On-line: гостей 0. Всего: 0 [подробнее..]
АвторСообщение
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 235
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:40. Заголовок: Новое Начало - Альтернатива. Часть III (Главы 1-7)


Название: Н.Н. - Аль. Ч. III (1-7) (8-13) (14-22) - Война на восемь сторон света.
Автор: Shin-san (Shinsan@yandex.ru)
Бета: Янина (joyleaf@mail.ru), Элериан (omega151@mail.ru).
Рейтинг: R.
Направленность: Гет.
Пэйринг: ГП/НЖП.
Жанр: AU, Экшн, Дарк.
Дисклеймер: что не моё - принадлежит Леди Дракула аka Mystérieux Shadow (согласие автора на препариование ее фика получено) и еще какой-то тете по фамилии Роулинг.
Саммари:
Вся книга: Всем недовольным фанфиками «Властелины Стихий» и особенно «Новое начало» посвящается.
Альтернативный вариант «Нового начала» - сиквела «Властелинов стихий».
Время повернулось вспять – но Драко и Северус сохранили память о произошедших событиях. Обретя силу и возможности Лоно Хара, они поднялись на неизмеримо высшую ступень над «обычными» магами. Но, как говорится, «Не считай себя самым сильным – всегда найдется сильнее». Или, как минимум равный.
Часть III: Лоно Хара и ее правители, незыблемая империя, распространившая свою власть на многие миры и правящая ими тысячи лет. А с другой стороны — стремительно набирающийся темную мощь Гарри Поттер. Они оба не привыкли уступать и предпочитают говорить с позиции силы. А что бывает, когда две стороны разговаривают друг с другом с позиции силы? Ответ прост - война.
Размер: Макси.
Статус: В работе.

Обсуждение: Сюда


P.S. Для лучшего понимания многих событий и фактов настоятельно рекомендую хотя бы по диагонали ознакомиться с оригиналами:

Властелины Стихий
Первая трилогия:
Властелины стихий. Часть I.
Властелины стихий. Часть II.
Властелины стихий. Часть III.

Новое Начало
Вторая трилогия:
Новое начало. Часть I.
Новое Начало Часть II.
Новое Начало Часть III. Эпилог

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Ответов - 7 [только новые]


Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 236
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:42. Заголовок: Глава 01. Тяжело в у..


Глава 01. Тяжело в учении...


Веселье удалось на славу.
Первая оглушительная победа после официальной части вполне предсказуемо вылилась в совершенно неофициальную пьянку. Всем хотелось немного расслабиться после многомесячного выматывающего напряжения боёв, отпраздновать крупный успех и, конечно, помянуть павших товарищей. Поэтому, приведя в порядок личный состав, уточнив списки погибших и раненых, авроры Хмури отбыли к месту своей постоянной дислокации, располагавшееся неподалеку от города Брибсби.
От приглашения на это празднество ни Гарри, ни его соратникам, как они не старались, отвертеться не удалось. Обижать прямым отказом новоприобретенных собратьев по оружию не хотелось, и, недолго думая, Поттер научил друзей простенькому беспалочковому заклинанию по трансфигурации этанола в относительно безобидные компоненты, и заклинание оказалось как нельзя кстати: желающих выпить с ними за победу набралось столько, что героической семерке грозило тяжелое алкогольное отравление, как максимум, или здоровый, крепкий сон лицом в картофельном салате – как минимум.
Спрыскивание победы затянулось до полуночи, и к тому времени, как часы начали бить двенадцать, более двух третей авроров уже пребывали в совершенно небоеспособном состоянии: одни уснули прямо за столом или тихо сползли под него, а наиболее стойкие, немилосердно фальшивя, но с большим энтузиазмом, распевали в обнимку с друзьями победные марши. Ударь силы Темного Лорда именно сейчас, у них был бы шанс на успех… не присутствуй среди гостей Поттер со товарищи. Чары работали исправно: все семеро были практически трезвы, бдительности не теряли и в случае необходимости смогли бы дать отпор ничуть не хуже сотни авроров.
Но мысли о внезапной атаке ни у кого не возникло: у слуг Темного Лорда той ночью были дела поважнее, нежели пытаться атаковать лоб в лоб толпу авроров, которые, находясь в изрядном подпитии, были, пожалуй, что и поопаснее трезвых. В логове Вольдеморта царил совершенный хаос: всё живое разбегалось в разные стороны, как тараканы от зажженной лампы, нисколько не желая попасть даже не под горячую, а попросту раскаленную руку своего господина: от последних новостей тот пришел в совершенно неописуемую ярость.
Праздник прошел относительно спокойно, если не считать небольшого инцидента с иллюминацией: один из крепко выпивших авроров решил устроить праздничный салют, позабыв, что сам находится в помещении. В итоге заклинание, вылетевшее из палочки с усилителем, разворотило изрядную часть крыши, а самого виновника торжества едва не завалило обломками. К счастью, кроме самолюбия автора салюта ничего не пострадало, присутствующие отделались легким испугом, и настроения этот инцидент никому не испортил.
К тому времени, как гульба благополучно завершилась, Норт, Гарри и рыжие братья вовсю мучились изжогой от невероятного количества огневиски, которое волей-неволей им пришлось выпить, а девушки, для которых радушные хозяева нашли достойную замену крепким напиткам, дружно клялись, что минимум год даже не посмотрят в сторону имбирного пива.
Совершенно нетипично повел себя Аластор, нарезавшись вместе со всеми, как последний сапожник. Возможно, виной тому была долгожданная победа, а, возможно, что и потрясение, которое испытал старый вояка, все-таки узнав в состоящем на службе у Поттера здоровяке своего давнего знакомого по первому составу «Ордена Феникса», которого помнил далеко не в столь цветущем виде, как теперь. Получив достаточно уклончивые ответы на свои вопросы, Шизоглаз заметно помрачнел: смекалки, чтобы сделать самостоятельные выводы, ему хватало. Только оказались они совсем не радостными, и, махнув на все рукой, ветеран начал опрокидывать стопки наравне с молодыми коллегами. Наблюдавший за ним Гарри невольно задумался, а не подлатать ли старину Аластора так же, как и Эдварда? Шесс-нэя из него, разумеется, не вышло бы: Поттер истратил на Норта последний «комплект» материала, из которого силой Иссана создавалась та самая, полностью подвластная воле носителя броня, но вот просто подлечить, исправить зрение и вернуть ногу... Почему бы и нет? Об этом стоило поразмыслить.
Обсудив с Лонгботтомами планы на ближайшие дни и тепло распрощавшись с оставшимися трезвыми, как стеклышко, аврорами дежурной смены, друзья отправились к себе, чтобы отпраздновать первую крупную общую победу в своем кругу. Куда более скромно, но зато без трансфигурации жидкостей.
Утро же началось по «мирному» плану, действовавшему, когда в ближайшие сутки активных военных акций не предполагалось.
Близнецы вовсю грохотали железом в своей мансарде, которую Поттер по прошествии времени счёл все же нужным магически укрепить: количество ящиков, которые братья Уизли стаскивали в свою нору, как запасливые хомяки, уже начинало пугать.
На кухне, словно стараясь перещеголять близнецов по части шума, гремел утварью домовой эльф Добби, распространяя по дому, помимо звона кастрюль, еще и дивные ароматы готовящейся еды. Счастье, переполнявшее маленького домовика, было не заметно разве что слепому. Он служил своему обожаемому Гарри Поттеру и его друзьям, которые воевали с ненавистным Темным Лордом. Его стряпню высоко ценили и поглощали в таких количествах, что Добби уже начинал уважать сам себя. И, вдобавок ко всему, никто не держал его за прислугу: все обитатели дома относились к нему как к равному – предел мечтаний для домового эльфа!
Гермиона, которой до предполагаемой встречи с Мальсибером, оставалось еще несколько дней, занялась привычным делом — анализом сведений, поступавших от вэнсовских «работничков ножа и топора» с постоянством и педантичностью, которым позавидовала бы иная бухгалтерия. Теперь же к этой информации добавились ещё и богатые данные от аналитиков Хмури, и в итоге ворох образовался такой, что, не мудрствуя лукаво, Грейнджер мобилизовала к себе в помощницы Джинни.
Окой сидела на крыше, погрузившись, как это нередко с ней бывало, в самосозерцание, Норт, откровенно бездельничая, просматривал кипу накопившейся прессы. А на импровизированной тренировочной площадке, устроенной на заднем дворе, Поттер и Рен занимались добровольной педагогическо-тренерской работой с самым молодым членом их команды.


***


- Нет Крис, не так... Соберись, смотри внимательнее.
И Гарри вскинул от бедра волшебную палочку, послав заклинание в служащий мишенью чурбак, подвешенный к дереву. Выпущенный с характерным звуком заряд магии угодил точно в центр, проделав в древесине сквозное отверстие и выбив с выходной стороны пучок острых щепок.
- Видел? Все дело в движении и хвате. Не надо так сильно сжимать палочку.
И Гарри поправил пальцы мальчишки, крепко стиснувшего рукоятку своей волшебной палочки.
- В старину фехтовальщики говорили, что оружие нужно держать как птицу: сожмешь слабо – птичка улетит, сильно - задохнется. Вот, вот так... Давай.
- Редукто! - выкрикнул Крис одновременно с выбросом руки, и хрустнувший от магического удара чурбак взмыл вверх, отклонившись на веревке почти параллельно земле.
- Гораздо лучше, - одобрительно кивнул Поттер. – Суть ты понял. Будешь продолжать сам, пока не станешь ломать это полено с первого заклинания.
- Гарри, а ты научишь меня просто драться? Руками?
- Драться? - и Гарри приподнял брови в легком удивлении.
- Ну, я видел, как ты с Рен... Да и мистер Норт тоже...
- А ты молодец, - медленно проговорил Поттер, - мысли у тебя идут в правильном направлении. Я ведь и сам хотел предложить тебе помимо магических тренировок освоить ещё и что-нибудь из рукопашного боя – на короткой дистанции он часто куда эффективнее магии. Но эта наука... Тут будет, пожалуй, несколько сложнее, чем с магией. Все зависит от того, что требуется получить «на выходе».
- В смысле?
- В смысле соотношения «время/результат». Если просто хочешь уметь валить людей с одного - двух ударов, этому научить несложно. Например, усиленным, по несколько часов в день тренингом отработать нужные рефлексы и вбить в твои мышцы и сухожилия две или три эффективных «связки» на несколько типовых ситуаций. Почему так мало? Просто чем меньше количество изучаемых приемов, тем качественнее прорабатывается каждый из них. Ну, и соотнести их с твоей силой и ростом, разумеется. Честный поединок со взрослым противником, один на один, ты вряд ли выиграешь, но даже подросток способен уложить сильного мужчину, если бьет внезапно, быстро и вдобавок еще и знает, куда нужно бить.
- Как, например? - У Кристофера разгорелись глаза.
- Да проще простого. Например, внезапный удар ботинком между ног, в колено или в голень, а когда человек рефлекторно согнется - ребром ладони или костяшками пальцев точно под ухо. И все, клиент резко перестает интересоваться окружающим миром, а может и вообще сыграть в ящик. Против неподготовленного и не ожидающего нападения противника сработает почти наверняка. Особенно если он, как наш, привык уповать только на магию. Но если ты имеешь в виду не просто драку, а то, что все привыкли именовать боевыми искусствами...
- Это то, чем занимаетесь вы с Рен? Это не просто драка?
- Ну да, - Поттер потер подбородок, скрывая улыбку. - Ты прав - это точно не просто… хмм… драка. И здесь, как я уже сказал, все обстоит совершенно по-другому. Самое важное — мастерство такого уровня требует гораздо более сосредоточенного подхода. И еще времени. Очень много времени. Как бы усердно ты ни тренировался, раньше определенных сроков умение не придет. Говоря образно... - в глазах Гарри зажглись веселые огоньки, - как бы ты долго и интенсивно не занимался любовью с девушкой, раньше, чем через девять месяцев она здорового ребенка все равно не родит. Доступно?
Крис лишь сдавленно хихикнул.
- Но это все относится большей частью к магглам. Мы, волшебники, находимся в куда более выгодном положении, чем они.
- Это как? - удивился мальчишка.
- А вот так. Ты ведь из семьи магглорожденных, так что наверняка читал маггловские книжки, смотрел маггловские фильмы, в том числе про восточные единоборства. И в той куче условностей, традиций и мистики, что обычные люди нагромоздили вокруг них, присутствует одна любопытная деталь. Вернее, даже две.
Первая, это то, что мастер или даже достаточно продвинутый адепт любого восточного боевого искусства — я имею в виду настоящего искусства, а не великого множества околоспортивных направлений каратэ, у-шу и им подобных - в реальном поединке победит любого чемпиона по боксу, борьбе и другому виду современного западного стиля боя.
И вторая. Только в восточных учениях с самого начала их постижения вводится такое базовое понятие как «внутренняя энергия». Ею учат управлять с самых азов, освоение этой науки зачастую занимает почти всю жизнь, но и дает в обмен почти фантастическое искусство. В Японии эта энергия именуется «ки», в Китае - «ци», в Индии и Таиланде для нее тоже есть свои названия, но это совершенно неважно. Важно то, что в современных западных, сугубо утилитарных школах рукопашного боя, это понятие отсутствует напрочь. Как класс. В древности у народов Европы, возможно, и существовало что-то подобное, но за прошедшие века оно было утрачено полностью. И виной всему та самая разница в мировоззрении, о которой столько твердят ученые мужи. Да ты и сам понимаешь, что в системе, где производство бойцов поставлено на поток, готовить каждого десять и более лет — непозволительная роскошь.
Но вот на востоке, с их привычкой не отбрасывать скоропалительно все то, что проверялось веками, ступени подготовки воинов и бойцов почти не изменились и за тысячу лет. Во всяком случае, в настоящих школах боевых искусств, а не в их выхолощенных спортивных подобиях.
Ну что, еще не догадался? Отгадка же лежит прямо на поверхности — боевые искусства одной из древнейших цивилизаций Земли, их краеугольный постулат - управление некоей энергией, дающей ценой пусть и долгих тренировок непревзойденную силу...
- Погоди-погоди... Ты хочешь сказать, что все эти магглы как-то могут использовать...
- Именно. Ту самую энергию магии, что используем мы, волшебники, и которая пронизывает весь наш мир. Совершенно в другом объеме, по сути, жалкие крохи, но тем не менее. Путём долгих, упорных, зачастую даже весьма болезненных тренировок магглы обретают способность использовать очень малую толику магической энергии. Но даже её хватает для вывода этих мастеров на совершенно другой уровень боевых искусств, не идущий ни в какое сравнение с тем же английским боксом.
На востоке с этим было проще, там изначально не поощрялась излишне узкая специализация и ограниченность в чем-то одном. Если даже про магглов-самураев говорили, что их мечи — продолжения либо кисти, либо флейты, то что уж тут магов упоминать... Восточные легенды и предания о великих воинах, ломающих руками деревья, способных ударом поворачивать реки вспять и драться, нанося друг другу удары, крошащие камень - это все оттуда. А большинство наших, европейских волшебников... - тут Гарри досадливо поморщился, - проклятье, порой становится обидно до слез за их ограниченность и узколобость! Засели в своих башнях из слоновой кости, зациклились на магии и ничего другого знать не желают! Как же, маггловские штучки, все это недостойно и ниже нас… Ходят напыщенные, точно индюки, воображая себя всесильными, а отними палочку — и все. Был маг да весь вышел, подходи и бери голыми руками.
- Но это значит, если мы, именно как маги, начнем...
- Ага, - кивнул Поттер. - В том-то и соль. Любой волшебник, начавший заниматься по методикам восточных боевых искусств магглов, добьется гораздо лучшего результата и куда быстрее, потому как умеет использовать эту «внутреннюю энергию» с самого рождения, безо всяких тренировок и в объемах, неизмеримо больших, чем любой маггл сможет достичь даже за сто лет. Причем быстрее в два, в три, в пять раз. Ведь в нашем с тобой колдовстве волшебная палочка играет роль всего лишь удобного, индивидуального концентратора, устройства, фокусирующего и направляющего магическую энергию, и не более того. И именно поэтому волшебные палочки столь индивидуальны. А сама магия всегда исходит исключительно от человека, иначе и магглы, и сквибы мигом становились бы волшебниками, просто взяв любую палочку в руки. Но этого нет, и не будет никогда: все оно - вся магия, вся мощь и вся сила - вот здесь.
И Гарри сжал поднятую руку в кулак.
- А еще - вот здесь, - и легонько, чуть касаясь, постучал им по лбу Криса. - Смотри.
И Поттер направился к врытому в землю деревянному столбу почти полметра в поперечнике. Эти несколько столбов, из которых одни были целыми, а другие щеголяли сколами и надломами, притащили Гарри и Норт для начальных тренировок Эдварда, да так и оставили стоять на заднем дворе их общего обиталища.
Подойдя к столбу почти вплотную, Гарри поднял кулак на уровень груди и остановил его в паре сантиметров от шероховатой поверхности.
- Как видишь, на таком расстоянии нужного замаха не получится, и необходимо бить импульсом всего тела.
По телу Поттера словно прошла короткая, быстрая волна, зародившаяся где-то в районе бедер, прошедшая по мышцам спины и выхлестнувшаяся в руку. Дерево низко загудело, и столб ощутимо вздрогнул: для такой минимальной дистанции удар был невероятно силен. Простого человека он бы моментально уложил в глубокий нокаут, поставив в схватке жирную точку.
- Это была просто сила мускулов и умение. А вот это — та самая пресловутая «внутренняя энергия».
И Гарри снова поднес кулак и, почти касаясь им дерева, безо всякой подготовки, даже не подключая, как в прошлый раз, все тело, без замаха, резко ударил.
На этот раз в момент, когда кулак коснулся поверхности, произошло нечто странное: между ними то ли проскочила блеклая, почти невидимая искра, то ли воздух при ударе помутнел и уплотнился - и столб, с громким треском надломившись буквой «Г» в точке удара, наполовину вывернулся из земли.
Безо всяких слов было ясно, что попади под такой удар неподготовленный человек, и ему смело можно было бы заказывать катафалк.
- Вот так как-то... - произнес Поттер, возвращаясь к глядящему на него во все глаза подростку. - Если хочешь — начнём тебя учить понемногу и такому, лишним не будет. Как говорила одна моя давняя знакомая: «Магия срабатывает далеко не всегда, а вот острый меч никогда не подводит… Если, конечно, знаешь, с какой стороны у него рукоять». Родственница из этой знакомой на проверку вышла довольно паршивая, да и самозваная к тому же, но все же дельные мысли у неё иногда проскакивали.
- Так ты меня еще и фехтованию учить будешь? - вскинулся Кристофер.
- Посмотрим, - Гарри смерил мальчишку оценивающим взглядом. - По идее, чтобы замучить тебя до полусмерти, хватит и бойцовских тренировок, но если у тебя еще останутся силы... В общем, посмотрим... Можно даже Маховик Времени раздобыть для еще большего ускорения процесса обучения, благо, министр теперь стал моим очень близким другом...
Кристофер лишь молча и часто покивал.
- Но сначала, как я и сказал, научись ломать чурбаки с первого заклинания. Действуй.


