что бы уничтожить, но даже притормозить распространение жадной, поглощающей все черной субстанции. Она с одинаковым безразличием принимала в себя и магические барьеры, и боевые заклинания, и чистый огонь.
Гарри сжал кулаки так, что захрустели пальцы, гнев толкнулся в виски, но даже сила Тэцу сейчас ничем не могла помочь своему хозяину.
- А Малфой в кои-то веки оказался прав. Должно быть, это у меня такая карма, - с невеселым смешком проговорил Поттер. – Спасать всех от чего-то. Сначала Избранный против Вольдеморта, потом чудо-посланник министерства, несущий оружие победы, а теперь… Как это не банально звучит, но придется спасать если не мир, то хотя бы Англию.
- Гарри, ты что, всерьез вознамерился… - Гермиона осеклась на полуслове.
- Думаешь, у меня есть выбор? – дернул уголком рта парень. – Этот оболваненный слизеринец прав и в другом – я не смогу просто бросить все и удрать. На другой континент или еще куда… В отличии от него у меня здесь есть, что терять. То, что терять я совершенно не желаю. Впрочем, как и у тебя.
Он в упор посмотрел на Грейнджер.
- И у вас, - взгляд переместился на близнецов и их сестру. – И даже у вас, мистер Норт. Вам ведь не все равно, что те две ваши милые подружки из Хейверилла внезапно погибнут под черной волной? У магов хотя бы есть шанс спастись, но из магглов почти наверняка уцелеют только правящая верхушка и богачи. Вся страна просто не сможет эвакуироваться в одночасье, да и куда?
- Но ты же погибнешь… - прошептала Рен, не моргая, глядя себе под ноги. Девушка привычно скрывала свои эмоции, но мысль, что Гарри может погибнуть, исчезнуть навсегда в этой темной бездне, впивалась в нее, резала ее по живому, сжимая сердце безжалостной когтистой лапой.
- А вот это вовсе необязательно, - легко отмахнулся юноша. – Малфой вряд ли точно знал, о чем говорил. Если эта штука генерирует именно хаос, то от него можно защититься. Потребуется много сил, и защита не продержится долго, но это вполне реально.
По сосредоточенному, спокойному лицу Поттера его друзья поняли, что он уже все для себя решил.
- И еще. Туда пойду один я. Кроме меня подобный барьер сможет создать разве что Гермиона, но и она не продержит его достаточное время. Так что выбор невелик.
На Рен его слова подействовали, как сигнал к атаке. Она резко выпрямилась, вскидывая голову.
- Я пойду с тобой.
- Нет, Рен, нельзя. Это и без того опасное дело, так зачем мне рисковать еще и тобой?
- Я хочу пойти с тобой, - тихо повторила она.
Друзья удивленно посмотрели на нее. На их памяти это был первый раз, когда девушка осмелилась возразить Гарри.
- Рен, я не возьму тебя. Ты будешь ждать меня здесь.
- А вдруг тебе понадобится помощь? Вдруг ты не справишься? Вдруг… - и она самым натуральным образом всхлипнула. – Да, я не могу тут использовать магию, и ак-нот остался только один, но, пожалуйста… Я не могу остаться здесь, зная, что ты…
- Рен, это не обсуждается! – слегка повысил голос Поттер. Черная воронка продолжала расползаться с все увеличивающейся скоростью, и медлить было нельзя. – Не заставляй меня вспоминать о твоей клятве!
- Гарри, умоляю тебя…
- Довольно! Я приказываю тебе остаться и ждать меня здесь! – выкрикнул Поттер, и впервые увидел, как действует на Шиан-Эр слово господина – сила приказа, вложенная в нервы, мышцы, саму суть Рен, швырнула ее на землю, поставив на колени.
Гарри резко развернулся, взметнув свою накидку и быстрым шагом направился в сторону неотвратимо приближающегося края черного пятна, уже расползшегося на пару сотен метров.
Чувствовал он себя скверно. Его переполняла злость и на Малфоя, и на себя, и на Рен, не желавшую понимать, что предстоящее ему дело будет подобно танцу на лезвии меча. И что спокойствие, собранность и отсутствие необходимости беспокоиться и оберегать ее, станет лучшим подспорьем успеха. Кстати о собранности… Он привычным усилием вымел из сознания все лишнее и сосредоточился.
Воздух вокруг Гарри помутнел, сгустился, пронизанный рисунком, похожим на сеть из шестигранных ячеек; магия послушно соткала вокруг него непроницаемую снаружи и изнутри оболочку и он, на мгновение замерев на краю («Значит, погибну? Ну, это мы еще посмотрим…»), не оглядываясь, шагнул вперед, и черная поверхность в тот же миг скрыла его от глаз.
Оставшиеся на плоской верхушке холма молчали, глядя на то место, где только что стоял их друг и командир.
- Как вы думаете, - первой нарушила молчание Грейнджер. – Он…
- Конечно, справится, - ответил, не дожидаясь конца вопроса, Норт. – Уж ты-то должна знать Гарри. Он повернул войну вспять, уничтожил Вольдеморта, сжег толпу дементоров, смог вытащить Хмури с того света… Что ему эта черная клякса?
- Но что если Гарри-сан все-таки не справится? – озвучила терзавшую всех мысль Окой. – Что если он… погибнет?
Никто не знал ответа. Никто не хотел и думать о таком ответе.
- Нет… - прошелестело сухим листом на осеннем ветру.
И головы магов повернулись в сторону Рен.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 263
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.09.10 13:28. Заголовок: Глава 20. Обрученные..


Глава 20. Обрученные тьмой.



- Нет…
И головы магов повернулись в сторону Рен.
- Нет… – яростно повторила девушка.
- Нет! – донеслось из-под светлой пряди, закрывшей лицо, и Рен, стоящая на коленях с опущенной головой, придавленная к земле силой прямого приказа своего господина, сжала зубы и медленно, неимоверным усилием, поднялась на одно колено.
Раздался приглушенный звон, на сарране проступила строка острой и угловатой даймонской вязи, и Когтя снова вернуло в коленопреклоненную позу – будто пригнуло исполинской ладонью.
- Нет!! – Рен снова начала приподыматься.
И вновь незримая сила подчинения поставила ее на колени.
И еще раз.
И еще.
- Нет!!! - от запредельного усилия у нее хлынула носом кровь, из-под побелевших ногтей впившихся в хетсаан рук тоже выступили красные капли, но девушка, глядя вперед расширившимися до предела глазами, не обращала на это никакого внимания.
Силу предохранительного магического механизма нельзя было превозмочь. Созданный на случай, если воля врага попытается повернуть оружие господина против него самого, он препятствовал любым попыткам противиться приказу.
Однако рассчитан он был на то, что превращенный неизвестным колдовством в изменника, слуга все равно, на уровне инстинктов, будет изо всех сил сопротивляться, стараться стряхнуть с себя то, что заставляет его идти против желаний повелителя.
То, что с_а_м, по своей воле, Коготь Владыки откажется выполнить приказ и направит все свои силы на преодоление запрета, в расчет никогда не принималось. Такого просто не могло случиться.
- Нет… Нет… Нет!!!
Рывок, еще один и в гневный звон саррана вплелся новый звук – тихий щелчок зазмеившейся по ошейнику тонкой трещины.
- Да как же это… - невольно вырвалось у Гермионы. Из разговоров с Гарри и изучения материалов информатория Эрц-Хаора она довольно неплохо представляла, что такое для любой из Шиан-Эр прямой приказ - абсолютный императив, нарушить который немыслимо и невозможно.
Но прямо на ее глазах это невозможное и происходило.
Сгибаясь, словно под неподъемным давлением, Рен выпрямила сначала одну дрожащую ногу, а потом, опершись на глубоко вошедший в землю хетсаан, встала на обе. Кровь на лице, кровь на руках, от страшного напряжения лопнули тонкие сосуды в глазах, залив белок красной пеленой.
- Нет… Ни за что… Никогда… - шептала она.
- Рен!! Не делай этого!! – чуть не плача, воскликнула Грейнджер. – Гарри вернется! Обязательно вернется! Он выходил живым из стольких передряг – выберется и из этой! Остановись, ты же просто убиваешь себя!
Но та и не думала останавливаться. Возникшие на сарране символы все сильнее наливались багряным огнем, а сам ошейник, раскалившись, обжигал девушке кожу до волдырей, принуждая к подчинению. Но все было бесполезно – Рен, опираясь на хетсаан и склонившись вперед, словно идя против ураганного ветра, отчаянно сражалась за каждый метр, каждый шаг, приближающий ее к растущей, глянцево-черной воронке. Туда, куда ушел Гарри.
Щелк! И сарран пробороздило еще два надлома.
Норт, близнецы, Крис и девушки растерянно толпились вокруг нее, не зная чем помочь подруге и боевому товарищу, но, пожалуй, только остолбеневшие Гермиона, Джинни и Окой, до конца понимали, что именно происходит сейчас с Рен.
Где-то в глубине ее души, еще в далеком детстве перекроенной темным искусством владыки Даймона и представляющей сейчас подобие кристаллической решетки с жесткими узлами и линиями подчинения, как в клетке, бились, сражаясь не на жизнь, а на смерть, два свирепых зверя.
Первый, некий могучий демон, подобно Церберу стоящий на страже вложенной воли и законов ее создателя, и второй, доселе неизвестный даже самой Рен. И этот второй, безымянный, появившийся в ее жизни благодаря Гарри совсем недавно, рожденный и вскормленный его участием, сочувствием, добротой и лаской, не думал и не мог отступить. Ни за что и никогда.
Да и таким ли безымянным он был?
Она не сдавалась. Мышцы на руках и ногах Рен вздувались узлами, на побледневшем лице короткими прочерками вспыхивали участки магического рисунка в тщетных попытках вытянуть из окружающего пространства хоть немного магической энергии. Но девушка, с полными отчаянной решимости глазами, со струйками крови на лице, превозмогая страшную боль, рвущую тело и разум, по шагу, по полшага, упрямо двигалась вперед.
Собрав все оставшиеся силы, вложив их в яростный звенящий крик, Рен дернулась, рванулась и неимоверным усилием выпрямилась во весь рост. И это стало последней каплей - покрывшийся трещинами в отчаянной борьбе со своим носителем сарран не выдержал и с хрустким, звонким щелчком лопнул в яркой вспышке, разлетаясь на куски.
Один из острых осколков глубоко царапнул лоб Гермионы над правым глазом, но та даже не обратила на это внимания – словно охваченная обездвиживающим заклятьем, она замерла на месте с широко раскрытыми, мокрыми глазами и прижав руки ко рту.
А Рен уже не было на месте. Избавившись от сдерживающих ее оков, она прянула вперед, как выпущенная из лука стрела.
Разбежавшись и мощно оттолкнувшись от земли, девушка в красивом пируэте взлетела прямо над жадно волнующейся воронкой. Время замедлило свой ход, и Рен, вращаясь в прыжке, бросила взгляд на стоящих внизу, на земле, людей, ставших ей в этом незнакомом мире верными друзьями и новой семьей.
«Спасибо вам. Спасибо за все. Вы все стали мне дороги, и я без колебаний встану грудью за каждого из вас. Но я не могу по-другому. Не могу и не хочу. Потому что там – Гарри, с кем я поклялась быть и в жизни, и в смерти, до последнего вздоха. И я не оставлю его одного, несмотря ни на какие приказы. Я иду к нему, и какой бы ни была его судьба, я с радостью разделю ее».
И, перегруппировавшись в самой высокой точке прыжка, она отвесно, как игла в воду, вошла в волнующийся, кромешный мрак.


***


А Гарри тем временем погружался все глубже и глубже, стремясь догнать активированный Малофем смертоносный артефакт.
Проклятый Хисс словно проваливался в преисподнюю, все расширяя и расширяя вокруг себя зону расщепления сущего в ничто, в первозданный, чуждый всему живому хаос. А Поттер, создав вокруг себя защитную оболочку, опускался в погоне вслед за ним.
Он потерял счет времени, уходя все дальше и прорываясь сквозь встречный ледяной поток, понемногу приближаясь к мерцающей внизу гибельной звезде работающего во всю мощь проклятого куба.
Текучая пелена внезапно посветлела, как разошедшиеся облака, и у невольно остановившегося Поттера зашевелились волосы на голове. То, что он увидел…
Малфой ошибался.
Хисс не создавал локального очага хаоса. Он пробивал мизерный, тончайший канал сквозь все мироздание, тот самый многослойный «кочан капусты», от точки активации до самого внешнего, давно мертвого слоя миров, которые, служа щитом, одновременно постепенно разрушались дыханием абсолютной смерти.
Дьявольский артефакт не мог вызвать гибель целого мира – для поддержания канала выброса требовался громадный запас энергии, но вот разрушить, полностью стереть из материального мира обширнейшее пространство, он вполне был способен.
И Гарри увидел… увидел будто сквозь мутное стекло бесконечное пространство, заполненное серыми хлопьями, дырчатую, как рваное, ржавое железо, черноту беззвездного, умирающего космоса и словно изъеденные проказой остовы планет и потухших звезд.
«Вот он, истинный лик Хаоса» - пронеслось в голове.
Тьма, свет, холод безвоздушного пространства, скопления газа, звезды, туманности и галактики, несмотря на очевидную чуждость человеку, все равно были жизнью, первичной структурой материи, основами рождающихся и умирающих миров, но это… Всепоглощающая, разрушительная, пожирающая все на своем пути серость была полной противоположностью любой упорядоченности, любым цикличным процессам, неотъемлемой частью которых являлась и жизнь. Абсолютное, безвозвратное н_и_ч_т_о. Полное умертвие.
Еле оторвав взгляд от жуткой и почти сводящей с ума картины, кажется, навечно отпечатавшейся на сетчатке глаз, Поттер собрался с силами. Следовало спешить - поддержание защитного барьера расходовало его магические резервы быстрее, чем он предполагал, а оборвать дьявольскую пуповину, питающую разрастающуюся язву в его мире, нужно было незамедлительно.
Он снова с усилием пошел вниз, когда внезапно… Словно бы расстелился веер трассирующих пуль, и по всем нервам, суставам ног и рук, затылку пробежала обжигающей цепочкой боль. Голову стянуло стальным обручем и тут же отпустило, а в сознании засквозил стылый ветерок. Гарри лишь сжал зубы до скрежета - эти ощущения были ему очень знакомы.
Мрак вокруг него сгустился, потек угольно-черными полосами, и отток магической энергии резко уменьшился, словно кто-то его, стоящего голым на зимнем ветру, на время прикрыл полой плаща.
- Вот мы и снова встретились, человечек…
- А, это вы, - губы Гарри сложились в напряженную, кривоватую улыбку. Показывать страх он не собирался. «Похоже, - подумал он, - все кончится вовсе не так, как я ожидал». – Приветствую вас, миледи. Хотя наша встреча произошла несколько раньше, чем я рассчитывал. И что же дальше?
- Что? – в пронизывающем, отдающим эхом в закоулках сознания шепоте послышались вопросительные нотки. - Это ты мне скажи, человечек… Скажи, о чем ты думал, идя на верную гибель?
- На такую ж и верную? Я все равно догоню этот чертов кубик, догоню и уничтожу.
- Не спорю, ты способен его разрушить… Но обратно ты уже не поднимешься. Уничтожив его, ты высвободишь всю накопленную им силу разом, и от нее даже тебе уже будет не сбежать и не защититься.
- Вот как? Ну что ж… Печально, но вы знаете, я привык доводить начатое до конца. Пропустите меня. Если все именно так, как вы сказали, то вам недолго осталось ждать.
- Не спеши… Ответь сначала, о чем вы, люди, думаете в такие моменты?
- О чем? Да ни о чем, особенно. А, может, о том, что дело должно быть сделано. О том, что если не выполнить задуманное, то все, что ты делал ранее, будет перечеркнуто. О том, что кроме меня – больше никто. И что лучше я здесь, чем сотни тысяч – там.
- Какие же вы все-таки странные… - в шепчущем во мраке голосе сплелись легкое удивление и едва заметный, почти неуловимый оттенок… уважения? – В каких бы мирах вы не появлялись на свет, вы всегда являетесь целым сонмом парадоксов и противоречий. Слабые, смертные, жадные, способные на бессмысленную, дикую жестокость, подлость и коварство ради своих мелочных целей… И одновременно – совершающие странные, безрассудные поступки, без оглядки и без сожалений жертвуя своими драгоценными, микроскопическими жизнями ради других. Осмеливающиеся любить и верить, зная, что все равно умрете. Вы слабы… Но порой выходит так, что на какой-то момент вы становитесь даже сильнее меня. Вот хотя бы ты… Ни в чем не знаешь удержу, ничего не умеешь делать наполовину. Вечно ходишь по краю … Хочешь идти один, а другие идут за тобой сами… Ведь ты сам не знаешь своей силы, человечек…
- О чем это вы?
- Да хотя бы о том, что ты, сам того не желая и не ведая, ухитрился сломать практически идеальное создание великого темного мастера, пожалуй, единственного, кто смог до такой степени приблизиться к абсолюту, что стал ближе всех ко мне. А ты, человечек, наивен и даже не представляешь, какой силой могут обладать чувства, вложенные в другое, близкое тебе существо… И она, эта сломанная игрушка, сумевшая изменится лишь благодаря теплоте твоего сердца, сейчас идет за тобой. Сама. По своей воле. Наперекор всему.
- Что? Рен?!! Я же приказал ей…
Лишь тихий смех в ответ.
- Он приказал… Нет, воистину мало кому под солнцами всех миров дано понять истинную силу человеческих чувств. И особенно - чувств женщины…
Поттер, забыв обо всем, о плотном, окутывающем все не-тумане, сквозь который просвечивала завораживающая картина безбрежного пространства хаоса, Хисс и свою инфернальную спутницу, резко, рывком сосредоточился. И, напрягая все чувства, прислушался к уходящим вверх потокам разъедающей все вокруг нематериальной субстанции.
И по ним, как по струнам, откуда-то сверху пришел слабый отклик. Медленно приближающееся светлое пятно, бледный, слабеющий солнечный зайчик, наполненный отчаянным стремлением и страхом.
Но не страхом погибнуть, а не успеть, не найти, потерять…
« У меня еще есть немного времени…» И Гарри, ни секунды не сомневаясь, рванул вверх.
Все ближе, ближе, и вот пузырь, защищающий Поттера от высасывающего жизнь дыхания хаоса, расширился и втянул в себя стремительно опускающуюся вниз фигуру.
- Рен?! Но… как?! Как ты смогла… - пораженно забормотал Гарри, хватая девушку за плечи и заглядывая в побелевшее, осунувшееся, испачканное собственной кровью лицо – погружение во мрак не могло пройти даром даже для такой, как она.
- Я… я не знаю… - еле слышно, задыхаясь, ответила та. – Прости. Я просто не могла… там остаться. Оставить тебя… Прости, прости…
- Прекрати, глупая.
И прижал ее к себе так, что Рен придушенно пискнула.
- Не извиняйся, это мне следует просить у тебя прощения. Но я думал прежде всего о тебе. У меня есть… - глядя в топазовые глаза, он почувствовал, что не может и не должен ей лгать. – У меня были шансы вернуться отсюда, хоть и небольшие, но были. У тебя же – ни одного, ты ведь не полноценный маг.
- Все равно. Не проси… Не приказывай… Я не уйду. Я убью ради тебя… Я умру ради тебя… Лучше погибнуть вместе с тобой, чем жить потом без тебя.
Она замолчала, и, опустив взгляд, прерываясь, продолжила:
- Война, лонохарцы, скрийлы и садэ Валькери… Сейчас все это не имеет значения. Потому что я больше не одна. У меня никогда ничего не было. Только долг, служение и Господин. И мне этого хватало. Но когда мы встретились… Тот день изменил для меня все. Раньше я думала только о том, что я – Шиан-Эр, и ни о чем больше. В невозмутимом, спокойном одиночестве. Но потом… Появилось еще что-то… Я не знаю для него подходящих слов, но ради этого я хочу жить. И даже если через несколько минут или часов моя судьба закончится, я все равно буду счастлива, потому что мы проведем их вместе. Потому что знаю - я не одна.
«Что, что же делать? И что я натворил? – мысли Поттера метались как всполошенные воробьи. Дрожащую Рен из объятий он так и не выпустил. – Я не хочу, чтобы она погибала, но без меня… Черт… Сломала сарран, бросилась за мной вопреки приказу… Она изменилась, но кое-что осталось прежним – жизнь после меня будет для нее хуже смерти. Значит, надо выжить! Разломать этот куб и назло всем выжить! Обоим! Любой ценой! Но как? Как же?!»
Ответ пришел от той, о незримом присутствии которой Гарри, переполненный эмоциями, успел позабыть. Вот уж действительно – никогда ничего не проси у сильных мира сего. Они сами предложат вам все просимое, даже если ты и не помышлял об этом. Объяв окружающую их черноту, отовсюду сразу пришел шелестящий, негромкий, но отдающий туманящей разум вибрацией внутри черепа голос. Спокойный и чуть ироничный:
- Живи, человечек… И ты, и та, что с тобой… Ты любопытен, а я умею ждать… Год, десять, тысячу лет – не имеет значения. За тобой так интересно наблюдать… мне… и не только мне…
И где-то внизу сверкающий золотыми гранями черный куб, размалывающий материю, внезапно рассыпался вспыхнувшей желтым пылью. Канал, выбрасывающий в мир Земли эманации Хаоса, оборвался, как натянутый жгут, и высвобожденная энергия, словно направленная незримыми ладонями, ударила вертикально вверх.
Окружающий сумрачный мир дрогнул, исказился в судорожных конвульсиях, внутри серого пространства взметнулся настоящий шторм, и затерявшийся в глубинах океана мрака жалкий пузырек с двумя живыми душами закрутило, как в водовороте, и неудержимо повлекло все выше и выше.
Там, на поверхности, уже целое озеро разлившейся черноты вспучило гигантской, вставшей настоящей стеной кольцевой волной, и сквозь него пробился широкий тающий столб сияющего света, стремительно выжегший жадную черноту и выкинувший в вечернее небо две вцепившиеся друг в друга фигуры.
Оказавшись вместе с Рен на высоте нескольких сотен метров, Гарри схватился было за подходящее левитационное заклинание – но нужда в нем тут же отпала. Бушующая вокруг энергия полного расщепления Хисса исказила в этом месте магический фон Земли, образовав зону с насыщенным и одновременно пониженным полем. И этих нескольких секунд Рен вполне хватило, чтобы, так сказать, «вдохнуть магию полной грудью».
Линии магического контура на ее лице и всем теле под одеждой засияли огнем, и за спиной Рен полыхнули и раскрылись два пятиметровых крыла, будто сложенных из длинных лепестков цвета сапфира. Девушка и обнимающий ее Поттер мягко опустились на землю неподалеку от стоящих товарищей.
Те, раскрыв рты, не отрываясь, смотрели на пару, выскочившую из пасти смерти, словно гуттаперчевый черт из коробочки.
А потом, выйдя из ступора, кинулись им навстречу. Джинни и Гермиона чуть не сшибли Рен с ног, затискав и зацеловав подругу, а Норт попросту сгреб Гарри в объятья и от души хлопнул его по спине.
- Ну ты… Ну ты, парень, даешь! – прохрипел он, отстраняя Поттера только затем, чтобы дружески ткнуть в плечо. – Эх, видел бы тебя папаша… Как вам удалось выбраться из этой задницы?!
- Нам помогли… - ответил Поттер, задумчиво улыбаясь и потирая пострадавшее плечо.
- Что? Но кто там мог вам помочь?
- Вы все равно не поверите, - покачал головой тот и, повернувшись к Рен, негромко сказал: – Теперь я немного понимаю, почему, кроме как «Наэ-Хомад», это… эту… изредка называют еще и «Ортан-Тэ» - «Богиня необъяснимого». Поступки и решения ее… и впрямь необъяснимы.
- Даже Смерти-Матери иногда бывает скучно, - произнесла Рен, так и не отпустившая руку Гарри.
Тот поглядел на свою подругу и остановился на ее свободной от сарана, покрытой багровыми полосами ожогов шее.
И внезапно слегка нахмурился.
- Рен… Этот твой ошейник… Помнится, именно он подтвердил тогда, в Эрц-Хаоре, что я принял твою клятву. Но теперь его больше нет, так что… Для тебя это как? Надеюсь, ничего плохого?
- Нет, сарран лишь предохранительный механизм, а не вместилище верности… - ответила та, машинально тронув свою непривычно свободную шею. – Но то, что произошло... Я нарушила твой приказ… Я…
Рен замолчала, и ее зрачки начали снова понемногу расширяться – похоже, состояние крайнего нервного напряжения проходило, и девушка постепенно начала осознавать, что же именно она совершила. Несмотря на ее невероятный поступок, она все равно оставалась большей частью прежней, с жесткими зависимостями и привязкой к господину. И понимание произошедшего нисколько не добавляло ей душевного равновесия…
Девушка неуверенно подняла на Гарри глаза.
- Гарри… Как же мне быть?
«Слава богу, что она уже не валится мне в ноги и не умоляет ее не бросать» - с некоторым облегчением подумал Поттер. – «Но надо что-то придумать, чтобы успокоить ее…»
- Будь собой, Рен. Просто посмотри и подумай, - и Гарри обвел рукой стоявших вокруг друзей. – Никто из них никогда не приносил мне клятв верности, но неужели ты думаешь, что я доверяю кому-нибудь из них меньше, чем тебе? Что сделано, Рен, то сделано – добро пожаловать в мир, где больше, чем любой клятве, верят словам друга. Или даже гораздо больше, чем друга…
Девушка чуть смущенно опустила глаза, Гарри и Рен продолжали стоять, сцепив руки, пока Норт, полушутливо не прикрикнул:
- Гарри, лопух ты эдакий, да целуй ты же ее, наконец! Или мне и тут надо тебя подталкивать?
Гермиона, Джинни и Окой заулыбались, близнецы зафыркали и отвернулись, сдерживая смех, Крис удивленно взметнул брови, а Поттер, освободив одну руку и показав исподтишка Эдварду кулак, второй рукой привлек к себе Рен и накрыл ее губы своими.
Фред и Джордж захлопали в ладоши и засвистели, девушки слегка зарделись (ведь они, несмотря ни на что, были так молоды) а Норт, качая головой, продолжал бурчать:
- Ну ничего без подсказки сделать не может…
А парочка, забыв про все, продолжала самозабвенно целоваться.
Наконец, оторвавшись друг от друга, Рен и Гарри без тени смущения подошли поближе к остальным и обозрели неузнаваемо изменившуюся местность, заволакиваемую вечерними сумерками.
Мутновато-серый зыбкий туман над местом их несостоявшейся гибели рассеялся, и в земле обнаружилось обширное, более километра в диаметре и трехсот метров в глубину, четкое коническое углубление. На дне его виднелось черное отверстие, эдакая шахта прямиком в ад, о глубине которой не хотелось и думать.
- Да уж, ничего себе ямка, - поскреб затылок Джордж. – Магглы, должно быть, сильно удивятся.
- Удивятся, через неделю привыкнут, а через несколько лет вообще забудут, - махнул рукой Гарри. – Многих ли сейчас удивляют Гранд Каньон или место падения Тунгусского метеорита?
- Ты что, хочешь сказать… - начало, было, Гермиона, но Гарри лишь пожал плечами.
- Понятия не имею. Но все может быть… Эх! Ну, Малфой, ну, жертва с прополосканными мозгами… Когда я до тебя доберусь, взыщу еще и за это. Отдельной статьей.
Он тряхнул головой и оглядел своих друзей.
- Что ж… Пора собираться в путь-дорогу. Все вы знаете, что мы должны сделать, а время не ждет, так что…
- Погоди, Гарри, - остановил его Фред. – Помнишь, ты рассказывал нам, закрывшись этой своей абсолютной завесой, о Лоно Хара и всем таком? Помимо всего прочего, ты объяснял, что закрываться надо именно потому, что Валькери в порыве откровенности как-то упомянула, что они способны отслеживать место и время, когда не-лонохарец рассказывает не-лонохарцу о тайне их мира. Отслеживать и принимать соответствующие меры. Так же, как и наше Министерство в случаях неправомочного колдовства. Там, кажется, было что-то про Гитлера, нашу принцессу Диану и еще кого-то…
- Ну да, - подтвердил Поттер, еще не понимая, к чему клонит рыжий. – Все верно.
- Нам ведь нужно как можно сильнее запутать следы? Так давайте перенесемся куда-нибудь, да и поболтаем немного. И посмотрим, как быстро к нам пожалуют гости. С ними мы разберемся, а этой Дракуле доложат, подтвердив, что мы все еще тут, на Земле. Она должна знать, что ее ловушка не сработала, иначе не сосредоточит большую часть своих сил на наших поисках.
- Что ж, - наклонил голову Гарри. Мысль пришлась ему по вкусу. – Давайте попробуем. Вы оба, я и… пусть будет Норт для подстраховки.
Перенесшись на каменистое побережье Шотландии, гористая местность которой теоретически могла служить основой для целой сети укрытий, мужчины сели на камни и, перебивая друг друга, начали рассуждать вслух о Лоно Хара. В своей беседе они горячо обсудили состав жителей этого мира, а также их возможную генеалогию, традиции, обычаи, нравы, а так же практикуемые половые извращения. Причем если бы описываемое ими соответствовало истине хотя бы на треть, то посади в Азкабан одного-единственного лонохарца, и все тамошние заключенные – убийцы, душегубы, чернокнижники и растлители, да и дементоры, пожалуй, тоже, разбежались бы в ужасе, резонно опасаясь за свой моральный облик и целомудрие.
Долго такое веселье продолжаться не могло. На сквернословов пахнуло холодом, и неподалеку от них из раскрывшегося зева Тропы, выполз наг.
Он был один, но он того стоил. Крупный, широкогрудый, плечи бугрятся мускулами, четыре мощные руки, покрытые черно-зеленой чешуйчатой кожей, каждая толщиной с бедро обычного человека. Вооружен лонохарец был четырьмя широкими изогнутыми ятаганами.
- Никчемные людишки! – загремел его раскатистый бас. – Вы осмелились не только вслух говорить о запретном, но и возносить хулу на тех, кто стоит неизмеримо выше вас! Посему…
Гарри привычно положил руку на рукоять меча, а Норт с уже обтекшей правую руку броней начал вставать, когда близнецы Уизли в который раз их удивили.
- Смотри-ка, братец! – с философской рассеянностью отметил Фред. – Змеюка к нам приперлась. Гадкая и говорящая. И с мечом опять же. А чему нам учит простая житейская мудрость? Кто с мечом к нам придёт...
- Того легче будет застрелить! – закончил фразу Джордж, и близнецы, как по команде, выдернули из-за пазухи по двуствольному обрезу. Это были холимые и любимые игрушки братьев Уизли. Полированное дерево, рифленые короткие рукоятки, гладкие, вороненые стволы, на каждом из которых виднелась четкая гравировка – «Ultima Ratio».
Карающий посланец Лоно Хара не успел больше произнести ни слова. Жахнул счетверенный залп, выбросив два ярких хвоста огня и дыма, и нага, практически перерубленного пополам четырьмя зарядами крупной картечи, отшвырнуло прочь.
- Однако… - произнес Фред, вытаскивая дымящиеся стреляные гильзы, заряжая новые патроны и глядя на уже мертвое, развороченное тело, дергающее руками и хвостом. – Змеюка оказалась гадкой не только снаружи, но и внутри. Пойдем-ка, Гарри, отсюда, а то еще кто притащится, на всех патронов не напасешься.
- Пойдем, - согласно кивнул Поттер. – Следующая промежуточная остановка – Даймон – ночевать в нашем убежище я, пожалуй, после столь бурной череды событий, не рискну. Только сначала мне надо будет нанести еще один визит. Напоследок.
И четверо, двое из которых все еще пребывали в состоянии непреходящего изумления, а двое – лучились тихим довольством, исчезли.


***


В Норе этой безветренной, тихой ночью было тихо. Неказистый многоэтажный дом семьи Уизли по-прежнему стоял на своем исконном месте неподалеку от рощи и небольшого водоема, в котором отражалась молодая луна. Воздух был чист, свеж и нес колкую прохладу, напоминающую о приближающейся осени.
С тех пор, как дом покинули близнецы и единственная дочка, а младший сын вернулся из больницы Святого Мунго, царивший в нем дух веселого и бесшабашного бедлама исчез. Никто не носился по лестницам, не испытывал заклинания, не взрывал петарды, нанося ущерб и без того ветхому дымоходу. Безобидные и не слишком выходки, которые мистер и особенно миссис Уизли всегда воспринимали с раздражением и легким, порой показным негодованием, оказалось, были необходимой частью царившего в доме тепла и уюта. Лишившись их, Нора словно бы замерла, притаилась и насторожилась.
Хозяева, как и всегда в последнее время, легли в постель поздно. Артур Уизли, вымотавшись на службе, уснул сразу, а Молли долго не спалось – она все прислушивалась к гнетущей тишине, к которой так и не могла привыкнуть. Все мысли ее были о детях, ушедших за своим другом и теперь скитавшихся неизвестно где. И о младшем сыне, беспокойно дремлющем в своей комнате и часто кричащем по ночам.
Наконец, заснула и она, так что никто не видел, как за сараем с коллекцией маггловских изобретений мистера Уизли невидимая игла вышила в воздухе светящийся синим узор, и сквозь него на траву шагнул человеческий силуэт.
Поттер беззвучно проник в хорошо ему знакомый дом через кухонную дверь, легонько провел рукой по столу, за которым не раз сиживал в компании веселой рыжей семейки, и поднялся на второй этаж не скрипнув и ступенькой. Войдя в комнату Рона, он остановился у кровати спящего, сжавшегося в комок парня.
«Эх, Рон, Рон… Как же неудачно все вышло… Я многое бы отдал ради того, чтобы ты сейчас стоял рядом со мной, Гермионой и ребятами, но… К сожалению, уже поздно. Мы слишком далеко успели уйти по путям, проложенным давно исчезнувшим темным Владыкой. И тебе не догнать нас, как бы ты не старался. А я уже не могу вернуться и быть тебе проводником… Хотя кое-что сделать все же необходимо. Это будет наилучшим выходом».
Гарри шевельнул рукой, и с кончиков его пальцев сорвалось пять бирюзовых огоньков. Они закружились хороводом над головой Рона, и юноша, пребывающий в беспокойной дремоте, начал погружаться в сон все глубже и глубже. Расслабились нервно сжатые кулаки, разгладилось лицо, и он размеренно и глубоко задышал.
Лишь убедившись, что его друг спит, как убитый, Поттер коснулся его лба указательным пальцем. От точки прикосновения в стороны выстрелили короткие зеленые лучики, загнулись, как лопасти пропеллера, а пространство между ними заполнили даймонские письмена.
У ментальной магии, как и у любой другой, есть уровни мастерства. Для того, чтобы незаметно подсмотреть или подменить чьи-то воспоминания, внушить что-либо или тонко наложить требуемый тип поведения, как сделала в свое время та же Валькери с Гарри и Драко, необходимы развитой талант и громадный опыт. Но чтобы просто стереть, безвозвратно уничтожить кусок памяти… Хватит и троечника.
Магический символ-колесо сделал надо лбом Рона несколько оборотов и исчез, а Поттер накрыл тихо сопящего друга сбившимся одеялом и вышел.
Утром следующего дня Молли Уизли готовила на кухне завтрак. Артур уже ушел на работу, где из-за повышения проводил теперь гораздо больше времени. Миссис Уизли хлопотала у плиты, ожидая появления младшего сына, который этим утром почему-то не спешил просыпаться. Обычно он вставал рано и бесцельно бродил по дому, а порой родители заставали его уже на кухне, молча сидящим за столом перед пустой тарелкой.
Но сегодня… сегодня…
- Привет, мам! Что случилось, дом словно вымер! - И Рон, лихо проехав по перилам со второго этажа, прыгнул вперед, с грохотом натолкнувшись на стул. – Где вообще все? Куда-то удрали уже? А Гермиона? Завтра в Хогвартс, а мы еще в Косом переулке не были!
Рыжий парень бесцеремонно стянул с блюда, стоящего посреди стола, горячий пирожок и, дуя на пальцы и беспрестанно обжигаясь, начал его уминать, продолжая болтать с набитым ртом:
- Неф, пвафда, куда фсе подефавись? И фде Гавви?
Молли выронила сковородку с жареными сосисками и та, жалобно лязгнув, отлетела под стол, а женщина едва успев совладать с внезапно ослабевшими ногами, рухнула на табурет, молча глядя на сына. По ее лицу текли слезы.
А Гарри Поттер был уже далеко.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 264
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.12.10 14:32. Заголовок: Глава 21. Враги моих..


Глава 21. Враги моих врагов-1.


- Рен! Займись теми, что справа! - отрывисто бросил Поттер, одновременно отбивая вверх летящие в него заряды магии и ставя щит от начавшего течь расплавленного камня потолка.
Девушка, прикрывавшая его с тыла и флангов, лишь коротко кивнула и стремительно метнулась в боковой коридор, откуда атаковали Поттера. Преодолев около пяти метров, она сильно оттолкнулась от пола, пробежала еще столько же прямо по стене и обрушилась на врагов сверху. Замелькали руки и ноги, со свистом описал пару кругов хетсаан и стены коридора обильно украсили подтекающие красные брызги, а пол устлался телами.
Но Гарри всего этого не видел – уверенный в Рен он продвигался только вперед, стараясь как можно скорее очистить от противника последнее крыло небольшого вражеского замка, их первого промежуточного пункта планируемого блицкрига.
Ворвавшись в следующее помещение и немедленно зарубив поднявшего на него волшебный жезл мага, Поттер вступил в схватку с двумя оставшимся врагами. Одетый в кольчугу воин навалился на него спереди, а наг с двумя короткими, метательным копьями стал подползать сбоку, выжидая время для броска. Но судьба распорядилась иначе – через недолгое время схватки одна из боковых стен взорвалась в бело-синем огне, и сквозь образовавшийся проем влетела Рен. Длинный выпад, острие хетсаана впилось обернувшемуся нагу в то место, где у людей расположен желудок, а потом по линиям оружия Рен пробежал короткий просверк и вспышка магии вырвала человекоподобной рептилии все ее потроха вместе с изрядным участком спины.
Оставшийся воин тоже прожил недолго, получив одновременно хетсаан между лопаток и меч Гарри в диафрагму. Взмахнув своим дымящимся оружием, на заостренном конце которого угасала одна светящаяся точка, девушка гибко повернулась к Поттеру и довольно сощурилась.
- Что, Рен, с магией живется веселее? – ухмыльнулся Гарри.
Та в ответ лишь согласно кивнула.
Чужой мир, кроме всех известных и еще неведомых опасностей, преподнес еще один сюрприз, больше похожий на поощрительный приз. Рен могла здесь пользоваться магией, от которой была отрезана все свое пребывание на Земле. Первые подозрения насчет этого появились у Поттера еще во время их разведывательного похода по следам Джеларовых скрийлов и сейчас, снова оказавшись тут, он первым же делом решил проверить свои догадки. Которые успешно подтвердились. То ли из-за каких-то неясных свойств другого мира, то ли из-за воздвигнутого барьера, но магический фон родины Валькери был иным, чем на земле, чуть более размытым и, если можно так выразиться, самую малость направленным «под другим углом». И вот этой малости оказалось достаточно, чтобы даймонские магические контуры хетсаана и наложенные на саму Рен в ее второе рождение, оказались способны вытягивать и использовать эту энергию, многократно повышая ее силу, как боевой единицы. Чему сама Рен, безусловно, была безумно рада.
А пока шел третий день их вторжения в Лоно Хара.
Проведя вечер и ночь в Эрц-Хаоре, команда Гарри перенеслась на самую окраину Лоно Хара, где затаилась почти на сутки, а потом обрушилась всей силой на отдаленный вражеский форпост, находящийся на подступах к их цели - высокогорному плато Тай-Шарр.
Гарри с Гермионой совместными усилиями поставили изолирующий купол, полностью отрезавший от внешнего мира этот участок местности, потом, разделившись на уже спаянные боевые группы, они сходу проломили внешнюю оборону, начав вычищать замок изнутри.
Гарри с Рен и Норт с Гермионой шли наиболее эффектно и громко, стягивая к себе и перемалывая основные силы защищающихся, а все остальные атаковали ослабленные участки, выбивая поредевших противников и заходя в тыл тем, кто сосредотачивался против наступающих групп.
Из той части соединенных между собой переходами башен и строений, куда направились все трое Уизли, была слышна непрерывная стрельба, перемежающаяся глухим уханьем гранат. Работа Джинни и Эгором была куда более тихой, но не менее эффективной – порой то ажурное окно, то кусок стены взрывался в песчаном облаке и оттуда вылетал один или сразу двое поверженных защитников.
Окой вместе с Крисом тоже неплохо сработались и подошли к поставленной задаче довольно творчески – первым по коридору шел Кристофер с выражением лица потерянного и испуганного мальчишки, а за ним семенила японка, скромно опустив голову и глядя в пол. Увидав такую процессию, враг на секунду-другую недоуменно медлил, давая друзьям Гарри необходимую фору. Потом, исходя из количества и качества противника, следовал либо залп магии из усиленной палочки, мощь которой вполне могла конкурировать с «обычным» лонохарским волшебством, либо в дело включалась Окой, пригвождая обороняющихся к полу силой своего дара, либо срываясь в ближний бой, как при штурме Хогвартса.
Когда же им временно пришлось разделиться, Крис и тут не оплошал. Столкнувшись с группой в десяток воинов, спешащих на помощь своим, японка тут же нанесла удар, спеленав их в коконах собственных кошмаров и замерла, поддерживая иллюзию, а Крис, ожидая финала, решил проверить боковой проход. Где и столкнулся нос к носу с лонохарцем, облаченным в легкий кожаный доспех и с длинным бичом в руках.
Воин, увидев перед собой мальчишку, расслабился, пренебрежительно дернул уголком рта и лениво ударил, собираясь для начала сшибить подростка с ног.
Делать этого точно не следовало. Крис, на чью подготовку Гарри потратил бесчисленное количество часов Маховика Времени, действовал без раздумий.
Он прыгнул, уходя от нацеленного на ноги бича вперед, и с ходу ударил воина ногой сбоку в колено, а когда тот, не ожидав от мальчишки немедленной контратаки, припал на предательски подогнувшуюся ногу, получил усиленный «Кофундус». А Крис подпрыгнул еще раз и, вложив в удар всю массу тела, с размаху опустил правый локоть на переносицу врага.
Раздался негромкий треск и противник с моментально залитым кровью лицом, опрокинулся на спину и остался неподвижно лежать на полу.
А ученик Гарри лишь сжал и разжал кулаки, довольно фыркнул и побежал по коридору обратно.


***


Гермиона продвигалась по первому этажу, где по плану, предоставленному Джеларом, располагались жилые помещения. Основное сопротивление было подавлено и они с Эдвардом решили разделиться. Зачистив от противника несколько казарменных по виду комнат, она почти подошла к концу крыла, как ее внимание привлек громкий разговор за толстыми, не очень вписывающимися в общий декор замка, дверями.
- Штар, надо идти на помощь нашим!
- Нет, у нас приказ!
- К демонам приказ! Запрем двери и никуда они не денутся!
- Орт! Я доложу о твоих словах! Нам приказано охранять их, а в случае возможности освобождения – уничтожить! Откуда ты знаешь, может, это именно сайторцы снова подняли бунт, и пришли освободить их?! Ты никак хочешь ослушаться слова императрицы? Заткнись и помоги мне!
- Ну, как знаешь…
«Приказ императрицы? То есть Валькери? Кто-то, чьего освобождения нельзя допустить? Это становится интересно…» - подумала Гермиона и, приоткрыв дверь, бесшумно скользнула внутрь, готовая к атаке.
Но внутри уже никого не было, а сама комната напоминала, скорее, караульное помещение – со столом, двумя простыми походными кроватями и раскрытым шкафом с холодным оружием. Из него вбок вела еще одна дверь, еще более мощная, чем входная. И из-за нее доносились голоса. Грейнджер подошла поближе и прислушалась.
- Время вашего гостевания у нас подошло к концу. Я просто выполняю приказ, так что ничего личного, ва… Стоп, а где этот звереныш? Куда она подевалась? Отвечай!
- А ты очень самонадеян, - ответил ему другой мужской голос, заметно моложе и полный спокойствия пополам с легким презрением. – Сначала объявляешь, что пришел нас убить, а потом – требуешь содействия?
- Знаешь, а умереть тоже можно по-разному… - первый говоривший явно разозлился. – Орт! Проверь другую комнату!
- Сейчас.. Ааааа! Она прыгнула на меня! Аргх.. Помо.. хиии… хрр…
Вопль о помощи прервался хрипом, будто кричащему на горло накинули пеньковую удавку и Гермиона решила больше не медлить. В конце-концов, если лонохарцы кого-то так хотят убить, с этими «кто-то» явно стоит хотя бы поговорить.
Грейнджер, не скрываясь, распахнула створки и перед ней предстала следующая картина:
В большой комнате, разительно отличающимся от прочих помещений достаточно комфортным убранством и мебелью, стоял спиной к ней лонохарский маг в темно-зеленом плаще и обтягивающей голову шапке, на конце волшебного жезла которого с шипением плясал клубок желтого света. Подобные она уже видела сегодня - точно такими же швыряли в них маги в начале штурма, и Гермиона отлично представляла, что сделает это заклинание с незащищенным человеком.
А высокий молодой человек, стоявший у зарешеченного окна, был именно ничем незащищен. Сухощавый, но широкоплечий, он был одет в штаны, заправленные в короткие, мягкие сапоги и белую рубашку с широкими рукавами. Лет двадцати двух - двадцати пяти на первый взгляд, со слегка смугловатой кожей и правильными, немного резкими чертами лица, длинными черными волосами до плеч и необычными глазами цвета аметиста. Неизвестный, но чем-то опасный лонохарцам обитатель, стоял выпрямившись, крестив руки на груди и презрительно глядел на пришедшего его убить.
А в арке, ведущей в еще одну комнату, творилось что-то непонятное. Второй из убийц хрипя катался по полу, а в его загривок, передавливая шею его же воротником, намертво вцепилось что-то непонятное, с головой замотанное в длинные цветастые шали, покрытые по краям пушистой бахромой.
Приговоренный к смерти заметил гостью первой и его глаза из презрительного прищура удивленно расширились. Но одновременно это подметил и маг-убийца. Он отпрянул к стене, мгновенно оценил ситуацию и принял решение.
«Черрррт…!» - промелькнуло в голове Гермионы. Маг атаковал, но вовсе не ее, решив следовать букве полученного приказа до конца. Но не успел – девушка взмахнула рукой, колдуна дернуло в сторону, и желтый клубок с его жезла прошел сильно левее неизвестного, обратив в пепел и капли растаявшего стекла окно, однако не пробив решетку, вспыхнувшую сизым огнем.
«Да это, судя по всему, весьма уютная, но именно темница» - мелькнула мысль у девушки.
Тогда колдун переключился на нее. Первую атаку Гермиона отбила, выставив руку с соткавшимся вокруг нее щитом, похожим на дрожащую черную паутину; красный луч уперся в его середину, с треском пытаясь проломить защиту, разбрасывая вокруг брызги огня, от которых затлел устилавший пол ковер. Следом полетело какое-то ударное заклинание, от которого Грейнджер увернулась и атаковала сама – перед ней в воздухе расцвел даймонский магический круг и заряд магии, пролетевший сквозь него, размножился целым пучком черных пик, за миг превративших бы иного противника в решето. Но этот противник сумел защититься, мгновенно создав перед собой небольшую стену из с грохотом выдранных из стен и потолка кирпичей. И тут же ударил снова, послав в Гермиону вылепившегося из белого тумана неведомого зверя, ударившего лапами в щит так, что девушка пошатнулась и отступила на пару шагов.
Удар, еще удар, в воздухе с громким шипением сцепились рубиновая молния с рук Грейнджер и оранжевый хлыст, сорвавшийся с жезла мага. Еще миг – и они исчезли, а с обоих сторон полетели взрывные заклятия и магия воздуха, отбивавшие взрывы и перенаправлявшие их в другую сторону.
Молчаливая битва двух магов нарастала, постепенно превращая обширную комнату в руины, пока увлеченная схваткой Грейнджер не вспомнила, зачем она сюда заглянула.
Ее глаза на миг стали словно пустыми, тень за спиной налилась чернотой и Гермиона, вскинув руки в сложном пассе, резко дернулась вперед на пару метров и тут же остановилась. Но не ее тень. Как будто летя по инерции, она обтекла ее, прошла насквозь фигуру девушки и метнулась на лонохарского мага, обретя форму самой Грейнджер. Волшебник ударил сразу тремя различными заклинаниями, выбивая из приближающейся тени тающие, рваные куски. И отвлекся, что и надо было Гермионе. Простейшее режущее заклинание ударило его сбоку и, пропоров от пояса до середины груди, отбросило к стене.
Но тут смертельно раненый волшебник вспомнил о приказе и, оперевшись спиной на залитую кровью стену, выбросил в сторону незнакомца руку, с которой сорвались пять синеватых капель. Как в замедленной съемке Гермиона видела, как капли утолщаются и удлиняются, превращаясь в заостренные метательные дротики, каждый из которых вдобавок расщепился надвое.
Жить побледневшему молодому человеку оставалось меньше секунды, и Грейнджер инстинктивно приняла решение. Магически ускорившись, она рванулась наперерез, прикрывая незнакомца, и вновь выставила щит. Но из-за резкого движения «паутина» ушла вбок, и из десяти дротиков удалось отбить только семь. Один, оставив порез, распорол ей одежду на плече, другой вонзился в бицепс, а третий, все же пробив край щита, глубоко вошел в плечо пониже ключицы.
Гермиона подавила вскрик и, дематериализовав щит, ударила с левой руки, буквально наполовину впечатав переломленного пополам мага в стену. И опустила руки, по одной из которых уже струилась кровь.
- Вот же а… - прошипела девушка, выдергивая из тела дротики, похожих на темно-синее вулканическое стекло и чувствуя, как всю правую сторону тела постепенно охватывает болезненное онемение. – Вдобавок эта дрянь наверняка отравленная…
Медлить было опасно и она, скинув накидку и безрукавку, здоровой рукой рванула топик, обнажая рану на плече. Все три выглядели неважно – уже почти не кровоточили и имели багровый припухший вид, совершенно не похожий на свежие колотые раны.
Подошедший брюнет что-то произнес на неизвестном языке, но Гермиона лишь отмахнулась от него:
- Подождите! Не сейчас! – и тот послушно отошел обратно к окну.
На ее левой руке задымились тлеющие повязки, открывая засветившиеся остроугольные полосы письмен «цепей гнева», вокруг кисти возникла темная когтистая перчатка, и девушка, уже привычно сжав зубы, с силой сдавила ей пробитое плечо.
Хлесткий удар боли по нервам, капельки крови, выступившие на тускло засветившихся символах и тут же - ощущение, как будто в рану сунули раскаленный гвоздь. Под действием «Дагор Хаттана» меж когтей заструился серый дымок, идущий прямо из раны – темная и кровавая магия с легкостью вытягивала и уничтожала попавший в тело хозяйки яд. Проделав то же самое с ранами на руке, Гермиона наложила повязки «Ферулой», выдохнула, смахнула пот со лба и опустилась на краешек уцелевшей во время боя резной скамьи.
- Так что вы там хотели? – поинтересовалась она, а потом, вспомнив, где она находится, повторила вопрос на языке Хаоса.
- Я просто хотел предложить вам помощь, но… - неожиданно ответил на весьма неплохом английском нарочито не смотрящий в ее сторону незнакомец. – Прошу прощения, леди, но вы… несколько неодеты.
- А? – и до Гермионы только сейчас дошло, что, торопясь с обработкой ран, она осталась, как сказали бы магглы, практически «топлесс». Покраснев, второпях схватив с полу накидку и прикрывшись, она сердито взглянула на собеседника.
- Отвернитесь!
- Помилуйте, я и так не смотрю в вашу сторону…
- Действительно, все, что хотели, вы уже увидели.
- Прошу прощения, но ничего такого я и не хотел. Вы сами слишком быстро начали… эээ… В общем, еще раз извините.
- Да ладно… Но кто вы такой? Вы и эта… Это…
- Та, кого вы именуете столь неопределенно…
И тут иссеченная, торчащая щепами дверь с шумом распахнулась, и в разгромленную комнату ворвались прижавшие к плечам штурмовые винтовки братья Уизли и Норт с палицей наперевес.
- Гермиона! Ты цела?
Тонкие лучики лазерных целеуказателей метнулись слева направо по помещению и замерли красными точками: один на лежащем без чувств лонохарце с непонятным существом поверх него, а другой – на лбу присутствующего незнакомца.
- И что же тут происходит? – вопросил Норт, разглядывая кутающуюся в накидку насупленную Грейнджер, незнакомца, демонстративно держащего руки на виду и торчащего из стены мертвого мага.
- Уже ничего, - ответила Гермиона. – Но появился один интересный… Ой!
Закончить она не успела – непонятное, замотанное в ткани существо молча прянуло вперед, проскочило на четвереньках промеж ног Эдварда, выскочило из комнаты и пустилось наутек.
- Что? Куда? А ну, стой!– тут же устремились за беглецом близнецы и Норт, а Гермиона, проводив их взглядом, повернулась в сторону спасенного. Который, глядя вслед группе преследования, лишь досадливо поморщился.
- Так кто же вы такие? – спросила девушка, внимательно разглядывая молодого человека. – И почему вы тоже не попытались улизнуть?
- Кто мы такие, я обязательно вам расскажу, но не лучше ли будет это сделать, когда все ваши друзья соберутся вместе, чем объяснять каждому поодиночке? Что же до Ами… То она скоро вернется.
- Ами? Так зовут эту вашу…
И тут их беседу прервали в третий раз. Обездвиженный этой самой Ами лонохарец, видимо какое-то время уже очнувшийся, решил, что сейчас самое время напасть.
Вскочив и успев обнажить изогнутый меч, он кинулся на парня. Гермиона, было, дернулась вперед, но не успела. Помощь на это раз не понадобилась – длинноволосый незнакомец шагнул тому навстречу, перехватил вооруженную руку и, используя инерцию нападавшего, буквально закрутил его вокруг себя, потом, резко поменяв направление движения на противоположное, взмахнул вытянутой рукой, как крылом, и ударил его тыльным ребром ладони по горлу.
Ноги лонохарца вскинулись вверх, а сам он, со сломанной шеей, рухнул вниз.
- Вот так, любезный Орт. И в отличие от тебя – это личное.
Молодой человек провел этот убийственный прием столь легко и непринужденно, прямо как балетный танцовщик давно изученное движение, что девушка невольно подумала:
«Мда… И кого я тут собиралась спасать?»
Ее мысли, должно быть, отразились на лице, потому как брюнет произнес:
- С обычными воинами мы бы справились, а вот, будучи невооруженными, одновременно с опытным магом и десятником стражи… Вряд ли. Так, значит, насчет Ами… Хотя, вот и она сама.
Из коридора послышались приближающиеся звуки погони и в комнату прытко, как кошка, улепетывающая от своры собак, влетело то самое нечто. И подбежав, спряталось за спину парню, сунув ему что-то в ладонь.
Через несколько секунд сюда же пожаловали и преследователи – Норт, близнецы и присоединившаяся к ним в процессе погони Джинни.
- Да что это за создание такое? – все четверо тяжело дышали. – Бешено носится, как угорелое, прыгает по стенам и разве что не по потолку… Цапнуло какую-то шкатулку в их хранилище и рвануло обратно. Закройте дверь, а то снова удерет!
- Никуда оно больше не удерет, - совершенно спокойно ответил молодой человек, доставая из принесенного ему мешочка и надевая на пальцы перстень и тонкое кольцо. – Ами, будь так добра, сними эту свою хламиду, хватит изображать из себя огородное пугало, а то тебя и так уже не считают за человека. И покажись людям, которые нас, к слову, спасли и освободили.
Бочком выдвинувшееся из-за его спины существо сбросило с себя тряпки и…
- Девчонка? – удивленно протянул Норт.
И действительно, перед ними предстала худенькая, но ладно скроенная девчонка лет четырнадцати-пятнадцати. Ее торс с едва заметной грудью был в обтяжку облачен во что-то вроде водолазки с крупным сине-серым рисунком, а от тонкой, перепоясанной наискось двумя ремнями талии, наоборот – расширялся длинной и широкой юбкой до пят той же самой расцветки. Взлохмаченные черные волосы были коротки, но как бы компенсировали это за счет двух длинных тонких кос спускавшихся из-за ушей ниже спины. Четкий овал лица, подвижные брови, небольшие уши, чуть вздернутый нос и такие же, как и у второго спасенного, аметистовые глаза, в который плескались нескрываемое веселье, задор и ехидство.
- Здрасьте вам, - девица расплылась в улыбке от уха до уха, взяла из мешочка на ладони юноши пару серег, похожих на длинные иголки, вдела себе в уши и довольно вздохнула. И весело посмотрела на Норта. – А ты, амбал, неплохо бегаешь. Особенно для своих габаритов. Двое этих рыжих – задохлики, а вот третья красноволосая гораздо лучше. Ну а белобрысая – у-у-у… жуть. Кошмар. Чуть не поймала!
- В галерее мы натолкнулись на Поттера с Рен, - уточнил этот момент отдувающийся Норт. – И та тоже погналась за ней, пока Гарри ее не отозвал. Они скоро тоже подойдут, только проверят запечатывающий купол.
- А мы, собственно, уже здесь, - произнес Гарри, входящий в сопровождении своей подруги, Криса и Окой. – Купол цел, никто снаружи не должен был ничего увидеть или почувствовать. Ну и самое главное – мы нашли ключ.
Спасенные тут же уставились на вошедшего, сразу поняв, кто, несмотря на возраст, лидер в выручившей их группе. А Поттер нынче выглядел немного иначе, чем обычно. Под его, уже привычными свободным даймонскими одеяниям виднелась полуброня, слегка напоминавшая смесь самурайских доспехов и облачения рядовых римских легионеров. Собираясь в этот рискованный военный поход, Гарри решил перестраховаться – глупо было бы погибнуть, прозевав стрелу от какого-то не в меру зоркого лонохарского эльфа. Тем более что этот комплект брони был самым легким из нашедшихся в Эрц-Хаоре и ничуть не стеснял движений. Раздельные наручи до локтя и от кисти до середины предплечья, широкие изогнутые щитки, закрывавшие плечи, нагрудник, разделенный на сегменты и гибкий, пластинчатый, как и у Рен, пояс, защищавший живот и бока – все было выполнено из матово-серой стали.
Поттер окинул взглядом всех собравшихся и задал вполне уместный вопрос:
- Итак, что и кто тут у нас?

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 265
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.12.10 14:33. Заголовок: Глава 21. Враги моих..


Глава 21. Враги моих врагов-2.