***


- Ну что, как там наш приемыш? - поинтересовался Норт, не отрываясь от газеты, когда Гарри, оставив Рен наблюдать за Крисом, вошел в дом.
- Приемыш — будь здоров, - ответил Поттер, ставя меч в специальную вертикальную подставку из черного, лакированного дерева, которую увидел в маггловском магазинчике восточного антиквариата и немедленно купил для Тэцу. Даже простому мечу требовалось уважение, а уж такому, как его — и подавно.
- Крис на удивление легко все схватывает. Один, максимум, два раза объяснить, пару раз показать - и все, дальше он начинает отрабатывать сам.
- У паренька есть хороший стимул, - не поднимая головы, Норт перелистнул страницу. – И, что немаловажно, хороший учитель. Ну, и потенциал, как же без этого, он же все-таки с Равенкло.
- Угу, - обронил Гарри, подошел к окну и, опершись о подоконник, скрестил руки на груди. – Были времена, когда я считал Распределяющую Шляпу пережитком прошлого, но, похоже, своё дело она знает. На Равенкло действительно оказываются ребята, желающие и умеющие учиться… по большей части, - юноша чуть усмехнулся, вспомнив Чжоу Чанг.
- А ты что, сомневался в решениях Шляпы? - Эдвард поднял взгляд от чтения.
- Ну, как тебе сказать... Лично мне она заявила, что помимо Гриффиндора я великолепно подошел бы и Слизерину, а тот привел бы меня к величию кратчайшим путем. Так что допускаю, что и она — не истина в последней инстанции.
- Выходит, ты совсем не желаешь величия? - поинтересовался Норт, которого информация о раздумьях Шляпы по поводу судьбы юного Поттера не особо-то и впечатлила.
- Такого величия, каким его видит большинство слизеринцев, да и не только они — нет. Мерлин упаси меня от власти над миром или его половиной! Или даже четвертью... Но вернемся к теме, а именно — к Кристоферу. Обычную, «людскую» боевую магию он осваивает ударными темпами, еще немного - и с усиленной палочкой его можно будет брать на не самые сложные операции.
- Думаешь?
- Думаю. Защитить себя он точно сможет, а это, считай, уже полдела. Еще я думаю поднатаскать его в плане ближнего боя.
- А, по этой своей японской методике?
- Ну, объективно говоря, это вовсе не моя методика, ее разработали сотни лет назад. Я лишь слегка усовершенствовал ее, подогнав под нужды именно магов, которым не надо десятилетиями оттачивать движения, удары и искусство внутренней концентрации исключительно ради умения управлять каплями энергии. Прогресс пойдёт куда быстрее… но всё равно недостаточно быстро. Надо действительно взять у Фаджа один из министерских Маховиков Времени и с ним начать гонять пацана по-настоящему…
- Хм, - довольно хмыкнул Эдвард. - Маховик... Да, это неплохо. Можно за пару недель натренироваться, как за полгода, а то и больше. Но Гарри, не забывай, Крису необходимо тренировать не только руки, ноги и рефлексы. И учить не только магии. Не менее важно то, что будет у него в голове, чтоб на выходе не получился, как пугала нас Гермиона, лишь умелый и натасканный на свежую кровь молодой зверек.
- Не забуду, потому что иначе... - Гарри помедлил, мысленно анализируя, во что могут вылиться ошибки в воспитании юного Криса – если их допустить - и не заметил странного выражения – удовлетворения, смешанного с гордостью, мелькнувшего в глазах Норта. - Иначе у него не будет никакого будущего, а мы не ради этого его спасли. Так что я постараюсь привить ему нужное видение предмета. Может, не совсем верное с точки зрения либерального общества, но зато правильное и четкое. Очень постараюсь.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 237
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:43. Заголовок: Глава 02. Встречные ..


Глава 02. Встречные действия.


В честном питейном заведении «Василиск и Горгулья», как любили называть его хозяева, да и завсегдатаи, впрочем, тоже, жизнь шла, как и всегда, своим чередом. Звенела посуда, поскрипывала мебель, негромкие голоса посетителей сливались в единообразный гул, в воздухе витали неистребимые запахи алкоголя, пищи и табака. Окон в трактире, располагавшемся в подвальном помещении, разумеется, не было, а горевшие и днем, и ночью магические светильники давали только рассеянный свет, позволяя сумраку вольготно растекаться по углам. Это, впрочем, вполне устраивало посетителей: подавляющее большинство которых не любило яркого света и в прямом, и в переносном смысле.
И когда около десяти часов вечера в зал спустился чуть пошатывающийся человек, закутанный в плащ с надвинутым на лицо капюшоном, никто не повел и ухом.
А посетитель огляделся и, неровной походкой обходя подпирающие потолок деревянные, потемневшие от времени столбы с развешанными на них светильниками, проследовал в дальний левый угол зала. Там, за самым последним столом, спиной к обшитой деревом стене сидел в одиночестве человек, одетый почти точно так же, как новоприбывший – в тёмную мантию с капюшоном.
Посетитель подошел к столу и опустился – нет, скорее, рухнул на отполированную бесчисленным количеством задов скамью и издал негромкий, сдавленный стон.
- Вы оказались разумным человеком, мистер Мальсибер, - из-под темной ткани капюшона, прикрывающего лицо до половины, раздался спокойно-отстраненный девичий голос. - Вы пришли.
- Что... - прохрипел тот, кого назвали Мальсибером. - Что ты... со мной сделала?
Руки мужчины вцепились в столешницу, как бы превозмогая боль, но какие это были руки... Мелко трясущиеся, морщинистые, синюшно-бледные, с проступившими пятнами и темными, слабо пульсирующими прожилками вен.
Их хозяин дернул головой, и капюшон слегка сполз, открывая не менее бледное лицо с влажной, туго обтянувшей череп кожей и темными провалами глаз, белки которых были налиты пугающей, нездоровой краснотой. Короткая испанская бородка с усами на фоне почти белой кожи выглядела, как нарисованная углем на побеленной стене.
- Что... со мной... происходит? - с усилием выдавил волшебник.
- Я сказала вам ещё тогда, в Эпплби – вы умираете, - вполне спокойно и обыденно ответила незнакомка и откинулась назад, положив ногу на ногу. - Причем далеко не самой приятной смертью.
- Но я...
- Молчать. Я и так отлично знаю, что вы мне можете и хотите сказать. Так что слушайте внимательно и отвечайте только «да» и «нет». Начнем с самого главного… - Девушка слегка склонила голову набок. - Вы хотите жить?
- Да, - тут же, без малейшей заминки, ответил Мальсибер. Три прошедших дня настолько измотали его физически и морально, что он был согласен на что угодно, лишь бы мучения закончились.
- Хорошо. А вы понимаете, что если я сохраню вам жизнь, то она целиком и полностью будет принадлежать вовсе не вам, а одной мне?
- Да.
- Еще лучше. А то, что вы будете служить мне, как раб, как пес, только ради одной только возможности дышать и ходить по земле, вы осознаете? И если у меня возникнет хоть тень сомнения относительно ваших поступков, намерений… или даже мыслей, то нынешние страдания покажутся вам приятным отдыхом?
- Да, я на все согласен, - выдохнул волшебник. - Только... сделайте что-нибудь... Это... невыносимо...
- На все согласен. Что ж, просто прекрасно. Наклонитесь поближе.
Мальсибер навалился грудью на стол, и незнакомка, подавшись вперед, неторопливо протянула к нему правую руку с выставленными большим, указательным и средним пальцами. Из их кончиков плавно, как когти у кошек и их хищных собратьев, выползли три черных, острых и плавно загнутых острия с тускло горящими на них бирюзовыми кольцами неведомых знаков.
Резкий тычок в грудь, поворот, и гнетущая боль, с каждым днем всё сильнее и сильнее терзавшая Мальсибера изнутри, сменилась ослепительной болью-вспышкой, от которой перехватило дыхание, а сердце сбилось с ритма.
Мужчина рухнул лицом на стол, но вот чудо: стремительно вспыхнувшее в его теле ощущение, что тело распадается на миллионы бритвенно-острых осколков, столь же стремительно и гасло, как пожар в плотно закрытом помещении, мигом сожравший все топливо и кислород и тем самым убивший сам себя. Боль уходила, как вода в песок, а вместо нее... Сначала растеклось наслаждение от самого факта отсутствия боли, а потом... Потом сердце и странный, пульсирующий сгусток холода, поселившийся в правой стороне груди, заработали словно в унисон, в едином ритме, рассылая по телу непривычные, но приятные ощущения бодрости, силы, энергии… Но Мальсибер ощутил и еще кое-что. Все нарастающий, ноющий голод, проснувшийся, как ни странно, вовсе не в желудке, а наоборот – где-то справа под ребрами и отдающийся по всему организму короткими, мучительными спазмами.
- Я хочу...
- Молчать, - бесцеремонно оборвала его юная хозяйка. - Я лучше вас знаю, чего вы сейчас хотите. Съешьте это. Немедленно.
И на стол перед Ричардом плюхнулся прозрачный пакет с крупным куском чего-то красно-бурого.
- Что это? - поинтересовался Мальсибер, доставая чуть подмерзший пласт сырой плоти.
- Еще один вопрос...
- Простите, простите, как прикажете… - волшебник послушно и торопливо поднес ко рту рыхловатый кусок. Память о нескольких днях мучений обожгла его не хуже плети надсмотрщика.
Густой железисто-медный запах предложенного ему кровавого угощения проник в ноздри, и Ричард, было, отстранился, кривя губы от отвращения, но...
Потом он был готов поклясться - тело словно отреагировало само. Руки дернулись, челюсти сжались с болезненной судорогой в скулах, на лбу, на висках, из-под волос и на шее резко проступила сетка вздувшихся сосудов, в пересохший рот обильно хлынула слюна, и волшебник, склонившись, набросился на столь необходимый ему сейчас «исходный материал».
Разум Мальсибера как будто отключился или забился в страхе в дальний угол сознания перед лицом проснувшейся могучей, нерассуждающей, звериной тяги к выживанию, выживанию любой ценой. Потеряв всякий контроль над собой, маг пожирал человеческую печень, как изголодавшийся дикарь — жадно, с хрустом вгрызаясь крепкими зубами в еще не до конца оттаявшую плоть и не обращая внимания на струйки почти черной крови, текущие по его пальцам, щекам и подбородку. Лишь изредка, торопливо прожевывая окровавленным ртом жесткие от кристалликов льда куски, он исподлобья поглядывал на сидящую перед ним девушку пустыми, пронзительно-желтыми волчьими глазами.
Никто из посетителей «Василиска и Горгульи» подчеркнуто не обращал на них внимания; по местным меркам это считалось дурным тоном и могло повлечь неприятности самого определенного толка. Да и смотреть, собственно, было не на что. Мало ли что может есть человек, низко нагнувшись над столом? А что с таким энтузиазмом, так, должно быть, просто проголодался...
А Гермиона смотрела на это, не самое приятное и аппетитное зрелище безо всякой брезгливости. Наоборот, при виде перемазанного в подтаявшей крови лица Мальсибера, с которого как по мановению волшебной палочки слетели вся спесь и лоск, она чувствовала ровное удовлетворение и... даже легкую гордость, какую, наверное, испытывают ученые, наблюдающие за тем, как подопытный образец с лихвой оправдывает все их ожидания.
«Я с тобой еще поиграю... - и Грейнджер под капюшоном слегка прищурилась и провела кончиком языка по губам. - Похоже, из тебя выйдет славная игрушка...»
Ощущение того, что отныне этот человек, волшебник, Упивающийся Смертью, целиком и полностью принадлежит лишь ей, было восхитительным. А от открывающихся пусть еще туманных, но широчайших перспектив начинало сладко щекотать в голове и вдоль позвоночника.
Тем временем игрушка, еще не осознающая толком уготованной ей судьбы, окончила свою трапезу и медленно подняла лицо от окровавленных рук.
Ричард Мальсибер уже не напоминал ходячий полутруп, каким он был, когда только ввалился в «Василиска и Горгулью». Пятна с рук и лица исчезли, кожа приобрела здоровый розовый оттенок, глаза тоже стали нормальными и больше не пугали ни желтушным цветом, ни звериным взглядом. Он выглядел даже лучше, чем до ритуала, хотя это было и несложно: Упивающийся был уже немолод и вдобавок отсидел немалый срок в Азкабане, а это не прибавляет здоровья и, конечно, не улучшает цвет лица.
- Ну что, мистер Мальсибер, вам уже лучше?
- Это просто поразительно, но что все это... – от произошедшего Упивающийся впал в легкий ступор, начисто забыв, что ему совсем недавно говорили.
Но Грейнджер не собиралась делать свежеприобретенному рабу никаких скидок на шок. В ее лице что-то мимолетно изменилось, и невидимая исполинская рука схватила Ричарда сзади за шею и с размаху вмяла лицом в поверхность стола, да так, что что-то явственно захрустело - то ли доски столешницы, то ли его шейные позвонки.
- У вас очень короткая память, мистер Мальсибер, но я это исправлю. Кажется, вам было сказано, что на мои вопросы вы отвечаете либо «да», либо «нет». Еще раз ошибетесь — и буду вынуждена… Нет, не так – я с радостью прибегну к дрессировке, крайне для вас болезненной. Вам ясно?
- Да, - коротко просипел в стол полупридушенный маг.
- Хорошо, - и хватка ослабла. - Чтобы избегнуть дальнейших вопросов, я немного обрисую ситуацию. Вы отныне находитесь под действием некоего заклятия, известного в очень узких кругах. И это заклятие, без регулярного подкрепления с моей стороны и подкормки вас подобными деликатесами, самым натуральным образом начнет разлагать вас заживо. Учтите, я нисколько не шучу и не приуменьшаю. Так что если вы планировали немного подыграть наивной девушке, а потом как-нибудь да выкрутиться, я вас разочарую — с этого крючка вам ни за что не сорваться. По крайней мере, живым. Но оно же, это волшебство, при правильном к нему отношении даст вам дополнительные силы, здоровье, а при необходимости - даже спасет жизнь. Это понятно?
- Да, - снова коротко ответил волшебник, утирая разбитые в кровь нос и губы.
- Прекрасно. А теперь, собственно, о главном - ради чего вас оставили в живых при Эпплби и снабдили таким надежным поводком. Хотя, думаю, вы уже все поняли и так. Вы отныне будете нашими глазами, ушами, а при необходимости — руками и языком в стане Вольдеморта. Если хотите жить, конечно. Если же ваша преданность Темному Лорду не имеет границ, можете отказаться, вот только даже он не избавит вас от скорой мучительной смерти. Впрочем, что-то мне подсказывает, что раз уж вы пришли сюда, на встречу с заведомым врагом, то свою жизнь цените куда выше верности вашему змеемордому выродку. Как, я все верно поняла?
- Да.
- В таком случае давайте подробно обсудим детали. Где, когда и как вы будете носить нам в клювике нужную информацию. Но вначале подробно расскажите, что произошло, когда вы с остатками нападавших на Эпплби вернулись обратно пред красные очи вашего божка.
И Гермиона, видя, что Мальсибер молчит, выжидательно глядя на нее, с довольной полуулыбкой добавила:
- Разрешаю говорить больше, чем «да» и «нет».


***


Человек уже даже не кричал. Лежа навзничь на холодном и склизком полу каменного мешка, он лишь хрипло дышал и с монотонностью механизма скреб пальцами по каменным плитам, а липкая, жирная грязь забивалась под его кровоточащие, обломанные ногти.
На подбородке засыхала кровь из прокушенных губ. Взгляд темных глаз с неимоверно расширившимися зрачками был пуст - изощренные, растянутые во времени пытки, уничтожили личность бывшего слуги Вольдеморта столь же верно и необратимо, как поцелуй дементора.
Темный Лорд еще несколько секунд рассматривал корчащееся у его ног тело, а потом стремительно, так, что колыхнулись полы черной мантии, развернулся и направился к выходу.
- Избавьтесь от этого куска мяса, от него уже нет никакого толку, - презрительно бросил он через плечо жмущимся в темных углах прислужникам, и покинул подземный каземат.
Наплыв затуманившей разум, неистовой, почти безумной злобы, которая выплеснулась на всех, кто не успел благоразумно скрыться, уже давно прошел, и сейчас на Вольдеморта накатывал второй вал ярости - уже гораздо более холодной и осознанной.
И если первой его реакцией на весть о произошедшем под Эпплби, где ожидалась окончательная победа, был дикий и злобный вопль «Что?!!!», то следующую, не менее злобную и яростную, озвучило нетерпеливое шипение «Почему????», смертельно опасное, как у готовой напасть змеи.
И вот тогда у всего окружения Темного Лорда от страха волосы встали дыбом: даже самый тупой тролль в такой ситуации отчетливо понял бы, что от вопроса «Почему?» до «Кто виноват?» - всего один шаг.
И почти целые сутки ближайшие подручные Вольдеморта, у которых самих горела кожа и дрожали колени от щедро налагаемых их хозяином Круциатусов, торопливо волокли на допрос к господину трясущихся, пупырчатых от страха соратников всех мастей и калибров, а подземелья Хогвартса оглашали дикие крики и вопли, от которых прочие обитатели бывшей школы содрогались и старались оказаться как можно дальше от входа в подземелья - бывшей вотчины факультета Слизерин, где сейчас располагались темница, пыточные камеры и, собственно, резиденция Темного Лорда - Тайная Комната.
Однако, каких-то других, кардинально отличных от полученных в самом начале сведений конвейерные пытки не принесли. Яксли, перед тем как удрать от гнева повелителя в распад личности, ставший для него желанным избавлением от мук, сначала торопливо рассказывал, потом хрипло выдавливал, затем отчаянно кричал и, под конец, — обреченно скулил все время одно и тоже. Яксли, его командиры и рядовые волшебники, наобум выбранные из уцелевших, повторяли слова друг друга раз за разом под любыми пытками, а сеансы легалименции лишь подтверждали, что они не врут.
И по их показаниям выходило, что во всем виноваты переигравшие их авроры. Несмотря на то, что министерских псов было на порядок меньше, они исхитрились заманить вольдемортово войско в приготовленную для него смертельную западню. А затем, используя заклинания невероятной мощи, перебили всех великанов, почти всех оборотней и магов. И даже смогли сжечь дементоров.
Но то, что слуги не лгали, нисколько им не помогло и даже не облегчило их участь; хозяину надо было выместить на ком-то злость, и вдумчивые пытки для этого подходили лучше всего. Посыльный, замученный Круциатусом в самом начале, и двое простых Упивающихся, подвернувшиеся под Аваду взбешенного властелина, были не в счет.
Помимо Яксли и прочих неудачников, был еще один человек, с которым Вольдеморт очень и очень желал бы побеседовать в схожей обстановке. Но тот, проявив вполне ожидаемое от него изумительное чутье на опасность, успел скрыться, и его поиски пока ни к чему не привели.
Речь шла, разумеется, о Руквуде.
Этот высокий, худощавый и пронырливый хлыщ с волной зачесанных назад длинных, темных волос, чья спина так ловко гнулась в подобострастных поклонах, почуял неладное еще тогда, когда в Хогвартс начали аппарировать остатки разбитой армии Яксли. Почуял и быстро сообразив, чем именно это грозит конкретно ему, предпочел уйти, как истинный британец. А именно - не прощаясь. На то, что Вольдеморт согласится выслушать его объяснения, а не запытает в припадке ярости от такого поражения, он, хорошо зная норов своего повелителя, совершенно не надеялся, и в итоге оказался абсолютно прав.
Но сбежав, Августус Руквуд, сам того не желая и не ведая, сильно сыграл на руку и Гарри Поттеру, и министру Фаджу — ведь теперь у Тёмного Лорда не осталось и тени сомнения в том, кто именно работал на авроров, кто был виновен в утечке информации и в итоге – в столь катастрофическом поражении при Эпплби. Стоило только представить, что Руквуд — предатель, и все сразу вставало на свои места, делаясь понятным и объяснимым: и западня, расставленная аврорами, и ложные сведения о том, что Аврорат и Министерство Магии находятся на последнем издыхании, и абсурдные, противоречащие здравому смыслу разведданные о каких-то таинственных, неуловимых убийцах. Вот только понимание всего этого ничуть не успокаивало, а наоборот, выводило из себя еще сильнее.
Вольдеморт проследовал коридорами Хогвартса, буквально вымирающими по пути его следования, прошествовал по центральному спуску в Тайную Комнату и, неторопливо пройдя змеиную колоннаду, опустился в свое похожее на трон кресло, откинув назад голову.
Остро хотелось действовать, действовать, действовать, но Реддль заставлял сидеть себя неподвижно, понимая, что от поспешных шагов толку будет немного. И в качестве отдушины решил подумать о чем-нибудь приятном.
- Руквуд... - почти закрыв глаза, произнес Вольдеморт. Длинные пальцы медленно шевелились, словно что-то выкручивая или вырывая. - Неважно, сколько времени это займет, но ты заплатишь за все... Сполна заплатишшшь...
В последнем слове было столько злобы и шипящих обертонов, что оно больше походило на сказанное на серпентарго, чем по-английски. Нагини, свернувшаяся у подножья трона Вольдеморта, вздрогнула и начала обвивать подлокотник, подсовывая свою массивную, ромбическую голову господину под ладонь.
- Нагини... - Темный Лорд отвлекся от своих мыслей и ласково погладил прохладную змеиную кожу, понемногу успокаиваясь. - Лишь ты меня никогда не предашь. Ты и сестра. Остальным же нужны кнут и страх. И боль... Хвост!! - внезапно резко выкрикнул он.
Маленький неопрятный человечек с острой крысиной мордочкой выкатился буквально из ниоткуда и торопливо приблизился к своему господину, согнувшись в таком низком поклоне, что, казалось, еще немного — и он поползет к подножию трона на четвереньках.
- П-повелитель? - голос полный страха, срывался. Бывший мародер за последние сутки насмотрелся такого, что каждый вызов господина казался ему приглашением на эшафот.
- Мне нужны Малфой, Мальсибер и этот, как там его... все крутился рядом с Руквудом... - не меняя позы, произнес Вольдеморт.
- Пакстон, господин? - робко подсказал Петтигрю.
- Да. Всех троих сюда и быстро. Быстро!
- Слушаюсь, слушаюсь, господин! - пискнувший Питер буквально испарился, ушуршав со всех ног.