- Мое имя Аксель. Аксель Эйн. А это, заранее ставлю в известность, крайне невоздержанное на язык недоразумение – моя младшая сестра Ами, - начал свой рассказ молодой человек, когда все присутствующие худо-бедно расположились на уцелевшей мебели разнесенной в хлам комнаты.
- Мы уже как семь месяцев являемся вынужденными гостями наших добрых лонохарских соседей, которые некоторое время назад по-доброму так завоевали наш мир, Сайтор.
- Да эти козложопые потыканные…!!! – раскрыла, было, рот деточка, но старший брат ловко прикрыл ей губы ладонью, перервав готовый хлынуть поток, похоже, самых разнообразных эпитетов. И заговорил дальше.
- Но принудить к покорности завоеванные земли у них не получилось – все это время у нас, на родине, постоянно вспыхивали восстания, активно велась партизанская война и когда потери оккупационных сил превысили определенный предел, императрица Лоно Хара повелела захватить членов семей наших наиболее влиятельных родов и пригласить их «погостить» у себя в метрополии. А потом сообщила всем сайторцам, что на месте каждого нападения на ее войска она будет выкладывать по голове одного из нас.
- Хех, - хмыкнул Гарри. – Старая как мир, но от этого не менее действенная тактика. Ставит любое освободительное движение перед очень нехорошей дилеммой и легко вызывает раскол в обществе.
- Вы совершенно правы, - кивнул Аксель. – Наше сопротивление прекратило свою деятельность. Но отнюдь не опустило руки. Перед тем как тоже угодить в «почетные гости», я слышал, что планируется дерзкая операция по освобождению всех захваченных, но это, видимо, слышал не я один, потому как откуда тогда взяться приказу о ликвидации заложников при малейшей опасности освобождения?
Побыв тут более чем полгода и получая лишь редкие письма, мы сначала подумали, что вы и есть наш отряд спасения, но, увидев в деле эту благородную леди, - и молодой человек отвесил полупоклон в сторону Грейнджер, - стало понятно, что нет, это однозначно не Сайтор. Ее удивительное колдовство и близко не похоже на используемую нашими волшебниками боевую магию. Ну а уж когда она заговорила… Вы же из мира под названием Земля, верно?
- Интересно, - наклонился вперед Гарри. - И откуда же жители других миров знают о нас?
- Ну как же… Почти все, кто оказался «под крылом» у лонохарцев, знают о Земле. Некогда сильный магический мир, давным-давно ставший миром-тамбуром, щитом и прихожей Лоно Хара.
- Как мило, - и Поттер хрустнул пальцами. – Оказывается, даже в других мирах все знают об уготованной нам роли. Все, кроме нас самих. Просто прелестно.
- Так что, вы тоже подняли восстание? – и во взгляде Акселя появилась острая заинтересованность.
- Я бы не назвал это столь громким словом. Это просто война, наша маленькая война. Но которая, дай бог, слегка изменит нынешнее мироустройство.
- Но вы все же против Лоно Хара?
- А вы сами как думаете? – хмыкнул Гарри. - Взяв штурмом одно из тщательно охраняемых мест этой империи и не оставив там никого в живых, мы им друзья или враги? Но сейчас речь не об этом, а о том, что нам делать с вами?
- С нами?
- Я выслушал вашу историю, но это не значит, что я сразу же в нее и поверил. Один убитый лонохарец еще ничего не значит, знаете ли. Оставлять вас здесь нельзя – даже если вы и враги Лоно Хара, через какое-то время прибывшие сюда хозяева сумеют вытянуть из вас нужную информацию. А сами далеко отсюда вы не уйдете. Что же остается? Убить вас?
- Чего-о-о? – угрожающе протянула Ами и потянула руки вверх.
- Но тогда получится, что мы только сделаем за врага его работу, - проигнорировав гнев девчонки, продолжил говорить Гарри. - А то, что услыхала Гермиона через дверь, вряд ли была игра на публику. И то, что она это слышала, кстати, пока единственный веский довод в вашу пользу.
- Ваш ход мыслей разумен, - кивнул Аксель и поглядел на девушку. – А вы, леди, похоже, второй раз спасаете нам жизнь.
- Я просто говорю, что видела и слышала, - ответила Гермиона, слегка настороженно следящая за молодым человеком, всю беседу бросавшим на нее пристальные взгляды.
- Остается один выход, - тем временем закончил свои выводы Поттер. – Вы пойдете с нами. Как говорится, враг моего врага – мой друг. Но предупреждаю сразу – мы будем настороже, и если окажется, что все вовсе не так, как вы нам тут изложили, все кончится для вас очень плохо.
- Я согласен, - коротко ответил Аксель. - И я! И я! – запрыгала Ами, выглядывая из-за его плеча. – Нам, в отличие от вас, не нужно доказательств того, что все произошедшее здесь – лишь хитроумная мистификация. Если вы против Лоно Хара, то мы с вами. Считайте, что я и моя сестра в полном вашем распоряжении.
- Тогда давайте знакомиться, - и Гарри протянул руку.
Пожав крепкую, сухую ладонь Акселя, Поттер наткнулся на взгляд Ами, тоже тянувшей к нему свою руку. Гарри спокойно, - а почему нет-то? – пожал и ее, но тут же дернул бровями.
Ладошка у младшей сестренки оказалась неожиданно не по-девичьи крепкой и покрытой твердыми камушками мозолей у основания пальцев. Поттер инстинктивно придержал ее руку и скользнул чуть выше, ощутив отлично развитые мышцы предплечья.
«А эта девчонка непроста…»
И тут же отпустил ее руку, продолжив церемонию представления.
- Я – Гарри Поттер. Это – Эдвард Норт, Крис, Джинни, ее старшие братья Фред и Джордж Уизли, Рен и Окой. А вашу спасительницу зовут Гермиона.
- Гермиона? – повторил Аксель.
- Грейнджер, - ответила та. - Гермиона Грейнджер.
- Извините за дерзость, но, будьте добры, леди Гермиона, скажите, вы не связаны с кем-либо сердечными узами или, возможно, брачным союзом?
- Я, вообще-то, не леди, но к чему подобные вопросы? И вообще…
- Значит, нет. А ваши уважаемые отец и мать живы?
- Да, конечно, живы, хотя какое отношение...
- Превосходно. Тогда, леди Гермиона, прошу прощения за внезапность подобного, но я официально заявляю, - и Аксель, прижав правую ладонь к груди, слегка поклонился, - что собираюсь просить у ваших досточтимых родителей вашей руки.
На секунду воцарилась тишина. Рвани в комнате разом весь боезапас братьев Уизли – и эффект был бы куда менее впечатляющим.
- Чтоооо?!!! – хором протянули выпучившие глаза близнецы и Джинни заодно, Гарри аж икнул, Норт вскинул брови, а Гермиона невольно шагнув назад, просто онемела с распахнутым ртом. Полное спокойствие сохранили лишь Окой и Рен.
- Что… Как… О чем это вы вообще?! – запинаясь, наконец заговорила опешившая девушка. То, что не удавалось сделать ни Упивающимся, ни лонохарцам, легко сделал этот молодой человек, одной лишь фразой выбивший почву у нее из-под ног.
- Ура! Давай, дерзай, братец!!! – и Ами подпрыгнула от восторга. – Она мне тоже сразу понравилась! Это ж надо было так размазать по стенке того хрена в шапочке…
- Понимаете, в чем дело, леди Гермиона, - и Аксель, не обращая внимания на буйные восторги сестрицы, потер пальцем нос, - вы спасли жизнь члену… древней аристократии нашего мира. Спасли, рискуя жизнью и даже получив серьезное ранение. А еще я видел вас обнаженной… Вообще-то по неписаным законам нашего мира я обязан на вас жениться уже дважды.
- Меня не волнуют ваши законы! – запальчиво ответила Гермиона Акселю, отчаянно тря виски. В ее голове был полный сумбур. - Я им как-то не подчиняюсь!
- Да, но им подчиняюсь я. И не могу нарушить их, - возразил тот. - Так что…
- Так что катитесь вы, любезный Аксель, к черту! – сердито оборвала его Грейнджер. - Я не собираюсь выходить замуж за совершенно незнакомого человека!
- Помилуйте, никто и не говорит о свадьбе прямо сейчас. Наши законы писали все же не глупцы… С момента предложения у молодых людей есть год, чтобы получше узнать друг друга, нечто вроде помолвки. По истечению которой юноша делает повторное предложение, и если…
- Ах, если? Отлично! Тогда считайте, что я заранее дала свой ответ. И этот ответ – нет!
- Извините, но вы не дали мне закончить, - мягко, но настойчиво продолжил Аксель. - И если взаимной симпатии и согласия нет обоюдно, то стороны считаются свободными от любых обязательств. Но, если одна сторона по-прежнему считает иначе, то она вольна добиваться благосклонности сколь угодно долгое время. По крайней мере, пока та или тот не выйдут замуж или не женятся.
- Просто чудесно… - простонала Грейнджер, морщась от боли в плече. – Значит, чтобы отвязаться от вас, мне все равно придется пойти под венец?
- Постой, Гермиона, успокойся, - попытался успокоить ее Гарри, стоически сдерживающий смех. – Отнесись к этому проще. Например, как к романтической, милой национальной традиции. Ну, объявил тебя спасенный сэр Аксель своей дамой сердца, ну и что? Тебя это ни к чему не обязывает. Раньше у рыцарей это было сплошь и рядом и даже по отношению к уже замужним дамам… Тем более, что сейчас нам не до обсуждений возможных матримониальных коллизий. И еще какое-то время точно будет не до них… Так что учтите, Аксель, я отчасти понял сложившуюся ситуацию, тем более, что в некоторых культурах нашего мира есть схожие обычаи, но постарайтесь не усердствовать со своим сватовством. Не время сейчас, право…
Новоявленный ухажер покорно кивнул, но Гарри, не удержавшись, добавил:
- Хотя, впрочем, небольшие знаки внимания вполне допустимы.
Ами покатилась со смеху, в аметистовых глазах Акселя тоже сверкнуло веселье, и он вновь кинул, а Гермиона посмотрела на Поттера так, как будто хотела просверлить в нем взглядом дырку.
- Даю вам полчаса на сборы, - сказал Гарри новым компаньонам.
Все почти вышли из комнаты, когда Поттер придержал Акселя, оставшись с ним и его сестрой наедине.
- А теперь поговорим серьезно, - и в молодого человека уперся спокойный, твердый взгляд. Не угрожающий, нет, но уверенный, пристальный и тяжелый. Под которым Аксель почувствовал себя запертым в комнате с неведомым хищным зверем, про которого ничего неизвестно. Хотя бы сыт тот или вовсе даже наоборот - не прочь чем-то или кем-то закусить.
- Это ваше спонтанное предложение руки и сердца, оно, конечно, очень мило и даже немного забавно, но я как-то не совсем верю в пылкую любовь с первого взгляда. Благодарность за спасение жизни может быть и иной. Так вы это действительно серьезно?
- Более чем, Гарри. И дело не только в вековых традициях и укладе нашей родины. Хотя и в них тоже. В кои-то веки можно с пользой применить весь этот свод писаных и неписаных правил. Просто увидев, как ваша подруга без колебаний прикрыла совершенно незнакомого ей человека только из-за того, что его, безоружного, хотели убить ее враги… И в сражении она явно не пустила в ход весь доступный ей арсенал, опасаясь задеть других, а под конец опять же в первую очередь подумала не о себе. А это говорит о многом. Такие девушки, как Гермиона не встречаются на каждом шагу, и я не собираюсь упускать подобный шанс.
- Вот только попробуй, - с угрозой протянула Ами. – Я всю жизнь мечтала о такой старшей сестре, а не о всяких глупых братьях. И если ты мне это счастье завалишь…
И сестра продемонстрировала брату вполне крепкий кулачок. А Аксель добавил:
- И еще. В ее словах и поступках я заметил что-то такое… Словно бы она отрезала от себя значительную часть жизни и, возможно, я бы смог ей в этом чем-то помочь. Даже без расчета на взаимность, хотя… - и он глянул честно и открыто. - Она и просто так мне сразу понравилась. Как именно девушка, а не как отважный боец и сильный маг.
Гарри задумался. Новый знакомый оказался на редкость проницателен и, чем черт не шутит, может именно это и нужно Гермионе? Кто-то, кто бы видел в ней в первую очередь не сильного мага, незаменимого соратника, умного помощника и закадычную школьную подругу – а именно девушку?
- Ну что тут сказать? Я ей не отец, чтобы благословлять вас на ухаживание, но… попробуйте. Только учтите вот что. Вашему впечатлению есть объяснение, но я не собираюсь тут же выкладывать всю ее подноготную. Просто имейте в виду - Гермионе много пришлось пережить, так что запаситесь тактом и терпением. И если вы ее обидите…
- Я все понимаю, но вот это было совершенно излишнее предупреждение. Для многих людей воспитание, моральные принципы и потеря самоуважения являются куда более сильным стимулом, нежели страх наказания. Или, например, боязни познакомиться с вашим мечом.
- А при чем тут мой меч? – и Гарри слегка улыбнулся. - Поверьте, вы именно что не видели и трети возможностей Гермионы. Ей вполне по силам самой решить подобные проблемы.



***


Когда все одиннадцать очутились на гладкой внутренней площадке замка, Поттер вышел на ее центр, в котором располагался более светлый, чем все каменное покрытие, пятиметровый квадрат с шестью кругами, симметрично примыкавшими снаружи к каждой из сторон. И извлек из одежды тот самый ключ, ради которого они и предали огню и мечу это, столь хорошо защищаемое место. Ключ представлял собой треугольный в сечении брусок из голубоватого металла длиной где-то в двадцать пять сантиметров, до половины покрытый сложной системой бороздок и полос.
Гарри опустился на одно колено и, призвав небольшое воздушное заклинание, очистил неглубокую треугольную выемку в центре квадрата.
- Странное ощущение, - произнес он, переводя взгляд с металлического бруска на его «скважину». – Этот магический механизм и его ключ изготовил еще Влад Цепеш, тот самый легендарный вампир. Сколько же ему нынче лет? Сколько людей и нелюдей брало его в руки, открывая проход к самой сокровенной тайне Лоно Хара? Хотя, нет - не к самой тайне, а всего лишь к ее преддверию…
Поттер вставил ключ торцом в углубление, и по площади прошла дрожь, квадрат немного приподнялся из земли, а круги по его сторонам пошли вверх, становясь обрамляющими его столбами в рост человека.
- Гарри! Смотри! – практически одновременно вскрикнули Рен и Гермиона.
В десятке метров от них воздух побледнел и пошел полосами, словно втягиваемый в какую-то точку, и через миг на ровном камне площади возникло двое лонохарских демонов – высоких, худых, словно слепленных из костей и кожи, покрытой черными чешуйчатыми наростами и увенчатыми разнокалиберными шипами.
А между ними стояла девушка немногим младше их с Грейнджер, с холодно-непроницаемым лицом, светлыми прямыми волосами с вкраплениями черных прядей и ярко-зелёными глазами с золотым ободком вокруг зрачка.
Которую Гарри, к слову говоря, легко узнал и был несказанно удивлен видеть ее все еще живой.
Это была Ровена, приемная дочь и верная последовательница Валькери и Драко Малфоя. Эмпат, так же как и ее сестра Хельга, но по сравнению со своей сестрой - странное и жутковатое создание, способное повелевать демонами Лоно Хара и совмещавшее реноме холодного и расчётливого циника в теле ребёнка. Правда, в последний раз, когда он ее видел, она выглядела максимум, как семилетняя. Хотя это сейчас не имело никакого значения.
Он рывком приблизился к ней, занося для удара уже обнаженный меч, как один из демонов, защищая ту, с кем прибыл, бросился на Поттера. И тут же отлетел в сторону с отсеченной то ли рукой, то ли когтистой лапой и глубоко распоротой грудью. Следующий удар пришелся бы точно по белокурой головке, если бы Ровена не пронзительно выкрикнула, выставив вперед ладонь:
- Стой!!
Лезвие Тэцу замерло от ее шеи в каком то полуметре, но не потому, что Гарри внезапно проникся сочувствием, а потому, что увидел, что во вскинутой руке Ровены зажат золотой медальон с четким узором гексограммы.
Точно такой же, что показывал ему Ксирон.
- Ну, надо же… - и оружие Поттера с шорохом вернулось в ножны.
- Это что еще за дочь полка? – высунулась из-под руки брата Ами.
- Помолчи, милый ребенок, - скосил на нее взгляд Гарри и снова обратился к Ровене:
– Вот никогда бы не подумал, что именно ты пойдешь против своей названной маменьки.
Ровена тем временем молча склонилась над раненым демоном. С ее рук потекло золотистое сияние, и раны того, перестав источать дымящуюся темную жидкость, начали понемногу затягиваться.
- Чем же она тебе так не угодила? Вроде бы наоборот – удочерила и дала свое покровительство. По идее, ты должна быть ей благодарна, или я опять что-то не понимаю в высокой лонохарской этике?
- Я и была ей благодарна, - не отвлекаясь от своего занятия, спокойно ответила помощница Ксирона. – Ровно до того момента, пока не узнала, что именно благодаря ей мы с Хельгой и остались сиротами.
- Так это она поспособствовала смерти вашей матери, зная, что отец, Сеидар, наверняка вскоре сам последует за ней? – Поттер отошел и привычным движением протер очки. - Чтобы потом прибрать вас сестрой к рукам? Не то чтобы меня сильно удивил такой ее поступок, но какова его цель? Земли? Богатство? Как императрица, она вряд ли была в них настолько заинтересована, чтобы затевать столь сложную комбинацию.
- А целью и были мы с Хельгой, - Ровена, закончив исцелять своего слугу, выпрямилась и подошла поближе. - Ты был у нас довольно недолго, но неужели не обратил внимания, что демоны Лоно Хара беспрекословно слушаются только нас?
- Вас? Кажется, это только ты управляешь ими мановением пальца, Хельга же…
- Хельга просто другая. Ей больше нравятся изучение эмаптии, волшебные зверюшки и прочая чушь. Но она тоже может повелевать народом демонов. Как и все в роду К`Хаар, а мы четверо, с отцом и матерью, и были последней его ветвью.
- Так зачем Валькери понадобилось сживать вас со свету? Какие-то давние счеты?
- Затем, что родители приняли решение отделиться от клана Драако-Морте Цепеш, и...
- Дальше можешь не продолжать. Единственные маги, способные повелевать демонами – кто ж таких отпустит? Ни один правитель не даст свободы столь ценным волшебникам, потому что подобная сила никогда не будет ничьей. А если не ее – значит ее врагов.
- Угадал, Поттер. Но нам с Хельгой от этого не легче, хотя она так до сих пор ничего и не знает. Но так даже и лучше - она не такая, как я, и не сможет продолжать играть роль «благодарной дочурки». А я теперь помогаю Ксирону. И, выходит, и тебе тоже.
И Ровена нахмурилась, как будто сама мысль об этом, казалась ей чем-то сомнительным.
- Кто бы мог подумать, что мы окажемся на одной стороне, - усмехнулся Гарри. - А я-то планировал прибить тебя при случае, уж больно демонстративно ты благоволила к Валькери и Драко.
- Я это поняла, - и Ровена посмотрела на исцеленного однорукого демона. – Валькери – да гори она в аду, но Драко... Ты и его планируешь убить?
- Еще как-то не решил. По сути, как Лорд Вольдерихар, он мне совершенно неинтересен, однако помня, какой номер Малфой недавно отколол и если он попытается его повторить… Или, науськанный своей женушкой, попробует убить меня… Тогда я даже не буду колебаться.
- Тогда я попрошу тебя. Первый и последний раз. Не убивай его. Он сам не ведает, что творит, хара`сарская магия способна на такое… Хотя, ты и сам это отлично знаешь и ощутил на себе самом. Если от тебя будет зависеть, жить ему или умереть… Делай, что хочешь, только не убивай его.
- А с чего это нашу хладнокровную и циничную юную некромантшу и заклинательницу демонов так озаботила его судьба? Пылкая любовь к новообретенному папочке? – не удержался от ехидства Поттер. – Или… не как к папочке?
- Тебя это не касается! – отрезала Ровена, гневно и одновременно смущено сверкнув зелеными глазами. – Просто… Просто, если будет хоть малейший шанс обойтись без убийства, оставь ему жизнь.
- Ясно. Хорошо, я посмотрю, что можно будет сделать, - покладисто согласился Гарри, пряча усмешку. – Но тогда за тобой будет должок. Согласна?
- Да, - кивнула та. И с прищуром посмотрела на собеседника, словно оценивая его заново. – А ты изменился. Тот Поттер, Пиро`сар, праведник и воин света, ничего бы не попросил взамен.
- Что поделать… - пожал плечами Гарри. – Все течет, все меняется и мы вместе с ним. А ты тоже изменилась. И не только внутренне. За какое время ты успела так повзрослеть? Когда я в первый раз тебя увидел, тебе можно было дать лет пять-шесть. Пока ты не открывала рот, естественно. Сейчас же ты выглядишь практически ровесницей Джинни.
- Высшая магия, Поттер, - как-то особенно сухо ответила Ровена. - Высшая магия изменяет волшебника, заставляя его выглядеть на тот возраст, на который он себя чувствует… И Драко тут совершенно ни причем. Хельге он тоже нравится, но она до сих пор выглядит как ребенок.
«Понятно», - подумал Гарри. – «От таких новостей касаемо смерти родителей повзрослеешь даже против своего желания. А какой бы хладнокровной и черствой ты не прикидывалась, ты все равно ощущаешь и боль, и тяжесть потери. И вполне определенные чувства к виновнику всего этого».
- Ладно, приветственная речь закончена, теперь к делу, - Ровена тем временем вернулась в свое привычное амплуа. – Ксирон просил передать тебе вот это, - и девушка протянула ему туго свитый пергамент, - и передать на словах предупреждение касаемо прямого прохода до Тай-Шарра. – И она указала на шесть стоящих кругом столбов с площадкой посередине.
- Со времен Джелара он был изменен, и теперь прошедшие его переносятся к Вратам не сразу, а лишь спустя некоторое время, достаточное, чтобы тамошняя стража приготовилась к встрече гостей. И если они окажутся незваными… Кстати, не забудьте, что вблизи Врат и на самом мосту Да`хт наэд магия не действует, так что стража состоит из наиболее искусных в бою воинов.
- Про магию мы в курсе, но вот задержка… Довольно неприятная новость. – нахмурился Гарри. - Что же тут придумать…?
- Откуда мне знать, Поттер? Я лишь связной, посланец, так что решай сам. И, к слову, о связи… Если тебе потребуется передать что-то Ксирону, - Ровена подняла с земли отсеченную Поттером лапу демона, достала из складок одежды небольшой нож, отделила черный, загнутый коготь и протянула Гарри, - сожми его и позови меня. За этим пока все, прощайте. И помни – ты дал обещание.
И Ровена со своей свитой растаяла в воздухе.
- Ну что – путь открыт, хотя и возникли кое-какие неприятные моменты. Если мы перенесемся туда просто так, то гарантированно нарвемся на комитет по торжественной встрече. А так как магия там не действует, нас, скорей всего, качественно встретят из чего-нибудь дальнобойного, луков или арбалетов к примеру. А под их огнем наверняка навалятся бойцы ближнего боя. Надо что-то придумать…
- А что тут придумывать – все давно придумано до нас, - подал голос Джордж.
- Давай конкретнее, - повернулся к нему Гарри. – Что еще за идея пришла в твою светлую голову?
- Да проще простого. Подумаешь, арбалеты… Не знаю, кого они там будут ждать, но на такое точно не рассчитывают. В общем, слушайте сюда…
И Джордж, постоянно перебиваемый Фредом, вкратце объяснил свою идею.
- Годится, - вынес свой вердикт Поттер. - Тем более, что нас сейчас стало еще больше. Относится ко всем, – повысил голос Поттер, - доставайте из своих волшебных котомок и сундуков все, что понадобиться для довольно долгого боя. Там это наверняка не получится, а сколько нам придется удерживать этот мост, пока Гермиона не откроет ворота, как-то неизвестно. И не забудьте про одежду – само плато и вход на него расположены высоко в горах, так что там будет холодно и, возможно, даже снег.
Всем сразу нашлось дело, особенно близнецам, вытаскивающих из своих закромов оружие и разнообразные боеприпасы и рассовывающих из по рюкзакам, подсумкам и карманам своих разгрузочных жилетов. А один зеленый ящик они поставили прямо в центре точки перехода.
Остальным потребовалось только извлечь теплую одежду, разве что Окой вытянула из своей корзинки длинную, изогнутую, утончающуюся к концам лакированную палку, до середины обмотанную тонким шнуром и завернутый в ткань увесистый прямоугольный предмет.
«Очень неплохо,» - подумал Гарри, узнав извлеченное японкой. – «Лишним не будет совершенно, а уж в руках Окой… Становится даже интересно».
Последние приготовления заняли еще минут двадцать, после чего вся команда расположилась на прямоугольнике готового к активации прохода.
- Ну что, все готовы? – спросил вставший по центру Гарри. – Тогда поехали!
И повернул давно вставленный в выемку треугольный ключ. Тотчас пространство между крайних столбов с шорохом заволокло волнующейся пеленой, пронизанной цветными сполохами.
- Раз, - произнес Поттер. – А там, на другой стороне, сейчас поднимается по тревоге охрана Врат.
- Два, - и пелена закрыла еще один зазор между столбами. – Давайте, становитесь кругом и готовьтесь к активной обороне.
- Три…
- Четыре…
- Пять…
- Шесть…
- Семь…
И снова, как тогда, на подступах к особняку Розье, Гарри охватило знакомое, острое и напряженное чувство р_у_б_е_ж_а, точки, до которой еще можно все передумать и переиграть. Уйди они сейчас обратно на Землю или в Даймон – и все еще можно будет изменить или сделать иначе. После – уже нет, останется только один путь. Вперед.
- …и-и-и-и восемь!
Закрывшая зону перемещения со всех сторон колеблющаяся пленка ярко вспыхнула, выстрелив восемью лучами в разные стороны, и, опав, открыла лишь пустое место, где только что, изготовившись, стояло одиннадцать человек.


Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 266
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.12.10 14:34. Заголовок: Глава 22. Мост Судьб..


Глава 22. Мост Судьбы-1.


Удар, рывок, яркий свет, мазнувший по глазам, и холодный, горный воздух, неласково дунул всем в лица сразу же после теплой погоды равнины.
И через мгновение был прорезан свистом десятка стрел - почти двадцать людей и эльфов, взявших в полукруг точку перехода, тотчас же спустили тетивы, как незваные визитеры возникли на площадке.
Гарри опять оказался прав, хотя, ошибиться тут было трудно. Любой мало-мальски смыслящий командир поступил бы точно так же, организуя встречу ожидаемому вторжению в заранее известном месте. Вставшие в паре десятков метров лучники наносили первый удар, а за их спинами ждали своей очереди воины с мечами, палицами и копьями, готовые добить тех, кто уцелел бы от первого залпа практически в упор.
Вот только не в этот раз.
Пущенные стрелы встретили на своем пути не уязвимые тела и даже не кольчуги с доспехами, которые они имели бы неплохие шансы пробить с такого расстояния, а заранее выстроенный круговой забор из щитов. И каких щитов…
Неизвестно, каким образом в арсенал братьев Уизли завалялись эти два штурмовых полицейских щита, предназначенных для продвижения вперед под огнем из стрелкового оружия. Наверняка, хитроумные близнецы, зная, против кого им предстоит действовать в Лоно Хара, планировали использовать их, как мобильные укрытия для стрельбы. Благо тяжелые, почти полтора метра в высоту и слегка изогнутые «бутерброды» из стали с кевларовой обшивкой вполне это позволяли, имея в верхней части амбразуру, закрытую шторкой из бронестекла.
И вот они-то, будучи размноженными пока доступной магией по числу команды Гарри, и пришлись как нельзя кстати для решения проблемы перехода прямо под светлы очи ожидающего их противника.
Эльфийские стрелы и тяжелые арбалетные болты отскочили, сломались и застряли в кевларе неожиданной преграды, а времени на второй залп уже не было. Из-за забора щитов тут же полетели осколочные гранаты, и через те короткие секунды, которые горит запал, страже стало резко не до нападавших. Взрывы покрыли площадку сплошным ковром, убивая, калеча и расшвыривая тех, кто не имел укрытия. А потом, на сильно уменьшившихся числом, раненых и оглушенных стражников набросились сами отбросившие щиты атакующие.
Воины, защищавшие проход в Тай-Шарр и впрямь были сильны, и даже с третью небольшого гарнизона пришлось повозиться, но силы были все же неравны, враг порядком деморализован таким поворотом дел, и вскоре все закончилось. Хотя без отклонений от плана все же не обошлось. Когда вырвавшийся вперед во внутренние помещения крепости Поттер вышел наружу, то помимо своей компании обнаружил и еще кое-что. Повязанных по рукам и ногам и сваленных внутри крепостной стены шестерых защитников - двоих эльфов и четверых людей.
- А это еще кто такие?
- Пленные, - ответил ему Норт, выдохнув сигарный дым пополам с паром. Здесь оказалось слегка холоднее, чем они рассчитывали, а местами даже лежал снег.
- Ну и зачем они нам?
- Двое людей были легко ранены и оглушены гранатами, а остальные, оставшись в меньшинстве, сами бросили оружие и сдались. Не убивать же безоружных…
- Это спорный вопрос. Могу поспорить на что угодно, с нами в схожей ситуации они бы не церемонились. «Честь Лоно Хара», «святыня клана Дракул» и все такое… - Гарри скептически посмотрел на пленных, имея вполне определенное желание устроить им прогулку на предмет выяснения глубины столь удачно имевшейся в наличии пропасти. Но, поразмыслив, передумал. - Ну да ладно, пусть живут. Пока. Может, еще и пригодятся… Пойдем-ка поглядим, как все это выглядит снаружи.
И Гарри с товарищами смог, наконец, обозреть, где же они все очутились.
«Да`хт наэд» — Мост Судьбы, представлял собой перекинутую через глубокую пропасть узкую, продуваемую всеми ветрами каменную перемычку длиной в около ста пятидесяти метров, по которой могли бы пройти в ряд, плечом к плечу, не более четырех человек. Прямой, ровный, без перил, лишь гладкие двухметровые столбы по краям через равные промежутки.
На одной стороне он заканчивался высокой аркой, ведущей в небольшую крепость, примостившуюся наподобие балкона к отвесной скале и стоящую на страже прохода в Тай-Шарр. На небольшой площади которой и очутились друзья, а другая сторона моста упиралась в обширную площадку, переходящую в пологую, широкую каменную лестницу, уступами спускавшуюся с гор до самого подножья.
А прямо в скальном монолите, за еще одним арочным проходом, защищенные узким мостом и крепостными стенами, виднелись и сами Врата – две широкие каменные створки, лишь стыками выделявшиеся на фоне ровной скалы, по центру которых был выдавлен вписанный в квадрат октаэдр с чернеющей треугольной «скважиной» для уже имеющегося ключа.
Бегло осмотрев захваченную крепость, и еще раз покосившись на пленных, Поттер вышел обратно на мост и поглядел в противоположный его конец, который вел к спуску в долину, а потом, подойдя к краю, глянул вниз пропасти, чье дно терялось в голубоватой дымке. Порывистый холодный ветер дул в спину и ерошил его волосы, а парень глядел горную расщелину глубиной в пару километров и о чем-то думал.
А потом встал посередине каменной перемычки и повернулся к своим.
- Так, давайте проверим, насколько тут блокирована магия.
И, достав палочку, первый попробовал ударить заклинанием в стену. Не вышло. Не сработала и магия Киар-Бет, исчезая, такое впечатление, прямо в воздухе. Но его, Поттера, «темная половина» никуда не делась, привычно ощущаемая и готовая выплеснуть поток силы. Попытки остальных тоже были безрезультатны, кроме Джинни. Ее песчаный покров послушно тек, струился и принимал любые желаемые формы.
- Интересно… То ли маги, ставящие эту защиту, и слыхом не слыхивали о возможности подобного симбиоза, либо тут действуют какие-то иные хитрые магические законы. Но это нам только на руку – минимум один полноценный защитник у нас есть.
Джинни лишь молча подняла вверх большой палец.
- Тогда пора действовать. Уверен, что стража Врат, перед тем как занять оборону, наверняка подала сигнал об активации прохода на ближайший форпост. И нам придется защищаться. Правда, спасибо Джелару, он не обманул – это место и впрямь идеально для обороны. Так, видимо, и было задумано - похоже, за все время много кто хотел вторгнуться в место сосредоточения тайн клана Дракул. И еще один старый, хитрый ифрит оказал нам неоценимую услугу, сообщив, - и Поттер похлопал по карману, в котором лежал полученный от Ровены свиток, - что сможет задержать тревожное послание, не дав ему тотчас же дойти до моей сестрицы. Но самое большее, что он обещал – это двадцать четыре часа, иначе он рискует навлечь на себя подозрение, а риск он не любит. Хотя спасибо ему и на этом. Здесь мы продержимся. Малая ширина моста и отсутствие в этом месте магии дает возможность одному-двум бойцам удерживать крупные силы противника, покуда у них хватит сил. Но ведь бойцов можно и менять, и гарнизон бастиона, кроме контроля магического прохода, должен был, в случае чего, оборонять Врата и таким способом. Но чем мы хуже их? Так что теперь господам лонохарцам предстоит попробовать взломать свою же собственную задуманную оборону.
- Погоди Гарри. А зачем вам идти врукопашную? Раз магия тут не действует, давайте поставим на нашей стороне моста заслон из этих же щитов и парочку ручных пулеметов, - и Джордж тронул ногой здоровенную брезентовую сумку, которую они с братом, кряхтя, тащили вдвоем. – И я гарантирую - с той стороны даже мышь не проскочит.
- Я тоже так сначала подумал, - ответил ему Поттер. – Но дело в том, что если мы начнем косить прибывшее войско пачками, они обязательно запросят подкрепление отовсюду, докуда смогут дотянуться. Или могут, помимо положенного сигнала о тревоге у Врат, послать гонца. И даже не одного. Все это даст слишком много «кругов на воде» и перехватить их все Ксирон вряд ли сможет, да и не станет. Так что спасибо за предложение, но план остается прежним – держимся малыми силами.
Первым на мосту встану я. Потом мистер Норт, а за ним – Рен. Джинни с Эгором, раз уж их сила все еще при них, будут резервом на случай попытки прорыва или если кого-то из нас придется срочно прикрыть. Но главное действующее лицо сейчас – Гермиона.
И Поттер повернулся к Грейнджер.
- Тебе надо разобраться с этим замком-головоломкой как можно быстрее. Начинай прямо сейчас, и больше ни о чем не думай, - Гарри протянул ей увесистый треугольный брусок ключа. – У нас в распоряжении в лучшем случае сутки.
- Сутки? – пожала плечами Грейнджер. – Я еще не настолько отупела, справимся раньше.
И Гермиона, взяв его, направилась к Вратам, а Поттер продолжил:
- Джордж, Фред, Окой, занимайте позиции на стене бастиона – будете вести наблюдение и, если что, поддержите того, кто на мосту. Рен, Эдвард, Аксель и Ами, будьте в крепости. Следите одним глазом за пленниками и вообще оставайтесь наготове. А я пошел.
- Удачи, Гарри, - тронула его за руку Рен. – И… будь поосторожнее.
- Не беспокойся, - улыбнулся тот девушке, сжав ее пальцы на своей руке. – Несмотря на здешний живописный вид, умирать тут я не собираюсь.
Грейнджер тем временем подошла к Вратам и, потратив минуту на их изучение, вставила треугольный брус в скважину. Всунутый до половины он рывком втянулся внутрь полностью, и из отверстия в воротах показалась некая красная субстанция, похожая на кровь. Вопреки всем законам гравитации она не стала стекать вниз, а расплылась толстым слоем по камню, образовав слегка волнующейся круг почти метр в поперечнике. И в нем, будто всплыв, появилось множество цветных кусочков испещренных письменами языка Хаоса, напоминая какой-то абстрактный паззл.
Гермиона тронула один их них пальцем и элемент свободно переместился на поверхности.
- Ага. Уже кое-что… Ну что ж, посмотрим, что вы тут напридумывали… - и вытащив блокнот, для начала очертила карандашом круг и быстро зарисовала самые крупные элементы хитрого замка.
А защитникам моста ждать пришлось недолго.
Гарри даже не успел толком рассмотреть окружавшие их пики горной гряды, покрытые шапками снега, как на другой стороне моста полыхнула серия ярких вспышек, и у перехода, быстро поднимаясь по ступенькам, появился лязгающий на бегу сталью отряд лонохарцев числом около трех сотен. Часть из них тут же заняла позиции за камнями и парапетом, а остальные цепочкой по двое начали втягиваться на мост, остановившись метров за пятьдесят от места, где стояла одинокая фигура Гарри.
- Сдавайтесь! – без предисловий начал их предводитель, шедший первым крупный мужчина с узким, породистым лицом, облаченный в открытый шлем и пластинчатый, отделанный серебром доспех. – И тогда мы не убьем вас прямо здесь.
- Ты что же, гарантируешь нам жизнь? – удивленно поинтересовался Поттер.
- Нет, - по крайней мере честно ответил командир лонохарцев. - Вашу судьбу будет решать императрица Лоно Хара.
- Что-то нет у меня желания, чтобы мою судьбу решала ваша императрица, - покачал головой Гарри. – Не было его раньше, нет его и сейчас. Я бы, конечно, сделал бы вам встречное предложение – убраться подобру-поздорову, пока живы, но ведь вы ему не последуете и даже не прислушаетесь. Так что к чему все эти церемонии? Нападайте.
И он, повесив на ближайший столб свою накидку и оставшись лишь в легкой одеже и даймонской полуброне, вытянул из ножен Тэцу.
А с той стороны, повинуясь жесту начальника, к нему направился рослый воин с двусторонней секирой.
- Назови свое имя, глупый смельчак, - зычно крикнул он, приближаясь и поигрывая своим оружием. – Я хочу знать, по кому я поставлю пятьдесят шестую зарубку на древке.
Холодный гнев толкнул Поттера изнутри, разжигая и давя пищу темному огню, привычно растекшемуся по жилам леденящими и одновременно обжигающими струями.
- Зачем тебе мое имя, мертвец? – спокойно и как-то отрешенно ответил он, держа меч на отлете. И выждав, шагнул вперед.
Удар был настолько быстр и силен, что оставил в воздухе растаявшую белую полосу, а лезвие Тэцу со звоном перерубило в двух местах руки в наручах, заносящие секиру, и заодно - верхнюю часть закрытого кирасой туловища от плеча до низа грудины.
На камень моста упало оружие вместе со сжимавшими его руками, а потом отсеченная верхняя часть с головой скользнула в одну сторону, а парящее хлынувшей кровью тело – в другую.
От столь молниеносной и жесткой расправы лонохарское воинство на миг опешило.
А Гарри произнес:
- Ему знать мое имя было незачем, не люблю хвастунов, заранее празднующих победу. А вот вам я скажу. Меня зовут Гарри Поттер, Пиро`сар и подмастерье Зодчих Теней Даймона. И я убью каждого, кто попробует перейти через этот мост. Когда мне наскучат ваши предсмертные хрипы, мое место займет наш следующий воин, но в любом случае ни один из вас не перейдет на ту сторону.
- Пиро`сар? – раздалось одновременно несколько неуверенных голосов среди отряда противника, и, похоже, это имя не было им незнакомо. Вряд ли среди самих лонохарцев факт существования пяти избранных стихийных магов был тайной.
- И что с того? – рявкнул на подчиненных командир. – Будь он хоть Пиро`саром, хоть самим Люцифером – тут он бессилен!
- Тут вы правы, - подтвердил Гарри, щелчком пальцев выбивший лишь пару жалких искр вместо положенного факела огня. – Но это ничего не меняет. Я умею не только пользовать огненную стихию, так что в этом случае тут все решит не магия, а старое доброе оружие. Что же вы встали? Я не собираюсь нападать на вас, вы мне вообще не нужны. Но любой, кто попробует пройти на ту сторону моста, на мосту и останется. Или проверит свое умение летать.
И Поттер скосился в сторону бездны, начинающейся в паре метров от его ног.
В ответ на него бросили сразу двоих, и это было не самым лучшим решением. Двое воинов в доспехах, сражаясь на узком перешейке, могли использовать только атакующие удары вперед, рискуя задеть товарища замахами, что сильно ограничивало их возможности. Чем немедленно и воспользовался Гарри, сразив обоих меньше чем за две минуты.
Тогда лонохарцы решили сменить тактику, попробовав смести одного защитника массой. Наступавший почти бегом плотный строй воинов должен был оттеснить Поттера, вынуждая уйти в глухую защиту и отступать, пока не кончился бы мост, а там, на другой стороне, враг бы смог в полной мере реализовать свое численное преимущество.
Но не вышло – отбив пару выпадов и отойдя на несколько шагов, Гарри своим излюбленным фехтовальным приемом подрубил первым двум воинам ноги. Вскрикнувшие панцирники рухнули на камень, а попытавшийся их перепрыгнуть легко облаченный воин практически сам наделся животом на выставленный меч, лишь увеличив затор. Напор задних рядов не ослабевал, и вот еще пара лонохарцев, споткнувшись и поскользнувшись на пролитой крови, сорвались в пропасть, а один, чудом удержавшийся на краю, тотчас лишился головы.
После этого лонохарцы отошли, а Гарри вновь вернулся на центр моста, отвоевав потерянные метры.
Тогда в ход пошли другие методы.
Две из летящих в него стрел Поттер сбил на лету мечом, третья попала в выставленные ножны и сломалась, от четвертой он едва увернулся, отделавшись лишь прядью волос, срезанной широким, бритвенно-острым наконечником.
Но и это было предусмотрено - о лучниках, занявших позиции на одном конце моста тотчас же позаботилась противоположная сторона, отчетливо давая понять лонохарцам, что безнаказанно нашпиговать стоящего на мосту стрелами у них не получится. Обломки стрел, отбитых Гарри, еще не успели коснуться камня моста, как со стороны бастиона, прикрывавшего Врата в Тай-Шарр, раздались два приглушенных, слившихся в один выстрела и одновременно - сдвоенный пронзительный свист. И еще через долю секунды головы двух лонохарских стрелков дернулись, окутавшись кровавыми брызгами, а еще двое опрокинулись на спину с торчащими из глаз длинными, более четырех футов, черно-белыми полосатыми оперенными стрелами, пробившими насквозь и головы, и шлемы.
- Сражайтесь спокойно, Гарри-сан! – долетел с того края звонкий голос Окой. Присмотревшись, Поттер заметил близнецов, пристроивших между зубцов стены бастиона снайперские винтовки с мощной оптикой на сошках. А сбоку от них стояла Окой. Японка, облаченная в некое подобие одежды храмовой жрицы-мико, но с красным кожаным нагрудником, на котором красовался некий символ, похожий на черный цветок с девятью изогнутыми лепестками, сжимала в руках двухметровый лук-юми, больше ее самой почти на полметра. Поставив ногу в хакама, белом носке-таби и сандалии на зубец стены, она положила на тетиву третью стрелу, одновременно придерживая мизинцем этой же руки четвертую, и добавила: - Думайте лишь о схватке, а мы с Джорджем и Фредом последим, чтобы вам никто не мешал.
Гарри кинул и вновь повернулся к приближающимся противникам. Как Окой умудрилась послать две стрелы за то же время, что братья Уизли успели выстрелить, было загадкой даже для него.
И началось то, что было самым разумным ходом со стороны врага, не желавшего напрасных потерь против пусть одного, но заметно превосходившего силой и умением защитника моста – бой на истощение. Задачей лонохарцев стало максимально измотать обороняющихся, протянуть время, а там прибудет, получившая тревожную весть императрица со своей свитой, и они уж разберутся с захватчиками Врат.
Очередной воин противника сражался умело, осторожно и обдуманно и как только уставал или чувствовал, что вскоре проиграет, его тут же менял другой, свежий и полный сил. Хотя некоторые и переоценивали свои силы, оставаясь лежать на холодном камне или срываясь с моста.
Лишь простояв на мосту больше часа, Поттер подал знак Норту, быстро укрылся в крепости и присел, давая отдых рукам и ногам. Несмотря на хорошую форму, час с лишним непрерывной изнуряющей схватки был ему в новинку. А на мосту раздавались выкрики и громкие удары железа о железо – первых двух противников Эдвард просто смел ударами своей палицы, пока вражеский начальник не выставил против него воинов, хотя бы соразмерных ему габаритами. Вот тогда бой пошел почти на равных – Гарри сообщил и Рен, и Норту, чтобы они берегли силы и не старались перебить все воинство Лоно Хара в одиночку. И та, и другая сторона тянули время, ожидая каждый своего.
- Вы превосходно сражались, Гарри, - отметил подошедший к Поттеру Аксель. – Я видел очень малое число фехтовальщиков равного вам искусства. Если не секрет, что за стиль вы практикуете?
- Несколько стилей кэндо с различными вариациями, - ответил тот, принимая из рук подошедшей Рен кружку горячего чая. – Это искусство владения мечом с одного древнего островного государства моего мира.
- Я слышал об Японии и Китае. Лонохарцы кое-что позаимствовали из их умений и видов оружия, а уж врага мы изучали достаточно тщательно.
- Ясно. А как там дела у Гермионы?
- В процессе, - лаконично ответил Аксель. – Я принес ей еду и напитки, и удалился, чтобы не мешать.
- Хорошо, пока все идет как надо.
Следующей после Норта на мост вышла Рен, и замена лонохарских бойцов пошла гораздо быстрее.
Ами, приоткрыв рот, с восторгом следила за движениями и пируэтами Рен, временами подбадривающее крича:
- Давай, Рен, вали его! Коли этого красномордого! Вот так! Нагибай их!
А через какое-то время повернулась к Поттеру.
- Гарри, а можно сестренка Рен меня поучит? Я тоже так хочу! Очень хочу!
- Вот разберемся со всем этим, там и поглядим. Но, думаю, проблем не будет.
- Заметано! – и расплывшаяся в улыбке Ами протянула ему ладошку для скрепляющего хлопка. И снова пристально уставилась на сражающуюся Рен, пытаясь иногда повторять ее движения.
Прошло еще почти два часа. Напряжение нарастало и у защитников, и у нападавших, столкнувшихся с непривычно твердой обороной.
Смененная Гарри Рен прошла в бастион и почти минула посаженных в угол обездвиженных пленников, как наткнулась на взгляд одного из них. Воин явно эльфийских кровей, светловолосый и остроухий, смотрел на нее с нескрываемой смесью высокомерия и презрения. Что с разгоряченной длительной схваткой Рен делать вовсе не следовало.
Быстро подойдя к пленнику, она, ухватив его обеими руками за отвороты то ли длинной куртки, то ли камзола, отороченной мехом, и сдавила ему горло, одновременно вздернув в воздух.
- Что смотришь? Презираешь нас, великий лонохарец? Так погляди вон туда!
И Рен, не давая дергающимся ногам пленника коснуться земли, поднесла того к выходу на мост, на котором, продолжая бесконечный бой, сражался Гарри Поттер. Двигаясь на залитом подмерзшей кровью и заваленном телами мосту, он не отступал ни на шаг, а его меч чертил замысловатые фигуры, выбивая из оружия и доспехов противников тусклые искры.
- Видишь? Он один держит вашу непобедимую армию! Один! И они ничего не могут сделать! А ты давно сражался один против всех?! Нет? Когда мы взяли вашу крепость, ты и твои оставшиеся в живых товарищи не стали биться насмерть, стараясь забрать с собой как можно больше врагов, а предпочли сдаться, спасая свои жизни! Так какого дьявола ты вообще поднимаешь свои белесые глазки от земли?!
С лица эльфа-пленника давно сошло так разозлившее Рен выражение. Полупридушенный представитель дивного народа побагровел, хрипел и таращил глаза, растеряв весь внешний лоск и надменность.
- Рен, оставь ты его, – на плечо девушки легла тяжелая латная рукавица Норта.
- Хорошо… - и она разжала пальцы, толкнув свою сипящую и хватающую воздух раскрытым ртом жертву обратно к остальным. – Если бы Гарри приказал - я бы одна перебила их всех!
- Не сомневаюсь. Но сражение будет долгим и даже тебе надо передохнуть и чего-нибудь съесть.
- Посмотрите на него, - сказала Рен, указывая на мост, где сверкал меч Поттера. - Он самый лучший воин среди всех трех миров.
- Я знаю, - ответил Норт. - А ты – вторая после него.
Девушка отошла и тут же угодила в цепкие лапки караулившей ее Ами. Девчонка, метнувшись, принесла ей кружку, плошку с едой, усадила на расстеленный зимний плащ и начала возбужденно о чем-то расспрашивать.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 267
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.12.10 14:34. Заголовок: Глава 22. Мост Судьб..


Глава 22. Мост Судьбы-2.



Прошло еще около трех часов. И Гарри, и Норт снова успели побывать на мосту, сейчас его держала Рен. Гермиона продолжала сражаться с замком, собрав сложный рисунок почти на треть. Все успели перекусить горячим, благо очагов и дров в крепости было достаточно.
Поттер вместе с Эдвардом подошел к выходу на мост, выглядывая на полкорпуса и наблюдая, как Рен методично и размеренно отмахивается от коренастого крепыша, наскоками атакующего ее двуручным мечом.
- Минут через десять Рен надо будет сменить, не стоит заставлять ее выкладываться полностью. Эдвард, вы как?
- Нормально, - и Норт двинул литыми плечами. – Разминка не повредит.
- А можно я? – внезапно высунулась из-за угла возбужденная, сверкающая глазами Ами. – Вы и так втроем по кругу бегаете, как хомяки в колесе. Устали, небось. Можно я пойду попляшу с этими червеедами? Я тоже кое-что могу! Можно, а? Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста..!
- Еще чего, - фыркнул Эдвард. – Мы еще не дошли до того, чтобы бросать в бой малолетних девиц. Тебе сколько лет-то, малюточка?
- Не твое дело, верзила, - по привычке огрызнулась малюточка, но тут же, опомнившись, снова состроила умилительно-просительную мордочку. – Так можно? Гарри, дядька Норт, можно-можно?
- Да что ты пристала… Тебе что, жить надоело? - спросил ее Гарри. - Ты весьма шустрая и прыгучая, да и оружия тут полно, но там же каждый враг выше тебя на пару голов. Вдвое шире и втрое тяжелее. И вообще, Аксель ты-то что молчишь? Успокой свою сестренку, куда она лезет - ее ж там убьют! Прихлопнут как комара!
Немного помолчав, наблюдающий за схваткой через узкую бойницу в стене брюнет спокойно ответил:
- Объективно говоря, это очень даже вряд ли. Я же сообщил вам, что мы оба можем и умеем сражаться, и что вы можете нами свободно располагать. А не вмешивался в ваш спор лишь по причине, что главные в нашем отряде вы, и принятие решений тоже за вами. Но если вы спросите мое мнение…
- Ты что же, хочешь сказать, что не побоишься выставить против лонохарцев эту малявку? – недоверчиво нахмурился Эдвард. - Пока самое острое, что я у нее видел, был только язык.
- Малявку?! Ах, ты чурбан железный! Да что б ты заржавел! – тот же подтвердила последнее утверждение взвившаяся Ами. – Я тебе щас покажу малявку, дуболом чугунный, чтоб ты своей сигарой подавился…
- Погоди, - Гарри жестом остановил набирающую обороты склоку. – Ты серьезно полагаешь, что твоя сестра сможет удерживать мост хоть какое-то время?
- Да. И не «какое-то», а возможно, всего немногим меньше, чем тот же мистер Норт.
- Серьезно? Вот эта худенькая девчонка…
- Гарри. Просто пустите ее. Как старший брат и единственный присутствующий родственник Ами, я разрешаю это и беру, в случае чего, всю ответственность на себя. – И Аксель добавил чуть тише. – Иначе она вцепиться в вас, как клещ, и вскоре вы сами будете не рады, что не дали выпустить ей пар.
Но Ами все же услышала последнюю фразу и расплылась в победной ухмылке.
- Еще как вцеплюсь! До костей прогрызу! Слушайте братика, он плохого не посоветует…. Ну так как? Сестрицу Рен надо менять уже через шесть минут.
- Ладно, договорились, - обреченно махнул рукой Поттер. - Рен меняешь ты, но мы тебя все же подстрахуем.
- Ха! – и Ами от восторга с ходу сделала обратное сальто. – Сейчас повеселимся! Сейчас мы будем резать!
И чуть демонстративно начала разминаться – пару раз сложилась почти пополам, коснувшись лбом коленок под длинной, широкой юбкой, из этого положения, резко разогнувшись, встала на мостик, перекатилась через голову на живот, выпрямившись, села сначала на продольный, а затем и на поперечный шпагат, наклонилась влево-вправо, практически ложась на ногу туловищем и, вскочив на ноги, несколько раз задрала их вверх, заводя колено почти себе за ухо.
Гибкость и пластичность у Ами была просто потрясающей, очень близкая к физической форме Рен. А еще Поттер хорошо помнил те ощущения, когда взбалмошная сестрица Акселя подала ему руку. Нет, девчонка явно была непроста, а спокойная уверенность ее брата лишь усиливала это чувство. Назревало что-то любопытное.
- Ну, я готова, - сказала Ами и пошла, мягко ступая по темным плитам моста. Пошла с пустыми руками.
- Эй, ты чего? Собираешься защекотать их досмерти? Или ругать до самого посинения?
- Не волнуйся, Гарри, – успокоил его Аксель. - Просто смотри.
И впрямь дальше случилось нечто удивительное. Пройдя половину расстояния до сражающейся Рен, Ами вскинула руки и вынула из ушей ее любимые серьги – тонкой работы стальные иголки с черными основаниями. Те самые, за которыми она бросилась в первый же момент, когда поняла, что лонохарской охране сейчас не до них.
Вот только оказалось, что это не простое украшение.
Попав в ее руки, серьги-иглы пронзительно засветились, вытянувшись цепочкой набегающих друг на друга ярких колец, и через миг в крепких ладошках этого баламута в юбке оказались два парных меча. Их прямые лезвия, со скошенным острием и односторонней заточкой, почти как у ниндзя-то, ступенькой сужались к концу подобно щучьим мордам, а концы длинных рукоятей, почти на треть длины самих мечей, ближе к навершию загибались вниз под тупым углом сантиметров на пять.
Ощутив в руках оружие, Ами пару раз, словно пробуя, со свистом крутанула его, очертив вокруг себя пару кругов, и, встав в трех метрах за спиной Рен, начала терпеливо ждать, как хищный зверек, караулящий мышь.
- Так вот почему она в тогда сразу же метнулась за этими сережками… - вспомнил Поттер.
- Да. Без них она не находила себе покоя…
- Но она добыла тогда не только свои серьги… - И Гарри посмотрел на перстень на среднем пальце правой руки Акселя и кольцо на мизинце левой.
- Все верно, - кивнул тот, заметив взгляд Поттера. – Это не только украшения. Наше оружие всегда с нами и отсутствие магии этому не помеха.
Рен тем временем отошла назад, а ее место скачком заняла Ами, чье появление на сцене противник встретил издевательским смехом.
- Да вы, видать, совсем ополоумели от страха! Это бой чести, а вы выпускаете какую-то тощую бродяжку с игрушечными сабельками! – выкрикнул рослый бородач с широким, немного изогнутым мечом, похожим на китайский меч дао. - Вы думаете, это великая честь – скинуть в пропасть безродную девчонку-оборвыша?
Гарри даже испугался за Ами – даже со спины было видно, как вывела ее из себя эта речь. Она аж зашипела, точь-в-точь как рассерженная кошка. И только открыла рот, чтобы высказать блондину все, что она думает о лонохарцах, их чести и так далее, как ее остановил ставший твердым голос брата:
- Довольно, Ами. Ты вызвалась на бой, так что возьми себя в руки и веди подобающе!
- Но он обозвал меня безродной бродяжкой!!! – процедила сквозь зубы девчонка, сверкнув глазами.
- Хорошо, - и Аксель секунду помедлил. – Представься.
Мгновенно сбавив градус злости и повернувшись вполоборота, Ами молча посмотрела на брата, вопросительно выгнув бровь, но тот лишь кивнул, подтверждая свои слова.
Та вздохнула, пожала плечами и… Живое, от природы полное мимики, лицо Ами неожиданно моментально разгладилось, приняв выражение холодной, спокойной уверенности, а в аметистовых глазах исчезла ярость, и засквозило достоинство и мимолетное презрение к стоящим перед ней врагам. Выпрямившись, гордо вскинув голову и разведя руки с мечами, она сразу стала словно на несколько лет старше.
- Я не бродяжка, - твердо произнесла Ами. И продолжила гораздо громче, чтобы слышали все. – Я - Армина Найла Эйнселл, вторая принцесса королевства Сайтор.
И отсалютовала клинками, скрестив их перед лицом.
- А ты, лонохарский цепной пес, шавка безродная, как раз и должен считать за честь то, что я скрещу мечи с тобой и с теми, что стоят за тобой.
- Сайтор? – недоверчиво нахмурился лонохарец.
- Да-да, Сайтор. То самое королевство, которое ваши хваленые войска не могли захватить почти год, а наша столица, Фэллоу Кор, держалась почти два. И постоянные восстания в котором прекратились только тогда, когда ваша коронованная упырица взяла в заложники нас, младших членов королевской фамилии. Но теперь я сполна верну вам должок, – и Ами поглядела немного исподлобья. - За мою захваченную страну, за разрушенную столицу, за все…
- Эээ..? - Поттер, прищурившись, повернулся к Акселю, но тот, предвосхищая его вопрос, повинно наклонил голову.
- Прошу простить меня, за то, что мы с сестрой намеренно ввели вас в заблуждение. Но мы почти не знали вас, а коварство лонохарцев общеизвестно, так что… Однако после всего увиденного, отныне я в вас полностью уверен. И еще раз прошу прощения.
- Да ничего, я понимаю… - ответил переваривающий такую неожиданную новость Гарри. – Так если ваша сестра – принцесса, то, значит, вы…
- Все верно. Мое полное имя Аксель Дайрен Эйнселл и я средний сын короля. Нашему отцу лонохарцы оставили трон, но практически не оставили власти, связав по рукам и ногам нашими жизнями и жизнями родственников первых людей королевства. Еще у меня есть уже женатый старший брат, Аломон и вот они, вместе со своей супругой, леди Миатой – первые, наследные принц с принцессой. Что означает, особенно учитывая, что он старше меня всего на четыре года, что королем я вряд ли когда-то стану. Но меня это, право, ничуть не заботит.
- Но, тем не менее… - вдруг Поттеру, вспомнившему о случившемся между Акселем и Гермионой и взглянувшему на это в новом свете, внезапно стало необъяснимо весело. – Скажите, ммм… ваше высочество, а у вас есть белый конь?
- Конь? – немного недоумевающе переспросил Аксель. – В королевских конюшнях есть и лошади, и пегасы и грифоны. Разумеется, есть и белой масти…
Его слова прервал настоящий взрыв хохота, прилетевший со стены, которому тут же начала вторить Джинни. Намек, куда клонит Гарри, Уизли поняли первые.
- Ой, не могу… Гермиона! Нет, ты слышала? Принц! На белом коне! Да тебе же посчастливилось вытянуть главную мечту любой девушки! Радуйся!
- Да отстаньте вы все от меня! Сколько можно! – отмахнулась слегка зардевшаяся от смущения Грейнджер от веселящейся рыжей троицы. От услышанного она даже приостановила свои манипуляции над ключом-головоломкой. – Я уже сказала свой ответ на это дурацкое предложение, и мой ответ – нет! Принц, кто бы мог подумать… И вот дернул же меня черт подставляться тогда под дротики. Я вовсе не подойду вам, ваше высочество! И это вы еще не видели меня в плохом настроении.
- Боюсь, что это не так, леди Гермиона. Я не привык отступать от своих слов, так что…
- Ну, хватит! Не отвлекайте меня! – и Гермиона, усилием воли заставившая себя не замечать и не слышать ничего вокруг, вновь склонилась над плавающими в круге элементами, собранными уже на две трети.
- Вы только посмотрите… - произнесла тем временем отсмеявшаяся Джинни.
А события на мосту Судьбы после заминки, вызванной столь неожиданным представлением Ами, понеслись вскачь.
- Ну, все, рыло мучное, пиши «Мама, вышли денег на похороны!» - достаточно громко пробормотала вторая сайторская принцесса. Ее официального настроя хватило очень ненадолго. - За «бродяжку» я об тебя даже клинки марать не стану!
Рванувшись вперед так, что ее две длинные косички взлетели вверх, и, держа оружие сзади на отлете, она, подлетела к оскорбившему ее воину практически вплотную, и резко присев, круговой подсечкой подбила того прямо под лодыжки. А потом, распрямив опорную ногу, мощным пинком другой придала падающему телу добавочное ускорение, так что ее противник слетел с моста, и с диким воплем помчался навстречу к едва различимому дну пропасти.
Вставшие чуть поодаль другие лонохарцы разинули рты, а Ами, низко склонившись над опасным краем, прокричала вслед:
- Попутного ветра в горбатую спину!
И колко посмотрела на вооруженного копьем следующего воина, чья прическа походила на некие дреды, торчавших по сторонам непокрытой головы.
– Эй, ты, сколопендра!
– Это ты мне?.. – проскрежетал зубами приближающийся лонохарец.
– А кому же еще? Ползи сюда!
Мечи в руках Ами замелькали, превратившись в подобие двух стальных вееров, и на ее противника обрушился настоящий смерч быстрых ударов. Безуспешно попробовав пробиться узким клинком сквозь эту завесу, тот отошел и, тоже вытянув из-за пояса второй меч, пошел в атаку, вращая оружие в схожем боевом стиле.
- Что, думаешь, самый умный, а, дитя подзаборное? – осклабилась девчонка. – Сейчас проверим!
Закрутив очередную, атакующую комбинацию, она внезапно перехватила свои клинки обратными хватами и – клац! – соединила их рукоятями, превратив их из мечей в нечто вроде двусторонней нагинаты с искривленным серединным древком.
- Извольте отведать! – и прямой колющий удар, войдя точно в щель нагрудника, пронзил лонохарца насквозь.
Следующим противником против девчонки выставили грузного, лысого латника с копьем, чье появление тотчас удостоилось комментария:
- Это чья ж там фантастическая задница, развеваясь по ветру, на нас неукротимо надвигается?
Копейщик потемнел лицом и тут же продемонстрировал отличное умение владеть своим длинным копьем с круглым набалдашником на другой стороне древка. И на мосту начался классический бой на копьях – с длинными выпадами, вращениями и попытками выбить или переломить оружие врага.
Пока кое-кому это не надоело.
- Еще один умник! – хмыкнула Армина. – И на тебя найдем управу, яйцекладущий!
Разъединив рукояти своего оружия в парные мечи, она сделала пару выпадов, а потом свела руки вместе и с металлическим щелчком сложила клинки тыльными, незаточенными сторонами, образовав из двух мечей один - широкий, обоюдоострый, узкой прорезью в начале острия лезвия и рукоятью в форме перевернутой латинской буквы «Y».
И перерубила древко вражеского копья напополам, вынудив толстяка отступить, пропуская вперед мечника, который обратно уже не ушел - за минуту схватки Ами ухитрилась поймать раздвоенными концом своего меча вражеское оружие и, резко двинув всем телом, сломать его пополам, а потом быстрым круговым ударом поразить противника в бок, выведя из схватки.
Но и это был еще не финал.
Ами завертелась юлой и ее широкий, двуручный меч, состоящий из двух сложенных клинков, разделился на поперечные, плоские сегменты, превратившись в меч-хлыст. Он описал вокруг своей хозяйки кольцо и, повинуясь рывку руки, удлинился на несколько метров, метнулся над плечом ее нынешнего оппонента и поразил стоящего за ним, обратным ходом разрезал, как пилой, шею переднего и снова собрался на рукояти в монолитное лезвие.
- Вот так-то, грыжа трудовая! Ребенка хотели обидеть?
В последние полчаса, что провела на мосту Ами, там творилось сущее светопреставление. Сочетая и комбинируя все четыре степени свободы своего оружия, Армина буквально танцевала на узком перешейке, сочетая фехтовальные приемы с прыжками, подкатами и вовсе уж акробатическими трюками, заканчивающиеся в каких-то сантиметрах от гибельного края. Страх, казалось, был ей неведом; в одном случае она резко скакнув вбок и, охватив кольцом рук один из ограждающих мост столбов, пронеслась вокруг него над пропастью и ударом обеих ног скинула очередного врага в парящую туманом бездну. А в другой раз с проворностью обезьянки вскарабкалась на сам столб и сидя наверху, костерила противника на чем свет стоит, одновременно отбивая мечами попытки сбить ее оттуда пикой. Она сражалась с веселой злостью, и рот ее ни на миг не закрывался, заставляя лонохарцев наливаться краской от гнева:
- И это ты – воин?! Ха! Да безработным мойщик трупов и то больше похож на мечника! Тебя вообще под что мама с папой делали? Под свекольный самогон?
- Что, страшно? Да ты, дятел тоскливый, сейчас как рабыня на помосте - можешь рыдать на весь рынок – никто не услышит!
- Что встал? Вращай суставами, грызло конское, кому говорю, вращай!
- Убегаешь? Ну-ну, двигай лапами шустрее и живи уродом дальше!
Нескоро отойдя от первого впечатления подобного оригинального способа ведения боя, Гарри усилием воли вернул свои брови на место и сообщил Акселю:
- У меня просто нет слов… Но какое у нее необычное оружие.
- Семейная реликвия, единственная в своем роде. Передается только по женской линии, равно как и искусство владения им.
- И она еще хочет, чтобы Рен ее чему-то учила?
- Учиться никогда нелишне. И не поздно, Гарри.
- Да, вы правы. Знаете, после того, как я увидел, на что способна ваша младшая сестрица, мне уже страшно подумать, что из себя представляют ваши уважаемые родители, - с неуверенной улыбкой покрутил головой Гарри.
- Правители должны быть достойны своего народа. Так что отец с матерью тоже могут постоять за себя, - ответил Аксель. – Особенно если их не держат за горло ручонки всяких там леди Валькери. Когда до них дойдет весть, что мы с Ами свободны, наверняка на выручку другим заложникам будет отправлена помощь, и вот тогда… Думаю, скоро в Сайторе лонохарцам снова станет очень неуютно.
- Думаю, при благоприятном стечении обстоятельств, мы сможем поспособствовать решению этой вашей проблемы куда более действенным способом.
- А в чем, собственно, состоит ваш план, Гарри? Думаю, с учетом всего произошедшего, вы могли бы его мне рассказать. Хотя бы в общих чертах.
- Ну, время у нас есть, так что, почему бы и нет?