***


Слуги Темного Лорда хорошо понимали, что испытывать терпение своего повелителя точно не стоит, и потому очень скоро три облаченных в темные мантии силуэта, вошли в Тайную комнату и, остановившись в нескольких метрах от вольдемортова трона, согнулись в низких поклонах. Никто из них не осмеливался заговорить первым. Зеленоватый свет, идущий откуда-то из-за громадного барельефа Салазара Слизерина, делал их лица похожими на лики утопленников или восставших мертвецов.
Но существо, восседавшее перед ними, тоже безмолвствовало, глядя на склонившихся перед ним волшебников. Нечеловеческое лицо хранило выражение легкого презрения. Выждав, когда у прибывших затекут согнутые спины, а в душах закопошатся самые нехорошие предчувствия, Вольдеморт, наконец, произнес:
- Вы подвели меня. Все те, кто заполонил этот замок и его окрестности, как бесполезная мошкара, и вы, кто был со мной с самого начала. Вы провалили дело, сумев совершить почти невозможное — вырвать поражение из пасти верной победы. Вы. Меня. Подвели. И приговор за это может быть только один – смерть. - Он сделал паузу, насладившись видом посеревших лиц и судорожно дернувшихся кадыков. - Приговорены все поголовно. Тем не менее, вы и многие другие все еще живы. Хотите знать почему?
- Да, Повелитель, молим, скажите нам, - вразнобой ответила троица.
«Потому что иначе где ещё я найду столько рабов, к тому же готовых служить мне добровольно?» - подумал Вольдеморт, а вслух сказал:
- Все просто. Вы подвели меня, но пока не предали. Те же, кто предал... Вы видели и отлично знаете участь этих гнусных изменников. Блэк-младший, Каркаров, Яксли… А вскоре к ним присоединится и Руквуд, и ещё многие другие. Но вы... Считайте, что вы получили отсрочку, и как долго она продлится — зависит только от вас, вашей верности и вашей службы мне.
- Благодарим вас, Повелитель. Вы так милосердны...
Лицо Вольдеморта жутко исказилось, и одним слитным змеиным движением он вскинулся с трона. Пожиратели невольно отпрянули назад.
- Милосссерден?!! – прошипел Темный Властелин. Его глаза сузились, превратившись в горящие алым щели. - Я — милосерден?!! Круцио!!
Мощное пыточное заклятие накрыло всех троих, и Упивающиеся с воплями рухнули на пол, корчась у ног своего господина подобно полураздавленным червям. Вольдеморт выжидал, кривя безгубый рот в жуткой безжалостной улыбке. Наконец, вдосталь наслушавшись полных нестерпимой боли криков, метавшихся под высокими сводами Тайной комнаты, Темный Лорд отвел волшебную палочку и снова сел. Дождавшись, когда жертвы своих необдуманных слов отдышатся, поднимутся с пола и вновь раболепно замрут, он продолжил:
- Запомните, я — не милосерден. Я ничего не забываю и уж тем более – не прощаю. Мою м_и_л_о_с_т_ь вам ещё придется заслужить. А пока – будете ежедневно, потом и кровью доказывать, что мне есть резон хотя бы просто оставлять вас в живых… И вот мой первый приказ.
Длинный и бледный, костлявый палец указал на мужчину, стоящего крайним слева.
- Мальсибер. Взамен так быстро покинувшего нас Яксли я назначаю Рабастана Лестранжа. Потеряв всех близких, он полыхает ненавистью к аврорской сволочи и едва ли пойдет с ними не то что на сговор, но даже на минутное перемирие. А ты, Мальсибер... Что это с тобой, кстати? Выглядишь, как будто я только вчера вытащил тебя из камеры Азкабана.
- Я... был ранен в бою, мой Лорд,.. - пробормотал Ричард Мальсибер, который и так чувствовал себя далеко не лучшим образом, а после Круциатуса вообще еле стоял на ногах. - Еще не до конца оправился...
- Сейчас не время для болезней! - отрезал Вольдеморт, но тут же, с небрежным взмахом длиннопалой длани, добавил: - Но в виде исключения можешь отдохнуть один день. Вскоре мне понадобятся все твои силы.
Ты, Мальсибер, останешься таким же заместителем при Рабастане, каким был и при Яксли, но не спеши затаивать недовольство на своего Лорда. – Заметив, как метнулся в сторону взгляд Упивающегося, Вольдеморт проговорил: - Да, да, я легко могу читать ваши помыслы безо всякой легалименции. Ты неплохо показал себя в этом позоре при Эпплби, сумев сделать то, что не вышло даже у вашего никчемного фельдмаршала. Тебе не достанется возвышения и наград, но знай — твой господин верит тебе немного больше, чем другим, и со временем, если ты подтвердишь свою преданность, не забудет тебя вознаградить.
А пока следи за Лестранжем и если увидишь, что он нарушит приказ, усомнится в нём или ещё как-то начнет повторять ошибки своего предшественника — убей его не задумываясь, возглавь командование и приведи нас к победе.
- Слушаюсь, мой Лорд.
- Теперь ты, Люциус, - и палец указал на стоящего посередине Малфоя, чья ухоженная платиновая грива волос находилась в сильном беспорядке после последней «милости» его господина.
Никак не проявляя этого внешне, Люциус Малфой был очень недоволен. В последнее время, особенно после женитьбы Драко на сестре Темного Лорда, тот вел себя с Люциусом гораздо проще – не как с равным, разумеется, но как с тем, кто стоит всего на ступеньку ниже, заставляя весь Внутренний круг зеленеть от зависти к счастливчику. И вот внезапно все его привилегии сошли на нет, аннулированные громким поражением, и былое, униженное положение при Лорде неприятно напомнило о себе.
А Вольдеморт продолжал говорить:
- Твоей прямой вины в случившемся нет, но косвенная... Ты - моя правая рука, и ты должен был предвидеть такой вариант развития событий! Предвидеть и иметь на этот случай запасной план! Ведь это вы с Яксли готовили нападение, обернувшееся полным провалом!
- Я молю о снисхождении, господин, - Малфой склонился так низко, что коснулся длинными волосами пола.
- У тебя будет шанс реабилитироваться. Ты разработаешь новую стратегию, Люциус. Я желаю беспощадной, тотальной, жестокой войны на уничтожение. Я желаю, чтобы в Министерстве поняли: этой временной победой они меня только разозлили. В конце концов, одно проигранное сражение еще не означает проигранную войну. Наше возмездие должно быть скорым и страшным. Не щадить никого — ни женщин, ни детей, ни даже домовых эльфов. И не надейся, что ещё один твой провал останется безнаказанным, Малфой. Кем бы там не был твой сын, ты служишь мне.
- Истинно так, Повелитель.
- Так. Теперь ты, Пакстон... - потеряв всякий интерес к Малфою, Лорд шевельнул пальцами, подзывая самого молодого Упивающегося из согнувшейся перед троном троицы.
Тому было около тридцати или даже меньше. Тёмно-русые волосы были коротко подстрижены по бокам и сзади, но сверху – оставлены длинными и зачесаны назад. Чисто выбритое лицо, нос с легкой горбинкой, плотно сжатый рот… Ничего особенного или запоминающегося в его облике не было – если бы не глаза.
В их угрюмом взгляде странным образом сплетались ум, целеустремленность и безудержный оголтелый фанатизм и восторг при виде Вольдеморта. Этот молодой человек был, если так можно выразиться, «Упивающимся Смертью задним числом», и в Азкабан угодил через несколько лет после падения Темного Лорда – за невероятные по жестокости попытки продолжить его дело. Он присягнул на верность Вольдеморту сразу же после освобождения пленников Азкабана и за сравнительно небольшой срок успел привлечь его внимание всепоглощающим стремлением служить своему господину.
Барти Крауч-младший и Беллатрикс Лестранж спаянные воедино – вот что представлял собой Уильям Пакстон. Нерассуждающая преданность и одновременно – неплохие мозги, поставленные исключительно на службу Тёмному Лорду.
- Да, Повелитель, - Пакстон склонился перед Вольдемортом. Сейчас на его лице была написана сложная гамма чувств — обида, стыд и плохо сдерживаемая ярость. - Я... Я не заслуживаю вашего прощения, мой лорд. Руквуд... Предатель... Он был так близко, а я не смог разглядеть, распознать... Прикажите! Прикажите, мой Лорд — и я переверну небо и землю, но отыщу этого изменника!
- Успокойся, Пакстон, - видя ненаигранную искренность слуги, Вольдеморт смягчился. Самую малость. – Поиски предателя будут вести другие, а ты... Ты займешь его место. И я хочу, чтобы ты вычистил всю скверну из наших рядов, выжег ее каленым железом! Я желаю знать, кто еще находился в сговоре с Руквудом – он не мог проворачивать свои делишки в одиночку! И хочу быть уверен, что никто больше меня не предаст! Делай, что должен, и не останавливайся ни перед чем. Ты же не разочаруешь своего Лорда, не так ли, Пакстон?
- Ни за что, мой Повелитель! - истово ответил Уильям. Его глаза горели как уголья, и создавалось впечатление, что он уже сейчас готов тащить на допросы всех подряд, начиная с присутствующих. Получая приказы Повелителя, Пакстон становился подобен адской гончей, взявшей запах жертвы и спущенной с цепи. И не отступал, пока не выполнял их. И Темный Лорд, разумеется, знал это. Это, и еще многое другое.
Не знал он только того, что там, на другой стороне «игрового поля» магического противостояния в Англии, за спиной авроров и Фаджа стояла сила, для которой поражение Вольдеморта было делом принципа. И времени. И что эта сила собиралась закончить эту войну - как поставить детский мат в шахматах: в несколько ходов.
Но с другой стороны, Темный Лорд и не знал и кое-чего еще — что иная сила, стоящая за ним самим, частью которой он являлся, собиралась нарушить свой обычный нейтралитет, ибо само существование той, «первой» силы с некоторых пор для нее превратилось в личное оскорбление.
Война обычных магов грозила стать всего лишь детонатором, запальным шнуром для другого, куда более серьезного противостояния, способного раздуть пламя войны на все, как говорили в Даймоне, восемь сторон света — на их аналоги севера, юга, востока и запада, на небо и под землю, а еще — и в прошлое, и в будущее.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 238
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:48. Заголовок: Глава 03. Черного ко..


Глава 03. Черного кобеля — отмоешь добела.


А события в волшебном мире развивались по сценарию, Вольдеморту совершенно не известному и, тем более, им не предусмотренному.
Благодаря информации, полученной Гермионой от Мальсибера на их первом же «свидании», меньше чем через неделю после победы при Эпплби в результате двух одновременных, скоординированных атак, была освобождена главная школа Аврората в северной Шотландии и восстановлен контроль над волшебным сектором города Исборна. Последний служил своего рода «парадным входом» в магическую Англию со стороны Европы, а также таможенным и транзитным пунктом для всех волшебных товаров, импортируемых с материка.
Именно в связи с этим он и был атакован и успешно взят силами Вольдеморта ещё в самом начале активных военных действий. Захват этого города открывал самый простой путь для притока новых рекрутов в армию Тёмного лорда, навербованных его эмиссарами по всей Европе. Кроме того, через Исборн ввозились многочисленные черномагические артефакты и компоненты для зелий. Они и раньше просачивались через таможенный заслон тонким ручейком контрабанды, но с разгромом таможни этот ручеек моментально превратился в самый настоящий полноводный поток.
Но отныне он снова оказался перекрыт, и наёмники, желающие послужить Темному Лорду, были вынуждены прибывать мелкими группками, используя аппарацию и портшлюзы. Такой метод инфильтрации был неточен и граничил с серьезным риском, так как с помощью сети сигнальных чар, накрывшей побережье, и артефактов-детекторов Министерство могло вычислять место аппарации и сработавшего портшлюза.
И часто случалось так, что вновь прибывшая группа волонтеров вместо обещанного трудоустройства у Вольдеморта начинала свое знакомство с достопримечательностями Англии с теплых объятий бригады авроров и душевной порции «дубинок» и «телобинтов», более известных широкой публике, как заклинания «Ступенфай» и «Петрификус Тоталус». Продолжался же ритуал приветствия в отделе дознания Аврората, побывав в котором и плотно пообщавшись с радушными хозяевами, незваные гости туманного Альбиона почему-то разом, все как один, проникались пугающе сильной ностальгией по своим большим и малым Родинам и острым желанием вернуться туда как можно скорее. Чему авроры и способствовали в полной мере.
Освобождая Исборн и свою альма-матер, подчиненные Хмури действовали самостоятельно. В обеих операциях в качестве страховки присутствовали сначала Гарри с Рен, а потом Норт, но их вмешательство не потребовалось — бойцы, в достаточной мере овладевшие своим усовершенствованным оружием в битве при Эпплби, прекрасно справились сами, понеся минимальные потери. Азкабан, обзаведшийся к тому времени куда более серьезной охраной, по итогам двух «ответных ходов» принял на постой первую партию заключенных.
А потом, спустя сутки, грянула «информационная бомба», стараниями Поттера и Фаджа умело подготовленная и, что самое главное, - подорванная в наивыгоднейший момент. Будоражащие умы слухи о серьезных поражениях войск Вольдеморта буквально пронизывали магическое сообщество, и нервы простых магов, почти потерявших надежду, были напряжены, как струны.
Одновременно нескольким десяткам журналистов ведущих магических изданий Англии и Европы была подчеркнуто официально предоставлена, а, вернее, просто вброшена богатая информация об этих трех громких победах — планы, приказы, многочисленные колдофотографии, заранее сделанные по горячим следам, организованы выезды на места сражений и интервью с непосредственными участниками, а также — с наиболее разговорчивыми пленными. Все остальное пронырливые писаки сделали сами.
Но больше всего шуму наделала прямая трансляция со сравнительно короткой импровизированной пресс-конференции министра Корнелиуса Фаджа прямо с крыльца главного входа Министерства Магии.
Впрочем, импровизированной она показалась только несведущим; на самом же деле, она была искусно подгадана таким образом, чтобы практически совпасть со временем, когда во все редакции вернутся, а, точнее, вбегут сломя голову журналисты, перегруженные сенсационными репортажами с мест боев, снимками, материалами допросов пленных, и начнут требовать от главных редакторов все первые полосы.