***


- Кстати, Окой, а что ты будешь делать, когда все это закончится? – поинтересовался у японки Фред, с хитрецой глядя на нее.
Двое братьев и японка непрерывно наблюдали за противоположной стороной моста, тотчас пресекая попытки затаившихся там лучников и арбалетчиков взять на прицел сражающихся на мосту. Лишь временами один из трех наблюдателей временно покидал свой пост.
- Я? – переспросила Окой. – Я пообещала служить Гарри-сану ровно год, и по истечению этого срока буду свободна. И смогу вернуться домой.
- Как, вот так просто взять и вернуться? Одна? – и взгляд Фреда перешел с Окой на Джорджа и обратно.
- Ну, может быть, не одна… - и щеки девушки, неотрывно наблюдающей за другой стороной и держащей наготове лук с наложенной стрелой и полунатянутой тетивой, немного порозовели и отнюдь не от холода. – Если Джордж будет не против… погостить. А куда мне еще идти? Меня нигде больше никто не ждет.
- А ты не думала остаться с нами?
- С вами? Но я…
– Извини, но думаю, ты сама до сих пор не понимаешь, в какую ловушку угодила.
- Ловушку?
- К нашей разношерстной и слегка сумасшедшей компании невозможно относиться равнодушно, просто как к месту отбытия клятвы. Как видишь, от нее либо сбегают в ужасе, либо остаются очень надолго.
Посмотри на Гарри. Понятия не имею, как он это делает, но он поразительно непринужденно умудряется собирать вокруг себя целую самого разношерстного народа, отлично ладящую между собой и умудряющуюся творить такие вещи, что аж дух захватывает. И спроси любого из нас – разбежимся ли мы обратно по своим углам, когда не будет войны и врагов? Да ни в жизнь. И дело даже не в том, что мы, пойдя за Гарри, получили возможность реализовать большинство наших задумок, воюем и путешествуем по мирам, узнав столько удивительных, поразительных и порой страшных вещей, о которых не догадываются ни маги, ни магглы.
Уизли на некоторое время замолк, собираясь с мыслями.
- Наш очкастый, меченый шрамом предводитель каким-то совершенно волшебным способом, вольно или невольно, умеет находить то, что нам всем не хватает. Что-то большее, то о чем, живя прежней жизнью, мы никогда бы не узнали и не поняли. Наше предназначение что ли… И тех, кто всегда готов его с нами разделить. И вот это держит сильнее любых клятв и обещаний. Вспомни хотя бы Рен. Так что влипла ты, подруга, и, боюсь, никуда уже не денешься! Просто сама еще это не осознала. О! Еще один!
Окой задумалась, а Фред, весь несвойственный себе монолог не отрывавший взгляд от наглазника оптического прицела, нажал на спуск, опрокинув на землю высунувшегося и вздумавшего поднять арбалет стрелка.


***


- Следующим на мост прогуляюсь, пожалуй, я, - тем временем, глядя на сменившего Ами Норта, сообщил Аксель Поттеру, повращав кистями рук. – А то как-то неудобно получается…
- Думаю, придется вам блеснуть в следующий раз, ваше высочество, - раздался самую малость насмешливый голос Гермионы. – Я почти уже закончила, можете начинать паковать вещички.
- Хорошие новости! – довольно потер ладони Гарри. – Всем подъем!
И вся команда скрытно от противника начала понемногу стягиваться к Вратам, стаскивая все имущество и повязанных пленников, которых, после некоторых раздумий, решили взять с собой. Видели и слышали они слишком много, чтобы оставлять их для вдумчивых расспросов коллег, которым предполагалось оставить крепость. Хотя близнецы открыто сожалели, что не имеют возможности извлечь из своего арсенала достаточно взрывчатки, дабы разнести крепостицу по камушку, завалив тем самым проход.
А Гарри давал последние указания:
- Гермиона сказала, что, как только она соединит последний элемент, ворота откроются ровно на одну минуту. Так что последнюю «смену» на мосту стою я, Окой меня страхует. Вы же быстро просачиваетесь через ворота и только тогда, по вашему сигналу, мы тоже проскакиваем на ту сторону. Лонохарцы наверняка тут же последуют за нами, так что на той стороне вы, Фред и Джордж, ставьте свои любимые пулеметы, и как только мы пройдем – прижмите их к земле и не давайте подняться, пока Врата не закроются. Все поняли?
- Абсолютно!
- Тогда начали!
Заняв оборону, Поттер сдерживал натиск еще где-то двадцать минут, когда из глубины бастиона раздался окрик:
- Гарри! Поспеши, пароход отходит!
И тут же, отшвырнув последнего противника мощным ударом, он рванул что было силы по мосту, увеличивая разрыв с немедленно бросившимися в погоню лонохарцами. Влетев в крепость и пропустив впереди себя бежавшую с луком Окой, он проскочил через начавшие закрываться толстые каменные ворота и тут же отпрыгнул вбок, освобождая сектор обстрела близнецам. А те, разложившие прямо на каменных плитах свои «FN MAG», не подкачали, немедленно хлестнув прицельными очередями по появившимся в поле зрения вражеским воинам.
Желающих идти грудью на верную смерть среди преследователей не нашлось – мигом потеряв полтора десятка под непрекращающимся огнем, они заняли укрытия и начали сыпать стрелами в ответ, но створки Врат уже неумолимо смыкались и вскоре намертво отрезали их от горстки везучих и нахальных захватчиков.
А с той стороны Гарри облегченно перевел дух и выпрямился во весь рост.
- Дамы и господа, добро пожаловать в Тай-Шарр!

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Тэтцу-но-кирай



Сообщение: 1
Зарегистрирован: 19.01.12
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.01.12 21:30. Заголовок: А КАЭР-ДУ будет?..


А КАЭР-ДУ будет?

Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Тэтцу-но-кирай



Сообщение: 2
Зарегистрирован: 19.01.12
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.01.12 21:30. Заголовок: А КАЭР-ДУ будет?..


А КАЭР-ДУ будет?

Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 268
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.13 10:04. Заголовок: Глава 23-1. Красный ..


Глава 23-1. Красный снег.


Здесь было гораздо холоднее, чем по ту сторону гор, а неизбежный для открытой местности порывистый ветер беспощадно бил в лицо и осыпал путешественников мелкой снежной пылью. Но панорама, что раскинулась впереди, мгновенно приковала к себе их взгляды, заставив позабыть о холоде.
Открытая площадка выхода из Врат – квадрат где-то шестьдесят на шестьдесят футов - находилась на приличной высоте, а вниз от нее полого спускалась широкая каменная лестница, по которой не зазорно было пройти владыке Лоно Хара, вступающему в святая святых своих владений.
Но взгляды притягивала не лестница – сверху открывался вид на всю долину Таай’шарр, плоскую, как стол, заметенную неглубоким снегом с выступавшими местами низкими холмами и скалами. Огражденная неприступной стеной горной гряды, теряющейся в далекой дымке, в поперечнике она имела значительно больше сотни миль. И первым, что бросалось в глаза зрителю, были стены. Полупрозрачные, текучие, искажающие видимость расположенного за ними, подобно сильно нагретому воздуху, они возвышались на добрые две-три сотни футов, и делили всю долину на три громадных концентрических круга – внешний, средний и внутренний, каждый шириной миль по пятьдесят.
И из самого центра магических заслонов, делящих Таай`шарр на три изолированные зоны, в небо било семь разноцветных, по числу цветов радуги, тонких лучей. На некотором удалении от земли они расплывались, сливаясь в единый радужный поток, уходящий вверх, под высокие облака.
Этот приснопамятный щит, отгораживающий Лоно Хара от проникновения извне, Гарри однажды уже видел – отбивая в команде Валькери нашествие Уничтожителей возле Хогвартса. Тогда сестрица Пэнтекуин весьма обтекаемо поведала о некой мифической «материи мироздания», препятствующей проникновению расы насекомых, но с тех пор Гарри значительно расширил свои горизонты познаний, да и общение с Джеларом, пусть краткое, очень многое прояснило.
Созданный еще во времена первого Дракулы, Таай`шарр состоял из трех кругов: внутреннего, где располагались магический излучатель барьера и многочисленные лаборатории по выведению скрийлов и изучения пленной Королевы; среднего, являющегося, по сути, одним сплошным городом-полигоном для обучения и испытаний новых генераций воинов-насекомых и их командиров, и внешний, где обитали расплодившиеся многочисленные промежуточные подопытные, служившие наружной охраной за простое право жить.
Дракулы хорошо защищали сосредоточие своих секретов: только избранный член клана или их доверенное лицо, попав на эту сторону, активировал имеющийся у него персональный амулет – аналог портшлюза - и переносился в любой из кругов.
Не имея его, нарушитель, даже получивший Ключ и прошедший сквозь Врата, на сутки оставался во внешнем кольце, где обитала настоящая армия измененных существ. Несмотря на то, что властители признали их отбракованным материалом, внешняя стража представляла собой весьма грозную силу, и действовала не только числом, но и умением.
Если же вторгшийся враг, отбив атаки и дождавшись открытия прохода, проникал в среднее кольцо, то его встречали либо скрийлы, либо отряды охраны. Последние по силам не уступали гвардии самого Императора Лоно Хара, а по слухам - даже превосходили ёё. Они, как-никак, охраняли не одного человека из династии, а наследие и сосредоточие мощи всего древнего и могущественного рода Дракул-Цепеш.
Джелар поведал Гарри, что по рассказам самого Люцифера за всю историю существования Таай`шарр, сквозь Врата прорывались раз десять. И лишь трижды сплоченные группы местных бунтовщиков или повстанцев из других миров, с большими потерями в первом круге прорывались во второй, где вскоре и уничтожались. Причем в последний раз – самим Джеларом и его скрийлами.
«Не обольщайся, - сказал тогда Поттеру шаргх, - в последний раз, при мне, когда прорыв сквозь внешний круг удался, взбешенный Люцифер казнил каждого шестого из его уцелевших защитников – гора отрубленных голов была вровень со сторожевыми башнями, и они это хорошо помнят. И будут драться, как бешеные».
На вопрос Гарри, зачем Дракулам было оставлять в своем защитном рубеже столь явные дыры в виде относительно доступного входа и регулярно приоткрывающихся стен, Джелар ответил: «Потомки кровососов никогда не были дураками. Им не нужна внутренняя стража, которая будет почивать на лаврах, уверенная в неприступности укреплений. К тому же проходы в стенах открываются только вовнутрь: отличная ловушка для незваных гостей!.. Да и скрийлам мало обычных тренировок – время от времени им необходимо по-настоящему лить кровь. А сам факт, что сосредоточие власти клана Цепеш теоретически уязвимо, привлекает их непримиримых врагов, как свет – букашек, и за ними не нужно гоняться по всей обширной империи».
До самого центра - Внутреннего Круга - по словам двоюродного брата Валькери, пока не доходил никто, и что могло ждать там незваных гостей, помимо той же элитной охраны, оставалось лишь гадать.
- Ну, не попробуешь – не узнаешь, - вспомнил свой ответ Джелару Гарри. Каким бы военным потенциалом не располагали прошлые вторженцы, но группа Поттера, с её разнородной магией, техническим оснащением, значительной мощью и малой численностью – и используя по максимуму фактор внезапности - по словам Джелара, имела неплохие шансы на успех. С маленькой оговоркой, впрочем.
Если все пойдет по плану.
- Ну что, все отдышались и налюбовались местными красотами? – поинтересовался Поттер у соратников, слегка запыхавшихся после стремительного отступления - Тогда вот вам наша следующая цель.
И Гарри указал облаченным в ножны мечом на чернеющую вдалеке сторожевую башню, похожую на уродливую шахматную ладью. Такие же бастионы, и целые, и в разной степени разрушенные, были хаотично разбросаны по всему внешнему кольцу Таай`шарр.
– Постараемся занять башню без шума и, если нам повезет, отсидимся там до открытия прохода. Но я бы сильно на это не рассчитывал: лонохарцы по ту сторону Врат уже наверняка разворошили весь муравейник. У нас пара часов форы, прежде чем Валькери узнает, что мы здесь.
- Что она предпримет, как ты думаешь? – поинтересовалась Гермиона.
- Полагаю, для начала - ничего, - скупо улыбнулся Поттер. – Зачем суетиться? Ловушка захлопнулась, шансы, что мы выживем даже во внешнем круге – минимальны… Вот если прорвемся во второй круг – то наверняка жди личного визита ее императорского величества. В сопровождении свиты. Как говорится – и вся королевская конница, и вся королевская рать… Но давайте решать задачи в порядке важности – сначала башня. Кстати, проверьте, ни у кого нет проблем с магией? Здесь она уже должна восстановиться.
Магия, мертво молчавшая во время битвы на мосту, отозвалась охотно - и на концах усиленных палочек близнецов вспыхнули шарики Люмосов, Джинни создала водное заклинание, а Норт раскурил сигару от язычка пламени на конце пальца своей новой руки, объединенной силой Иссана с его волшебной палочкой.
Сам Гарри шагнул к парапету лестницы и провел над перилами ладонью, вслед за которой по камню заструилась огненная дорожка, растопившая наметенный снег.
- Отлично. Снимаемся. Пленных оболваньте, транспортируем их Левикорпусом. Идем быстро, но без шума. Всем быть настороже, возможно придется прорываться, а в башне уходить в глухую оборону.
И после двухминутной задержки группа споро двинулась вперед.
Они успели преодолеть почти половину расстояния, когда футах в ста от них из-под снега выскочило непонятное существо. Низкорослое, широкогрудое, с длинными руками и сплошь замотанное в шкуры, оно несколько секунд наблюдало за группой людей, а потом сноровисто выдернуло из-под одежд большой, закрученный рог.
Близнецы, не дожидаясь приказа, синхронным движением вскинули винтовки, но бывший начеку абориген моментально скрылся в спрятанной под снегом норе и оттуда над заснеженной равниной поплыл вибрирующий, хриплый рев.
- Так… Ну, что я, собственно, и говорил, - процедил сквозь зубы Гарри. – Быстрее к башне! Бегом!
И вся группа ускорилась, таща за собой на буксире колыхающихся, как связка воздушных шаров, пленников, глупо и благостно улыбающихся от наложенного на них мощного «Конфундуса».
Добежать до бастиона они успели. Проскочив сквозь еще крепкие двустворчатые ворота, на которые шедший последним Норт накинул толстый, окованный ржавым железом засов, друзья без остановки пересекли внутренний круглый зал и загрохотали обувью по потемневшей от времени деревянной лестнице, поднимаясь вверх, на плоскую, огражденную зубцами в рост человека, площадку башни.
Гарри, поднявшийся первым, воспользовался приближающим заклинанием и впился взглядом в надвигающегося врага.
Орда, что возникла словно из под земли – а, может, и впрямь вылезла из тайной системы нор и тоннелей – навскидку насчитывала тысячи три бойцов. Внешне она сильно напоминала воинство не то древних кельтов, не то шотландцев, не то орков: одежда из толстой ткани, меха и шкур, доспехи грубой ковки и такое же оружие – широкие и длинные мечи, боевые топоры и копья с крючьями. Магического присутствия среди наступающих Поттер не засек, и это радовало, но вот то, что отдельно от основной массы двигались отряды поддержки с мощными луками и арбалетами, было не очень хорошо.
Сами же защитники первого круга были необычны и пугающи. Плоды разнообразных генетических экспериментов по скрещиванию расы насекомых с людьми и всевозможными магическими существами вблизи выглядели как ожившие статуи безумного скульптора – гуманоидные тела с головами насекомых, четырех и шестирукие воины, создания, почти неотличимые от людей, но с фрагментарным хитиновым покровом и раскрывающимися жвалами на почти человеческих лицах…
Гарри прищурился. До подхода противника оставалась пара-тройка минут, самое время подумать, как отбиваться.
«Хотя, впрочем, что тут думать…» - хмыкнул он про себя.
- Предлагаю следующее, - произнес Поттер, не поворачиваясь к товарищам. – Подпустим их поближе, и я ударю по площади огнем – сил отрезать все подходы к башне мне хватит. А с теми, кто уцелеет, можно будет разобраться на ближних подступах или даже в зале на первом этаже, числом они нас там взять не смогут.
- Думаешь? – с изрядной долей скепсиса переспросила Грейнджер. - Не забывай, наш враг – частично насекомые. И если хотя бы треть из них способна, например, бегать по стенам, то им достаточно просто подойти вплотную к башне – и правильно разыграть свой численный перевес.
- Гермиона права, - подал голос Норт. – К башне этих выродков подпускать категорически нельзя, иначе нам всем станет очень грустно. И не уверен, что даже ты сможешь держать такую огненную стену целые сутки.
- Пожалуй, соглашусь, - кивнул Поттер. – Рисковать не стоит. Тогда создаем зону отсечения футов в двести-триста от башни. Огонь для этого подойдет, да и Гермиона сможет эффективно накрыть площадь. У близнецов в достатке оружия…
- У нас и миномет в хозяйстве найдется! – гордо похвастался Фред.
- Маньяки, - тут же вынес вердикт Гарри. – Но маньяки полезные. Приступайте. А всем остальным… Или в зрители, или присоединяйтесь к стрелкам, если есть желание и умение.
- Пострелять?! – у Ами алчно вспыхнули глаза, и она предвкушающе потерла ладошки. – Это мы всегда и с радостью! Ну-ка, братики, что у вас там есть в защечных мешках?
Она требовательно протянула Уизли руку.
- Стоп-стоп, а стрелять-то ты умеешь, твоё языкастое высочество? – не разделил ее энтузиазма скептически прищурившийся Джордж.
Вместо сестры ответил Аксель:
- Не беспокойтесь, мы оба знакомы с огнестрельным оружием. В нашем мире оно есть, хоть и не слишком распространено. До стрелков-мастеров нам, конечно, далеко, но не прострелить себе ногу и попасть во врага, тем более, когда он в таком количестве, мы вполне сможем.
- Как скажете… - успокоился Джордж и нырнул в свой увеличенный до обычных размеров арсенал. - Тогда смотри сюда, Ами, это – автоматическая винтовка HK 416 с коротким стволом и барабанным магазином на сто патронов. Сравнительно легкая, калибр 5.56, с минимальной отдачей, в общем, для тебя – самое то. Это – предохранитель, он же – переводчик огня. В общем, направить на врага, сдвинуть этот рычажок, и жать на курок. Длинными очередями не стреляй, держи крепко и не направляй на того, кого не хочешь убить. Все поняла?
- Ага! – кивнула девчонка и, цепко ухватив винтовку, начала пристраиваться у зубца стены.
- А для вас, сэр Аксель, давайте подберем что-нибудь посолиднее… - повернулся к принцу Фред, моментально соорудив физиономию ушлого торгаша, способного продать бедуину пару телег песка. - Может, пулемет? FN Minimi, например? Стрелять из него – таки просто пальчики оближешь! Или желаете ручной многозарядный гранатометик? Замечательная штучка, скажу я вам…
О чем-то напряженно размышлявшая Гермиона вновь вмешалась в процесс тотального вооружения:
- Ребята, Гарри, погодите… А можно обойтись без взрывов, ударов по площадям и вообще без тяжелой артиллерии? У меня появилась одна мысль, и для ее исполнения нужно приличное количество мертвых, но не разорванных на куски врагов.
- Хм, запросы, однако, у тебя… - иронично покачал головой Поттер. – То «кормовой материал» для ручного Упиванца, то горка покойничков приличного товарного вида. Хотя, зная Дагор Хаттан… Хочешь поднять армию зомби?
- Что-то вроде, но лучше, - слегка улыбнулась девушка. – Гораздо эффектнее и ощутимо эффективнее.
- Я в тебе не сомневаюсь… Фред! Джордж! Только легкое стрелковое! Никаких мин, гранатометов и крупных калибров!
- Морганина мать, что, и подствольники нельзя? - демонстративно опечалились близнецы. – И ручные гранаты тоже? Умеешь же ты убить настроение, Поттер… Ладно, тогда малым калибром – но от души!..
Враг тем временем подходил все ближе и ближе, охватывая сторожевую башню широким полукольцом. Он двигался достаточно четким боевым порядком с тяжелой пехотой в первых рядах и лучниками позади.
- Все по местам! Рен – не морщись! Знаю, ты не любишь огнестрельное оружие, но - надо! Приготовиться! – скомандовал Поттер, и стрелки заняли позиции, защелкав переводчиками огня и залязгав затворами. Все, кроме Джинни, вызвавшейся подавать ленты и снаряжать магазины, и Окой, чей лук в этой ситуации не был сильно эффективен. Японку назначили наблюдателем с правом свободного отстрела особо выделяющегося противника – явных командиров или слишком резвых особей.
- Внимание… Внимание… - Гарри, глядя поверх прицела доставшейся ему щедротами братьев Уизли штурмовой винтовки SIG SG 550, терпеливо ждал, пока противник войдет в зону гарантированного поражения. – А вот теперь, леди и джентльмены - огонь!
Верхушка башни ощетинилась оружейным огнем, по ушам ударил разномастный звук очередей, а по промерзшему камню зазвенели первые дымящиеся гильзы. Что же до результата… Восемь автоматических стволов со средней скорострельностью в 700-750 выстрелов в минуту, ведущих непрерывный огонь с возвышения при практически неограниченном количестве патронов… Скажем так – у защитников внешнего кольца Таай`шарр явно случались и более удачные дни.
Первые ряды накатывающей на бастион волны нападающих выкосило почти начисто – срубленные на бегу плотным шквалом пуль, в снег покатились почти две сотни мутантов. Послышался громогласный вой и шипение раненых, и темп наступления заметно упал. Продолжая терять бойцов под непрерывным огнем с башни, закрываясь бесполезными щитами и с переменным успехом уворачиваясь от очередей, выбивающих из земли цепочки снежных фонтанчиков, атакующие разбились на несколько групп и попытались прорваться к подножию, укрывшись щитами на манер «черепахи» римских легионеров. Не вышло – ведущий огонь из М60 Норт цыкнул сквозь зубы, отложил американскую трещотку и подхватил стоящий у его ног русский пулемет ПК, снаряженный для верности исключительно бронебойными патронами. На обеих «черепах» ушла ровно одна лента – пули с твердосплавным сердечником одинаково хорошо рвали и окованные железом щиты, и пластины доспехов, и хитиновый покров штурмующих «черепашек», оставив на их месте две оплывающие кровью кучи трупов.
В ответ стражи Таай`шарр откатились назад, почти мгновенно отрыв укрытия в мерзлой земле, и Гарри с командой прекратили огонь: противник и без того отдалился от «зоны отсечения», обозначенной полосой убитых и корчившихся раненых. Но не успели обороняющиеся порадоваться, что получили передышку, как в дело вступили вражеские лучники. Десятки стрел и арбалетных болтов обрушились на верхушку башни, заставив защитников укрыться за зубцами, а перегруппировавшаяся пехота вновь пошла в атаку.
- Черт, стрелы – это уже неприятно, - поморщился Гарри. – Поздравляю, Гермиона - ты разжалована из стрелков. Отставь автомат и накрой нас щитом, только не абсолютным - нам из-под него еще стрелять.
- Разжалована? Слава богу, - пожала плечами Грейнджер, прислоняя к стене выданный ей FN FNC. – И так уже нос весь копотью забит. Щит, значит… Будет вам щит…
Слабое покалывание, словно от электрических разрядов, мурашки, бегущие по телу – и магический щит, расширившись из центра наружной площадки башни, повис над ней еле заметным мыльным пузырем. Стрелы, попавшие в него, просто соскальзывали, как соскальзывало бы острие ножа при попытке расколоть им литой стеклянный шар. А изнутри проницаемость была полной – и пошедший было на приступ противник откатился назад, оставив на подступах к башне еще полторы сотни убитых и тяжелораненых.
За истекший час с небольшим, враг испробовал самые различные тактики – атаку с разных сторон, попытку прорыва группы крайне вертких и быстрых особей, не похожих ни на людей, ни на других разумных двуногих, а также продвижение вперед под прикрытием наспех сколоченной осадной башни на санных полозьях. Однако безуспешно – живая сила была истреблена, а башня разрушена Фредом тремя прицельными выстрелами из гранатомета М79.
Держа оборону, Гарри с друзьями успели наскоро перекусить и выпить горячего – несмотря на теплую одежду, магию и затяжной бой, царящая на плато зима и сопутствующая ей минусовая температура постоянно напоминали о себе. А их противник понемногу начал звереть и, похоже, пришёл к мысли, что единственный путь захватить и уничтожить возникшую твердыню – это тупо взять ее числом, не считаясь с потерями. Ибо если вторженцы продержатся до открытия прохода во второй круг, то гнев хозяев долины будет куда более сокрушительным.
- Ой-ой-ой… - вдруг свистнула и замахала рукой Ами, оставленная дозорной. – Сдается мне, тутошние дети тараканов всерьез на нас обиделись!
- Так, посмотрим… - торопливо допив свой чай, Поттер подошел к девчонке и выглянул из-за зубца. И тут же свел брови к переносице.
Защитники Внешнего круга с подошедшей к ним подмогой, общим числом тысяч уже эдак под пять, и впрямь затевали массированный штурм, строясь в боевые порядки вне зоны поражения стрелков с башни. Они учли болезненный опыт в виде гибели практически половины их нынешней численности. В первые ряды становились наиболее крупные воины, на которых навешивали сразу несколько комплектов брони и давали выгнутые, ростовые щиты, тяжелые даже на вид.
«Плохо, - оценил Гарри. – Два слоя доспехов наши пули могут и не взять, а от таких щитов будет много рикошетов. Придется все же пускать в ход «артиллерию» и крупные калибры, но сначала…»
- Гермиона! – повернулся он к друзьям, сидящим на ящиках вокруг разведенного костерка. – Твоя идея еще в силе? Покойничков мы нарубили прилично, а следующую атаку нам одним легким вооружением отбить будет трудно. Так что решай…
- Минуту… - Грейнджер, легко встав, тоже подошла к проему и внимательным взглядом окинула сначала почти готовые к штурму вражеские войска, а потом – громоздившиеся завалы из убитых.
- Думаю, достаточно… Сейчас проверим, умеют ли они бояться, - негромко проговорила Гермиона, отходя от стены.
- И что же ты задумала? – спросил, не отвлекаясь от наблюдения, Гарри.
- «Гаэсс ниад».
- О! Так вот зачем тебе понадобилось… - осекшийся Поттер быстро повернулся в сторону Гермионы. – Погоди, ты сказала - «Гаэсс ниад»? А… ты сможешь?
- И это тоже проверим, - коротко ответила Грейнджер, сбросила теплую накидку и решительно направилась к лестнице, ведущей с верхней площадки вниз, к выходу из башни.
- Так! Все на стену! Держите противника как можно дальше от Гермионы! – резко посерьезнев, приказал Гарри. - Джинни – подстрахуй ее внизу! Если что – хватай, не слушая возражений, и волоки наверх!
Девушка молча кивнула и, не утруждая себя спуском по ступенькам, протиснулась между зубцами башенного ограждения и спрыгнула вниз. За несколько футов до земли покров Эгора вспух вокруг Джинни широким круговым полотнищем, гася скорость, и младшая Уизли очутилась внизу одновременно со своей старшей подругой.
Заметив, что двое защитников оказались снаружи башни, враг тут же выслал вперед две легкие атакующие группы. Но обороняющиеся были наготове и немедленно открыли отсекающий огонь, не давая противнику подойти. Бесперерывный
град пуль создал мертвую зону перед Гермионой, отошедшей от башни футов на пятьдесят, а позади нее наготове стояла Джинни, оплетенная непрерывно движущимися лентами песка, готовая немедленно прийти на помощь.
Грейнджер стояла неподвижно, опустив голову, прикрыв веки, сцепив перед лицом ладони в замок и расставив в стороны локти.
- Если у нее получится, это будет что-то… - пробормотал Гарри, не отрывающий взгляда от подруги.
А потом девушка резко выпрямилась и широко распахнула глаза.
- Сигэр! – Жестко слетело с ее губ.
В тот же миг у ног Гермионы вспухло кольцо вздыбленного порывом ветра снега. Повязки на ее предплечьях не затлели, как обычно, а ярко полыхнули красным, и рукава одежды по плечи разом осыпались серым прахом. Полосы символов на руках засветились пронзительным рубиновым огнем и на них густо проступили капельки крови. Но на этот раз кровь не стекала, а словно бы испарялась, моментально сгорала прямо на коже, превращаясь в тянущиеся вверх и в стороны, подобно жадным щупальцам, струи угольно-черного мрака. Они сплетались в движущиеся полосы знаков и письмен, быстро окольцевавших Грейнджер, подобно вращающимся многометровым обручам, формируя что-то, похожее на буддийский молитвенный барабан с волшебницей в качестве оси.
По земле полетела поземка, все быстрее заметающая снег вокруг Гермионы в кольцевой круговорот, и девушка отступила сквозь сформированные магические кольца на несколько шагов назад. А волнующийся торнадо, созданный из длинных строк заклинаний, от скорости превратившихся в размытые черные ленты, все набирал обороты и размер, подпитываясь темной силой, текущей от рук Грейнджер.
- Джинни… уходи… - с усилием, сквозь зубы выцедила Гермиона, не оборачиваясь. – Уходи в башню.
Та немедленно подчинилась: она и сама поняла, что происходит нечто серьезное. А многочисленный враг замедлил подготовку наступления и настороженно остановился, глядя, как на пустом месте бушует, набирая силу, рукотворный, стремительно растущий вихрь, сотканный из сотен непроницаемо-черных полос. Уже не поземка, а настоящий штормовой ветер с воем рвал волосы и одежду Грейнджер, швырял в лицо колючий снег, но она по-прежнему стояла, сцепив перед собой руки, и лишь когда размер торнадо сравнялся с высотой одиноко стоящего укрепления, не разводя рук, резко разжала пальцы.
- Ин тахха!
Со стороны противника донеслись тревожные возгласы – бушующий смерч с внезапно вспыхнувшим в его сердцевине мертвенно-бледным огнем, обдав всех зрителей ледяным дыханием, поднял в воздух и начал втягивать в себя устилавшие все вокруг тела убитых.
- Что происходит? – прекратив огонь, наперебой заговорили соратники Поттера, неотрывно следившие за жутковатым действом.
- Просто смотрите, - коротко ответил Гарри.
На равнине бешено вращалась настоящая дьявольская карусель – изгибающийся, ревущий смерч и летящие по кругу мертвые тела, стремительно втягиваемые в его светящуюся, пульсирующую сердцевину.
И когда жадно поглощающий покойников вращающийся столб тьмы стал в поперечнике больше тридцати футов, Гермиона резко развела руки в стороны.
- Тэй-гар! – последний кирпичик творимой ею недоброй волшбы лег на свое место, тьма послушно разлетелась в стороны исчезающими клочьями, а на ее месте осталось…
- Мать моя кормящая… - из зрителей только Ами, прижавшая к груди винтовку, смогла выдавить из себя пару слов. – Что это за хрень?!!
Перед башней возвышалось нечто кошмарное.
Сильнее всего оно напоминало гигантскую многоножку высотой немногим больше приютившего их дозорного бастиона, симметрично и даже как-то изуверски-красиво сплетенную из множества сплавленных неведомой магией мертвых тел.
Их обвисшие торсы, выступая по три ряда с боков, образовывали подобие ножек упомянутой твари, а ноги и тела, спекшиеся в единую красно-черную массу, составляли выпуклое туловище, сплошь залитое тягучей, словно лак, темно-красной жидкостью, падавшей на землю дождем кровавых капель.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 269
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.13 10:04. Заголовок: Глава 23-2. Красный ..


Глава 23-2. Красный снег.



- Это «Гаэсс Ниад» – «Башня Героев», - пристально следя за происходящим, негромко пояснил Поттер. – Одно из сильнейших заклинаний даймонского искусства Дагор Хаттан. Она все же смогла… Чары плетутся медленно и требуют от мага массу сил, это главный минус «Башни», но уж если она создана…
Гермиона резко вскинула вверх руку, покрытую горящими красным символами и запекшейся кровью, и во всю силу легких выкрикнула:
- Ниад хорр?!!
Ответом ей был дикий рев сотен мертвых глоток, прокатившийся по всей долине. Чудовищная тварь, выкованная темной силой из тел и крови мертвых врагов, дернулась, повернулась и, изогнувшись, как гигантская рассерженная кобра, нависла над своей создательницей.
Гермиона не дрогнула. Лицо ее побелело от напряжения, под глазами пролегли резкие тени, но тонкая рука уверенно указала на остолбеневшего противника:
- Г`эхамэ!!
И ужасающая «Башня Героев» немедленно пришла в движение. Развернувшись и встав на хвост, подобно атакующей змее, она еще раз взревела так, что заложило уши, а потом в вопль вклинился многократно повторенный лязг стали – мертвые защитники Таай`шарр, объединенные черной магией в циклопическую нежить, разом вскинули все свое оружие.
Гарри, и не только он, зачарованно смотрели на это зрелище: жуткая, словно вырвавшаяся из самого тяжелого ночного кошмара тварь высотой с башню и шириной в два десятка футов, слепленная из сотен мертвецов со сплошной бахромой блестящей стали по бокам – и Гермиона с жестким выражением лица, указывающая ей цель.
И через миг «Башня героев» обрушилась на разбегающихся в ужасе врагов в прямом и переносном смысле - падением на их боевые порядки она раздавила изрядное количество измененных воинов, а потом пришла в неистовое движение. Стремительно извиваясь, она заметалась по сторонам, настигая панически отступающего противника, и принялась за свою кровавую работу - давя массой, расшвыривая и калеча резкими изгибами своего «тела», а сотни клинков в мертвых руках не знали усталости, мелькая с нечеловеческой быстротой. Там, где двигалось творение Грейнджер, оставалась лишь вспаханная земля, изуродованные, разорванные, раздавленные тела и хлюпающее кровавое месиво.
Соратникам колдуньи оставалось лишь судорожно сглатывать и радоваться про себя, что они находятся вдалеке от эпицентра действий. Повоевав под знаменами Поттера, они многое повидали и во многом поучаствовали – гуманизм к врагам в отряде Гарри был не в особой чести – но такой массовой и жуткой резни еще не видели.
Общее впечатление снова смогла выразить одна Ами, хотя в ее довольно длинной речи цензурными получились только предлоги. Аксель, обычно пресекавший поток красноречия сестры, едва тот «терял берега», в этот раз не отреагировал на ее слова. Он внимательно наблюдал, и, как оказалось, вовсе не за чудовищной тварью, преследовавшей разбегающихся с воем врагов. И, заметив, как понемногу начали опускаться руки Гермионы, пошатнувшей сначала один, а потом другой раз, первым метнулся к спуску из башни и успел подбежать и подхватить оседающую без чувств девушку.
Оставшись без мага, контролирующего и подпитывающего ее силой, «Башня Героев» попросту рассыпалась в очередном броске, оставив после себя громадную кучу тел, моментально начавших растекаться гнилостной слизью – сила, собравшая воедино и подчинившая воле служительницы Дагор Хаттана всех убитых, была губительна даже для мертвецов. Но свою задачу она выполнила - готовящиеся к штурму силы противника были более чем наполовину уничтожены, а выжившие – рассеянны и изрядно деморализованы.
За каких-то десять минут.
А Аксель тем временем, привстав на одно колено и придерживая Грейнджер, аккуратно обтирал ее бледное лицо чистым снегом, еще встречавшимся возле самого подножья башни.
- Что, воспользовались беспомощным состоянием девушки? – вяло поинтересовалась очнувшаяся Гермиона, едва приоткрыв глаза. – А еще принц…
- В этом случае, леди Гермиона, - тонко улыбнулся Аксель, - я, как аристократ, дворянин и просто честный человек, получаю третью причину предлагать вам руку и сердце. Причем коленопреклоненно, как именно сейчас и происходит.
- О, черт… Опять я сама себя загнала в угол… - простонала Грейнджер и попыталась встать, но ее сил хватило лишь на то, чтобы приподнять голову и иссеченные темными дорожками даймонских символов руки. Выглядела она не очень – бледная кожа, испарина, потемневшие от пота пряди, прилипшие на висках…
- Вы очень слабы. Позволите отнести вас в башню, леди Гермиона?
Взглянув в аметистовые глаза Акселя, полные спокойствия, участия и совсем чуть-чуть – смеха, она фыркнула и отвернулась, глядя на опустевшее поле боя.
- Представляю мордахи рыжих, когда они это увидят. А что скажут… Несите уж, раз схватили. Рыцарь…
- Как вам будет угодно, леди, - кивнул сайторец и, легко подхватив девушку, быстрым шагом понес ее к входу в башню.
Непростой день давно перевалил за полдень, и компания вновь собралась на верхушке бастиона. Гермиона, переодетая и укутанная в теплое, напичканная укрепляющими и тонизирующими зельями из полевой аптечки, сидела и довольно жмурясь, понемногу отхлебывала из дымящейся кружки что-то вроде легкого грога – разведенное пополам с водой горячее красное вино с медом и пряностями. Кровопотерю, вызванную ритуалом, путь и не критичную, надо было восполнять. Аксель и Ами были с ней.
- Вы имели ввиду нечто подобное, говоря «вы еще не видели меня в плохом настроении», леди Гермиона? - поинтересовался брюнет, пододвигая девушке тарелку с горячими сэндвичами с мясом и сыром.
- Ну что вы, я лишь слегка вспылила, - отозвалась Грейнджер, принимая угощение. – В гневе я куда более неприятна.
- А, по-моему, вы наоборот – очень добры. И самоотверженны. И сильны. И думаете больше о других, чем о себе. А ваша милая «ершистость»... Главное, нам никогда не будет скучно.
В ответ девушка попыталась что-то сказать, но вспомнила про набитый рот и втянула шею в намотанный на нее широкий шарф, оставив снаружи лишь яростно сверкнувшие глаза и растрепанную каштановую шевелюру.
Ами захохотала во все горло, одобряюще хлопнув брата по спине, а тот с улыбкой протянул руку и вновь наполнил опустевшую кружку Гермионы.


***


Рен и Окой стояли дозорными на разных концах башни, близнецы с Крисом и Нортом перебирали арсенал, а Гарри наблюдал за перемещениями осаждающих, которые неприятно быстро приходили в себя после атаки рукотворного порождения тьмы. Такой враг, черт возьми, заслуживал уважения. Словно бы не выкашивали его потоки пуль, и не перемалывал в фарш монструозный некроужас – дождавшись подхода свежих сил, неведомый вражеский вождь снова строил своё войско в боевые порядки, неспешным ходом пододвигающиеся к непокорной маленькой твердыне.
Первые атаки отлично отбило стрелковое оружие близнецов. Массированное наступление удалось сокрушить ударом на опережение – спасибо Гермионе. Возможно, следующее тоже получится положить на подходе, благо, в средствах их теперь никто не сдерживал.
- Фред, Джордж, - подошел он к оружейникам. – Как у нас дела с боеприпасами?
- Ну, - один из братьев с маслянистым пощелкиванием вытянул из короба снаряженную пулеметную ленту, - хватит на еще один хороший бой. Очень хороший – отобьемся на сто процентов от кого угодно, но вот потом… Патронов и гранат останется только нам с Джорджем.
- Ясно, - Гарри потер переносицу. – Надо подумать.
Вернувшись к просвету между крепостными зубцами башни, Поттер оценил скорость упорно приближающегося противника. Времени на раздумья оставалось минут пять, не больше.
- Нет, патроны нам еще пригодятся. Наверное, пришла пора мне познакомиться с этими настойчивыми господами лично, - негромко проговорил он и, взяв в кулак устье ножен, движением большого пальца выдвинул хищно блеснувшую сталь Тэцу на пару дюймов.
- Не стоит, Гарри-сан, - послышался такой же негромкий голос, и Окой тихо подошла к юноше. Внимательный взгляд тёмно-карих глаз скользнул по мечу, остановился на дюйме сверкающей стали, и поднялся вверх, на лицо Поттера. - Поберегите силы для более серьезных схваток. На этот раз я расчищу нам путь.
- Ты? Погоди, ты что, решила… - Поттер прищурился и бросил быстрый, острый взгляд в сторону близнецов, вернее – Джорджа. Немного помолчав, парень спросил:- Уверена, что это того стоит?
- А разве у нас есть выбор? – губы Окой тронула печальная улыбка. - Вам не стоит тратить свои силы на этот сброд. Гермиона-сан явно не в состоянии повторить свое могучее колдовство, а Эдвард-сан с Фредом и Джорджем не смогут справиться достаточно быстро. К тому же я слышала ваш разговор про амуницию. Я же…
- В твоих силах я не сомневаюсь, но…
- Это все рано или поздно должно было случиться, - японка чуть наклонила голову. - Нельзя вечно скрываться ни от товарищей по оружию, ни от друзей, ни от…
Она не договорила.
- Если ты все для себя решила – действуй. Только не думай сразу о худшем. Древние говорили, кто направляет свои мысли на хорошее, того хранят длани богов.
- Не знаю, Гарри-сан, не знаю… - черноволосая голова упрямо качнулась. - Один раз человек, которого я… которому я верила, увидел меня… настоящей и... Это было больно. Но в этот раз будет хотя бы не зря.
И японка, не торопясь, но решительно направилась к спуску из башни.
Гарри дернулся было вперед – не то остановить, не то задержать девушку – но тут же передумал.
«Пусть. Это пойдет на пользу всем. Иди, Окой, и не печалься заранее… Уверен, мои друзья не из тех людей, что отвернутся от тебя. И уж тем более Джордж».
А Окой, спустившись к подножию башни, потянула за красные шнуры, крепящие ее плотный кожаный нагрудник, сняла его и положила на снег. Вслед за ним последовала верхняя часть кимоно, широкие хакама и гэта, аккуратно уложенные стопкой, пока девушка не осталась в одном тонком, белом халате-хиёки, ступив на снег босыми ногами. Последними на одежду скользнули две красных ленты, подаренные ей Джорджем, которые она любила заплетать в свои локоны.
- Окой! Ты что там творишь?! Возвращайся! – свесившись между зубцов башни, обеспокоенно окликнул ее Уизли, заметивший странное поведение подруги.
Та коротко взглянула на него, прошептала «Гомен-не» и решительно направилась в сторону приходящих в себя стражей долины. Те уже начали восстанавливать боевой порядок.
- Гарри, зачем это?.. – растерянно спросил Джордж, глядя, как Окой всё дальше отходит от башни. – Почему она?.. Сожри меня мантикора, она не должна!..
Рыжий развернулся и шагнул было к лестнице – но Поттер цепко ухватил его за рукав.
- Успокойся. Обещаю, ничего с твоей Окой не случится. Просто стой и смотри. И думай.
А японка, постепенно ускоряя шаг, уходила все дальше. И чем больше она удалялась от башни, тем сильнее ее брови изгибались в гневном изломе. Алые светящиеся кольца, поначалу лишь тлевшие в глазах, разгорались все ярче. Вперед был враг, и на нем можно было выместить обуревавшие ее гнев, страх потери и тоскливую обреченность. Ничто не останется прежним после того, что произойдет… после того, как он увидит… Вокруг ее босых ног появился, начав скапливаться и расползаться в стороны призрачный, голубовато-светящийся туман, и японка, резко сорвавшись на бег, легким прыжком взмыла вверх, переворачиваясь через голову. С гулким, шипящим хлопком, раскатившимся эхом по окрестностям, в воздухе вспухло большое косматое облако, из которого на стылую землю Окой приземлилась уже в своем истинном облике.
Перед рядами воинства, движущегося к башне, вместо изящной и невысокой японки, широко расставив лапы, стоял громадный зверь. Высокий, не менее десяти футов в холке, с темно-рыжей шерстью, красиво покрытой пятнами и линиями черного узора, он больше всего походил на гигантскую лису, если бы не более узкая и длинная голова, пропорциями похожая на изображения собак с древнеегипетских фресок, явно не лисьи глаза – вертикальный зрачок и оранжевая радужка на черном фоне, и небольшая, но заметная гривка. И три пушистых, слегка подрагивающих хоста. К тому же, ни у обычных лис, ни даже у лис-оборотней никто никогда не видел ожерелья из девяти светящихся клубочков голубого огня, висящих вокруг шеи прямо в воздухе.
Зверь повел лобастой головой с расчерченной симметричным рисунком, окинул вражеские порядки недобрым взглядом и, приоткрыв пасть, издал звук, который у обычной лисы сошел бы за ворчание. Здесь же он вышел похожим на отдаленные раскаты грома или горный камнепад.
Разномастное войско защитников Внешнего Круга невольно сделало шаг назад. Вторженцы, пусть и малочисленные, уже успели научить их опасаться всего нового и непонятного. Очень сильно опасаться.
Компания, наблюдавшая за преображением девушки с высоты бастиона, хранила молчание, потрясенная не меньше своего противника. Только Джордж с каким-то непонятным выражением лица пробормотал:
- И это – моя малышка Окой?
А его «малышка» внезапно резко пригнула голову к земле, прижала уши и, широко раскрыв пасть с внушающим трепет частоколом зубов, с утробным рыком выдохнула в приближающийся строй целое море синего призрачного огня, и, воспользовавшись возникшим замешательством, прыгнула вперед, еще в полете разделившись на три неотличимые копии, чем привела противника в окончательное ошеломление.
Призрачное пламя, накрыв ряды измененных воинов, не сожгло их и не причинило другого вреда - на то оно и было призрачным. Но неплохо дезориентировало и смешало ряды, подобно густому туману. Копии самой Окой тоже являлись лишь фантомами, мороками, однако отличить их от оригинала можно было, лишь попав под их удар.
Очутившись посреди вражеского войска, Окой крутанулась волчком, расшвыряв хвостами сразу несколько десятков воинов, разлетевшихся как сухие листья. А следом зрителям на башне было продемонстрировано, на что способно магическое существо, наделенное властью над иллюзиями и локальным пространством, вдобавок весьма немалого размера, имеющее острейшие когти, хвосты, сбивающие с ног подобно удару хорошим бревном, и зубы, способные без особых усилий перекусить хребет средних размеров дракону.
Поле боя превратилось в бурлящий котел – разрозненная толпа вместо ополовиненного войска, острова тающего «лисьего огня», мечущиеся призраки и пластающая всех налево и направо когтями и зубами черно-рыжая треххвостая молния, то исчезающая в вихре бледно-голубого пламени, то возникающая на пустом месте за спинами уже отчаявшегося дать организованный отпор врага.
Наблюдавшего за всем этим с чувством глубокого удовлетворения Поттера, кто-то молча, но весьма требовательно дернул за рукав. Юноша скосил глаза и увидел насупленную Гермиону, буравящую его сердитым взглядом.
- Заметь, я никогда не говорил, что Окой – человек, - лаконично отметил Гарри. – Ни разу.
- Но кто же она…
- Она? В достаточно замкнутом магическом мире Японии ее часто называют «Сен но мабороши но оджо-сама» - «Повелительница тысячи иллюзий». Ну, а если вообще…
Поттер снял и протер свои знаменитые очки.
- Окой – чистокровная йокай-кицунэ, одна из дочерей древнего демонического лиса Акацумэ. Как рассказал мне напоследок хитроумный дедушка Нобору Дайдзен, некоторое время назад ее папа изрядно повздорил с монахами-тендай по поводу территориального вопроса, да так, что дело дошло чуть ли не до открытой войны. Несколько полномасштабных битв, пара сожженных дотла крупных монастырей… Но монахи тоже не вчера родились и общими силами, пусть и с превеликим трудом, смогли загнать Акацумэ в угол. И, поостыв, лис пришел с ними к джентльменскому соглашению.
В обмен на перемирие он отказался от доброй половины своих притязаний и обещал вести себя… скажем так, потише. А в качестве гарантии - отослал к монахам одну из своих четырех дочерей, которая дала им слово не пытаться сбежать или буянить.
Грейнджер издала невнятный звук, видимо, представив, во что могло вылиться и к каким последствиям привести буйство создания, подобного Окой. Впрочем, зачем представлять? Она могла наблюдать это прямо сейчас, причем буквально из первого ряда.
- Кстати о слове… - продолжил тем временем Гарри. - Позже я изучил все, что смог найти касаемо йокай-кицунэ и узнал, что они очень сильно привязаны к нему. Если опустить немаловажную для них этическую сторону дела, то, даже единожды нарушив данное обещание, они очень сильно теряют в силе, которую обретают с годами. Поэтому дают его очень редко, но дав – не нарушают никогда.
- Так она, по сути… демон?
- Технически да, но… Тут не все так однозначно. Эти лисы вообще стоят особняком в магическом пантеоне страны Ямато. Они гораздо ближе к природным силам, нежели к потустороннему миру, и в Японии йокай-кицунэ, испокон веков живущие на одной земле с людьми, никогда не ассоциировались с чистым злом, подобно демонам-они или чертям-аманодзяку. Из-за своей особой магии, способности оборачиваться и исключительного таланта к наведению иллюзий они могущественны и способны на злые шутки и жестокие розыгрыши, но в то же время часто помогают людям.
- Но почему ты нам… Ладно нам – почему ты Джорджу ничего не сказал? – пытливо вопросила Гермиона.
- И как мне, по-твоему, следовало это сделать? – усмехнулся в ответ Поттер. - «Джордж, приятель, не принимай близко к сердцу, но эта восточная незнакомка-красавица, на которую ты так запал, на самом деле демоническая лисица-оборотень»? Я предупредил его, как мог, и хотел подробнее объяснить позже, но… больно уж складно у них все как-то вышло. Одного из рыжих раздолбаев словно подменили, и я решил не рисковать. Жаль было разрушать эти отношения, как бы странно они не выглядели. А потом и сама Окой, попросила меня не спешить.
Да и не надо относиться слишком уж предвзято к ней и ее роду! Они ведь разные, так же как и мы, люди… Более того, в фольклоре и магической истории Японии множество примеров того, как женщины-кицунэ сходились с простыми людьми, выходили замуж и имели семьи. И даже будучи разоблаченными в своей нечеловеческой сущности, все равно хранили верность, приходя к мужу и детям по ночам. Окой, правда, не совсем рядовая кицунэ, но тем не менее, Джорджу, если что, ничего не помешает…
- Надеюсь, что новое лицо подружки не оттолкнет его…
- Похоже, ты плохо знаешь братьев Уизли. Для него это, конечно, настоящая бомба, но что-то мне подсказывает, что вряд ли все кончится разрывом. - О! Они окончательно отходят! - Беседуя с Грейнджер, Гарри не переставал наблюдать за картиной боя. – И знаешь, у меня возникла неплохая идея.
- Мистер Норт! Остаетесь за старшего!
Эдвард в подтверждение небрежно махнул двумя пальцами у виска.
- Рен – со мной! – и Поттер взял блондинку за руку, одновременно создавая под ногами даймонский круг перемещения. – А ты Джордж, - и Гарри наставил на того указательный палец, - иди к Окой. А пока идешь, хорошо подумай, что ты хочешь ей сказать.


***


Сработавший мини-портал перенес двоих прямо к арьергарду спешно отходящих защитников, так и не справившихся со своей задачей.
- Стоять!! – усилив голос магией, раскатисто рявкнул Поттер на языке хаоса. – Я желаю передать с вами сообщение вашим вождям.
Язык хаоса эти существа явно понимали, так как группа из десяти воинов тотчас остановилась и развернулась полукругом, выставив вперед мечи и копья.
Гарри внимательно изучал их, переводя взгляд с одного на другого. Всё то, что он видел с башни – одежда из грубой, толстой ткани и неплохо выделанных шкур, неполный доспех, и меченые нечеловеческой инакостью лица и тела.
- Кто из вас понимает речь достаточно хорошо и сможет передать мое слово?
- Я понимаю и смогу передать, чужеземец, – разборчиво скрежетнул стоящий по центру, возможно, командир. – Говори, и дай нам уйти.
- Хорошо. Передай, что как откроется проход – мы уйдем в Средний Круг Таай`шаар. И на этот раз ваши правители не будут казнить вас за провал. Потому что для самих Дракул наступают последние дни, а лорду Джелару незачем ваши смерти. Это все.
- Я передам, - коротко кивнул полуинсект, глядя сплошь черными, без зрачков глазами. И десять воинов споро побежали прочь, временами оглядываясь.
- Разве нельзя было сказать им это с самого начала? – спросила Рен.
- Ты думаешь, нас бы послушали? Чем вступать в переговоры, проще и вернее устранить угрозу - то есть, нас. А вот теперь, когда они на своей шкуре испытали, насколько мы им не по зубам… Сильно сомневаюсь, что поверят, но вот призадумаются точно. И не будут спешить с новой атакой.
Внезапно по ушам хлестнул пронзительный свист. Гарри с Рен вздрогнули, хватаясь за оружие и разворачиваясь на звук. В районе башни, находящейся в паре миль от них,
вверх взлетела яркая россыпь красных искр.
Это был условленный знак чрезвычайной ситуации и немедленного общего сбора. И в груди у Поттера похолодело от крайне нехорошего предчувствия.


***


Когда паническое отступление завершилось, и даже дальние подступы к башне опустели, громадная лисица издала стонущий вздох, контуры ее тела расплылись – и посреди поля возникла невысокая фигурка обнаженной девушки, укутанная распущенными черными волосами почти до колен. Равнодушная к холоду, она стояла, охватив себя руками, и печально смотрела на изрытое, усыпанное трупами и разнообразным оружием, густо покрытое черными и красными кляксами поле, пока сзади, с хрустом ступая по снегу, к ней не подошел Джордж.
- Прости, - не оборачиваясь, тихо произнесла она. – Я хотела тебе сказать… Хотела… Но не смогла. Потому что однажды уже видела, как в глазах того, кто был мне дорог, появляются отвращение, злость… и страх. Прости, я…
- Какая же ты глупая, - прошептал Джордж, крепко прижимая Окой спиной к своей груди и зарываясь носом в густые волосы на макушке. – Решила, что я тебя испугаюсь, и тут же брошу? Или ты думаешь, я люблю тебя только за внешность? Глупая, глупая лисичка… Напугать Уизли таким… Хе, да у нас учитель в школе был оборотень, и учитель он был, что надо! Хотя твой новый вид - это что-то... Хвосты просто шикарные! Вдвоем в лесу мы точно не замерзнем. И еще здорово, что ты подходящей масти. Неизвестно, что там получится у Анджелины с Фредом и у Билла с Флёр, но наши дети, если что, точно будут такие же рыжики, как и все Уизли.
- Что?.. – Окой резко повернулась в его объятьях, и расширенные влажные глаза уставились на Джорджа. В темно-карем взгляде в равных пропорциях плескались недоверие и изумление.
- Что значит «что»? Если я видел твой истинный облик, это не значит, что мы не можем быть вместе? – чуть насторожился Уизли. – Ну, как в этих сказаниях о сидах и фейри – если увидел настоящую, или там одежду утащил… с крыльями… Нет?
И тут же торопливо продолжил:
- Ты не думай, это я не с Акселя пример беру! Не прямо сейчас – после войны, или попозже... Но надеяться-то мне можно? Или твои… родственники будут против? Я им не подойду? Или может у нас это… того… не получится?
И тут же сдавленно охнул: теперь уже Окой крепко обвила его руками, прижимаясь и пряча лицо у него на груди. Такой ответ был красноречивее всех слов.
- Ох ты ж…! – Память услужливо подкинула рыжему такое воспоминание, что его лицо само собой вытянулось. - Так вот что имел в виду Поттер, когда говорил, чтоб я того… поосторожнее. И что в случае чего ты мне завяжешь узлом… эхм…
- Что-что? – слегка отстранившись, японка, вопросительно свела брови.
- Да Гарри, когда мы с тобой только познакомились, предупреждал, чтобы я, гм, не форсировал отношения, иначе ты вполне способна сделать из моего, хм, дружка, симпатичный такой кренделек.
- Хмпфф.. – не удержавшись, прыснула девушка и, уткнувшись лбом в грудь Джорджа, тихо засмеялась, прикрывая рот ладошкой.
- Стоп-стоп! Погоди-ка… - Джордж недоуменно нахмурился. – Так он… он же все знал с самого начала! И молчал?! Ну, шрамолобый, я тебе это припомню… Я от неожиданности чуть заикой не стал, когда ты на них прыгнула… Друг еще называется!.. Ох, да что это я - ты, наверное, замерзла…
И рыжий, с треском отодрав «липучки» легкого бронежилета, совмещенного с разгрузочным, сдернул его через голову, снял с себя куртку и накинул ее на плечи японки, оставшись только в свитере цвета хаки. Перекинув ремень винтовки через плечо, Уизли подхватил одной рукой увесистый жилет, а другой приобнял свою девушку.
- Пойдем? Наши, наверное, уже…
- Абунай!!! – выкрикнула Окой и резко дернулась – толкнуть ли, рвануть на себя, закрыть Джорджа… Но не успела. Перед ее медленно расширяющимися глазами парень, вздрогнув от удара в спину, начал заваливаться вбок с дротиком, насквозь пробившим его грудь, а уцелевший враг, крупный воин с висящей плетью левой рукой, припадая на ногу, кинулся прочь.
Один удар сердца.
Джордж еще не осел на землю, а Окой на ней уже не было – выскользнув из куртки и взвившись в воздух сумасшедшим прыжком, она, как кошка, приземлилась на загривок убегающего, вцепившись рукой в его жесткие волосы и встав ступнями на плечи.
Второй удар сердца.
Пальцы с мгновенно удлинившимися когтями, сложенные наконечником копья, вошли врагу под затылок, перебивая хребет, вышли из горла, и тонкая ладонь рывком, играючи, в фонтане крови сорвала голову с плеч.
Третий удар сердца.
Обратный прыжок, к Джорджу, уже лежащему на боку с торчащим из спины древком.
- Больно… Мама.. как б… больно… - Одна рука бессильно скребет землю, другая мертвой хваткой вцепилась в скользкое от крови острие, выступающее из груди.
- Джордж! Я… Я сейчас!.. Сейчас… - забормотала японка, упав на колени. Наверное, впервые в жизни дочь великого Акацумэ не знала, что ей делать. – Потерпи! Пожалуйста! Сейчас я вытащу дротик!
Одним движением оторвав подкладку от куртки и разделив ее пополам, она наклонилась к раненому, отводя его руки от наконечника и вкладывая тряпку в ладонь.
- Я дерну сейчас! Прижми ее к ране! Очень сильно прижми, как только сможешь! Понял?!
- Д-да…
И Окой коротким движением выдернула дротик, тут же вдавив вторую тряпку в рану на спине.
Джорджа выгнуло дугой, он захрипел, едва не теряя сознание от боли, но все же смог прижать свернутую подкладку к груди. Но этого было недостаточно. Тело конвульсивно дернулось, и изо рта плеснуло ярко-красной, артериальной кровью.
- Святые боги! – вскрикнула японка. – Дыши!
И, продолжая прижимать самодельный тампон к спине, она нагнулась и, накрыв рот Джорджа своим, с силой втянула кровь, наполнявшую дыхательные пути, и тут же сплюнула её в сторону. Ещё раз… ещё…
- Дыши, дыши, ты должен дышать…
- О… Окой… Т-ты…
- Молчи! Не говори! О боги, да что же это… Ками-сама… Инари-сама…
Ослабевшая рука с бульканьем и свистом дышащего Джорджа уронила прижатую к груди мокрую от крови тряпку; Окой перехватила ее и, обняв и притянув парня на колени, зажала обе раны.
- Пожалуйста… - сквозь слезы твердила она. - Онегай… Таному… Прошу тебя… Только живи… Еще немного…
- Окой, - внезапно ясно и четко произнес Джордж, подняв и приложив руку к ее щеке. – Ты… такая… хорошая…
Когда подоспели почуявшие неладное и подавшие сигнал тревоги друзья, склонившаяся над парнем обнаженная и перепачканная кровью японка словно в полусне гладила его по лицу, прижимая другой рукой его ладонь к своей щеке. А снег под ними все шире и шире вбирал в себя яркий багрянец, расступаясь красным пятном. Еще одним пятном красного снега за сегодня.
Фред не глядя отшвырнул винтовку и, на ходу разрывая зубами перевязочный пакет, склонился над братом, начав молча и спешно, вкривь и вкось бинтовать прямо поверх набрякшего от крови свитера. Постепенно движения его становились все медленнее, и, наконец, Уизли замер рядом с Окой с окаменевшим лицом.
Джордж уже не дышал.
Джинни издала пронзительный вопль и упала на колени, содрогаясь в рыданиях. Гермиона опустилась рядом, молча обнимая подругу за плечи и прижимая к себе.
Рядом с шипением и вспышкой хлопнул портал, выталкивая из себя еще две фигуры.
- Что тут у вас тво… - Поттер осекся, словно подавившись собственными словами, и тут же, раздвинув друзей, молча стоящих вокруг, сел на корточки рядом с Джорджем. Прикосновение к шее, ко лбу… Гарри убрал руки и так сжал челюсти, что хруст услышали все. Лишь титаническим усилием воли ему удалась сдержать всплеск неконтролируемой ярости.
- Доспех… - еле слышно произнесла Окой.
- Что?
- Если бы он не снял свой доспех, чтобы дать мне куртку, то был бы жив…
- Вот только не вздумай. Слышишь, Окой? – раздельно произнес Поттер. - Только не вздумай винить себя.
- А кого? Я никому еще не приносила добра… Лишь страдания и гибель. Вот и Джордж умер. Это все.
- Нет, не все, - жестко возразил Гарри. – Джордж умер – это верно. Но это не все. Еще не все потеряно.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 270
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.13 17:14. Заголовок: Глава 24-1. Расценки..


Глава 24-1. Расценки у смерти.