***


- Министр! Министр! - многочисленные корреспонденты заметили показавшегося на широком крыльце Министерства Корнелиуса Фаджа в его легко узнаваемом котелке. Едва начали распространяться невероятные слухи о переломе в ходе войны журналисты большинства магических газет и корреспонденты колдовского радио оккупировали все входы и выходы правительственного здания, только что не устраивая охоту на любого работника Министерства Магии, потенциально способного предоставить хоть какую-то информацию. И вдруг такая улыбка фортуны – сам министр. Подобную добычу нельзя было упускать просто так, и толпа разом подалась вперед. Особенно усердствовала Рита Вритер. Размахивая блокнотом, скандальная журналистка беззастенчиво напирала грудью на авроров, взявших министра и сопровождавших его лиц в профессиональную «коробочку» личной охраны.
- Министр! Министр! Буквально несколько слов о нынешнем положении дел для читателей «Ежедневного Пророка»! – взывала она, потрясая своими обесцвеченными кудряшками и не особо надеясь на успех. До сих пор всякий раз, как этой пронырливой особе удавалось чудом подловить министра, тот либо торопливо аппарировал вместе со своим окружением, либо отступал обратно, под прикрытие стен Министерства, куда журналистам без особого распоряжения вход был закрыт.
Но тут случилось невероятное — министр остановился, задумавшись на мгновение, и повернулся к репортерше, сделавшей стойку, точно охотничья собака:
- Что ж, мисс Вритер, пожалуй, я могу уделить вам некоторое время и ответить на ваши вопросы. Ваши и всех, кто здесь собрался.
Как ни были ошарашены такой новостью работники прессы и радио, они вмиг заполонили крыльцо, окружив министра и его сопровождение полукольцом. Толпа дружно запестрела блокнотами, а микрофоны корреспондентов волшебного радио нависли над головами и придвинулись ближе.
- Министр, самый главный вопрос - как вы прокомментируете сведения о нескольких поражениях, нанесенных силами правопорядка темным магам Того-Кого-Нельзя-Называть? - Рита Вритер не собиралась упускать преимущество и начала торопливо задавать вопросы. – Общество заполонили совершенно невероятные слухи…
- Мисс Вритер, ни Министерство, ни Аврорат, ни я лично не имеем к слухам ни малейшего отношения, - по-отечески, с укоризной глядя на Риту, прервал ее Фадж. - Более того, предположения, что министерство может как-то комментировать какие-то слухи, или, чего доброго, способно само их распускать, простительны разве что вчерашним школьникам, но никак не взрослым, разумным людям.
- Но министр...
- Довольно, мисс Вритер, - и Корнелиус Фадж мягко поднял ладонь, отсекая все возможные возражения. - Эти шепотки с Косого переулка можно обсуждать бесконечно, а время нынче дорого. Чтобы пресечь все домыслы и внести ясность, думаю, разумней всего будет сделать официальное заявление.
Клонящееся к заходу солнце заливало всю площадь перед Министерством красноватым светом уходящего дня. Фадж шагнул вперед, и его тень из малозаметного пятна под ногами скачком вытянулась в пятиметровый силуэт, накрыв фасад Министерства и в какой-то степени символизируя то, что должно было сейчас произойти.
Спокойным голосом, как будто зачитывая обычную метеосводку, министр проговорил:
- Леди и джентльмены! Я хочу сообщить вам, что на истекшей неделе вступил в действие третий, заключительный этап общего стратегического плана противодействия силам преступного темного мага Томаса Марволо Реддля, также известного, как Вольдеморт. И в рамках этого плана силы Аврората Министерства Магии провели три успешных военных операции. В ходе первой была осуществлена успешная оборона учебно-подготовительной базы N2 Аврората от превосходящих сил противника, две другие являлись наступательными. Их итогом стало освобождение главного учебного центра Аврората в северной Шотландии и восстановление контроля над городом Исборном на восточном побережье. Силы противника были полностью разгромлены, понеся огромные потери в живой силе. Несколько десятков человек взято в плен.
На крыльце воцарилась такая тишина, что стало слышно, как по-вечернему прохладный ветерок шуршит страницами блокнотов и листвой близлежащей липовой аллеи.
Неизвестно, что шокировало собравшихся больше: сама сенсационная суть заявления, уничижительно-казенное «Томас Марволо Реддль, также известный, как Вольдеморт», классифицировавшее Темного Лорда, как какого-то банального уголовника, или тот факт КАК именно, равнодушно-буднично и немного устало, министр все это произнес.
А потом началось...
Журналисты заговорили все разом, пытаясь перекричать друг друга, и в поднявшемся гаме невозможно было разобрать ни слова.
- ПОЖАЛУЙСТА, ТИШЕ!!! - громыхнул с верхних ступенек министр голосом, усиленным «Сонорусом». И, когда все успокоились, уже обычным тоном продолжил: - Еще один ваш вопрос, мисс Вритер. Потом, прошу прощения, право спрашивать перейдет к другим.
- Это... это... потрясающая новость, - матерая журналистка была, казалось, впервые в жизни выбита из седла и теперь судорожно пыталась сообразить, о чем ещё следует спросить. - Но... Но... Но кому мы обязаны такой внезапной победой?
- Хороший вопрос, мисс Вритер, - кивнул Фадж. - Очень хороший, но немного не своевременный. Магический мир Англии еще узнает имена своих героев, но война продолжается, и мы не станем спешить их раскрывать. По крайней мере, все. А пока я могу сказать, что победой мы обязаны новому оружию, скрытно разработанному в Отделе Тайн, беспримерной храбрости авроров, своими жизнями купившими время на его создание, и еще многим, многим другим людям, которых мы в свое время почтим — кого наградами и овациями, а кого — наградами и минутой молчания. И неувядающей славой. И все это будет очень скоро, потому что победа не за горами.
На этот раз пауза была еще короче — она длилась ровно столько, сколько требовалось, чтобы отложить, сунуть в карман блокнот или микрофон и начать хлопать в ладоши. Аплодировали все: и корреспонденты с помощниками, и работники министерства, оказавшиеся на крыльце, и простые волшебники, прибившиеся к толпе, чтобы услышать речь министра. Рукоплескания были бурными, но вскоре стихли: всем хотелось знать подробности.
Вопросы посыпались, как из рога изобилия.
- Скажите, министр, а как вы объясните постоянное отступление, захват Упивающимися Смертью целых городов и районов страны и столь долгое отсутствие каких-либо ответных инициатив от Министерства? Очень многие уже полагали, что война окончательно проиграна, и полагали не без оснований.
- Я ждал этого вопроса, - лицо Корнелиуса посуровело, резко обозначились складки на переносице и у рта. - Вы, господа, знаете лучше всех, как выглядело в начале этой войны Министерство Магии, да и чего уж тут скрывать — я сам. Не самым лучшим образом, и это еще мягко говоря. Но такие действия были необходимы, как часть маскировки главного плана. Они преследовали сразу несколько целей. Выгадать время для завершения разработок Отдела Тайн — это раз: кто станет спешить добивать полумертвого врага? Заставить противника потерять осторожность - это два. Когда ты целиком и полностью уверен в победе, бдительность ослабевает. Выманить его главные силы и навязать им открытый бой, как произошло в битве при Эпплби — это три. Так что всем нам, посвященным в истинный план, пришлось сжать кулаки, стиснуть зубы, терпеть и ждать, не отвечая на обвинения в трусости. Болезненные уколы для гордости, конечно, но я и коллеги жертвовали всего лишь репутацией, тогда как другие, вынужденные сражаться с численно превосходящим врагом, жертвовали жизнями. Но, повторюсь, так было надо.
Присутствовал и еще один важный момент - нам было необходимо время не только на разработку оружия, но и на подготовку человека, который уже сыграл и еще сыграет важную роль в противостоянии нашему общему врагу — Вольдеморту. Позвольте же представить вам этого человека!
И стоявший справа от министра Гарри сбросил капюшон мантии.
Все продолжавшая увеличиваться толпа изумленно ахнула, как один человек. Сегодняшний вечер был вообще богат на невероятные события, но это превзошло все ожидания. Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил и считался не то убитым Темным Лордом, не то без вести попавшим, оказывается, был жив, здоров и более того — уже участвовал в битвах против Вольдеморта! Явление Поттера народу вызвало очередной шквал вопросов, и Гарри, сохранявший на лице смущенную улыбку, присоединился к пресс-конференции.
- Нет, я не держу зла на мистера Фаджа за прошлые публикации в «Пророке», он просто был неверно информирован своим ближним окружением. Да, кстати, среди него вполне могли находиться и агенты Темного Лорда.
- Я никуда не пропадал. Мне просто нужно было время, чтобы пройти необходимую подготовку, ведь не может же вчерашний студент Хогвартса прямо со школьной скамьи идти на войну?
- Когда возрождение Вольдеморта уже не вызывало сомнений, именно мистер Фадж продумал костяк плана, и умело использовал в нем даже собственные ошибки и прошлые заблуждения.
- Да, как видите, он сработал, и теперь мы больше не будем играть в поддавки. Мои ближайшие планы? Я буду сражаться. Разве можно оставаться в стороне, когда люди в тебя верят?..
После этих слов Корнелиус, который, не вмешиваясь, стоял рядом с юношей, выступил вперед, слегка закрыв Гарри от публики.
- Ну, довольно, довольно, позвольте нашему юному герою перевести дух, - проговорил министр, прерывая бесконечную череду вопросов, обращенных к Поттеру. – Как все мы смогли убедиться, бойцы Вольдеморта были хороши только в тайной, партизанской войне. Против регулярных войск они не выстояли. А больше партизанить мы им не дадим.
И Фадж хитро и недобро прищурился, подняв вверх указательный палец. Тут же засверкали блицы и вспышки фотоаппаратов, запечатлевая министра для будущих газетных передовиц.
А эстафету вопросов переняли журналисты других изданий.
- Вы утверждаете, что не позволите Тому-Кого-Нельзя-Называть вести тайную войну. Что это значит?
- Только то, что было сказано, уж простите за прямоту. Это значит, что отныне инициатива в этой войне будет исходить от нас. Если мы все — авроры, чиновники и простые люди, сплотимся в единый фронт и вместе выступим против общей угрозы, то продлится эта война ровно столько, сколько потребуется, чтобы выкурить Вольдеморта и его прихвостней из их змеиных нор и уничтожить. По сути, Темный Лорд и его Упивающиеся – уже прошлое.
- Именно уничтожить? Вы не предложите им сдаться на каких-либо условиях, не посулите никакой амнистии?
- Предлагать им сдачу? Да еще и амнистию? Как такое вообще могло прийти вам в голову?! - Лицо министра, обращенное к молодому журналисту, задавшему вопрос, потемнело от сдерживаемого гнева. - Молодой человек, я могу вам показать материалы с мест, где развлекались люди, об амнистии которых вы говорите с такой легкостью. Там только ужас, кровь и смерть. И невинные жертвы, большая часть которых - женщины и дети. Впрочем, зачем далеко ходить — просто посетите больницу святого Мунго, а потом спросите себя сами, найдутся ли у вас силы прощать и миловать тех, кто творит подобное! Так что никакого прощения и амнистии! Либо капитуляция на наших условиях и публичный суд, либо смерть. – Твердый голос Фаджа высекал слова, как в граните. – Если враг не сдается – его уничтожают.
От такого вердикта толпа снова разразилась бурными овациями.
- К сожалению, у меня мало времени, - дав людям выразить свою радость, сказал Корнелиус и демонстративно взглянул на карманные часы, - поэтому сейчас мы все вынуждены откланяться. Но могу вас утешить - отныне я буду общаться с прессой не реже раза в неделю, а в случае крайней необходимости с вами свяжутся люди из пресс-службы Министерства. Таким образом, вы сможете получать сведения для ваших слушателей и читателей прямо из первых рук.
А пока я советую вам всем вернуться в свои редакции, - тут министр лукаво улыбнулся, - потому что туда наверняка уже прибыли ваши коллеги-корреспонденты, которым Аврорат и Министерство сегодня организовали выезды на места сражений и снабдили официальными снимками и богатыми материалами для публикаций.
Лучшего способа одним махом разогнать толпу журналистов просто не существовало. Министр едва успел закончить фразу, а они уже кинулись врассыпную, чтобы во время торопливой аппарации не зацепить кого-нибудь постороннего. Площадь перед Министерством огласили многочисленные хлопки.
На ступеньках остались лишь Фадж, Гарри, авроры из числа охраны и зеваки, угодившие волей судьбы на это судьбоносное представление. Поттер негромко прочистил горло, и министр, на лету уловив, что от него требуется, произнёс:
- Гарри, мальчик мой, давай ненадолго отойдем.
- Конечно, господин министр, - открыто улыбнулся Гарри и послушно направился за Корнелиусом. Едва они оказались на достаточном расстоянии от эскорта, улыбка Поттера из по-детски открытой стала довольно-покровительственной. Гарри снял очки и прикрыл глаза, подставив лицо уже не жарким лучам солнца.
- Вы молодец, мистер Фадж. Просто прирожденный актер! Впрочем, вы же политик, а это, в некотором смысле, одно и тоже. Все прошло просто превосходно, завтра с утра пресса грохнет такие полосы, что весь волшебный мир взовьется на дыбы. А Реддль начнет драть от злобы волосы у всех своих прислужников — своих-то у него нет. Надо, кстати, позаботиться о вашей охране: после такого заявления к вам вполне могут и убийц подослать.
Видя, как вздрогнул при этих словах министр, юноша поспешил его успокоить:
- Не пугайтесь, я уже говорил, что пока вы на моей стороне — бояться вам нечего. А мы пока подготовим старине Волди еще одну плюху. В общем, почин сделан, и теперь самое главное — выгодно и с толком использовать его.


***


А на следующий день магическая Англия словно взорвалась. Нет, это не было то восторженное, ликующее празднование, которому предались все волшебники в день, когда узнали об исчезновении Сами-Знаете-Кого. Ведь новости сообщали не о полной победе, а лишь о крупных тактических успехах, и все-таки… Люди радовались им не меньше, а тот, кто реагировал сдержанно, вызывал у окружающих настороженную неприязнь. Имели место даже несколько случаев нападений и попыток физической расправы над представителями чистокровных аристократических семей, чьи члены, по мнению нападавших, проявляли недовольство победами авроров и, соответственно, были заподозрены в сочувствии к Темному Лорду.
Последние события обсуждались и в Косом, и в Лютном переулках, в очередях в «Гринготтсе», да и просто на улицах, где встречались волшебники числом более двух.
Газеты, выходящие удвоенными тиражами, приковывали взгляд к заголовкам на первых страницах:

«ПЕРЕЛОМ В ВОЙНЕ?»
«ТРИ СРАЖЕНИЯ ПОДРЯД!»
«ОТДЕЛ ТАЙН — КУЗНИЦА ПОБЕДЫ».
«ФАДЖ УТВЕРЖДАЕТ: ВОЛЬДЕМОРТ - УЖЕ ПРОШЛОЕ!»
«ТЕМНЫЕ МАГИ ОТСТУПАЮТ!»
«ФАДЖ И ПОТТЕР — НАШ ПОБЕДОНОСНЫЙ ДУЭТ?»

Развороты пестрели многочисленными колдографиями. Перепаханная, сожженная, но так не взятая врагом героическая база в Эпплби. Частично разрушенное здание отвоеванной штаб-квартиры шотландской базы с реющим над ним флагом Аврората — золотой крылатой волшебной палочкой с перекрещенными молниями на бордовом фоне. Снятые на его фоне перевязанные, но бесшабашно улыбающиеся авроры - все с орденами Мерлина поголовно.
Машина пропаганды заработала на полную, особенно сильной вышла одна колдография: снятая издалека общая могила, а в ней – штабель тел погибших врагов. Подпись под снимком гласила: «Они шли, чтобы убить всех нас. Вышло иначе».
Но главные места на передовицах всех газет сплошь занимали изображения министра магии. Фадж смеющийся, отечески обнявший за плечо смущенно улыбающегося Гарри Поттера. И Фадж другой – с суровым лицом, жестким прищуром и поднятым вверх пальцем, как бы озвучивающий еще один заголовок: «ВРЕМЯ ИГРЫ В ПОДДАВКИ ЗАКОНЧИЛОСЬ».
Общественное мнение, как бурная река, направленная в нужное русло, стремительно понесла свои воды во вполне предсказуемом направлении, подняв на гребень высокой волны Фаджа и Поттера.
Все газеты, начиная от флагмана английских магических печатных изданий «Ежедневного Пророка», и кончая заштатным «Бюллетенем общества любителей скучечервей» с тиражом в сто экземпляров, а также шедшие по колдовскому радио интервью с различными знаменитостями, так или иначе муссировали главные темы обсуждения — стратегический гений Корнелиуса Фаджа, храбрость, проявленная аврорами на поле боя, и воюющий с ними плечом к плечу юная надежда всего магического мира — Гарри Поттер.
И если Гарри относился к ажиотажу вокруг себя с полным равнодушием, хотя и без запинки отыгрывал им же самим написанную роль, то для Фаджа жизнь в один миг стала одной большой молочной рекой с кисельными берегами. Все, что сулил Гарри министру магии в том памятном разговоре, произошедшем в его кабинете после смерти Амбридж, все это сбывалось.
Простой народ рукоплескал ему на улицах, работники министерства вновь встречали его не формальным приветствием, а улыбками, рукопожатиями, а некоторые — даже поклонами. И в чиновниках высокого звена и членах Визенгамота, кто наиболее рьяно и настойчиво теперь поздравлял его с переломом в войне и восторгался его умом и прозорливостью, Фадж безошибочно узнавал тех же самых людей, которые первыми стали смотреть на него, как на пустое место. Тех, что отворачивались и почти перестали здороваться, когда всем казалось, что Тёмный Лорд уже стоит на пороге. На таких подчиненных пристальный взгляд министра словно ставил невидимое клеймо, чтобы впоследствии избавиться от них: Фадж был мстителен и злопамятен.
Но были и другие работники Министерства, чем-то сильно напоминавшие авроров Хмури. Которые даже в то время, когда в коридорах Министерства магии сквозила почти осязаемая безнадежность, не отворачивали от него лица. В их глазах нередко скользила жалость или лёгкое презрение, но не было отвращения – как к живому трупу, лишь по непонятной случайности еще бродящему по земле. Вот эти люди теперь смотрели на него с искренним интересом и уважением, а при встрече — крепко жали руку и всегда находили пару добрых слов, от которых у старого политика Фаджа в глубине души иногда еле-еле, но все же дергалось что-то, что у обычных людей называется совестью.
А ещё министр начинал смутно подозревать, что большую часть своей политической карьеры опирался не совсем на тех людей, на которых бы следовало.
Невероятное моральное удовлетворение Фаджу принесла картина толпящихся в его приемной членов высокородных семей, которые не были прямо уличены в поддержке Упивающихся Смертью, и уж тем более не переходили на сторону Вольдеморта открыто, как те же Малфои, Эйвери или Нотты.
Публикации в газетах только успели прогреметь, как волшебная аристократия тут же явилась засвидетельствовать министру своё почтение и уверить в полной поддержке и эти благородные господа, нынче с неприкрытым энтузиазмом выражавшие готовность облечь понятие «поддержка» в любые возможные формы, вызывали у Корнелиуса самые разнообразные желания.
Например, схватить этих еще вчера таких надменных магов за воротники их баснословно дорогих фамильных камзолов и костюмов, пошитых на заказ в лучших магических ателье Европы, и, рывком подтянув их поближе, очень ласково поинтересоваться, а где все они были неделю, месяц, два месяца назад? И, внимательно глядя в их испуганные глазки, спросить, как уважаемый маг Такой-то смотрит на то, что его нынче же объявят пособником Того-Кого-Нельзя-Называть? Объявят, осудят и отправят обживать дощатые нары одной из общих камер Азкабана, а все его финансовые активы будут реквизированы на оборонные нужды по законам военного времени. Да и в фамильном особняке тоже будет устроено что-нибудь полезное. Например, конюшня для гиппогрифов, сиротский приют или аврорская казарма для размещения пополнения.
Самым интересным было то, что в данный момент министр легко м_о_г позволить себе такое и вполне это сознавал. Не со всеми, разумеется, но с двумя-тремя — запросто. И общественность ничуть бы не возмутилась действиям новоявленного спасителя. Чистокровные семейства наверняка бы промолчали из опасения стать следующими в проскрипционном списке, а простые обыватели были бы только рады показательному суду над богатенькими прихвостнями их главного врага.
Но как только от этих сладких мечтаний у Фаджа начинали подрагивать руки, а ноги сами несли хозяина в сторону очередного чистокровного, сладко улыбающегося сукина сына, перед ним вставал отрезвляющий образ черноволосого парня в очках. Парень сидел в кабинете министра, за его столом и в его кресле, и спокойно, внятно читал ему наставления, мерно постукивая пальцами по полированной дубовой столешнице:
- Я более чем уверен, что аристократия и знать волшебного мира, все те денежные мешки, что ранее щедро вас спонсировали в обмен на некоторые услуги, а потом дружно от вас отвернулись, наперегонки кинутся осаждать вашу приемную, дабы успеть прогнуться первыми. Ну, кроме тех, кто уже бесповоротно, целиком и полностью, замарались как слуги или сторонники Вольдеморта.
Так вот, вы не должны встречать их приветливо, как будто ничего не случилось, и уж тем более — показывать, что хоть немного, но снова рады их поддержке.
Заметив, как при этих словах исказилось лицо Фаджа, Гарри кивнул головой:
- Ага, я понял... Того, что они отвернулись от вас в трудную минуту, вы им никогда не простите. И это, в принципе, верно. Друзья или, по крайней мере, союзники, познаются как раз в таких ситуациях.
Но я должен вас предостеречь и от другой крайности: не вздумайте тут же с упоением начинать их гнобить и втаптывать в грязь. У вас будет достаточно времени, чтобы вдосталь попрыгать на их спинах - просто подождите. Месть, знаете ли, не имеет срока годности, успеете еще. Ведите себя строго официально, сухо и корректно, будто вам без разницы, кто именно перед вами — набитый золотом чистокровный маг в двенадцатом колене или безродная поломойка из «Дырявого Котла».
Во-первых, это хорошо впишется в ваш нынешний, новый имидж, а, во-вторых, такое отношение нагонит на высокородных страху куда больше, чем если бы вы на них орали и топали ногами. Отсутствие ярко выраженных эмоций наглядно продемонстрирует, что вы почти не заметили их прежних попыток держаться на расстоянии, а сейчас и подавно не нуждаетесь в их поддержке. Ну, а уж потом, после окончательной победы — делайте с вашими бывшими благодетелями, что хотите, мне их судьба нисколько не интересна.
- Да Гарри, как скажешь.
- Вот и отлично. И не забудьте, пока ваша первейшая задача — продолжать лепить и укреплять свой новый образ.
Рабочий график министра магии, да и жизненный ритм вообще, с некоторых пор стали крайне насыщенными и разве что не трещали по швам. Но Корнелиус во всем придерживался неуклонно-четкой линии поведения: сдержанно принимал бесчисленные поздравления, без конца повторяя, что заслуга в успехах вовсе не его, а магов-ученых и авроров, и благодарить нужно в первую очередь их. Когда же журналисты на бесконечных интервью просили назвать имена и вообще, побольше рассказать о героях, окруженный аврорами-телохранителями министр моментально каменел лицом. Далее неизменно следовало сухое напоминание, что уважаемые господа журналисты, может, и не в курсе, но война ещё не закончена. И разглашать подобные сведения – значит, работать на руку врагу, который не замедлит использовать информацию в своих целях. После подобной отповеди даже прожженные акулы прытко пишущего пера начинали суетливо извиняться, чувствуя себя первоклашками, сморозившими глупость в ответ на вопрос учителя.
В целом, Фадж полностью следовал инструкциям Гарри Поттера и, видя, что они работают исключительно ему на пользу, снова и снова убеждался, что в тот раз чутье подсказало ему единственно верное решение. И возносил хвалу всем богам, которых мог вспомнить, и Мерлину впридачу за то, что у него самого хватило ума этого чутья послушаться.
А тем временем авроры совместно с группой Гарри уже заканчивали разработку нападения на второе по величине после Хогвартса сосредоточие сил Вольдеморта - замок Бамбург, расположенный в графстве Нортумберленд.
Если верить сведениям Гермиониного подопечного, а не верить им основания как-то не было, то в этом замке, а, вернее, не столько в нем самом, сколько в громадных подземельях, тянувшихся под ним на многие мили, были размещены отборные отряды Упивающихся, содержались тролли, инферналы, часть имеющихся у Вольдеморта драконов, которых тот использовал при нападении на Хогвартс, а также их яйца и яйца василисков, и еще многое другое. Разорить такой гадюшник следовало при первой же удобной возможности, и объединенные силы авроров Хмури и личной Поттеровской армии готовились к предстоящему непростому штурму со всем терпением и тщательностью. Согласно прогнозам аналитикам и предположениям самих бойцов, сражение обещало быть очень нескучным.


Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 239
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:49. Заголовок: Глава 04. Слухи, сде..


Глава 04. Слухи, сделки и незваные гости.