- Еще не все потеряно…
Сидящая на разворошенном, пятнисто-красном снегу Окой вздрогнула и медленно подняла к Гарри испачканное кровью лицо с прочертившими щеки дорожками слез.
- Зачем ты так, Гарри?.. – не выпуская из объятий притихшую, вздрагивающую Джинни, негромко произнесла Гермиона. – Наш Джордж умер, а то подобие жизни, которое предлагают некроманты…
- Я не об этом, – резко, с нажимом сказал Гарри, упрямо вскидывая подбородок. – Ты сама знаешь, Киар-Бет дает своим адептам такие возможности, которые даже многие из черных магов сочтут неестественными и невозможными. Так что… Способ есть.
- Это правда? Ты сможешь снова дать ему жизнь? – бережно уложив Джорджа на снег рядом с собой, прошептала Окой. В безжизненных карих глазах вновь вспыхнули алые кольца, девушка подалась вперед и, не отрывая взгляда от лица Поттера, вцепилась обеими руками в его штанины. – Умоляю, спаси его! Я дам тебе, что угодно… Если нужна моя жизнь – возьми ее. Если не нужна – я и все мои потомки будем служить твоему роду до самой смерти… Я заплачу любую цену. Только пожалуйста… - японка смотрела на него так, словно была готова вырвать себе сердце и вложить его, горячее и еще бьющееся, Поттеру в руки. Слезы вновь потекли по ее щекам, размывая подсохшую кровь. - Умоляю… Верни его…
- Жизнь будет нужна, и не одна. Пропуск с той стороны стоит недешево, - размеренно произнес Гарри. – Но как раз с этим проблем не предвидится, спасибо мистеру Норту за весьма предусмотрительно проявленное милосердие.
Он перевел потемневший, бездонный взгляд на Эдварда, который сразу же вспомнил про помилованных им пленников.
- Дело в другом… Для этого… действа… понадобится целый океан магической энергии. Именно поэтому в Даймоне практически никогда не возвращали кого-либо из мертвых.
Пальцы Окой разжались, и руки бессильно упали вниз. Она прекрасно знала, что здесь, в самом сердце вражеской территории, источник такой энергии взять было неоткуда.
- Он у нас, к слову, есть.
И Поттер достал ак-нот. Последний оставшийся у него ак-нот.
Самый крупный из трех энергетических кристаллов, до краев налитый текучим пламенем концентрированной мощи давно ушедших древних магов иного мира, парил над ладонью Гарри, встав на острие, отбрасывая алые блики лучей клонящегося к горизонту солнца.
Все – кроме, разве что сайторцев - знали, какая роль была ему уготована. Поттер в подробностях изложил план действий своему небольшому воинству в последнюю ночь, проведенную ими в Даймоне. Все, что было сделано до сих пор, являлось лишь подготовкой к финальному акту – выходу на расстояние прямого броска до сердцевины Таай`шарр. Тогда, получив этот ак-нот, Рен проложила бы путь сквозь любое количество врагов. Да что там путь – целый проспект с киосками и клумбами по обочинам.
И легко бы уничтожила бы ключевой элемент лонохарского щита. И разрушила бы место, служащее темницей молодой Королевы инсектов.
Этот ак-нот был краеугольным камнем всего плана… и вот на одну чашу весов легла почти полная гарантия их победы, а на другую – одна-единственная жизнь.
Все понимали это. И Окой понимала и не посмела, не нашла в себе сил просить о таком.
На скулах Гарри заиграли желваки, взгляд еще сильнее потемнел, и он стиснул ак-нот так, что острый конец глубоко впился ему в ладонь. Из кулака закапало кровью, но Гарри этого даже не заметил. Все в нем кричало сбросить опостылевшее ярмо контроля и выпустить клокочущую внутри ярость, разметать все вокруг и выжечь на метр вглубь, вымещая злость на столь подлый поворот судьбы.
Но для себя он уже все решил, иначе не стал бы даже начинать этот разговор. Поттер опустился на колено рядом с японкой и бережно вытер ей глаза и щеки от крови и слез.
- Не бойся, Окой. Я никого не брошу – ни его, ни тебя.
И, длинно выдохнув сквозь зубы, рывком поднялся и принялся быстро отдавать команды, глядя на близкую башню, совсем недавно служившую им укрытием.
- Рен, Джинни, Эдвард и Фред – на вас наблюдение и защита периметра. В ближайшие несколько часов к нам вряд ли кто сунется, но все равно надо быть настороже. Окой, Ами и Аксель пока останутся здесь. Будут в качестве резерва.
Джинни, шмыгая носом, поднялась и молча кивнула. Гермиона встала рядом с подругой.
- Гарри, ты все-таки… - напряженно начал Норт - и его взгляд разбился об плещущуюся в зрачках Гарри остывающую ярость пополам с непоколебимой решимостью.
- Тихо! Я принял решение, и я, если что, за него первым и отвечу. И еще.
Поттер повернулся к Грейнджер.
- Гермиона, извини, но мне понадобится твоя помощь.
Гриффиндорка, в последний раз утешающе сжав ладонь Джинни, пристально посмотрела на Поттера и через секунду сказала:
- Хорошо.
Радость и нетерпение в ее голосе не нашел бы самый внимательный слушатель – девушка в достаточной мере постигла суть даймонской магии, чтобы понимать, что им предстоит.
- Начнем сейчас же. Действовать надо быстро – каждая минута лишь усложняет дело… Пленников – в нижний зал башни. Всем остальным – за работу! Я возьму Джорджа… И никому, слышите – никому не подходить к воротам!


***


Пять долгих часов ожидания для «гостей» Таай’шарр, устроивших лагерь неподалеку от башни, были тяжелее всех предыдущих битв, вместе взятых.
Они ничего не слышали – закрыв ворота, Гарри тут же опустил за собой непроницаемый барьер. Зачем – об этом никому не хотелось думать. И почти ничего не видели, кроме потоков света, пробивающегося порой сквозь разбитые проемы бойниц и полуразрушенную крышу. Карминового, фиолетового, кроваво-красного…
И лишь когда солнце окончательно опустилось за горизонт, оставив на вечереющем небе светлую полосу поверх зубцов далеких снежных гор, створка ворот бастиона протяжно скрипнула и выпустила наружу Гермиону Грейнджер.
Медленно подойдя к костру, разожженному Нортом и Акселем, девушка устало села на расстеленные вокруг него зимние плащи и с силой потерла лицо ладонями, словно стремясь убрать с него что-то невидимое, но липкое и неприятное. И уставилась в огонь немигающим взглядом, темным и пугающим. Все молчали. Аксель хотел, было, встать и подойти к ней, но Ами тычком в грудь усадила брата на место, отрицательно покачав головой. А потом сама проворно юркнула к Гермионе, обняла сзади, прижалась и, устроившись рядом, пристроила голову к ней на колени. Грейнджер, будто в задумчивости, принялась медленно поглаживать и перебирать пальцами короткие, шелковистые волосы девчонки, и ее выстуженный взгляд понемногу начал теплеть.
Поттер отстал от подруги на несколько минут. Тяжело ступая по снегу со своей ношей, он подошел к костру и осторожно положил поближе к огню завернутого в теплую мантию Джорджа. И сам сел в метре от него, положив руки на колени согнутых ног.
Окой, до тех пор неподвижно, как изваяние, сидевшая на пятках, не выдержала и плавно скользнула к укутанному Уизли. Одновременно с ней со своих мест дернулись Джинни и Фред. Схватив парня за руку, японка замерла, ощутив ее живое тепло, а потом медленно положила голову на вздымающуюся в такт дыханию грудь, слушая ровные удары сердца, и закрыла вновь повлажневшие глаза. Джинни, прикоснувшись лбом ко лбу глубоко спящего брата, отстранилась, мелко заморгав, и провела по его щеке ладонью. Песчаный покров Эгора нервно колыхался вокруг ее тела, идя то мелкой рябью, то крупными волнами, выдавая чувства хозяйки. А Фред только стискивал ладонь Джорджа и пытался улыбнуться дрожащими губами. По его щекам градом катились слезы.
Башня, в которой свершилось недоступное обычному пониманию колдовство, возвышалась на фоне темно-синего неба уродливым черным зубом; из приоткрытых ворот наружу лился слабый темно-красный свет, как будто внутри осталась тлеть большая груда угольев. Ни замерший в неподвижности Гарри, ни те, кто сидел рядом, не заметили, как, оставив Гермиону, к башне шустрым зверьком шмыгнула Ами. Заглянула внутрь, резко отшатнулась, словно получив с размаху по лицу, и тут же, сделав только шаг, согнулась в приступе рвоты.
- Я же сказал, никому не подходить… - бесконечно усталым голосом проговорил Поттер, в мгновение ока возникший возле сайторской принцессы. Он терпеливо дождался, пока Ами расстанется с содержимым своего желудка, помог ей выпрямиться и протянул платок, чтобы утереть рот. Спешно подбежавший Аксель повел все ещё дрожащую девушку прочь. Гарри последовал за ними, но на полпути к костру остановился и коротко взмахнул рукой.
И в следующий миг башня словно бы превратилась в гигантскую печку-буржуйку, в которую вместо дров щедро сыпанули пороху. Она ослепительно вспыхнула изнутри, убив надвигающуюся ночь на четыреста футов вокруг. Ярко-желтые языки огня с низким ревом ударили из всех щелей и проемов, навсегда обращая в пепел следы того, что произошло внутри.
Не оглядываясь, Гарри вернулся к костру, сел поближе и протянул к огню подрагивающие пальцы, будто желая отогреть их от того, д_р_у_г_о_г_о холода, к которому ему пришлось прикоснуться.
И всем сразу стало видно, где на его лице пролягут морщины, когда ему стукнет лет шестьдесят.
Сам Гарри тоже внезапно почувствовал себя невероятно… старым, по-настоящему дряхлым, будто каждая из трехсот жизней, поглощенных его мечом внезапно обратилась в десятикилограммовую чушку и опустилась ему на плечи, пригибая к земле. Нет, он не ощущал какой-либо гадливости или омерзения из-за того, что только что совершил. Его действия направляла суровая леди Необходимость, а то, что следуя за ней, он прошел по темной дороге гораздо дальше, чем когда-либо, и еще сильнее сросся с живым мраком, проводником которого был его меч… Что ж, свой путь он выбрал в тот день, когда взял в руки Тэцу.
Но то, что мелочь – глупая случайность! – оказалась способна опрокинуть тщательно выверенный план, действовало угнетающе. Как бы ты ни старался, чертов мир не переделать, и счастья не прибавляется, и проблем не становится меньше, растет только их масштаб. И правы были те, кто сказал: за достижение высоких целей и платить приходится высокую цену. Но не всегда плата взимается именно с тебя.
Продолжавшая кривиться и отплевываться Ами таращилась на Поттера так, будто видела его впервые в жизни. Заметив это, Гарри спокойно спросил:
- Считаешь меня чудовищем?
Не сказать, чтобы Поттера сильно волновало ее мнение, но атмосфера внутри боевой группы – вещь немаловажная. Однако ответ Армины его порядком удивил. И заставил заинтересоваться далеким королевством Сайтор, где воспитывали таких вот принцесс.
- Вот еще! – с неожиданной запальчивостью ответила девчонка, цапнув из рук брата флягу. Она прополоскала рот, выплюнула воду и сделала еще пару больших глотков. – Тот, кто способен сделать такое… пойти на такое ради жизни своего товарища… Даже и не думай! Я горжусь, что мы сражаемся вместе! Вот! Жаль, что я еще не подросла, а ты с сестренкой Рен, а то я бы…
- Храни боги того, кому ты достанешься, - Аксель, воздев очи горе, привычно прикрыл сестре рот.
Тем временем Окой, успокоившись и окончательно убедившись, что худшее позади, поднялась, вытерла блестевшие глаза небольшим платком, извлеченным из рукава кимоно, и встала напротив сидящего Поттера.
А потом грациозно опустилась на колени, ладонь к ладони положила перед собой руки на земле и склонилась в низком поклоне. Ее длинные волосы рассыпались широким полукругом, а лоб почти коснулся вытянутых рук.
- Аташи а каре ни иссо онгаеши шинакеребу наранай, - громко и четко произнесла японка. И тут же повторила по-английски:
- За ваше благодеяние я навеки ваша должница, Гарри-сама. Отныне я и мои потомки будут верными вассалами вам, вашим детям и детям ваших детей. Даю вам в том свое слово.
- Принимаю и благодарю, - ответил Поттер, тоже обозначив поклон. – А теперь иди к Джорджу, сейчас ему необходимо тепло. Огонь - это хорошо, но еще лучше ему быть рядом с кем-то живым. И близким.
Девушка послушно встала, еще раз низко поклонилась и села вплотную к Джорджу, положив его рыжую голову к себе на колени, с каждым движением превращаясь прежнюю, спокойно-безмятежную восточную красавицу. Только лучившиеся счастьем глаза и чуть приподнявшиеся уголки губ выдавали ее истинные чувства, продавливающие привычную броню невозмутимости.
Затем к Поттеру подошли Уизли. Тут дело обошлось без клятв и коленопреклонения – Джинни просто и незатейливо, что было сил, обняла Гарри и постояла так с десяток секунд, под конец тихо сказав на ухо: «Спасибо!» А вот Фред, переминавшийся с ноги на ногу, явно не знал, как ему поступить. Он стоял, нервно сжимая и разжимая грязные, ободранные до крови руки – все то время, что Поттер и Грейнджер провели с Джорджем в башне, он, чтобы хоть как-то отвлечься, с механической монотонностью, без перерыва и отдыха, опутывал прилегающие окрестности их временного лагеря плотной сетью сигнальных и противопехотных мин.
И, в конце концов, произнес:
- Гарри, скажи… Что мне сделать, а? Руку тебе пожать? Тоже полезть обниматься? Или упасть на колени и обещать молиться за тебя до гробовой доски? Скажи, я не знаю…
Нет хуже пытки, чем вынудить, пусть и невольно, близкого тебе человека просить или благодарить. Тем более за то, за что отблагодарить практически невозможно. И слушать такое тоже невыносимо.
- Брось, Фред… - вздохнул Гарри. - Помнишь, после Тремудрого Турнира я отдал свои призовые деньги на старт вашего дела с магазином? Вы с Джорджем тогда не могли решить, святой я или сумасшедший… Считай, что я это запомнил и пытаюсь совместить оба реноме. Что же до благодарности, то вы меня очень обяжете, если больше не будете умирать. Никто. А вдобавок конкретно вы – и ты, и Джинни, и этот спящий красавец - никогда не проболтаетесь своей матери о случившемся. Потому что сражаться с Упивающимися, хаосом, лонохарцами и мутантами я еще готов, но вот с миссис Уизли – увольте. Договорились?
- Х-хорошо, - неуверенно кивнул Фред. – И все равно… Спасибо тебе, Гарри.
- Ладно, давайте устраиваться на ночлег, - негромко проговорил Поттер. – Проход во второй круг откроется почти на рассвете, так что у нас еще есть время перекусить и отдохнуть.
Пока Поттер с Грейнджер творили в башне свою жуткую магию, остальная компания успела убрать магией снег с каменистой земли, подсушить ее, разжечь костер и расстелить вокруг него толстые зимние плащи. Гермиона внесла свой штрих, накрыв место их ночевки полупроницаемым куполом, удерживающим тепло, но пропускающим свет и дым от костра. Разогретая еда, наготовленная Добби впрок, тоже пришлась очень кстати.
После плотного ужина все стали устраиваться на отдых. Окой, скинув верхнюю одежду и снова оставшись лишь в легком белом кимоно, отошла на десяток-другой футов от лагеря – и через несколько секунд горячий ветер принес клочья уже знакомого белесо-голубоватого тумана. Вернувшись к костру уже в зверином облике, Окой свернулась клубком вокруг глубоко спящего Джорджа и укрыла его своими тремя хвостами. Хотя нет, только двумя – Ами, совершенно не способная долго оставаться серьезной, тут же перетащила свою постель под бок к йокай-кицунэ и с полной непосредственностью позаимствовала один из пушистых хвостов в качестве одеяла. Гигантская лисица в ответ лишь дернула ушами, положила узкую морду на передние лапы и закрыла черно-оранжевые глаза.
А Гарри по-прежнему сидел перед костром, глядя на мятущееся в костре пламя. Он очень хорошо ощущал повисшую в воздухе легкую неуверенность. Гибель Джорджа и его воскрешение. Недвусмысленный намек на цену этого воскрешения. Тот факт, что израсходован последний ак-нот и отныне впереди вместо четкого плана – полная неизвестность… События, произошедшие в столь краткий срок, ни уверенности в своих силах, ни спокойствия никому в команде не прибавляли.
Кроме, пожалуй, Рен – та была готова выйти против любой армии даже с голыми руками, лишь бы вместе с Гарри. Да и для Окой, с ее восточным менталитетом, тоже отныне не было поводов для волнения. Джордж жив, а что делать дальше – определит тот, кому она поклялась служить. Гарри Поттер.
Но вот к остальным надо было применить решительные меры. Если командир спокоен и ироничен, значит, все по-прежнему под контролем, невзирая на крутое изменение плана.
- Аксель, позвольте задать вам один нескромный вопрос, - нарушил тишину Гарри (все равно еще никто не успел уснуть).
- Извольте, - тут же откликнулся тот со своей лежанки.
- Возможно, я касаюсь щепетильной темы, - начал Поттер с непроницаемым лицом, но глаза за стеклами очков озорно блеснули, - но как вышло, что ваша сестра, самая настоящая, хоть и младшая принцесса…
- …большую часть времени ведет себя, как малолетняя разбойница и выражается подобно дочери не то портового лоцмана, не то погонщика скота, хотели вы спросить? – перехватил вопрос Аксель, похоже, догадавшийся, к чему начат этот разговор. - Увы, эта история смешная и грустная одновременно.
И, устроившись на плаще поудобнее, принц начал рассказ:
- Дело в том, что по нашим традициям отпрысков королевской семьи в раннем детстве перепоручают нянькам-кормилицам, как правило, двум. И надо же было такому случиться, что в случае с Ами эти две женщины невзлюбили друг друга с самого начала. Думаю, дело было в привилегии ухаживать за единственной принцессой королевства, и каждая из них была уверена, что справится с этой почетной обязанностью гораздо лучше своей напарницы. О возникшей у них взаимной… эээ… неприязни никто не удосужился сообщить, и одни только боги ведают, какие склоки и перепалки, ведущиеся шепотом, выслушивала Ами с самой колыбели. А еще нужно учесть, что у Армины, помимо превосходных физических кондиций, обнаружилась вдобавок крайне цепкая память, и когда она заговорила - причем довольно поздно, почти в четыре года - началось такое…
- Да, ты сейчас понарасскажешь… - донесся ворчливый голос Ами из-под пушистого бока Окой. – Кто кого куда послал, кто воткнул шило в кресло министру финансов, кто укусил за ляжку главного мажордома, кто колол дрова церемониальным топором королевского палача…
- О, так мне рассказать и об этих славных эпизодах?
- Нет!
- Как скажешь… Однако, все эти подвиги имели место быть гораздо позже, моя дорогая сестричка, а вот твой исторический дебют состоялся, согласись, при полном аншлаге, - улыбаясь уголками губ, отметил Аксель. И продолжил: - Когда на званом обеде с первыми лицами государства этот милый ребенок, сидя за общим столом, раскрыл рот и назвал нашего коронованного родителя, прошу прощения, «папенькой - плюшевым херопуталом», а потом пообещал слуге - «трипперной жабе», с хрустом раскрыть ягодицы, если ей немедленно не принесут кусочек тортика, импрессион среди придворных случился такой, как если бы наш знаменитый предок, первый король Сайтора, Дорк Великий, поднялся из фамильной усыпальницы, продрал глазыньки, стряхнул с себя пыль веков и потребовал рюмочку крепкой настойки.
- Ну, захотелось мне тортика, что такого? – не удержавшись, снова встряла Ами. – Вот и попросила, как умела…
- Да дело тут и не в тортике вовсе… - обреченно махнул рукой ее брат. - Мать с отцом пришли в такую совершенно феерическую ярость… Все были уверены, что они собственноручно удавят обеих нянек прямо во время этого обеда. Но обошлось – после разбирательства их просто сослали в самый суровый, горный монастырь, где обязательным условием был полный обет молчания. Хотя и там они не задержались надолго, изведя за три месяца все запасы монастырской бумаги на продолжение своих препирательств. Теперь уже письменных.
В конце концов, этих, с позволения сказать, кормилиц, определили смотрительницами пограничного маяка на удаленном острове, куда баркас с провизией и маслом для маяка приходит раз в два месяца. Не знаю, что там за жизнь у них сложилась, но маяк до недавних пор работал, как часы.
А с Ами ничего сделать так и не удалось… Единственное, чего смогла добиться целая армия гувернанток и учителей манер и высокой словесности, так это несколько… снизить градус ее выражений. Дворяне и придворные тактично делали вид, что ничего не замечают, а простой народ от такой принцессы был просто в восторге.
- Да уж… история… - негромко произнес Поттер, сложив руки домиком перед лицом. Джинни же от рассказа просто согнуло, и она уткнулась порозовевшим лицом в меховую опушку расстеленного плаща, Крис, присев на корточки, закрыл рот руками и мелко трясся, а Окой в зверином облике фыркала, как будто ей в нос что-то попало. Норт вытирал выступившие слезы, а Фред разве что только не катался с хрюканьем по застеленной плащами земле. Плечи Гермионы, спрятавшей лицо в подтянутых к груди коленях, вздрагивали.
А Гарри улыбался.
«В рот вам ручку от палицы мистера Норта, господа лонохарцы! Обсосетесь! Мы здесь, в вашей святая святых, и мы все живы».
В самом страшном сне Валькери не могло привидеться такое – сидящая на пороге Второго Круга Таай`шарр компания ее заклятых врагов, не подавленная, не испуганная, не преисполненная отчаяния, а устроившая пикник и от души хохочущая над забавными байками друг друга. И ничуть не боящаяся ни ее, ни всех лонохарцев вместе взятых.
И Поттер, глядя на свою повеселевшую команду, вспомнил проведенную в Даймоне ночь перед походом.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 271
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.13 17:14. Заголовок: Глава 24-2. Расценки..


Глава 24-2. Расценки у смерти.


***


Если бы высшие иерархи Даймона вкупе со своим Богом-Повелителем Каэр-Ду внезапно появились в сердце своей вотчины, то, пожалуй, удивлению их не было бы предела.
В пещере тайных источников, расположенной у самого основания древней пирамиды, прежде доступной только самому Владыке и избранным им, после сотен лет тишины, нарушаемой лишь звуком струящейся воды, было довольно шумно. Под темно-красными сводами со свисающими с них гигантскими сталактитами раздавались громкие, веселые голоса, заливистый смех, бултыхание, шлепки босых ног и звон посуды.
Решив провести время перед выходом на тропу открытой войны с Лоно Хара с максимальной пользой, Гарри подошел к этому вопросу в своем излюбленном стиле – обстоятельно и продуманно.
Даймон был выбран прежде всего в целях безопасности: оставаться в уже «засвеченном» убежище было неразумно – несмотря на всю защиту, его нельзя было назвать недосягаемым, да и слуги Валькери, пойди она на решительные действия, начали бы свои поиски именно с него.
Кроме того, стоило максимально подготовить друзей к предстоящим испытаниям, да и сутки отдыха лишними тоже бы не были. И Эрц-Хаор, несмотря на давящую мрачность, которую Гарри, к слову, давно не ощущал, двум этим целям соответствовал по всем пунктам.
Определившись с местом размещения – благо, в гигантской многоярусной пирамиде при желании можно было расквартировать хоть целую армию - Поттер провел друзей на нижний подземный ярус, где имел удовольствие принимать ванну после преодоления Колодца Душ и хорошо запомнил ее чудесные свойства. После тех водных процедур он почти четверо суток чувствовал необычайную бодрость и легкость в теле.
Его компания, доверившись слову предводителя, шустро заняла две смежные каменные купальни, установив между женской и мужской половиной предусмотрительно прихваченную Гарри ширму, и предалась блаженному отмоканию в целебной горячей воде. Легкие закуски прилагались.
Норт, нахватавшийся за былые странствования по миру разнообразных, нехарактерных для коренного англичанина привычек, и слышать ничего не хотел про сауну без пива, поэтому притащил с собой пару объемистых баклаг этого напитка, длинную гирлянду копченых колбасок и блюдо с горой отварных креветок.
Близнецы, вальяжно развалившись в воде, то вели степенные разговоры об оружии, возможных комбинациях магии с техникой и возможности обратить их в звонкую монету, то начинали резвиться, как дети, споря на щелбаны, кто дольше просидит под водой, и периодически таскали копчености и вареных ракообразных у Эдварда.
Крис пил яблочный сок, рассматривал необычную воду и саму пещеру с любопытно-задумчивым выражением лица, а Гарри расслаблялся безо всяких затей, радуясь покою и отсутствию насущных проблем. Предстоящий военный поход был еще где-то там, а пока...
Поттер хорошо запомнил слова Эдварда, сказанные в Хейверилле, как напутствие: «Никогда не упускай хороший день».
На женской половине тоже было оживленно. Рен беседовала с Гермионой, рассказывая о чем-то из своей прошлой жизни, проведенной в чертогах Эрц-Хаора, Джинни забавлялась на пару со своим симбионтом, с помощью песка закручивая в воде водовороты и вызывая небольшие бродячие смерчи, а Окой просто наслаждалась самой ванной, положив свернутое полотенце на голову и уйдя в воду по самый нос. Пожив в прохладной и сырой Англии, где моются большей частью в ванной или в душе, она очень скучала по японским горячим термальным источникам-онсенам и баням – и вдруг такое счастье… Японка тихо млела от окружавшего ее тепла, а танцующие на коже пузырьки местной исцеляющей воды лишь придавали приятных ощущений.
Вдоволь накупавшись, а после – хорошо поужинав прихваченными с Земли разносолами от заботливого домового эльфа, команда разбрелась по изученной части пирамиды, чтобы немного развеяться перед сном, кроме разве что Норта, которого не особо интересовала пирамида, а интересовала компания Морфея. Гермиона уже назубок знала основные маршруты Эрц-Хаора (правда, в основном, до информатория и хранилищ артефактов), а Джинни, решившая устроить братьям и Крису экскурсию (шутка ли – пирамида была древнее, чем история человечества!) благодаря Эгору ориентировалась в ней, как летучая мышь в родной пещере.
Вдоволь набродившись, люди стали располагаться на ночлег, присоединяясь к уже во всю храпящему Эдварду. Отдельные помещения для ночевки себе застолбили только «официальные парочки» - Гарри с Рен и Джордж с Окой. Остальные же выбрали по большой комнате – для девочек и для мальчиков, быстро вычистили их и разложили спальные места. Проводить ночь в одиночку в недрах древней жутковатой пирамиды почему-то никто не захотел.


***


Костер в их временном лагере погас где-то за полночь и, несмотря на удерживающий тепло купол, раннее утро встретило незваных гостей Таай`шарр бодрящим холодком. И еще – полузадушенным воплем Джорджа, проснувшегося с головой утопленным в теплый мех подруги. Паника и переполох были быстро подавлены перекинувшейся обратно в человека Окой, которая немедленно принялась успокаивать парня. Впрочем, понять рыжего было можно – последние воспоминания Джорджа не относились к разряду приятных.
Потом послышались беззлобные ругательства Гермионы – оказалось, что Ами, оставив свою лежанку под боком у кицунэ, ночью перебралась в постель Грейнджер и в данный момент самозабвенно дрыхла, цепко ухватив «любимую будущую сестренку» за талию, зарывшись лицом в грудь и категорически не желая ни отцепляться, ни просыпаться. Проблему решил Аксель, тактично посоветовавший леди Гермионе пощекотать ее высочеству ребра и подмышки.
Подошедший на шум, (а также на визг и хохот Ами) потягивающийся Гарри зевнул и поздравил приходящего в себя Джорджа со вторым днем рождения. Потом бегло осмотрел новорожденного, спросил о самочувствии и вкратце рассказал, что произошло после того, как кое-кто чуть не оставил их команду без брата, любимого, друга и толкового бойца. Сообщил, что благодарности, восхваления и дары он принимает, но позже – в мирной обстановке после завершения их анабазиса. А как можно его, Поттера, отблагодарить прямо сейчас, ему расскажут друзья и родственники.
- А это что такое? – сидя на теплых плащах, Джордж рассеянно потирал через распахнутую рубашку грудь, на которой розовел свежий шрам от трехгранного острия дротика. Вокруг шрама темнел похожий на татуировку угольно-черный символ, похожий на то ли на тройное, переплетенное меж собой кольцо, то ли на стилизованный символ уробороса.
- Это шрам от убившего тебя оружия. Или ты про символ? - уточнил Гарри. - Это метка - знак того, что ты побывал под крыльями Смерти-матери и был возвращен, вернее, выкуплен обратно.
Не дожидаясь нового вопроса, Поттер отвернулся и направился к костру – оживить почти совсем погасшее пламя - оставив ошарашенного Уизли переваривать новости. Парня, пытающегося осознать, что все произошедшее не было дурным сном, окружили те самые друзья и родственники, тормоша, обнимая и наперебой делясь подробностями. Машинально кивая, Джордж неуверенно улыбался и невпопад отвечал. И не выпускал ладошку Окой, схватив ее обеими руками.
А Норт задумчиво разглядывал странную метку, морща лоб. Наконец, он покачал головой и под нос себе буркнул:
- Сдается мне, где-то я уже такое видел. Но вот где?
За мирной суетой солнце успело полностью подняться из-за горизонта, осветив косыми лучами долину, присыпанную свежим снегом, и угольно-черный силуэт закопченной башни, от которой ощутимо шибало гарью.
Умывшись ледяной водой и приведя себя в порядок, друзья уселись у заново разожженного огня, греясь и дожидаясь, когда вскипит большой жестяной кофейник.
Армина же тем временем увивалась вокруг чинно сидящей рядом с Джорджем кицунэ:
- Окой-сан, а Окой-сан? А покажи ушки, а? Я знаю, ты можешь… Ну покажи, чего тебе стоит-то?
Окой же, явно втихую веселясь, делала вид, что ничего не слышит и не видит, каждый раз отворачиваясь на четверть оборота от наседающей на нее девчонки.
И только дождавшись, когда насупленная Ами пробурчав «Жадина!» решила отойти, Окой искоса глянула на нее и… Прямые и черные волосы японки внезапно посветлели, став каштановыми, почти как у Гермионы, и сквозь них, раздвинув пряди, распрямились два крупных черно-рыжих лисьих уха, вставших вертикально.
- Вааай! Ваааай! – восторгу Ами не было предела. Попискивающая принцесса буквально прыгнула к лисице и теперь, высунув от счастья кончик языка, осторожно гладила шелковистые уши, а Окой ими слегка пошевеливала, щурилась и тихо посмеивалась.
Завтрак был недолгим, сборы тоже не заняли много времени, и ко времени, когда Гарри, взглянув на наручный хронометр, сказал: «Пора», невеликое воинство было готово к очередному броску. Решив подстраховаться, Поттер разорил запасы братьев Уизли и одел в легкие бронежилеты всех, кроме себя, Норта, Окой и Рен, так что выглядела их группа своеобразно и представительно.
Отряд, начавший отдаляться от башни, не преследовал и не атаковал никто из защитников Внешнего круга – только наблюдатели, не особенно скрываясь, следили за его перемещением. А когда Гарри с компанией подошли к мерцающей желтым светом, уходящей в небо стене, смысл нападать окончательно исчез – проход начал открываться.
Больше всего это походило на неспешное движение театрального занавеса: со звонким, мелодичным звуком, по уходящей ввысь преграде пробежала яркая полоса, и края стены поползли в стороны, открывая узкий и высокий проход.
Пропустив всех друзей на ту сторону, Поттер терпеливо дождался момента, когда края прохода дрогнут и начнут снова смыкаться, и только тогда присоединился к ждущим его товарищам. Не оставив позади никого из своих.


Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 272
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.02.14 11:24. Заголовок: Глава 25-1. Векторы ..


Глава 25-1. Векторы намерений.