До начала предполагаемой операции оставалось ещё около полутора недель, когда Гарри, воспользовавшись имевшимся у него прямым каналом связи, вызвал на встречу своего давнего знакомого – Бритву Вэнса. Уголовный авторитет не заставил себя долго ждать.
Рандеву состоялось через день в том же месте, что и прежде – каменном складе, сплошь заставленном ящиками, бочками и тугими, объемистыми кулями, где-то на задворках Лютного переулка.
Правда, на этот раз «джентльмены удачи» встретили Гарри и Рен куда учтивее – без смешков, глумливых ухмылок и демонстративной игры в обыск. Даже более, чем учтиво: внутри гости не заметили никого из знакомых по прошлой встрече мордоворотов, с которыми белокурая подруга Поттера так неласково обошлась, практически вытерев ими пол. Но в центре склада стояли, как и тогда, три стула и накрытый белой скатертью стол с безалкогольными напитками и сладостями.
И присутствовал Бритва Вэнс, сидевший за столом и задумчиво постукивавший по наполовину пустому, высокому бокалу с соком стеклянной палочкой с расплющенным концом, выполнявшей роль чайной ложки.
- Хмм, сэр, неужели мы опоздали? - нахмурился Гарри, вскользь бросив взгляд на хронометр на левом запястье. - Мои часы вроде бы не отстают...
- Нет, нет, - неторопливо покачал головой его собеседник. - Это я пришел немного раньше. Рад вас видеть, Гарри.
- И вам добрый день, мистер Вэнс, - Поттер и Рен присоединились к хозяину за столом. Юноша налил питья себе и своей спутнице, сделал небольшой глоток и выпрямился, откидываясь на спинку стула. Вэнс продолжал мерно постукивать палочкой по бокалу, не сводя глаз с Гарри. Поттер оценил его взгляд. Один из предводителей криминального мира смотрел на него... нет, без страха, но как-то по-новому, иначе, чем в прошлый раз. Тогда выражение его лица красноречиво свидетельствовало о том, что одетый с иголочки и чуть вычурно один из королей преступного мира относится к Гарри, как к коту в мешке, испытывая искреннее любопытство с оттенком веселья. И, что важнее, не пытается это скрыть. Теперь все было иначе. Вэнс имел достаточно времени и возможностей, чтобы убедиться: этот черноволосый парень, безмятежно глядящий на него сквозь тонкие стёкла очков, слов на ветер не бросает. И данный факт представлял криминальному главарю богатую пищу для размышлений. И соответствующих выводов.
- Как ваши дела, мистер Вэнс? – первым нарушил слегка затянувшееся молчание Гарри и вполне доброжелательно улыбнулся. – Надеюсь, сбор и поставка информации для нас не доставила вам особых хлопот?
- Полноте, Гарри, какие еще хлопоты? – франт легкомысленно махнул рукой, по-прежнему не сводя с Поттера внимательного взгляда. – Я только отдал распоряжение; для того, чтобы рыть носом землю и бегать по всем тавернам, ночлежкам и притонам есть другие. Впрочем, насколько я понял, вы остались довольны работой моих ребяток?
- Абсолютно, - и Гарри чуть наклонил голову. - Ваши люди пересылали нам столько сведений, что мы порой не успевали на всё реагировать. Но вы, в свою очередь, тоже должны быть удовлетворены. Министр Магии Корнелиус Фадж даже не вышел, а выехал из своей, мягко говоря, непростой ситуации, как самый настоящий рыцарь-освободитель – на белом коне, в сияющих доспехах и под аплодисменты восторженных масс. Кстати, могу вас порадовать и еще кое-чем. Как я и предвидел, в кулуарах Визенгамота уже сейчас всерьез обсуждают вопрос о пожизненных полномочиях нашего министра. А после окончательной победы он наверняка будет поставлен на голосование и решен с вполне очевидным результатом. Так что я, с моей стороны, тоже выполнил свою часть договора и, само собой, не отказываюсь от обещания в случае чего замолвить за вас словечко. За вас или за того, за кого попросите вы. Пока все играют по правилам, я тоже их неуклонно придерживаюсь.
Этой фразой Поттер мягко подчеркивал, что от своих слов не отказывается – несмотря на то, что может себе это позволить, и притом совершенно безнаказанно. И одновременно недвусмысленно давал собеседнику понять, что если кто-нибудь попытается нарушить установленные договорённости, он ответит адекватно.
Вэнс отложил стеклянную палочку и медленно наклонил голову, словно бы о чем-то задумавшись, и так же медленно поднял её. Сообщение было принято.
- Да, Гарри, с вами приятно иметь дело, - и один из лидеров теневого мира немного расслабился. - А ведь, говоря по чести, - уголки губ Гарри чуть дрогнули, но Вэнс то ли не заметил, то ли сделал вид, - никто из членов нашего, так сказать, узкого круга до самого конца не верил даже в малейшую для нас выгоду, а не то, чтобы в подобный результат.
- Уж не хотите ли вы сказать, что сами поверили мне тогда целиком и полностью? – прищурившись, с лёгкой насмешкой произнес Поттер.
- Скажем так: сначала – где-то на три пятых, - Вэнс тонко улыбнулся в ответ, приподняв свои холеные усики. - Ведь я все же присутствовал при небольшой демонстрации ваших возможностей. К слову, миляга Джо Бочарник так и не оправился толком от вашей дружеской беседы. Сейчас он ужасно заикается, временами пускает слюни и, как говорят, редко когда успевает вовремя в уборную. Ну да Мерлин с ним, с бедолагой, дело по сути даже и не в нем... Просто спустя некоторое время я тактично навел справки и выяснил, что именно происходит в местах, куда вас наводят мои люди. Вот тут-то, пожалуй, я и уверовал в ваши слова целиком и полностью. А, будучи посвящен в некоторые подробности ваших… эээ… акций, понял, что ваша фраза о том, что вы при желании можете выжечь весь Лютный переулок сверху донизу – не рисовка и не преувеличение. Ну а когда уж сам министр во всеуслышание объявил о громких победах и стал в глазах всего магического мира спасителем нации, последние сомнения развеялись, как дым. Признаться, я даже не был уверен, что мы ещё хоть когда-нибудь встретимся.
- Вы правы, мистер Вэнс, - кивнул Гарри. - По идее, мы могли бы больше и не встречаться: обе стороны получили, что хотели. Я — крайне необходимую на тот период информацию, вы — реабилитированного в глазах общественности Корнелиуса Фаджа, только что гвоздями не приколоченного к креслу министра. Но всё же я хотел бы сделать ещё две вещи. И первое – убедиться, что выполнение мной моей части сделки вас устраивает.
- Даже более чем. Но что же еще?
Гарри снял очки и начал неторопливо протирать простые стекла небольшим кусочком замши. Надо сказать, свое зрение он давным-давно исправил: глупо было иметь возможность исцелять калек вроде Эдварда Норта и не воспользоваться ею, продолжая страдать близорукостью. Но эти круглые, не раз чиненные очки за многие годы стали для Поттера настолько привычным предметом, что он не мог заставить себя отказаться от них. Да и устоявшийся образ Мальчика-Который-Выжил тоже менять не следовало. Во всяком случае, пока.
- Я хочу заключить с вами еще одну небольшую сделку, мистер Бритва.
- Неужели вам нужны еще какие-либо сведения?
- Нет, с этим у нас отныне все в полном порядке. А нужно мне, чтобы вы помогли объявить об открытии сезона охоты.
- Простите, но охоты... на кого? - Вэнс слегка недоуменно склонил голову набок.
- Странно, я думал, вы догадаетесь. Охоты на Упивающихся Смертью, конечно, - и Гарри снова водрузил очки на переносицу. - Вы же можете сделать так, чтобы, например, через сутки каждый грабитель, бандит, налетчик и ухорез в волшебной Англии знал, что за голову Упивающегося он может получить весьма весомую награду? Положим, пятьсот галлеонов за живого и двести — за мертвого. Исходя из вашего жизненного опыта, как полагаете, что за этим последует?
Впервые за все не слишком продолжительно знакомство Гарри заметил на лице франтоватого бандита нечто, похожее на замешательство. Вэнс оторопело уставился на юношу, потом внезапно прыснул и неудержимо, во весь голос, захохотал. Да так, что щегольский цилиндр слетел на пол, а сам его владелец, согнувшись, пару раз от души хлопнул по столу ладонью.
- Ох... – чуть успокоившись, он поднял свой головной убор и принялся отряхивать его, продолжая посмеиваться. - Да за ними и начнется самая настоящая охота! Слуг Сами-Знаете-Кого нынче расплодилось великое множество, и они настолько уверены в победе своего хозяина, что не слишком усердствуют с конспирацией. Подумать только… Охота! Пятьсот галлеонов! Да тут, у нас, в темных переулках, порой убивают за куда меньшую сумму… Как только пройдет слух, их начнут отлавливать прямо на улицах, словно бродячих собак… Нет, мистер Поттер, я снимаю шляпу, - и уголовный авторитет действительно приподнял цилиндр, - идея просто великолепна. И как она нам самим не пришла в голову? Денег на призовой фонд у нас более чем достаточно…
- Что ж, если вы оценили мою идею, значит, она и впрямь неплоха, - кивнул Гарри, приподняв уголок рта в усмешке. – А за то, что до неё никто не додумался прежде, благодарить следует Альбуса Дамблдора. Обратись он к главам вашего сообщества с подобным предложением ещё во время первой войны, когда у Вольдеморта в наличии имелось не больше сотни сторонников – и до второй, глядишь, дело бы и вовсе не дошло. Впрочем, сейчас, на фоне народного подъёма и нескольких обидных пощечин, отвешенных Тёмному Лорду, подобный ход тоже будет достаточно эффективен. Правда, если учесть все важные моменты.
И первый – бросить этот клич в местные маргинальные массы надо не прямо сейчас, а через некоторое время, когда единственным надежным логовом Вольдеморта останется Хогвартс, и Упивающиеся сами по себе начнут туда стекаться. Организовав их преследование по всей стране новоявленными охотниками за головами, мы этому только поспособствуем.
Второй — надо четко дать понять всем баунти-хантерам, что обманы и уловки с нами не пройдут. Если какой-то чересчур хитроумный умелец решит, что сможет с помощью «Империуса» убеждать «добровольцев» в том, что они — Упивающиеся, или набивать на безымянные трупы фальшивые татуировки Смертного знака и заколачивать с каждого безвестного покойника звонкую монету, то пусть знает: в этом случае он сам получает очень неплохие шансы стать покойником. Или отделаться ощутимой недостачей конечностей, глаз или ушей.
И третий момент, пожалуй, самый важный.
Гарри немного наклонился вперёд, в глубине его глаз вспыхнули бледные, недобрые огоньки, и Бритву словно обтёк поток холодного воздуха.
- Я желаю именно охоты, мистер Вэнс, - тихо и раздельно проговорил Поттер. - Настоящей травли, чтобы у холуев Вольдеморта земля горела под ногами, чтобы они нигде не чувствовали себя в безопасности. Чтобы за каждым углом и под каждым кустом Упивающимся Смертью мерещился человек с мешком и дубьем, готовый его оглушить дубиной или «Петрификусом», уволочь и продать, как дичь. Скажите, вы сможете создать вашим людям необходимый настрой?
- Легко, Гарри, - во взгляде Вэнса причудливо мешались настороженность, уважение и предвкушение веселья. – Мне и самому интересно узнать, на что способна наша блатная голытьба, подогретая столь щедрыми обещаниями.
- Вот и прекрасно, - отозвался Поттер, снова становясь вежливым и доброжелательным молодым человеком. Темное «нечто», присутствие которого с такой ясностью ощутил Бритва, ушло, втянулось куда-то без остатка. – Сигнал к началу охоты я подам лично вам. До встречи, мистер Вэнс.
- Удачи, Гарри, - отвесил легкий поклон тот, пружинисто вставая со стула.
И два человека, довольные друг другом, разошлись в разные стороны.


***


Поттер и Рен решили не торопиться с возвращением, а прогуляться по Косому переулку. Раньше у них не хватало на это времени, да и сам переулок ещё совсем недавно мало походил на тот, каким помнил его Гарри по совместным походам с Роном и Гермионой.
В разгар войны с Вольдемортом, трагичный исход которой всем уже казался предрешенным, когда-то нарядный и веселый Косой переулок представлял собой довольно жалкое зрелище. Витрины большей части лавок и магазинчиков с разнообразной волшебной всячиной были закрыты ставнями или заклеены большими тёмно-фиолетовыми плакатами министерских рекомендаций по мерам безопасности. Местами встречались и увеличенные, презрительно щурящиеся и злобно зыркающие черно-белые колдографии беглых Упивающихся Смертью. Некоторые окна были даже наспех заколочены досками – свидетельство поспешного отъезда владельцев. Но тягостнее всего было не очевидное запустение, а висящие в воздухе страх и отчаяние.
Волшебный народ, не желая рисковать и привлекать к себе лишнее внимание, появлялся, делал покупки и тут же торопливо исчезал. Никто не останавливался перекинуться парой слов со знакомыми, не прогуливался просто так, а волшебники, идущие в магазины в одиночку, стали настоящей редкостью. Детей – ни малышню, ни постарше – с собой не брал никто. Лишь у входа в банк «Гринготтс», согласно договору Министерства с гоблинами, постоянно дежурил усиленный наряд авроров, угрюмо глядящих по сторонам и держащих наготове волшебные палочки.
Теперь же время словно повернулось вспять: Косой переулок снова был буквально запружен волшебным людом, ещё вчера мрачные и безрадостные лица светились радостью и надеждой. Снова открылось большинство магазинов, и торговля возобновилась с новой силой; продавцы с покупателями, как и раньше, спорили и отчаянно торговались за каждый сикль.
Напоминанием о том, что война ещё не окончена, служили по-прежнему часто расклеенные, но уже яркие, бело-красные плакаты с призывами Министерства Магии крепить единство и не ослаблять бдительность и регулярно курсирующие патрули авроров и тройки простых волшебников, как правило, крепких и не старых, с бордово-золотыми повязками добровольных помощников авроров. И те, и другие, внимательными взглядами шерстили многоликую толпу, стараясь не упустить ни единой важной детали.
Сама организация ДПА возникла совершенно стихийно, практически сразу после сенсационных заявлений Министерства Магии и многочисленных публикаций в прессе. Буквально на следующий же день несколько десятков целеустремленных молодых и не очень волшебников явились на прием в департамент Магического Правопорядка и через час вышли оттуда с официальным пергаментом, дававшим им полномочия формировать добровольческие отряды самообороны под общим патронажем и координацией вышеупомянутого департамента. Так родилась ДПА. Её предназначение было в том, чтобы взять на себя работу авроров на таких направлениях, как круглосуточная охрана и патрулирование, и прочие функции, позволяя направить изрядно поредевшие силы кадровых авроров на более серьезные цели.
В желающих вступить в силы самообороны недостатка не было – слишком многих уже успела коснуться эта война. А сами добровольческие отряды почти сразу смогли довольно успешно отметиться, поучаствовав в нескольких стычках с рядовыми Упивающимися, еще не до конца осознавшими, что ситуация в Англии резко переменилась, и отнюдь не в их пользу.
Чтобы не попасть под перекрестье чужих взглядов и обойтись без ненужного ажиотажа, Гарри слегка изменил свою внешность, став русоволосым парнем с ничем не примечательными, незапоминающимися чертами лица. И всё равно ему с Рен пришлось приложить немало усилий, чтобы пробраться сквозь толпящийся народ к кафе-мороженому Флориана Фортескью. С этим местом у Гарри были связаны приятные воспоминания, и слишком велико было искушение хоть ненадолго почувствовать себя обычным парнем, ведущим девушку на свидание. И, в соответствии с каноном, угостить её мороженым. Тем более, что в Даймоне, как оказалось, из замороженных сластей имелся только превращенный в лёд сок различных растений.
Ожидания Гарри оправдались на все сто: распробовав знаменитый на всю волшебную Англию пломбир, Рен в один присест смолотила пять порций и остановилась лишь по просьбе Поттера, заметившего, что она, конечно, Страж Даймона, Коготь Владыки и величайшее творение древней магии, но от ангины даже доблестные воины не застрахованы. Девушка послушно сложила руки на коленях, но окинула опустевшие вазочки таким тоскливым взглядом, что Гарри с трудом удержался от улыбки и тут же заказал несколько порций с собой.
Выйдя из гостеприимного кафе, они снова ввинтились в людской поток, местами создававший настоящие заторы, и, не торопясь, направились обратно ко входу в Лютный переулок. Там мест для незаметной аппарации было гораздо больше, нежели в Косом, несмотря на постоянно курсирующие, и куда более бдительные и внимательные патрули.
Первым в проулок вошел Гарри; Рен последовала за ним, пройдя на расстоянии дюйма от семенившего куда-то по своим делам низенького волшебника, закутанного в порядком изношенную и залатанную мантию. Девушка не заметила, как из пустого рукава мантии, выскользнуло нечто, похожее на небольшую серую кляксу, и намертво вцепилось тонкими паучьими лапками в подол её одежды. Вцепилось и через миг слилось с тканью, приобретя её цвет и фактуру.
Рен повернула за угол, догоняя Гарри, а маленький волшебник шмыгнул в первую попавшуюся подворотню и замер, словно к чему-то прислушиваясь. Через некоторое время из-под низко надвинутого капюшона раздалось удовлетворенное шипение, и неизвестное создание, в точности, как совсем недавно выпущенная им живая «клякса», втекло в сгустившуюся в углу тень и исчезло, оставив на грязной булыжной мостовой лишь рваную, старую мантию.
А Гарри с Рен, аппарировали на ближайшие задворки, и уже с них, используя даймонскую магию, Поттер провесил портал к их общему жилищу, не подозревая, что его подруга несет на свой одежде каплю живого, враждебного волшебства.
И через два дня это никем не замеченное происшествие возымело свои последствия.
На утро был назначен очередной военный совет в штабе Хмури. Участие в нем принимала вся команда Гарри, за исключением Окой, Криса и Добби - шли обсуждения планов текущих военных операций и предстоящего штурма Бамбурга. Обговорить следовало многое, и, как это нередко случается с подобными мероприятиями, совет значительно затянулся. Когда около двух часов дня, насовещавшись вдоволь, Поттер со товарищи, наконец, переместились домой, их встретил весьма своеобразный сюрприз.
Первая его часть неожиданностью, собственно, и не являлась — на ступеньках заднего крыльца, поджав под себя ноги, сидела очень спокойная, как море в безветренный день, Окой.
А вот вторая, пожалуй, претендовала на некую оригинальность — всего в нескольких метрах от девушки, на лужайке у дома, аккуратным рядком лежало двенадцать очень мертвых Упивающихся Смертью в уже примелькавшихся знакомых черных балахонах.
Но японку подобное соседство, похоже, ничуть не смущало: она неторопливо подравнивала пилочкой ногти, а рядом исходил парком ее любимый глиняный стакан со свежезаваренным зеленым чаем, и россыпью лежала дюжина волшебных палочек.
Не говоря ни слова, Гарри с друзьями подошли ближе, отмечая любопытные детали, ускользнувшие поначалу от их внимания. Перекошенные лица убитых с мутными, вытаращенными глазами. Уже свернувшаяся кровь, вытекшая изо ртов и ушей. Валяющиеся на земле, смятые, как бумажные, серебряные маски – по их души пожаловал отнюдь не рядовой вольдемортовский сброд.
Причина смерти Упивающихся не вызвала бы вопросов даже у начинающего целителя: у всех трупов были свернуты головы – так, как будто их молниеносно перекрутили на триста шестьдесят градусов, превратив шеи в подобие выжатых после стирки сине-багровых тряпок.
Закончив осмотр и кивнув каким-то своим мыслям, Поттер спросил:
- Окой, расскажи, что произошло?
- Эти люди, Гарри-сан, напали на наше жилище, - голос Окой был само спокойствие и умиротворенность. - Вернее, собирались напасть, а ваши инструкции на этот счет были вполне недвусмысленны. Сдаваться они не пожелали, так что...
Девушка сделала неопределенное движение рукой, и Гарри только тогда заметил на широком бело-сине-сером рукаве ее кимоно россыпь уже подсохших бурых пятнышек.
- Всё ясно, - сказал Поттер, машинально потирая подбородок: этот жест уже начинал входить у него в привычку. – Жаль только, что ты никого не оставила в живых, и у нас в наличии лишь безымянные покойнички по кустам. Дыши они хоть через раз — и их о многом можно было бы порасспросить… Ну да ладно, и черт с ними. Надеюсь, с Крисом и Добби все в порядке?
- Да. Крис даже не проснулся, после своих тренировок он спит очень крепко. А Добби-сану я сказала оставаться в доме, так что он даже не успел испугаться, - кивнула Окой. И протянула ему пучок вражеских волшебных палочек.
- Спасибо, - кивнул Гарри, принимая трофеи.
- Это мой долг, Поттер-сан.
- Я помню это, Окой-сан. И ценю. Поэтому ещё раз - спасибо, - ответил Поттер, пристально глядя японке в глаза.
В ответ Окой лишь молча наклонила голову, обозначив поклон, и, прихватив свой чай, направилась в дом. Джордж поспешил за ней, а Гарри опустился на полированные доски крыльца и начал задумчиво выстукивать костяшками пальцев какой-то сложный, отрывистый ритм. Но едва к нему приблизились Норт и Гермиона, он вскинул голову и озвучил общую мысль:
- Итак, нас все-таки вычислили.
- Похоже на то, - Эдвард хрустнул пальцами своей человеческой руки. – Наши дальнейшие действия?
- Я вообще-то и не рассчитывал, что местонахождение этого убежища надолго останется тайной, так что катастрофы в случившемся нет. Для начала, поищем «жучков»: в том, что это был «жучок», я уверен, живьем нас«вести» незаметно не могли. А потом... Потом будем переезжать!
- Вот как? Насчет последнего ничуть не возражаю, - подала голос Грейнджер. - Жить в одной комнате с Джинни мне не в тягость, но личное пространство – это святое. И куда же мы направим свои стопы, о, наш премудрый вождь? Найдем домик побольше?
- Ещё лучше, - ответил Поттер, посылая подруге суровый взгляд; Гермиона только усмехнулась. – Обещаю, недовольных не будет. Как говорится, нет худа без добра! Со всеми этими навалившимися делами было не до переездов, но теперь хочешь, не хочешь – а придется. Ты права, Гермиона, нам давно пора обзавестись резиденцией, более соответствующей нашим нуждам. Да и статусу тоже; не исключено, что вскоре придется принимать кое-каких гостей, на которых потребуется произвести впечатление.
- Гарри, только не говори, что вселишь нас в какой-нибудь замок, - нахмурился Норт. – Никогда не понимал этого старого, как борода Мерлина, стереотипа, что все мало-мальски серьёзные люди должны, нет, просто обязаны жить исключительно в замках! И непременно величественных или мрачных. Или величественных и мрачных.
- Нет-нет, - негромко рассмеялся Поттер. - Никаких замков. Но величественность присутствовать всё же будет - только очень ненавязчиво. Итак! – Гарри громко хлопнул в ладоши, привлекая общее внимание.
- Рен! Давай-ка на крышу. Я сильно сомневаюсь, что незваные гости в ближайшее время сунутся к нам ещё раз, но подстраховаться все же стоит. Остальные – собирайте и пакуйте одежду, оружие, книги, в общем, всё, что хотите взять с собой. Добби чуть позже перенесет ваше добро на новое место жительства. А потом пожалуйте-с сюда, на осмотр. Поглядим, на кого из нас противник ухитрился навесить следящую магию, да и любопытно узнать, какую именно.
Но магическая проверка результатов не принесла. Бирюзовое полотнище, развернутое Гарри широким квадратом, через которое прошли все, включая создателя, не выявило даже следа посторонней магии. Серая, подвижная клякса к тому времени давно покинула своё временное пристанище, затаившись в более укромном уголке.
Отсутствие результата Поттера порядком насторожило и заставило задуматься, какая же именно магия была использована для их выслеживания: обычная человеческая или же...
- Признаюсь, я не ожидал, что дражайшая сестричка так быстро среагирует, - негромко пробормотал Гарри, сворачивая магическую завесу. - И недооценил энтузиазм, с которым она начнет оказывать родственные услуги своему высшемагическому братцу-сквибу. Похоже, я разозлил её куда сильнее, чем предполагал… Ну, ничего, на новом месте проверим все еще раз, да и вообще — будем настороже. Пожитки паковать закончили?
- Да, - за всех ответила Гермиона. - Они в наших комнатах; думаю, Добби без разницы, откуда их переносить на новое место. Тем более, что вынос всего добра близнецов даже с помощью магии занял бы пару часов. Так что мы готовы.
- Тогда трогаемся: надо успеть обосноваться на новом месте до темноты, - и, перехватив взгляд, брошенный Грейнджер в сторону все еще валяющихся на земле мертвецов, Поттер добавил: - О них не беспокойся, пусть остаются здесь. Посуди сама: нас выследили, за нами отправили группу убийц, а та благополучно не вернулась, причем в полном составе. Спорю на три кната, рано или поздно сюда явится вторая группа. Или, что вероятнее, одиночка, посланный на разведку. Подобные украшения лужайки заставят ту сторону кое о чем серьезно задуматься. А мы не станем ей в этом мешать.
- Но как же домовладельцы? Мы же арендовали этот дом…
- Все в порядке, за него было уплачено на год вперед, так что из магглов тут не скоро кто-то появится. Убитых наверняка вскоре приберут свои же, но для профилактики я могу попозже попросить наведаться сюда авроров. Ладно, пора, пожалуй... Рен, слезай, мы отправляемся!
И от вышедшего на открытое пространство Гарри по земле знакомым переплетением линий и символов вычертился бело-голубой круг портала.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 240
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:50. Заголовок: Глава 05. Новый дом...


Глава 05. Новый дом.


- И где мы сейчас? – поинтересовался Фред, с любопытством обозревая окрестности. Его друзья и родные не менее активно крутили головами, рассматривая незнакомую местность, куда их перебросил портал.
Миг назад они стояли внутри созданного Поттером даймонского круга перемещения, на заднем дворе их теперь уже бывшего дома. Затем чары пришли в действие, окружающий мир потёк, размазываясь лентами неяркого света, как будто по только что законченной картине с ещё не успевшими просохнуть красками коротко и резко провели ладонью – и с легким рывком переход завершился.
- Неподалёку от Брэдфорда, это в Западном Йоркшире, - ответил Гарри и махнул рукой куда-то в сторону горизонта. – Сам город вон там, на юго-востоке.
- И, полагаю, сам город нам не нужен?.. – кинула пробный камешек Гермиона.
- Ты совершенно права. Что нам нужно, так это немного пройтись пешком. Добби потребуется некоторое время, чтобы перенести все наши пожитки, а для вас нелишним будет ознакомиться с окрестностями. А я немного поиграю в гида.
И, приглашающе качнув головой, Гарри зашагал вперёд.
- Сейчас мы находимся рядом с бывшей промышленной зоной, - пояснял он на ходу. – Брэдфорд, как поселок шахтёров, в своё время занимал не самое последнее место в маггловской угледобывающей промышленности. Но в 80-х годах тогдашний маггловский премьер-министр, миссис Маргарет Тэтчер, позакрывала большую часть нерентабельных угольных шахт, вызвав волну недовольств и вспышку безработицы. Из-за этого многие шахты были окончательно закрыты, другие — законсервированы, а из некоторых магглы даже сделали действующие музеи шахтерского ремесла и водят туда экскурсии.
- Минуточку Гарри, - Норт слегка наморщил лоб. - Я говорил, что не особо желаю жить в замке, но, знаешь, под землю я хочу ещё меньше. Если я правильно тебя понял, конечно.
- Почти правильно. Шахта у нас все же будет, причем из заброшенных я выбрал ту, у которой самый глубокий ствол - порядка трех тысяч футов вниз. И несколько ее модифицировал. Но жить там никто никого заставлять не собирается, разве что на исключительно добровольной основе. Зато, как оказалось, под землей можно разместить столько всякой всячины… Да вы погодите, скоро все увидите сами.
Разговаривая, они продолжали шагать по грунтовой дороге, основательно разбитой колёсами тяжелых грузовиков. Последний раз машины проезжали по ней очень давно, несколько лет назад, как минимум. Выбоины и колеи от многочисленных колес под влиянием осадков и времени почти сгладились, а сама дорога понемногу начала зарастать островками травы и полевых цветов. То здесь, то там виднелись терриконы – конические горы пустых пород, вынутых за многие годы из земли при добыче угля. Большинство из них тоже покрывала зеленая шуба растительности, а на некоторых даже шелестели на легком ветру целые рощицы специально высаженных и прижившихся вязов, ясеней и кленов. Надо было отдать должное магглам: закрывая промышленный район, они основательно позаботились о том, чтобы он не остался на теле земли незаживающей язвой, и природа, словно поняв намек, активно взялась за обновление покинутых людьми земель.
Вокруг уже начинался подлесок, ближе к линии горизонта переходивший в сплошной лиственный лес, укрывавший окружающие местность пологие холмы, когда Гарри с друзьями подошли почти к самому краю бывшего промышленного городка. Поттер остановился в паре сотен метров от последнего, стоящего особняком, но далеко не самого большого, рыже-серого террикона, срезанную верхушку которого венчала обветшалая решетчатая конструкция с качающимися на легком ветерке оборванными тросами. Преграждая путь к нему, поперед дороги располагался длинный и глубокий ров с осыпавшимися стенками и болотцем грязной воды на дне, из которого торчало какое-то рваное и ржавое железо.
Путешественники остановились: идти дальше было некуда, да, в общем-то, и незачем. Ничего хотя бы мало-мальски привлекательного ни для магов, ни для магглов впереди не было.
- Ну, вот мы и пришли, - тем не менее, проинформировал Гарри своих спутников.
- И куда же это мы пришли? Вот прямо здесь разобьем палатки и устроим пикник? – вопросил Джордж, не видя вокруг ничего, хотя бы отдалённо напоминающего жильё. – В таком случае, должны разочаровать вас, мистер Поттер: шезлонги и решетки для барбекю мы как-то забыли прихватить.
- Да что с вас, рыжих, взять-то? - съязвил в ответ Гарри, пренебрежительно махнув рукой. - Вы у нас — ударная сила, и разведчики из вас, как из брата Хагрида — балерина, но вот наши девушки… Джинни, Гермиона, что скажете? Замечаете что-нибудь необычное?
- Здесь присутствует магия, - моментально откликнулась Джинни, сосредоточенно глядя перед собой. - Пока мы шли, я почувствовала несколько защитных барьеров, но это были простые магглоотталкивающие заклинания, но здесь волшебство другое. Многократно сложнее. Оно похоже… хмм… на слоёный пирог с черникой; наша, человеческая магия переплетается с той, которую Эгор узнает даже по легкому отголоску за пару миль.
- Верно, - улыбнулся Гарри. - Все так и есть. Вам осталось только угадать, где вход в наше новое обиталище.
Грейнджер и Уизли одновременно замерли, словно прислушиваясь к чему-то. Окой не стала даже пытаться, то ли сочтя занятие для себя неинтересным, то ли попросту решив не мешать девушкам.
- Да вот же он! - внезапно вырвалось у Джинни, и девушка отважно направилась вперед, на одинокий террикон, не обращая внимания на ров перед собой. И о чудо! - преодолев с полсотни метров и пройдя надо рвом прямо по воздуху, она словно врезалась с разбегу в вертикально стоящую стену невидимой воды. Картина неба, земли и искусственной горы на долю секунды исказилась, от места, сквозь которое прошла младшая Уизли, разбежались небольшие круги, и быстро исчезли, к предметам и фону вернулась прежняя четкость, словно и не было никакой рыжей девчонки, нарушившей спокойствие этого магического «пруда».
- Отличная маскировка, - одобрительно кивнула Грейнджер. – Однако, эти оптические эффекты несколько…
- Я знаю, - не стал спорить Поттер. – Они слегка выдают при проходе, но я над этим ещё поработаю. Вернее, уже мы над этим поработаем. Эй, ребята, что застыли? Неужели никому, кроме Джин, не интересно, что там, за занавесом?
Подавая пример, он шагнул вперед, и спутники последовали за ним, один за другим исчезая за магической фата-морганой.