Небольшой охотничий домик с широкой, низкой крышей, сложенный из толстых, потемневших от времени бревен, что приютился в густом еловом распадке на склоне глухого урочища Карпатских гор, был почти полностью завален снегом. И лишь расчищенный вход и курившийся из трубы дымок свидетельствовали о том, что в данный момент он не пустует.
Высокий мужчина с резкими чертами лица и черными волосами до плеч, одетый в короткий тулуп и меховые унты, не стал задерживаться на пороге, а сразу вошел внутрь. Положил на лавку в сенцах две крупные заячьи тушки и шагнул в пахнувшую теплом жилую часть дома.
- Ну как? Удачно? Вездесущие магглы еще не всех зверей распугали в здешних местах?
Задавшая вопрос девушка в теплом шерстяном платье с длинными рукавами и меховом жакете, сидевшая с книгой в руках на широкой лежанке, занимавшей целую треть комнаты, привстала, отбросив за плечи водопад ярко-рыжих кудрей.
- На ужин будет паприкаш из зайца, - чуть иронично проговорил принесший добычу брюнет. – Если, конечно, ты умеешь его готовить
- Не просто «умею», милый, а «очень хорошо умею», - с легкой ноткой превосходства ответила рыжеволосая. – Вечером сам оценишь.
Повесив на стену разряженный охотничий арбалет, мужчина скинул тулуп, обувь и, оставшись в подходящем к спартанской обстановке домика толстом темно-зеленом свитере с высоким воротником и плотных штанах, сел в кресло перед очагом.
Протянув к огню ладони, он какое-то время наслаждался живым теплом, а затем сунул руку в карман и извлек амулет – оправленный в бронзу красный рубин, внутри которого мерно вспыхивала яркая точка. Помрачнев, мужчина плотнее сжал губы.
- Она вызывает меня уже вторые сутки. И тебя наверняка тоже. Если бы не двойной «Полог Сокрытия», то Вал, наверное, уже была бы здесь… Послушай, Фаэ, мы действительно поступаем правильно? – произнес он, откладывая амулет на низкий резной столик, на котором громоздились потрепанные толстые фолианты с множеством закладок, пара ветхих от времени свитков, два бокала и початая бутылка легкого красного вина. – До сих пор не могу поверить, что позволил себя в это втянуть…
- Северус, скажи - ты мне веришь?
Девушка опустилась на устилавшую пол бурую шкуру неизвестного, но весьма крупного животного прямо у ног Снейпа и наклонила голову, заглядывая ему в глаза.
- Если ты мне веришь – как я все же надеюсь – то да, мы поступили единственно правильно. У меня нет ни малейшего желания угодить в жернова, которые Валькери сама же и раскрутила. Или позволить ей затянуть в них тебя. Она не ведает, что творит и не желает никого слушать. А что хуже – понятия не имеет, кто будет ей противостоять.
И Фаэлита зябко поежилась.
- Ты считаешь Поттера настолько могучим и опасным, что заранее предрекаешь поражение от его рук целой империи с целой Пэнтекуин во главе? – саркастически усмехнулся Снейп.
- Не только Поттера, не только… Хотя и его хватит для того, чтобы основательно встряхнуть Лоно Хара, столько веков почивавшую на лаврах. Я, если помнишь, лично общалась с ним всего один раз, и то весьма недолго, но этого мне хватило, чтобы оценить его потенциал. И будучи подкреплен силой… Но дело даже не в нем самом. Этот Поттер… Он словно песчинка, попавшая в сложный часовой механизм, который так давно и бесперебойно работал, что его перестали даже смазывать. Камень, катящийся с горы и увлекающий за собой сокрушающий все на своем пути камнепад.
- Какой яркий образ… Но а как же Валькери? - Снейп щелчком пальцев подбросил мерцающий медальон в воздух, не глядя, поймал его и снова убрал в карман. - Мне казалось, вы с ней близкие подруги…
- Подруги? – с иронией усмехнулась Фаэлита, приподняв брови. – С такой, как Вал, нельзя дружить. Дружба возможна только с тем, кто, несмотря на посты и происхождение, считает тебя равным, а Валькери… О, наша императрица никому и никогда даже в шутку не позволит забыть, кто она такая! Несмотря на все декламации Ордена Хаоса о «просто первой среди равных»… Она достойная дочь своего отца. – В устах Фаэ это определение прозвучало отнюдь не комплиментом. – Так что в то время, как она делала вид, что мы с ней подруги, я делала вид, что ей верю.
- Коварная ты женщина…
- Я не коварная, я просто женщина, - Фаэлита положила на колени Северусу свои руки, опустив на них подбородок. - И как любая женщина, хочу уберечь себя и близких мне людей от возможной печальной участи.
- Но по факту мы - предатели и дезертиры, сбежавшие накануне важной битвы! Особенно я, которого Пэнтекуин, по сути, вытащила из грязи, введя в высшее общество Лоно Хара! Составила протекцию, оказала личное внимание…
Снейп слегка отвел взгляд, что не укрылось от его рыжей подруги-аниморфа.
- Не прячь, не прячь глазки, Сев, я все про вас знаю, - язвительно поддела она зельевара. – Но никогда не ревновала – ни раньше, ни сейчас. К тем демонессам – ммм… может быть, но только не к Валькери. И знаешь почему? Потому что слишком хорошо представляю, кто она такая. Ты для нее даже не любовник – так, новая игрушка на пару-тройку лет, не более.
- Ты в этом так уверена? – Снейп зло прищурился, на скулах заиграли желваки. Подобная правда была неприятна любому мужчине, особенно такому, как Северус Снейп – спокойному, но горячему и злопамятному.
- Конечно.
- Но… Подожди… А как же кровь? Те самые сорок семь процентов примеси вампирской крови, что дает необоримое…
- …либидо и взаимную могучую тягу страсти? – ехидно сузив ярко-зеленые глаза, продолжила за него рыжая красотка. – А ты это проверял? Ты находил упоминания об этом в каких-нибудь магических трактатах? Или, может, это подтвердили в твоей же Гильдии Алхимиков? Нет? Значит, тебе об этом говорила только наша милая Валькери? Надо же… Вот уж не ожидала от тебя такой поразительной доверчивости, магистр алхимии Северус Снейп! Даже эти девочки, подруги Поттера, гостившие у меня – и то засомневались, а ты…
Фаэлита умолкла, решив все же поберечь самолюбие Снейпа, и когда заговорила вновь, ее голос звучал мягко, но настойчиво:
- Ты ведь совсем ее не знаешь. Сколько вы знакомы – год, два? А я наблюдаю за Валькери с самого ее рождения. И в курсе течений лонохарского двора, в том числе, к кому и когда благоволила наша наследная принцесса, а позже – императрица. С ее-то воспитанием… А после того, как Пэнтекуин сбежала из плена Джелара, она словно с цепи сорвалась…
- Если Валькери… если все так, как ты говоришь… - с трудом проговорил Снейп, не в силах скрыть потрясения. – Но ведь речь не только о ней… как же Драко? Рихар? Он ведь тоже окажется в этих жерновах! Он мой крестник, бывший ученик, а после известных тебе событий – верный товарищ…
- Чью жену ты регулярно трахаешь… - чисто по-женски не удержалась от шпильки Фаэлита, которая так до конца и не смогла принять весьма своеобразные моральные принципы коренных лонохарцев. Или, вернее, отсутствие таковых.
- Фаэ, довольно, сейчас не о том речь, - поморщился, словно отведав кислятины, Снейп. – Что будет с Драко? Или ты и о нём выскажешься в ключе «пусть пропадет – не жалко»?
- Нет, - спокойно ответила Фаэ. – Про него не выскажусь, потому что его мне жаль. Уверена, он уцелеет при любом раскладе – все же единственный Лорд-Дракон, хоть и неоперившийся. Он слишком ценен, чтобы его убивать, наоборот – его попытаются разыграть для своей выгоды, как призовую карту. Причем попробует разыграть каждый, у кого на то достанет сил. И Валькери – в первую очередь. Так что сам он не пострадает, но вот его гордость… И если финал, каким бы он ни был, раскроет ему глаза… Старые хроники времен Истинных Лордов говорят, что драконья ярость – совершенно не то зрелище, которым стоит любоваться вблизи.
Но самое печальное, что ни ты, ни я, не сможем ему сейчас ничем помочь, - и девушка покачала головой. – Находясь под влиянием Пэнтекуин, Драко не будет слушать никаких доводов. Никто не сможет его ни в чем убедить - лишь вызовет злобу и резкое отторжение. Так что эта болезнь, увы, лечится только «по живому», без обезболивания.
- Фаэлита… Я уже и не помню времен, когда мог бы назвать себя доверчивым. Но твоя история… Точь-в-точь как одна страшная маггловская сказка, где чудесный пряничный домик – лишь ловушка злой ведьмы для глупеньких деток, - вздохнул Северус, устало прижимая ладонь ко лбу. – Но я тебя люблю в том числе и за то, что ты никогда и ни в чем мне не лгала. Поэтому – да, я тебе верю. Иначе бы не согласился сбежать и спрятаться в этом волчьем углу. Но все демоны хаоса, я все равно ощущаю себя крысой, удравшей с корабля!
- Спасибо. Спасибо за такой… вотум доверия, Сев. Что же до злой сказки… Я все понимаю, - Фаэ ласково провела по ноге сидящего мага чуть подрагивающей ладонью. – Ты просто не видишь всей картины в целом. Слишком много событий складывается воедино… Слишком много скрытых течений в последнее время пришли в движение, и переплетаются они так, что… - Рыжеволосая красавица задумчиво прикрыла глаза. – Едва не удавшийся порыв Уничтожителей, появление возрожденного Истинного Лорда-Дракона, новая императрица, нехорошие шепотки, бродящие среди высшей аристократии Лоно Хара, жутковатые слухи о внезапном уничтожении Ашкелона, Валькери, потерявшая голову от жажды мести… И над всем этим реет ваш буревестник-Поттер, в тени которого...
Фаэлита осеклась и замолчала.
- Я не могу тебе рассказать, - наконец прошептала она. – Ты не член нашего клана, а законы клана в таком деле крепче любых других… Только… тот… та, кого я встретила, когда следила за Поттером по приказу Валькери…
Снейп никогда не видел свою отважную подругу такой… напуганной? Нет, скорее – опасливо-настороженной, отлично п_о_м_н_я_щ_е_й тот страх, что она испытала при встрече с кем-то или чем-то. Казалось, что она едва сдерживается, чтобы не прильнуть к Северусу в поисках защиты. И волшебник сам поднялся с кресла, сел на покрывавшие доски пола шкуры, и обнял Фаэ, чувствуя, как расслабляется в его объятьях ее напряженное тело. А девушка-аниморф, прикрыв глаза, негромко произнесла:
- Знаешь, похоже, древнее пророчество о возвращении Истинных Лордов действительно начинает сбываться…



***



Одетый исключительно в темные тона – черный камзол с серебряным шитьем, штаны и сапоги для верховой езды из дубленой кожи, темно-зеленый плащ – Драко Малфой, придерживая перевязь с мечом, уверенно шагал по длинному коридору замка Бран, ведущему в центральные его апартаменты.
Родной замок клана Дракул-Цепеш, возвышавшийся над окружающим его дремучим лесом, был весьма похож на своего тезку, отстроенного по его образу и подобию в мире людей, но превосходил его в размерах раз эдак в пять. Но ни монументальное величие мощных стен и высоких башен замка могущественнейшего магического рода Лоно Хара, ни богатое внутренне убранство и роскошь, нисколько не трогали Лорда Дракона. Его родовой замок, Харалон, превосходил Бран по всем статьям и вдобавок нес неизгладимый отпечаток древности и высшего аристократизма.
Пройдя коридор, Вольдерихар без стука толкнул ладонями массивные двустворчатые двери, отделанные мозаикой из ценных пород дерева, и вошел в средних размеров гостиную.
В высоком, в рост человека, камине, полыхало пламя, отражаясь в полированном паркете пола, витражах вытянутых вверх стрельчатых окон, и на клинках развешенного по стенам разнообразного холодного оружия. Из мебели в гостиной имелись лишь широкий диван, столик со столешницей из цельной плиты узорчатого малахита и два глубоких кресла, одно из которых – вместе со столиком – было придвинуто к камину.
Заслышав шаги Драко, сидевшая в кресле молодая черноволосая девушка оторвалась от созерцания огня и радостно улыбнулась ему. Малфой опустился перед ней на колено и, взяв ее руку, прижался к ней лбом.
- Ну, Драко… Будет тебе… - Валькери участливо заглянула мужу в лицо, провела ладонью по его щеке снизу вверх и ласково зарылась пальцами в длинные платиновые волосы.
- Прости… - слабо улыбнулся Малфой. - Я вдруг понял… У меня теперь нет никого ближе тебя и матери…
- Как она? – встрепенулась Вал.
- Ей лучше, - застывшие серые глаза чуть ожили. - Она… приняла весть об отце. Простилась с ним и оплакала его прах. Сейчас мама надела траур и скорбит, как и положено в чистокровных и благородных семьях. Она стала прежней – и только благодаря тебе...
Когда он, сам почти обезумев от горя, метался по пепелищу Малфой-мэнора между телом отца и матерью, неподвижно сидящей среди развалин в рваной, перепачканной кровью и пеплом одежде – Валькери сама нашла его. И пустила в ход все свое умение хара`сара – мага мысли - чтобы извлечь из израненого разума погруженной в глубокий сон Нарциссы Малфой последние, страшные воспоминания. А потом, в Харалоне, еще сутки не отходила от ее постели, выхаживая свекровь. И по просьбе вернувшегося к тому времени Драко стерла ей память о произошедших ужасных событиях.
А еще – за что Драко тоже был ей благодарен – ни слова не сказала о безрассудном поступке жаждавшего крови Малфоя-Вольдерихара, взявшего из ее личной сокровищницы куб Хисса и отправившегося мстить Поттеру.
Узнав через некоторое время, что попытка мести проклятому гриффиндорцу бездарно провалилась, а сам он куда-то исчез, Малфой заперся в своих апартаментах. И только через день, благодаря упрямству Ровены, буквально взявшей Драко в осаду, вышел оттуда мрачным и собранным, без тени прежней довольно-беззаботной улыбки на лице. И, сменив Пэнтекуин у ложа больной матери, едва не до полусмерти загонял целителей и прислугу, которые смогли вздохнуть свободно, только когда леди Малфой встала на ноги.
Потом был тяжелый разговор с матерью, который Драко не согласился бы повторить за все сокровища Лоно Хара, похороны отца… и ярость, жгучая ярость, притушить которую получалось лишь с большим трудом…
Но вот скорбный долг был исполнен, мать – со всевозможным комфортом устроена в Замке Дракона, а сам Рихар прибыл в родовое гнездо Дракул-Цепеш - и, похоже, вовремя.
- Я вижу, Вал, ты чем-то обрадована. Может, поделишься?
- Конечно, до-ро-гой, - разве что не пропела по складам Пэнтекуин, на губах которой играла легкая, почти незаметная улыбка. – И что-то мне подсказывает, что эти вести придутся по вкусу и тебе.
Похоже, боги Хаоса все же обратили на нас свой благосклонный взор. Я почти наполовину закончила приготовления к масштабному поиску Поттера в мире людей, когда мне принесли просто изумительные вести. Оказывается, наш чрезвычайно дерзкий, но совершенно безмозглый пиро`сар не придумал ничего умнее, как сунуться в самое сердце Лоно Хара. Он атаковал Таай’шарр! Да о лучшем подарке я не могла и мечтать! Я даже почти не злюсь, хотя эти вести суточной давности дошли до меня – меня! – лишь несколько часов назад.
И Валькери, наконец, дала волю широкой, хищной ухмылке.
- Он со своей группой атаковал и захватил форпост Хранителей Ключа, заполучил сам Ключ и попутно освободил пару заложников из одного мятежного мира империи. А затем обеспечил открытие Врат весьма жесткой обороной и прошел во Внешний Круг. И, судя по докладу, эти заложники присоединились к нему.
Я, разумеется, выясню, почему сведения об этих событиях дошли до меня с такой задержкой, - острые ногти Вал выбили дробь по малахитовой столешнице, оставив россыпь выщербленных в камне ямок. – Кто-то за это точно ответит, и, возможно, даже головой, но сама новость… Ты помнишь, что я тебе рассказывала про Таай`шаар, Драко?
- Конечно. Лучшего способа положить голову под топор Поттер не придумал бы, даже если бы захотел. Вести и впрямь приятные. Когда мы выступаем?
- А зачем спешить? - и Валькери неторопливо и грациозно водрузила ноги на банкетку, стоящую у кресла. - Обратного пути у них нет. Сейчас они одни посреди голой, заснеженной пустоши, отбиваются от обитающей там орды отбросов. Практически не сомневаюсь, что против них очкарик выстоит, и, возможно, даже без потерь, но сил и крови эти твари попьют у него изрядно, отец хорошо их выдрессировал. А когда он пройдет во Второй Круг, в Город Призраков, вот тогда…
Глаза Пэнтекуин полыхнули лютой ненавистью, а ухмылка перетекла в клыкастый оскал.
- Тогда клянусь – это ничтожество познает все муки преисподней!
- Присоединяюсь, - тяжело бросил Малфой. Внешне он оставался мрачно-невозмутим, но рука, сжавшаяся на навершии меча-Энаисши, и вспухшие на скулах желваки выдали его вернее всяких слов. Давний враг, с которым он по наивности пытался вести себя благородно, подлый убийца и гнусный мучитель, внезапно оказался в пределах досягаемости! – У нас обоих к нему накопился изрядный счет.
- Потерпи, ждать осталось недолго. Вот только выясним, куда запропастились Северус и Фаэлита…
- Оставь, Вал, это не самое важное сейчас, - отрезал напрягшийся Драко, глаза которого медленно наливались серебристым свечением. – Поттер – наше личное дело, так зачем вмешивать еще и их?.. Терять время на то, чтобы найти и вытянуть обоих из кровати… Право, не стоит.
- Возможно, что ты и прав. Наверное… - начала Пэнтекуин, но прервалась.
В воздухе над столом сверкнула беззвучная вспышка, и на полированный малахит упал чуть дымящийся свиток. Валькери жадно схватила его и, развернув, начала читать практически по диагонали.
- Это от главы Хранителей Ключа и Врат, мне пришлось набирать новых – этот паршивец Поттер вырезал их всех под корень… Так. Он сообщает, что группа противника уцелела в Внешнем Круге, нанеся существенный урон тамошнему отребью… Ну ничего, потом я устрою этим защитничкам воинский смотр и почести в лучших традициях моего папочки. Что тут еще? Огнестрельное оружие – это уже не ново… Громадный монстр из трупов? Гигантская лисица-оборотень?! Однако… Любопытно будет посмотреть, кого же это дерзкий сопляк с собой притащил… Так! Поттер со своей шайкой уже час как во Втором Круге! Мои личные отряды во главе с Аэлаином давно наготове, поднимаем их в седла – и вперед.
И Валькери слитным и гибким движением голодного хищника, почуявшего свежий след лакомой добычи, поднялась на ноги.
- В этот раз ему от меня не уйти!

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 273
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.02.14 11:25. Заголовок: Глава 25-2. Векторы ..


Глава 25-2. Векторы намерений.


А за стеной, отделявшей Внешний Круг Таай’шарр от Среднего, Гарри и его товарищей встретила… еще одна стена.
- Мнда… У создателей этого места была просто бездна фантазии, - и Норт перекатил из одного уголка рта в другой дымящийся окурок сигары. – Куда ни ткнись – везде сплошные стены.
Поттер согласно кивнул. Впрочем, новая стена, где-то на полторы тысячи футов отстоящая от светящейся желтым огнем преграды, оставшейся за спиной, была, для разнообразия, вполне материальной.
Да, это была самая настоящая крепостная стена, сложенная из плотно подогнанных глыб серо-коричневого камня. Не менее ста - ста сорока футов в высоту, она тянулась влево и вправо, насколько хватало глаз, создавая впечатление непреодолимого рубежа.
Однако по мере приближения к ней становилось заметно, что ни время, ни незваные гости, изредка приходившие в Средний Круг, ее не пощадили. Щербатый и медленно разрушающийся верхний край, изначально увенчанный зубцами, вывалившиеся или выбитые цельные куски и фрагменты кладки, подозрительные пробоины и
подпалины, какие-то расщепленные деревянные конструкции из толстых бревен, торчащие из-под снега прямо у подножья…
Напротив прохода из Внешнего Круга когда-то, видимо, возвышались прочные ворота с двумя сторожевыми башнями по бокам. Теперь же о защищавших вход створках напоминал лишь почерневший кусок доски в рост человека, сиротливо висевший на единственной уцелевшей, ржавой петле. Сами же ворота были выбиты неизвестной могучей силой, вырвавшей их из камня и швырнувшей внутрь, а вдобавок - обрушившей правую башню. Левая же, покосившись, осталась стоять, светя полусгнившими стропилами разрушенной крыши.
Группа Поттера остановилась перед проходом, ведущим сквозь стену в глубь неизведанной территории. И Гарри, как часто бывало перед важным шагом или действием, окинул взглядом свое воинство.
Было заметно, что друзья уже не первый день живут и ночуют «в поле» - слегка мятая одежда, обветренные губы и лица, оббитая о камень и лед обувь. Укутанные в теплые, мешковатые накидки, кто в вязаных шапках, как близнецы, кто в наброшенном капюшоне, а кто – простоволосый, как сам Гарри. Однако с удобствами и гигиеной проблем не было даже в походных условиях: магия обеспечивала многое – и тепло, и горячую воду, и чистку одежды вкупе с ее ремонтом.
Народ был сыт, тепло обут, одет, бодр и готов к новым свершениям и самое важное – верил в своего командира.
Поттер подмигнул Ами, тут же расплывшейся в довольной, от уха до уха, улыбке, и снова внимательно осмотрел единственный в обозримом пространстве проход.
Но нигде не было даже следа присутствия кого-либо живого – лишь безветрие, тишина и неглубокий, нетронутый снежный наст. Развитая интуиция и предчувствие тоже молчали.
- Ну что, дамы и господа? Город-Призрак ждет своих героев, - и, приглашающе кивнув, Гарри удобнее перехватил лежащий на правом плече меч в ножнах и первым двинулся сквозь пролом.
Осторожно войдя внутрь, они сразу же наткнулись на следы давнего сражения, не на шутку бушевавшего здесь неизвестное время назад. Выбитые ворота, разметанные в крупную щепу, устилали всю обширную полукруглую площадь сразу за входом, с которой в глубь города вели семь узких проходов, рассчитанных на одного человека, и лишь один широкий, закрытый наполовину опущенной решеткой, по которому могла бы проехать повозка или карета. Такая планировка была разумной – враг, прорвавшийся сквозь ворота, не смог бы продолжить наступление большими силами, будучи вынужден просачиваться семью колоннами по одному, что сильно бы облегчило задачу обороняющихся.
Хотя в последний штурм им это не слишком помогло – площадь усеивали сотни растерзанных тел, наполовину занесенных уже слежавшимся, слоистым снегом. Большей частью – люди в ржавых доспехах, изредка – эльфы и наги, даже десяток-другой густо заросших бородами гномов с обломками секир в руках… Кто из них нападал, а кто – оборонялся, сейчас уже было не понять. Всех, подведя финальную черту, уравняли в правах два бесстрастных арбитра – смерть и холод.
Пройдя группой сквозь тоннель, предназначенный для проезда повозок, в котором тоже вповалку лежали погибшие, Поттер с компанией вышли на перекресток.
Пустой, уже почти тысячу лет брошенный город-кольцо простирался вглубь на добрый десяток миль и имел радиальную планировку - узкие, порой изогнутые зигзагом улочки, ведущие к центру, и более широкие, огибающие его по кругу. Городские строения были, в основном, двух - трехэтажными, хотя изредка попадались и более высокие кубические здания. И повсюду, повсюду – через каждый квартал, а иногда и чаще, присутствовали следы жестоких сражений. Разрушенные дома, опаленные и оплавленные жарким пламенем руины, разметанные нечеловеческие скелеты, ледяные глыбы, заключившие внутри себя скорчившихся жертв, густо торчащие из стен и тел стрелы, и трупы, трупы, трупы… Где больше, где меньше, где сплошным ковром. Некоторые – как древние мумии, одного цвета со снегом и камнем, другие – обтесанные ветром и поземкой до костей, третьи – словно погибшие только вчера. Местами трупы людей и прочих созданий перемежались с хитиновыми остовами и многоглазыми черепами, в которых без труда узнавались останки скрийлов.
- Мерлин и Моргана, что за резня творилась тут? – вполголоса пробормотала Джинни, оглядывая довольно-таки безрадостные местные пейзажи.
- Главное тут не «что», а «сколько раз», Джин, - ответил Поттер, которому Город-Призрак живо напомнил его первое путешествие по Даймону, когда он шел пешком через давно погасшее горнило жестокой войны. – Началось это задолго до Рождества Христова и продолжается по настоящий день. Здесь периодически устраивают жестокие и кровавые схватки, необходимые чтобы вырастить и выдрессировать армию, которая положит к ногам правителей Лоно Хара весь обозримый мир. Этот город – гладиаторская арена, полигон, на котором раз за разом сходились в смертельной битве привезенные или сами пришедшие сюда воины – и скрийлы, закрепляющие и улучшающие свои боевые навыки с каждой генерацией.
- Верю. Но знаешь, Гарри, а этот город не очень-то похож на тренировочный полигон, - подала голос Гермиона. – Пусть тут многое разрушено, но создать все в такой точности…
- А кто сказал, что это всего лишь полигон? Давным-давно это и был самый настоящий город, в котором жили люди и не только, правда, всего пару лет…
- Это как?
- Джелар рассказал мне и об этом, - и Гарри негромко, временами останавливаясь и прислушиваясь, начал рассказывать: - При втором императоре Викторе Цепеше, правившем Лоно Хара и Орденом Хаоса после Влада, некий крупный воинский клан, вроде бы впавший в опалу, был внезапно сильно приближен ко двору. На него посыпались многие милости и вольности. Главы всех остальных кланов буквально зеленели и корчились от зависти, в то время как стремительно возвысившийся конкурент взирал на них сверху вниз, ощущая себя элитой Ордена и фактически – личной гвардией императорской династии Дракул-Цепеш. А как же иначе? Виктор осыпал их золотом, отлично вооружил, поделился с клановыми магами знаниями и умениями, которым до сих пор обучали только членов правящей семьи, а под конец – дал разрешение и выделил средства на возведение вокруг недавно отстроенного сердца Таай`шарр кольцевого города-крепости. Дабы обласканный и избранный клан берег и охранял сосредоточие секретов своего благодетеля.
И город-крепость был отстроен, и клан, почти полностью состоявший из воинов и магов, занял его, бдительно неся службу.
А спустя два года, был полностью уничтожен. Как было высочайше объявлено, «как замысливший смуту, измену, убийство императора и его наследника».
На самом же деле, император выбрал один из неугодных кланов, приблизил его, усилил, вооружил, дал хорошо обжиться и укрепиться в ими же отстроенной крепости – а потом спустил на него первую, пробную генерацию из двух тысяч скрийлов, менее чем за сутки вырезавших всю обороняющуюся армию числом почти в двадцать тысяч воинов.
- Ясно, – криво усмехнулся Норт. - Их откормили, как отличную рождественскую индюшку, а потом испытали созданных насекомых в настоящем бою с подготовленным и сильным противником. Браво. Отличный ход. Крайне эффективный, правда, несколько изуверский…
- Именно. Но город-крепость строился своими создателями на века, они же не знали об уготованной им судьбе. И до сих пор служит естественной преградой, эдаким лабиринтом на пути к центру Таай’шарр. И отличным полигоном, когда с одной стороны в него забредают не в меру наглые вторженцы, вроде нас, а с другой – запускают свежих скрийлов.
- Какая прелесть. Так нам тоже предстоит сражаться с какими-то жуками? – Ами подцепила носком сапожка череп давно погибшего насекомого.
- Не в этот раз, - самодовольно ответил Гарри. – Благодаря изобретению наших рыжих кудесников Валькери не так давно практически единомоментно потеряла всю последнюю генерацию своих скрийлов. Вкупе с их командиром. Ведь самая большая проблема даже не в самих воинах – они вылупляются и вызревают до взрослого состояния где-то за две недели, - а в том, что им необходим толковый командир с частью генома королевы. Найти такого, изменить его, и на основе уже его крови инициировать яйца пленной королевы – это требует времени и усилий.
Так что в качестве противника нам достанутся уже знакомые люди и нелюди из служащих хозяйке Лоно Хара.
- Да нам и их хватит с избытком, - буркнул Норт. – Не помоги нам в тот раз летчики, сомневаюсь, что мы бы выстояли.
- Так на это и был расчет, Эдвард, - ответил Гарри. – Зато теперь Валькери располагает не более чем тремя сотнями абсолютно преданных ей воинов, тех, кто служит в первую очередь клану Дракул, а не Лоно Хара.
- Три сотни? Ты полагаешь, что этого мало? – скептически заметил Фред.
- Нет, немало. Но это гораздо меньше, чем изначальные почти две тысячи. Но и три сотни – это только минимум. Как правительница Лоно Хара и Архонт Ордена Хаоса, она может призвать войска как отдельных кланов, так и вообще всех, мобилизовав весь Орден. Правда, он может и не пойти, или пойти, но не весь, как уже было при последнем прорыве инсектов, когда я и начал знакомство с этим милым миром и его правителями.
Все их слабости – чванливость, разобщенность, извращенную лонохарскую «честь и свободу» - мы и будем использовать против них. И, разумеется, их излюбленный грех – раздутое самомнение и недооценку противника. И поэтому…
Зрачки Поттера внезапно резко расширились.
- Тревога!!!
И еще до того, как кто-либо что понял, ощутивший угрозу Гарри развернулся с уже обнаженным Тэцу в руке.
А еще через миг с режущими уши шипящими хлопками в трех кварталах от них вырос настоящий лес взметнувшихся в лазурное небо ярких световых пик.
- А вот и встречающая делегация от моей названной сестрицы, с ней и Малфоем во главе! – весело и зло сверкнул зубами Поттер, почувствовавший двух стихийных магов еще «на подлете». – Вот так выглядит перемещение в Таай`шаар напрямую, со специальными амулетами. А знаете что? Они наверняка уже в курсе нашей тактики. В обоих сражениях, и у Врат, и во Внешнем Круге, мы действовали исключительно от активной обороны. И, клянусь подштанниками Мерлина, сейчас от нас ждут такого же. Но на этот раз мы поступим наоборот – сами атакуем их!
Хетсаан Рен, тонко свистнув, мгновенно переместился из-за спины в ее правую руку. Девушка, держа оружие по-боевому, слегка на отлете, вопросительно взглянула на Гарри, ожидая приказа.
- Хххха! – и с дробным лязгом стальные пластины брони обтекли Эдварда Норта, облачив его в полный доспех. – Давно пора!
- Фактор внезапности – хороший козырь, - кивнула Гермиона, хрустнув пальцами.
- Вот и отлично. Смотрите сюда, - подытожил Поттер, начав быстро чертить на плотном снегу схему ближайших зданий и улиц. – Первыми идем мы – я, Рен, мистер Норт и Гермиона. Наносим удар и тут же отходим, вытягивая их вот сюда, на засаду. Близнецы, вы...
- А можно и я?.. – вклинилась Армина, у которой никто так и не смог отобрать полученную от Уизли винтовку, уж больно сердито она зыркала и прытко убегала.
- Можно. Вы устраиваете перекрестный огонь вот из этих двух проулков. Аксель – страхуете сестру и можете тоже пострелять. Окой – защита тылов и левый фланг. Джинни – тылы и правый фланг. Крис – ты в резерве, плюс боеприпасы. Стрелки – отстреливайте по одному полному магазину, после чего кидаете по две гранаты – наступательную осколочную и дымовую – и все немедленно отступаем за это здание. Там я сейчас заранее разверну портал, что перекинет нас на пару миль севернее, а там еще что-нибудь придумаем. Фред, Джордж, пока суть да дело – напрягитесь и вспоминайте, чему вас учил ваш старичок-ветеран касаемо уличных боев. Мы им устроим тут городскую герилью…
- Но очень всех прошу, - Гарри обвел всех пронзительным взглядом. – Будьте осторожнее, сначала думайте – потом делайте, не рискуйте понапрасну. Увидел врага – убей его. Он шевельнул еще хоть бровью – убей его еще раз.
Вопросы есть? Нет? Тогда – вперед!

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль Ответить
vazonov11



Сообщение: 1
Зарегистрирован: 18.08.14
Откуда: Россия, Санкт-Петербург
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.08.14 14:44. Заголовок: О, заинтересовало...


О, заинтересовало.

Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 5
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Текстовая версия



Снарри-форумЯмаSnape UnsnapedRussian Fan Fiction HistoryСказки...Семейные архивы СнейповКлуб Любителей СойераТайны темных подземелий
УсадьбаВидения Хогвартсафемслеш и юриДомианаСайт о Гарри Поттере.Всегда самые горячие новости. Отряд Дамблдора ждет тебя!Библиотека фанфиковХогвартс Нэт