***


Иллюзия заброшенного рудного отвала укрывала от посторонних глаз небольшое и пока пустующее поселение. На плоской и явно искусственно выровненной площадке с плотной порослью невысокой травы, площадь которой не превышала нескольких сотен квадратных метров, полукругом выстроились девять одноэтажных домов различного размера и стиля.
Внутри же этого полукруга, строго по центру и на приличном расстоянии от жилищ, из травы выступало некое сооружение, напоминающее не то на торец закопанного в землю цилиндра в двадцать метров в диаметре, не то на крышку гигантского колодца. «Крышка» была сделана из темного камня, похожего на базальт, и в её центре был вырезан некий сложный даймонский магический символ.
В данный момент прямо на нем возвышались уложенные аккуратными горками личные вещи друзей Гарри. А на самой высокой башне из коробок, чемоданов, металлических, деревянных и пластиковых ящиков, контейнеров и боксов, явно принадлежавших братьям Уизли, сидел домовой эльф Добби и, болтая ногами в разноцветных носках, отдувался и обмахивался платком. Даже для домовика, обладавшего своей собственной, часто непонятной волшебникам магией, транспортировка такого количества грузов оказалась довольно-таки трудоемким делом.
Напротив полукруга, образованного домиками, на аналогичном расстоянии от каменного центра, располагалось ещё одно строение, размерами превосходившее каждое из предыдущих девяти. У него наличествовали пологая двускатная крыша, две открытых веранды со столами, скамьями и плетеными креслами, а за стеклами широких окон, прорезанных в стенах из коричнево-золотистой, полированной древесины, угадывалась обширная комната.
- Что ж, прошу любить и жаловать, - Гарри Поттер жестом радушного хозяина указал на поселение. – Наш новый оплот. Вот это, - он повернулся к отдельно стоящему строению, - общественное место. Кухня, столовая, гостиная, место общих сборов и, по совместительству, дом Добби, в котором он всегда рад будет видеть гостей. Для всех остальных, в качестве некоей компенсации за прежнее стесненное проживание, предназначены вот эти отдельные хижины. Я постарался учесть некоторое индивидуальные предпочтения и полагаю, вы сами разберетесь, где чей домик.
И действительно, нетрудно было догадаться, кому, например, предназначены два типовых коттеджа, пристроенных к приземистому, длинному, как пенал, зданию, похожему на производственный цех или мастерскую. Особенно учитывая, что по соседству с правым коттеджем стояло жилище в легко узнаваемом японском стиле — черепичная крыша, раздвижные стены-створки седзи из деревянных планок и плотной рисовой бумаги, и сильно выдающееся вперед крытое крыльцо, отделанное гладкими сосновыми досками.
- Гарри, не хотим тебя пугать, но… ты титан, парень! Величайший из великих! - последний раз близнецы так смотрели на Поттера после того, как он почти насильно всучил им свой приз за победу в Турнире Трёх Волшебников. – Ты буквально прочел наши мысли! Знал бы ты, сколько мы мечтали о чем-то подобном – сначала в Норе, потом в квартирке над нашим магазином и даже в той любимой мансарде! Два домика и такая мастерская! Да нет, это почти цех!
- Ну-ну, не преувеличивайте, - покачал головой Поттер, внутренне польщенный реакцией братьев. – Это помещение я планировал, скорее, для арсенала, а вот внизу, под землей, можно будет при желании разместить даже небольшой оружейный заводик. Да и на испытательный полигон для ваших огнестрельных штуковин места хватит с лихвой. Я всё вам покажу, но немного позже. Сначала подождем, пока Добби отдышится – и можно будет заселяться, чтобы каждый заночевал уже под своей крышей.
Фред с Джорджем, едва дослушав его, с гиканьем кинулись осваивать своё обиталище. Вслед за ними, как всегда неторопливо, направилась и Окой. Остальные тоже быстро разобрались, какой дом для кого предназначен. Крису, Гермионе и Джинни достались три похожих домика в самом традиционном английском стиле, жилище Норта было выполнено, как типичный американский городской коттедж — с плоской крышей, стенами из пенобетона и металлической каркасной мебелью, способной выдержать его вес даже в доспехах. Дом Рен был похож на даймонские строения, остатки которых Гарри видел во время своих визитов в тот мир и в общих чертах запомнил: сложенные из песчаника, шероховатые на вид стены, слегка округлые формы и асимметричная крыша углом. Домик вышел неплохим, но Гарри, улыбнувшись про себя, подумал, что сама Рен вряд ли часто будет там ночевать. Себе Поттер выбрал такой же дом, что и у Уизли с Грейнджер.
Личные апартаменты «боевой дружины», если смотреть справа налево, выстроились так: коттедж Норта, дома Джинни, Гермионы и Криса, единый комплекс близнецов Уизли, жилище Окой, Рен, и, наконец, принадлежащее Гарри.
В каждом доме обнаружилось по две меблированные комнаты и, пусть небольшой, зато персональный санузел с ванной и душем. Потратив минимум времени на осмотр, Гермиона и Эдвард присоединились к Гарри, сидевшему в кресле на веранде общей гостиной – именно так все условились называть большой дом с кухней, отошедшей в безраздельное владение Добби. Моментально там освоившись, домовик выставил на большой овальный стол вместительный кувшин с тыквенным соком и два блюда, одно с приличной горкой сандвичей с сыром и холодной телятиной, а другое – с нарезанным на куски пирогом с патокой. И только убедившись, что хозяева обеспечены хотя бы легкой закуской, принялся, азартно стуча ножами и гремя посудой, увлеченно стряпать что-то более серьезное.
- А теперь рассказывай, благодетель ты наш, как умудрился всё это отгрохать в одиночку, - потребовал Норт, прихватывая с блюда два сандвича и опускаясь на плетеный диванчик.
- Рассказывать, в общем-то, нечего, - пожал плечами Гарри. – Если вкратце, маггловские строители при оплате в тройном размере и неограниченном финансировании по части материалов способны творить самые настоящие чудеса не хуже нас, волшебников.
- Рабочие-магглы? – переспросила Гермиона, хмуря брови. – И что же с ними произошло потом?
- У них всех случился острый приступ Обливиэйта, - рассмеялся Поттер и с ехидцей поинтересовался: - А ты что же, подумала, что вся бригада валяется в соседней штольне с перерезанными глотками?
- Да ну тебя, Поттер! – отмахнулась от него подруга, и вновь принялась разглядывать новенькие домики. – А ребята – молодцы… получилось у них по-настоящему здорово…
- Вы еще не видели наших персональных подземелий, - Гарри значительно поднял вверх указательный палец. – Если при планировке и постройке домиков я лишь говорил инженеру, что хочу видеть в итоге, то там, внизу, пришлось почти все делать самому.
- Это же была закрытая шахта? - припомнил Норт, дожевывая сандвич.
- Да, - подтвердил Поттер. - А «закрытая» означает, что она была, по сути, целиком засыпана во избежание провалов и проседания грунта. Так что ствол шахты мне пришлось практически целиком заново выжигать огнем, причем несколько дней кряду. Та еще была работенка...
- Так вот почему ты как-то целую неделю приходил грязный и просто валился с ног от усталости! – привстала Грейнджер. – Мог бы, вообще-то, и поделиться…
- Еще чего! И упустить шикарную возможность полюбоваться на ваши обалдевшие лица? – лукаво сощурился парень и продолжил рассказывать: - Но зато оплавленный и спекшийся с камнями грунт образовал отличную внутреннюю оболочку, укрепившую устье и ствол шахты так, как магглы никогда бы не смогли. Вдобавок штреки – боковые коридоры-ответвления от главного вертикального ствола – оказались почти не засыпанными, и их пришлось всего-навсего слегка расширить и облагородить. А старые рельсы, по которым передвигались вагонетки, я вместе с командой сварщиков пустил на сооружение неплохой темницы.
- Темницы? – немного напряглась Грейнджер. – Полагаешь, она нам понадобится?
- Как сказать, Герм, как сказать… - и Гарри, поправив очки, взглянул на подругу. – От рекламной акции среди уголовщины под кодовым названием «Поймай Упиванца и продай его Поттеру» я, если совсем честно, не жду слишком большой отдачи. Ловить темных магов — все же не кнаты по карманам тырить и не толстосумов потрошить; эта затея, в основном, призвана согнать большую часть врагов в Хогвартс, но тем не менее… Учитывая энтузиазм родного английского криминалитета и размеры награды… Наверняка хоть кого-нибудь да отловят, вот и будет, куда их поместить. А пока узилище пустует — можешь, в конце концов, своего «ручного» Упиванца за решетку запихать. Если начнет крутить хвостом или просто так, для профилактики.
- Да, пожалуй, - и Грейнджер, задумавшись, слегка прикусила нижнюю губу. - Есть-пить она не просит, так что действительно, почему бы и нет? Кстати, а как сложилась судьба сварщиков? Если строительство коттеджей ударными темпами на заброшенном пустыре ещё худо-бедно можно было как-то обосновать, то сооружение частной тюрьмы в заброшенной шахте даже самым нелюбопытным людям покажется несколько настораживающим. А уж магглам – тем более.
- Тут ты права, - согласился Поттер. – В этом случае пришлось пускать в ход сначала «Империус» и лишь потом — «Обливиэйт». Но ребятам это пошло только на пользу: в итоге все пришли в себя в пригороде Брэдфорда, имея некоторые провалы в памяти и солидные суммы в бумажниках.
- Вот как? Выходит, приятные неожиданности были не только у нас. Чем ещё мы располагаем ниже уровня земли?
- Темницы, раз уж мы с них начали, - стал перечислять Поттер. – Один из нижних штреков отведен близнецам под тир и прочих нужды, а ещё один будет служить свиньей-копилкой: я планирую перенести туда некоторое количество золота, чтобы не мотаться каждый раз за ним в Даймон. В самой большой выработке устроено нечто вроде резервного места общих собраний. Получилось несколько мрачновато, но весьма неплохо. Ещё один, самый нижний тоннель соединяется с соседней полуразрушенной шахтой. Оттуда путь ведет ещё дальше, через две других и выходит на поверхность в трех с половиной километрах отсюда. Словом, если вдруг магическое перемещение окажется нежелательным или невозможным, будет у нас и потайной путь для отхода ножками.
- Кстати о перемещении, - оживился Норт. – Как с ним здесь обстоят дела в плане безопасности? Визит незваных гостей в наш прошлый дом оказался довольно-таки неприятным сюрпризом.
- Не для тебя одного. Но с другой стороны, представь, какой сюрприз был для них… - фыркнул Поттер. - Прямо как в том анекдоте, где один служащий Министерства Магии жалуется другому, что так устает на работе, что давеча ночью не узнал родную жену, приняв ее за грабителя. «Видел бы ты, как она кричала и вырывалась, когда я ее в окно выталкивал!» - сетует он. «Ничего, - утешает его приятель. - Я как-то раз наоборот, грабителя ночью принял за жену. Так видел бы ты, как он кричал и вырывался...»
Представив себе картину возмездия незваному ночному гостю, Гермиона только хмыкнула и с улыбкой покрутила головой, а вот Норт рассмеялся так, что даже поперхнулся пирогом, и Гарри пришлось пару раз хлопнуть его по широкой спине, а потом ещё налить и подать ему стакан тыквенного сока.
- Да уж, - откашлявшись, кое-как выдавил Эдвард и, сделав ещё один глоток, вытер выступившие слёзы. - Это ж надо... Залезешь вот так честно пограбить, а там – на тебе! Такое некультурное обхождение! Эдак можно на всю жизнь психологическую травму получить…
Подождав, пока веселье уймется, Гарри продолжил рассказывать дальше:
- С безопасностью тут обстоит куда серьезнее, чем на старом месте. Помимо широкого внешнего круга заклинаний, отводящих магглов, и маскировочных чар, в радиусе около четырех километров от нашего гнезда, нельзя перемещаться магически. Никак. Никаким методом. Так же, как в Хогвартсе, вернее, даже лучше. В школу можно было попасть по каминной сети, да и высшая магия наших общих знакомых сравнительно легко продавливала противоаппарационный барьер. Здесь же такой номер не пройдет. Единственные места в этой мертвой зоне, куда и откуда можно переместиться магически – это наш резервный подземный зал для сборов и вот это.
Гарри указал рукой на каменный круг в центре их лагеря.
- Сюда и отсюда перемещаться можно, - повторил он. – Правда, с небольшой, но существенной оговоркой — только с помощью даймонской магии. Для Добби я оставил на сегодня «окошко», но спустя час обычная магия, магия домовых эльфов и любая другая будут тут бессильны. Еще проникнуть к нам можно пешим ходом, так же, как мы сами недавно это проделали, но опять же – только с того самого направления, по некоему коридору и только сквозь предупреждающие чары. С других сторон любого чрезмерно настойчивого гостя, преодолевшего все отваживающие заклинания и потому точно не являющегося случайным визитером, по достижении определенного рубежа будет просто разворачивать на сто восемьдесят градусов. Вот секунду назад он шел вперед, а через миг уже топает назад по своим же следам.
- Получается, мой дом – моя крепость? – довольно хмыкнул Норт. – Неплохо ты окопался.
- Это, по сути, только общий каркас системы безопасности, его можно и нужно будет дополнять и усиливать, но на это время у нас ещё будет. Сейчас давайте все же наведаемся в наши подземные апартаменты. Гермиона, позови остальных сюда, пожалуйста.
Через несколько минут вся компания, кроме домовика, продолжавшего готовить праздничный ужин, подошла к каменному кругу в центре лагеря и встала, как указал Гарри, перед более темными, чем прочий камень, прямоугольными плитами размером два на четыре метра, опоясывавшими круг с даймонским иероглифом по внешнему краю.
- Темные камни представляют собой что-то вроде лестницы – на манер самодвижущихся хогвартсовских пролетов, - пояснил добровольный гид. - Встаньте кто-нибудь на них.
И точно, едва на каменные плиты ступил первый доброволец, они послушно опустились одним концом куда-то вниз, одновременно сморщившись гармошкой ступенек.
- Идём! – скомандовал Поттер и снова подал пример, первым шагнув на ступени. Друзья двинулись за ним.
Сначала их окутала темнота устремившегося вниз хода, идущего сквозь многометровую каменную «крышку», прикрывшую шахту, и в лицо повеяло сухим, чуть прохладным воздухом. Потом впереди показался освещенный прямоугольник выхода, и «экскурсанты» почти одновременно вышли на опоясывающий устье шахты широкий кольцевой балкон. Оттуда открывался великолепный вид на освещенное подземное пространство, оказавшееся на удивление большим.
Уходящая вниз шахта, порядка пятидесяти метров в поперечнике, впечатляла. Ее стены из песка и камня, спёкшихся от бушевавшего здесь пламени в причудливо растекшуюся темно-коричневую массу, матово блестели, отражая мягкий бело-желтый свет магических светильников, четырьмя цепочками уходивших по стенам вниз, к самому дну. Первые полсотни метров стены шли сплошной трубой, но затем в них через разные по высоте промежутки открывались подсвеченные полукруглые проёмы, в которые свободно проехал бы и маггловский танк. Это были бывшие забои, а теперь – просто тоннели, применение которым еще только предстояло найти.
Гермиона перегнулась через перила балкона в поисках средства, с помощью которого можно было бы добраться до нижних тоннелей, но заметила только вырубленную прямо в стене шахты лестницу, которая спиралью спускалась вниз.
- Гарри, а спуститься вниз можно только по лестнице? – озвучила она интересовавший всех вопрос. – Или придется в срочном порядке осваивать азы левитации и полетов?
- Ну, я, конечно, мог бы проявить заботу о вашей физической форме, оставив для перемещения только лестницу, - с подначкой улыбнулся Поттер, - но эта проблема решается куда проще. Просто подойди к краю балкона и подними руку над головой.
Грейнджер выполнила требуемое, и откуда-то сверху беззвучно опустилась вытянутая треугольная плита, поравнявшись с полом балкона и отъехавшими вбок перилами.
- Ах, вот тут в чем дело... – протянула девушка, поднимая голову вверх и присматриваясь.
Толстая «крышка», прикрывающая шахту сверху, была многослойной. Самый нижний ее каменный кругляш, равный диаметру шахты, был рассечен, как пицца, на девять клиновидных кусков, способных двигаться вверх и вниз, доставляя пассажиров на нужный им этаж подземного строения. Быстро разобравшись с принципом действия местных «лифтов», компания отправилась изучать доступное пространство.
Всего боковых ответвлений было десять: помимо упомянутых Гарри пяти тоннелей, чье назначение было уже утверждено, имелось ещё столько же, но пустых. Полукруглые в сечении, с полом, сплошь выложенным шестиугольными гранитными плитами, они пока не были задействованы, и в них можно было устроить всё, что угодно – от бассейна с пальмами и имитацией палящего солнца, ветра и чаек до обыкновенного забоя. Трудотерапия во все времена и у всех народов считалась неоценимым средством для исправления недостатков человеческого характера. Что могло быть гуманнее, чем приковать плененных врагов к тачкам и кайлам, заставив их в исправительных целях добывать уголь и щебенку старым, добрым, маггловским способом?
Новые хозяева посмотрели и оценили все. И обширное, но пока пустое хранилище для золота, сооруженное на даймонский лад в виде высоких полых двухметровых колонн из какого-то прозрачного материала. И темницу, чьи камеры, закрытые от пола до потолка решетками, выкованными из рельсовой стали, и усиленные магией, могли вместить в себя пару сотен пленников. И тоннель, предназначенный братьям Уизли, куда Поттер заблаговременно подвел электричество от имеющегося здесь же, в подземельях, переделанного маггловского генератора.
Надолго компания задержалась в общем зале, названном по аналогии с оставшимся наверху «нижним залом». Но если то, верхнее место собраний, было простым, дружественным и домашним, это являлось его полной противоположностью. Отходящий от ствола шахты на одном из нижних уровней широкий прямой тоннель через пятьдесят метров упирался в гигантские двери, почти ворота, при открытии с тихим шорохом уползавшие прямо в стены. Пройдя сквозь них, гость попадал в зал, формой напоминающий вытянутый полукруг, с длинным столом, монолитно выступающим прямо из камня пола, и такими же креслами, числом десять, расположенными по одному с каждого торца и по четыре с каждой стороны.
Но наиболее зрелищным элементом этого зала был самый настоящий водопад раскаленной лавы, текущий за невидимой преградой с дальней, прямой стороны полукруглого зала. Густо-красный свет лавы, помноженный на сияние магических огней, полосами идущих по стене вдоль пола, бросал плывущие отблески на полированный камень стола и придавал атмосфере нижнего зала некую недобрую и немного зловещую торжественность.
- Ни дать, ни взять – убежище очередного Тёмного Властелина и его приближенных, - с иронией прокомментировал Норт. - Вольдеморт, увидев такое, от зависти, конечно, не удавился бы, но вот ноготки бы поглодал порядком. Где-то по локоть. Гарри, тебе не кажется, что ты чересчур впечатлился этим, как там его… Эрц-Хаором?
- Ну, есть немного, - не стал отрицать очевидного Поттер. - Но этот зал и сооружен для того, чтобы производить впечатление на гостей. На возможных гостей...
- Кого же настолько… хмм… важного ты ждешь в гости, что для его встречи понадобились такие вот декорации? - поинтересовались братья Уизли, изучая невидимый барьер, отгородивший текущую лаву от помещения.
- Да так, есть одна вероятность... Лучше бы, конечно, было обойтись без таких гостей, но человек предполагает, а судьба располагает. Каждый может наведываться сюда, когда захочет, и даже жить здесь, но это всё потом, потом, а сейчас вернемся наверх. Добби наверняка уже закончил стряпать, а я просто умираю от голода. И, если вы не забыли, нам ещё новоселье отмечать!



***


Гарри Поттер с друзьями обжились на новом месте удивительно быстро, и уже через пару дней у всех имелось стойкое ощущение, будто они живут здесь как минимум год. Отпраздновав новоселье и обосновавшись каждый в своём доме, Поттер и его «гвардия» занялись накопившимися делами, плавно войдя в уже привычный ритм полувоенной жизни.
Окой взяла на себя изучение окрестностей с одновременным патрулированием дальних подступов, Гермиона с Джинни сначала устроили ревизию магическим защитным барьерам, добавив в них кое-что от себя, а затем снова с головой нырнули в анализ постоянно обновлявшихся данных об общей картине противостояния.
Только на первый взгляд она казалась простой, как дважды два: с одной стороны хорошие мы, с другой — плохой Вольдеморт. На самом деле в этом сложном, многочленном арифмантическом уравнении, менявшимся каждый день, а порой и каждый час, приходилось учитывать куда больше переменных: Тёмного Лорда с его ближним и дальним окружением, посаженного на поводок министра, само Министерство вообще и Визенгамот в частности, Орден Феникса, отряды авроров под руководством Хмури, магические средства массовой информации, да и общественное мнение простых людей волшебного сообщества, которое со счетов сбрасывать ни в коем случае не стоило. Словом, как говорила Гермиона, «над этим можно работать три жизни, не разгибаясь, и на четвертую останется чуть-чуть».
Близнецы, оперативно заняв отведенные им наружный арсенал и кусок подземелий, развили бурную деятельность. Они постоянно шныряли на поверхность и обратно, а иногда, захваченные очередной гениальной идеей разрушительного толка, часами не показывали носа наружу, покидая своё подземное логово, только чтобы перекусить – за что и удостоились от ехиды-Норта шутливой клички «гномы-переростки». А если учесть, что и упомянутые пещерные жители имели обыкновение постоянно торчать под землей, клепая какие-то ведомые только им одним механизмы и оружие, Эдвард не так уж сильно ошибался.
Сам Эдвард, помимо персональных тренировок и визитов к своим старым знакомым, с которых он часто возвращался с весьма ценными сведениями, вместо отдыха либо помогал девушкам с обработкой информации, либо активно включался в натаскивании Кристофера. Подросток, попав в заботливые руки Гарри и Рен, крутился, как белка в колесе, учась и тренируясь по весьма жесткому режиму. Маховик Времени, который Гарри, как и обещал, выбил из Фаджа во временное пользование, лишь добавлял тренировкам интенсивности.
Но Крис не роптал и не жаловался, проявляя несвойственную обычному подростку настойчивость и силу воли, хотя после первых недель занятий напоминал выжатый лимон и засыпал, едва добравшись до постели, а то и вовсе в ванной.
И тренировки, многократно спрессованные во времени силой редкого магического артефакта, очень скоро дали о себе знать. Кристофер Уитсфорд стал более гибким, жилистым, правильные подобранные упражнения и физические нагрузки изменили его походку и осанку, а во взгляде начал проскальзывать почти голодный блеск – ощущая растущую силу, целенаправленно пестуемую в нём старшими товарищами, парень изнывал от желания показать себя. Отросшие почти до плеч светлые волосы, он, отказавшись стричься, стягивал в хвост и, подражая учителю, начал одеваться в свободную одежду темно-серых тонов и носить волшебную палочку в узком чехле на правом предплечье, научившись выбрасывать ее в ладонь одним быстрым движением кисти. По мнению Гарри, их протеже был вполне готов к активным действиям в составе группы.
Задержка, подарившая им почти неделю драгоценного времени, была обусловлена тем, что Поттер и Хмури терпеливо выжидали, когда концентрация сил противника в Бамбурге станет наиболее высокой. Командиры Реддля стягивали туда свои отряды для организации ответного удара по силам Министерства. Возглавивший армии Темного Лорда Рабастан Лестранж, ни на миг не забывая о судьбе своего предшественника, подошел к планированию этого удара с максимальной тщательностью и вниманием.
Но трудно играть в карты с шулером, у которого в рукавах ещё до начала партии припрятано целых пять тузов. А в данной ситуации противоположная сторона, имевшая «в рукаве» Мальсибера, была как раз таким шулером.
И едва старый замок наполнили прислужники Вольдеморта, готовые по сигналу вырваться наружу, подобно опустошающей все на своём пути саранче, об этом немедленно стало известно и Поттеру, и Хмури, а те не стали мешкать, тут же запустив маховик упреждающего удара. В атаке принимали участие и авроры, уже успевшие полюбить вкус победы, и «личная гвардия» Поттера, которая на этот раз выдвигалась в бой в полном составе, всей девяткой. В защищенном со всех сторон «убежище» остался только Добби.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 241
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:51. Заголовок: Глава 06. Штурм. ..


Глава 06. Штурм.


Бамбург оказался крепким орешком.
Силы авроров, без особого труда подавив не слишком яростное сопротивление авангарда Упивающихся, за каких-то полчаса захватили древний, но по-прежнему крепкий и грозный замок. И только после этого поняли, почему враг не слишком усердствовал, обороняя каменные стены, бастионы и внутренние помещения Бамбурга. В самом сердце замка обнаружилось несколько проходов, ведущих вниз, в которые при необходимости мог бы вползти средней степени упитанности дракон. Туда, в дышащую сухим холодом тьму, и отступили все слуги Тёмного Лорда. Авроры-разведчики, посланные вперёд по проходам, вернувшись, кратко доложили: внизу расположился настоящий подземный город. И чтобы прочесать его, потребуется загнать под землю почти весь личный состав.
Если бы командование авроров знало поговорки далёкой снежной страны, раскинувшейся почти на половину Евразии, в тот момент ему бы на ум немедленно пришла следующая: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, а по ним – ходить».
Предварительные планы редко выдерживают столкновение с реальностью, и необходимые правки зачастую приходится вносить прямо по ходу боя. Так произошло и на этот раз. План штурма Бамбурга в первоначальном своем виде не предусматривал сложных ходов и выглядел следующим образом: блокировать все магические и немагические пути отступления, с минимальным ущербом для замка зачистить его верхние этажи, а в подземельях, учитывая состав и сущность тамошних обитателей, а также характер хранящихся там грузов, провести тотальную дезинфекцию. То есть, залить их чем-нибудь радикально несовместимым с существованием любых живых и неживых существ.
Близнецы Уизли активно ратовали за маггловско-техническое решение вопроса, предлагая для начала пустить в подземелья какой-нибудь отравляющий газ, например, фосген. Будучи тяжелее воздуха, он бы очень скоро заполнил все подземные ходы и резервуары, попутно отправив на тот свет всё, что имеет несчастье дышать. Ну а для тех, кому газ окажется не страшен, рыжие пироманы пообещали быстренько организовать пару-тройку-четверку... в общем, столько тонн напалма, сколько будет необходимо.
Гарри Поттер, в противовес Фреду и Джорджу, предложил магическое решение проблемы зачистки, намекнув, что в арсенале Киар-Бет имеются вещи и покруче, чем коктейль из фосгена с напалмом. Да и сила Огненной Стихии по-прежнему была при нём.
Однако корректировка разведданных задушила в зародыше так и не успевший разгореться спор о преимуществах того или иного метода массового геноцида в отдельно взятом многоярусном подземном лабиринте. По поступившим сведениям в катакомбах Бамбурга содержались ещё и пленники – авроры, попавшие в руки врага в бессознательном состоянии, и заложники из числа членов семей работников Аврората и Министерства. «Империус» все же не был панацеей, и порой слуги Вольдеморта предпочитали действовать более надёжным способом, используя в качестве рычага давления на нужных людей их близких и родственников.
Этот факт ставил крест на использовании любой силы по площадям, и было ясно, что решать проблему зачистки подземелий придется в уже привычном, хоть и более сложном и хлопотном стиле: разбившись на боевые группы и прочесывая каждый закоулок тянувшихся на многие километры многоэтажных подземелий.
Задача была поставлена, и командование авроров во главе с Аластором Хмури приступила к ее выполнению. Неподалеку от самого замка установили полевой штабной шатёр, и начали формировать и готовить к спуску боевые группы авроров по десять-пятнадцать волшебников в каждой. Все получали индивидуальное направление движения. Точного плана катакомб не было ни у кого, и Гарри с друзьями воочию увидели, как работает магическая карта, которой пользовался Хмури во время обороны Эпплби. Изначально расстеленный на раскладном столе широкий лист пергамента был совершенно чист, но когда авроры, первыми спустившиеся под землю и разошедшиеся по своим маршрутам, принялись накладывать по пути следования специальные заклинания-метки, на карте начали синхронно проступать четкие контуры плана этого участка тоннелей и цветные точки, отмечавшие тех, кто по ним продвигался.
Гарри, который со своим отрядом участвовал в операции с правом некоторой автономии, но подчинялся общим приказам и плану действий, разделил свои силы следующим образом: троих Уизли, усиленных приданной им Окой, сочли боевой единицей, равной двум отрядам авроров и отправили обходным маршрутом по боковым тоннелям, а Норт, Рен и Грейнджер вошли в состав групп, двигавшихся напрямую, через самые горячие участки. Как, впрочем, и сам Гарри, который вместе с Крисом отправился с отрядом своего старого знакомца Тома Уорбека.
Углубившись в подземелья, авроры немедленно столкнулись с упорным сопротивлением. Командир Упивающихся Смертью, кем бы он ни был, быстро сориентировался, придумав нехитрый, но эффективный способ противодействия резко выросшей ударной силе авроров.
Из поражения при Эпплби были сделаны верные выводы. Ввяжись Упивающиеся в схватку с отрядами Департамента Магического Правопорядка на открытой местности или займи глухую оборону в самом замке, итог был бы вполне предсказуем. Вооруженные усиленными палочками авроры раскатали бы врага в блин или похоронили бы под обломками замковых стен.
А вот в запутанном лабиринте подземных залов, коридоров и анфилад, где общее сражение было невозможно, и война превращалась в противостояние небольших постоянно перемещающихся групп, у оборонявшихся появлялся неплохой шанс если не удержать свои рубежи, то хотя бы попытаться сыграть с ненавистными аврорами с приблизительно равным счетом.
Фронт подземного наступления сразу же обозначился россыпью стычек и скоротечных сражений, в которых мобильные банды Упивающихся, пользуясь отличным знанием здешнего лабиринта, наносили удары и тут же скрывались в переплетении коридоров и переходов. Появились первые раненые и убитые, что нисколько не добавило аврорам ни хорошего настроения, ни выдержки. После случая, когда две поисковые группы Аврората, столкнувшиеся в подземельях, в пылу сражения едва не перебили друг друга, приняв за противника, штаб операции с помощью волшебных зеркал спешно разработал систему «пароль-отзыв», и зачистка пошла куда успешнее. Теперь при приближении к любому подозрительному тоннелю, каземату или схрону, авроры сначала выкрикивали пароль, и если в ответ не слышался правильный отзыв, то следом туда летели уже не слова, а боевые и парализующие заклинания. Хотя в случаях с помещениями авроры старались действовать очень осторожно, памятуя, что пленников могут держать где угодно.


***


Тройка Уизли — Джордж, Фред и Джинни - двигались по третьему, предпоследнему ярусу подземелий Бамбурга. Окой, изначально входившую в их группу, они оставили в самом его начале: сверху пришел приказ обследовать близкое и не охваченное ни одним из отрядов ответвление тоннелей, и японка вызвалась добровольцем. Встрепенувшийся Джордж, собрался, было, с ней, но подруга, загадочно улыбаясь, успокоила его, заверив, что с разведкой она вполне справится в одиночку, а их спаянную боевую группу лучше не разбивать. Скрепя сердце, Джордж признал её правоту, и Уизли продолжили зачистку. И спустя сотню метров чуть не угодили в засаду. Целый сноп заклинаний, ударивший из скрытого «кармана» тоннеля, едва не накрыл их; хвати у Упивающихся терпения подпустить Уизли поближе, и жертв или серьезных ранений было бы не избежать. А так всё вылилось в ставшую почти привычной, наполненную визгом рикошетов пуль о камни перестрелку из-за всевозможных укрытий, в которой решающую роль сыграли ручные гранаты, брошенные за угол натренированными руками рыжих братьев. Уровень их воинской подготовки достиг таких высот, что близнецов с распростертыми объятиями приняла бы в свои ряды любая террористическая организация, от ИРА до Аль-Каиды.
Дождавшись, когда осядет пыль, Фред в открытую двинулся вперед и тут же обнаружил, что слегка поспешил – не все Упивающиеся погибли под осколками. И оставшийся в живых, слегка контуженный маг оказался не робкого десятка - не отвлекаясь на гибель товарищей и не пытаясь сбежать, он взмахнул палочкой, посылая в Фреда режущее заклятие.
А тот, практически синхронно с ним вскинул... свой укороченный «Хеклер-Кох».
- Идиот! - сдавленно выкрикнул поднимавшийся позади Джордж, понимая, что уже не успеет поставить барьер перед братом. И песчаный щит Джинни, столько раз выручавший их сегодня, тоже гарантированно опоздает прикрыть рыжего остолопа, забывшего об элементарных защитных мерах.
Однако произошло нечто странное — перед Фредом сверкнул широкий защитный круг невербального «Протего», отбивший заклинание «Секо» вверх и в сторону, а затем кургузый пистолет-пулемет в руках близнеца полыхнул огнем, и очередь из пяти пуль разорвала мантию на груди противника, отшвырнув его уже на остывающие тела покойных подельников.
В коридоре повисла тишина, Джинни и Джордж неверяще таращились на брата.
- Фред, я, конечно, знал, что ты — неординарная личность, способная на многое, но чтобы колдовать маггловским автоматом... – первым нарушил молчание Джордж. - Считай, что я готов припасть к твоим стопам и униженно молить обучить меня этому великому искусству.
- А что, припадай, я не против, - ухмыльнулся Фред. - Давай-давай, пади ниц, презренный, и трепещи перед моим несравненным гением!
Он поднял оружие стволом вверх, демонстративно сдув легкий дымок.
- Но сегодня я удивительно великодушен и поэтому готов раскрыть свой бесценный секрет практически задаром: отныне и впредь порядок в нашей мастерской наводишь ты, - и Фред повернул оружие левой стороной к Джорджу. Тот присвистнул и коротко хохотнул.
Слева, вдоль короткого ствола немецкой «трещотки» обыкновенной синей изоляционной лентой была примотана... волшебная палочка Фреда с надетым на нее усилителем. А ее ручка находилась прямо над большим пальцем руки, лежащим на рукояти «Хеклера». Демонстрируя суть трюка, Фред несколько раз переставил палец с рукоятки на толстый конец палочки и обратно.
- Элементарно, мой наивный брат – как подложить петарду Филчу в тапочки, - довольно ухмыльнулся рыжий изобретатель.
- Да чтоб мне с упырем нашим в одной комнате жить! – экспрессивно возопил Джордж. – Ведь точно! Вовсе не обязательно с_ж_и_м_а_т_ь палочку в руке, достаточно просто касаться ее! Вот же братец, вот голова! - и он требовательно протянул руку. - Гони сюда изоленту!
В следующей же стычке такая комбинация наглядно продемонстрировала свою действенность, и в дальнейшем братья продолжили её использовать: выскакивая перед противником, они с ходу применяли «Протего», и отбив летящие в них заклинания, сразу же жали на спусковые крючки, кося противника, как траву. Сестре оставалось лишь подстраховывать их с тыла.
Враждебные подземелья тянулись все дальше и дальше, и у маленького отряда невольно начало создаваться впечатление, что они прошли под землей уже не менее половины Англии. Стычки и стрельба сменялись обшариванием хранилищ, затем снова следовали стычки, и снова приходилось производить ревизию вольдемортовских кладовых. В этих подземных складских помещениях хранилась разнообразная одежда, провизия, штабеля непонятных предметов и стояли целые стеллажи зелий. После третьего или четвертого склада близнецы признали, что их план тотального выжигания подземелий был бы настоящим расточительством: многое из хранившегося здесь добра пригодилось бы и другим людям, а всё прочее подлежало тщательному изучению. Так, наткнувшись на комнату, где на мягкой подстилке лежали десятки яиц василисков, рыжая троица потратила несколько минут, строя предположения, как слуги Вольдеморта умудрились провернуть такое. Недавним ученикам Хогвартса было хорошо известно, что василиски вылупляются из куриных, или, согласно другим источникам – из петушиных яиц, высиженных жабами. Оставалось только теряться в догадках, каким образом Упивающиеся смогли остановить этот процесс на последней стадии, создав некие «полуфабрикаты» смертоносных чудовищ.
Спустившись на четвертый ярус, Уизли покинули зону активных боевых столкновений. Здесь царила какая-то липкая прохлада и мертвая тишина, сюда не долетали ни крики, ни проклятья, ни характерные звуки ударов магических зарядов о камень, не смолкающие в туннелях верхних уровней.
Продвигаясь вперед и лишь оставляя время от времени на стенах или полу заклинания-метки, боевая тройка Уизли всё дальше углублялась в подземный лабиринт, чьи то широкие, то узкие проходы неизменно вели вниз. Признаки обжитости понемногу исчезали, а самих Упивающихся и свидетельств их присутствия Уизли не попадалось уже довольно длительное время. Зато следов запустения стало хоть отбавляй: ноги молодых людей шлепали по мокрому камню пола, временами по неосторожности попадая в лужи жидкой, подернутой белесой пленкой грязи. Магические светильники попадались все реже и реже, а лучи «Люмос Директо» выхватывали из темноты то потолок с обильными лохмотьями бледной плесени, то пятнистые стены, блестящие от влаги стекающих по ним испарений. Здесь, глубоко под землей, даже сам воздух стал спертым и неподвижным, как в плотно закрытой бочке.
- Может, повернем назад? - предложила Джинни, с отвращением разглядывая сырой тоннель и некстати вспоминая другой, очень похожий на него, ведущий в Тайную Комнату. Девушка старательно гнала от себя неприятные воспоминания, но они возвращались с пугающей настойчивостью, и она не могла отделаться от ощущения, что каждый шаг приближает её к смертельной опасности. - Вряд ли мы найдем, тут вон даже черви не прижились.
- Нет, надо дойти до конца, - возразил Фред. - Сказано же было: проверять все, совать нос в каждый закуток. Вот пройдем этот тоннель, и все. К тому же он вроде и заканчивается обширным тупиком, чем-то вроде большого зала…
И действительно, длинный туннель, шедший строго горизонтально, вскоре резко раздался в стороны, а пол нырнул вниз широким спуском, мгновенно потерявшись во мраке. Фред, Джордж и Джинни остановились у его края и уже готовы были продолжить движение, как Джинни внезапно подняла руку, призывая к тишине. В следующий миг и близнецы услышали отчетливые шаркающие шаги: кто-то шел к ним навстречу.
Не зная, чего ждать, два парня и девушка на всякий случай отступили на несколько шагов, и вскоре три луча света скрестились на раскачивающемся сером силуэте, который при ближайшем рассмотрении оказался изможденным, грязным человеком. Молча, с безвольно висящими руками и опущенной на грудь головой, он механически брел вперед, подволакивая ноги.
- Эй, вы кто, сэр? Вы пленник? Вы слышите меня? Ответьте!
Но человек не реагировал на оклики, продолжая молча приближаться к тройке Уизли.
- Знаете, что-то мне это не нравится, - пробормотал Фред, отступая еще дальше сам и увлекая за собой брата и сестру. – Что-то мне это совсем не нравится… Люмос Максима!
Ярчайшая вспышка света высветила приближающегося гостя, как на картинке, и всем сразу бросилась в глаза насквозь мокрая, облепившая тело одежда, слипшиеся сосульками волосы и самое главное – темные пятна и черные, уже не кровоточащие раны, обильно покрывающие открытые участки тела. А через секунду на Уизли навалился запах – густой, тяжелый, тошнотворно-сладкий запах мертвой плоти, уже тронутой разложением.
- Это инфернал! - одновременно выкрикнули близнецы; две очереди разнесли голову неупокоенного мертвеца в ошметки, как гнилую тыкву, и отшвырнули его обратно во мрак, откуда он и явился.
Но лучше бы они этого не делали — не успели еще раскатистые звуки стрельбы затихнуть звонкими, дробными откликами, как из темноты раздался множественный шорох, и послышалось многоголосое горловое шипение, эхом заметавшееся под невидимым потолком, как целый хор потревоженной змеиной свадьбы.
Но это были не змеи.
Скособоченные, осклизлые, одинаково безликие мертвецы в грязной, где-то целой, где-то рваной одежде, выныривая из черноты и распространяя волны тошнотворной вони, начали сноровисто карабкаться к живым по широкому каменному пандусу, подымавшемуся откуда-то из непроницаемой темноты самого нижнего яруса подземелий.
- Теперь понятно, почему тут никого не было! - скривившись от зловония, Джордж выпустил длинную очередь, но маггловское оружие не могло второй раз убить то, что было уже давным-давно мертво: инферналы не обращали ни малейшего внимания на пули, с негромким чавканьем впивавшиеся в их тела, всё так же двигаясь в прежнем направлении.
Мало что изменил и пару раз оглушительно бабахнувший помповик Фреда, «Моссберг 500 Круизер». Рой крупной картечи влегкую оторвал какому-то мертвяку руку у плеча, но тот лишь покачнулся, на секунду замедлился, и тут же, роняя на пол куски мертвой плоти, продолжил резво ковылять вперед, к так сильно привлекавшему его теплу живых. К теплу, плоти и крови.
Близнецы сориентировались быстро.
- Стволы долой! - скомандовал себе и брату Джордж, для удобства отдирая от «Хеклера» волшебную палочку и закидывая бесполезное пока оружие за спину. - Придется вспомнить что мы — и волшебники тоже! Отходим в глубь коридора, там дохлякам придется потесниться, и начинаем жечь! Джин, ты держи тыл, чтобы никто не зашел нам со спины!
И огонь, древнейшее средство, придуманное человеком для защиты от всего, что кроется во мраке, не подвел и в этот раз.
Две ревущие струи пламени, вырвавшиеся из палочек близнецов, ударили в плотный строй быстро надвигавшихся инферналов, сразу опрокинув их передние ряды и превратив живых мертвецов в корчащиеся на полу горящие манекены, исходящие черным, маслянистым дымом. Гулкие хлопки усиленного «Инсендио», бело-оранжевыми, яркими вспышками освещающие влажные и блестящие стены тоннеля, раз за разом пачками сшибали наземь дымно полыхающую нежить, но на смену сгорающим инферналам упорно шли новые, безучастно топча ногами собратьев, рассыпающихся на тлеющие уголья.
Уизли, как заправские огнеметчики, жгли их десятками, но враги, поднятые из мертвых искусством черной магии, и не думали заканчиваться. Наоборот, их становилось всё больше; словно мошки, летящие на пламя, инферналы выходили из темноты и настырно перли и перли вперед. Долго оставаться на прежней позиции было нельзя; нет, жечь оживших мертвецов близнецы могли хоть до второго пришествия Гриндевальда, но только не в этих подземельях. И дело было даже не в забивающем ноздри густом запахе горелой мертвечины, а в дыме, понемногу заволакивающем эту часть глубинного лабиринта с его неподвижным, прогорклым воздухом. И Фред, и Джордж, орудуя волшебными палочками, уже давно кашляли и постоянно терли покрасневшие, слезящиеся глаза. Джинни было немного легче, у нее были плотно сидящие очки, но дышать и ей становилось все труднее.
- Все, пора отходить! – кашляя, крикнула она братьям. - Иначе мы тут задохнемся!
- Ага, как же! – отозвались близнецы. - Стоит прекратить их жарить — и эти кадавры нас просто сомнут!
Джинни с досадой притопнула ногой – и на ум ей неожиданно пришла замечательная идея.
- Фред, Джордж! - громко позвала она. - Признавайтесь, вы все же наверняка притащили с собой что-нибудь огнеопасное? В этом вашем уменьшенном арсенальчике?
Братья, не опуская палочек, быстро переглянулись, и Джордж ответил за обоих:
- Каемся, грешны. Есть у нас маленький пузырек напалма. Тонны на полторы. Ну, и фосфора белого немножко...
- А этого хватит, чтобы сжечь всех этих тварей?
Это было все равно, что спросить у Добби, сумеет ли он приготовить пюре с сосисками. Близнецы, оскорбленные в лучших своих чувствах, уставились на сестру:
- Хватит ли? Да когда эта штука рванет, здесь начнется такое, что знаменитый Лондонский пожар покажется йольским костерком!
- Тогда действуйте! Я вас подменю, а вы пока доставайте и готовьте свои зажигалки. Швырнете их в гущу мертвяков, мы бегом отступим, и я завалю тоннель на несколько метров. А дальше по ходу есть лестница на верхний уровень, я видела.
- Тогда поехали! – не стали спорить братья.
Произошла мгновенная рокировка — Джордж и Фред, покинув рубеж обороны, отскочили назад, а Джинни заняла их место, выбрасывая вперед руку с волшебной палочкой.
По части колдовства девушка давно уже заметно превосходила старших братьев, так что усиленное «Инсендио» выходило у нее не как у близнецов — широким оранжевым факелом огня, а было светло-желтым и узким, точно длинное лезвие. Оно не воспламеняло наступающих инферналов целиком, а, скорее, пережигало их по нескольку штук зараз, как стократно увеличенный газовый резак.
А тем временем Фред раскрыл свою волшебную коробочку, произнес заклинание увеличения, и на мокрый камень пола с глухим стуком встал предмет, больше всего похожий на газовый баллон с ручками, который используют магглы в своих жилищах. Широкая и низкая, эта емкость по-прежнему не имела своего истинного размера, будучи подвергнута уменьшительным и облегчающим заклинаниям в два этапа, и сейчас - освобождена только от первого.
Близнецы склонились над баллоном, и работа в четыре руки закипела: Джордж широкими мотками черного скотча приматывал к пузатым бокам ёмкости плоские контейнеры с белым фосфором, а его брат буквально на коленке сооружал взрывное устройство — кубик «С-4» плюс простейший электронный таймер-детонатор.
- Ну что, вроде должно получиться...
- Да куда ж оно денется... Мы же проверяли, магия уменьшения «Редуцио» не выдерживает нагрева даже до двухсот градусов, а тут рванут пластид и фосфор, а потом и принявшая свой истинный размер наша бутылочка, - Фред криво улыбнулся. - Мало не покажется никому, успеть бы ноги унести...
- Джинни, готово! - крикнули братья, «Ховером» отрывая от пола свою адскую машину. - Таймер на две минуты, и время пошло!
- Хорошо! Швыряйте вашу бомбу как можно дальше — и бегом по коридору! Живей!
- И-раз! И-два! И-три!! Мобилиарбус!! - близнецы сдвоенным заклинанием дружно запустили свой увесистый подарочек прямо в гущу инферналов, и тут же со всех ног бросились бежать прочь. Их сестра, выпустив по мертвецам еще один сноп огня, через мгновение ринулась следом за ними.
Зомби, казалось, на миг растерялись: притягивавшие их жертвы словно бы растворились в пламенной завесе. Только через несколько драгоценных минут притуплённые инстинкты дали знать, что трое живых не исчезли, а стремительно удаляются прочь. Толпа не-мертвых созданий качнулась вперёд.
Но Джинни тоже не дремала. Отбежав на десяток метров, она остановилась и развернулась лицом к преследователям.
Песчаный покров Эгора опал с ее затянутого в комбинезон тела, разбился на десятки струй, которые подобно змеям стремительно скользнули вперед по полу, стенам и потолку, находя малейшие щели и зазоры между каменной кладкой и перекрытиями тоннеля и глубоко ввинчиваясь в них.
А затем рыжая девчонка встала потвёрже, чуть откинувшись назад и широко расставив ноги, и единым со своим симбионтом рывком с оглушительным грохотом обвалила на головы вырвавшимся вперед инферналам тоннель на протяжении доброго десятка метров, создав плотную пробку из каменных обломков.
И снова кинулась бежать прочь в шлейфе летящего за ней светло-коричневого песка.
- Быстрее, Джин! Шевели лапами! Вот-вот рванет! - Подгоняли ее Фред и Джордж, приплясывая от нетерпения рядом с ведущим под углом вверх проходом-лестницей. Едва сестра поравнялась с ними, близнецы подхватили её под локти и почти потащили вверх по ступенькам.
И вовремя, потому что в заваленном тупике, на лежащем среди обгорелых останков инферналов подарочке братьев Уизли цифровой таймер высветил строчку из четырех нулей, запустив детонацию пластиковой взрывчатки. За сотые доли секунды она попросту сдула уменьшающую магию, наложенную на контейнер и, разорвав металлическую стенку, выпустила на волю его крайне огнеопасное содержимое. В тоннеле расплескался настоящий рукотворный океан огня, который оценил бы по достоинству даже Пиро`сар Поттер.
Пламя пошло по пути наименьшего сопротивления, устремившись вниз, где до того, как их потревожили, в кромешной сырой тьме подземного зала ждали своего часа сотни живых мертвецов. С шипением пролетев вдоль стен, огонь закрутился там стремительным водоворотом, выжигая все дотла — сырость, влагу, плесень на камнях, и, разумеется, инферналов, одновременно отыскивая хоть малейшую лазейку для продвижения вперед. Не найдя таковой, огненный поток со свистом и ревом кинулся назад в тоннель, сквозь завал в конце которого слабо тянуло воздухом.
Близнецы не зря торопили сестру, отлично понимая, что сооруженная ею баррикада не защитит их, а лишь поможет выгадать время, направив огонь сначала в другую сторону. И вот теперь время вышло. Пламя и раскаленные газы, образовавшиеся при взрыве, многократно увеличились в объеме и, разогнавшись в тоннеле, точно в дуле исполинской пушки, со всего маху ударили по каменной пробке.
Ближние переходы и ярусы подземелья ощутимо встряхнуло; где-то повело кладку и стены, что не на шутку напугало находящихся неподалеку авроров и Упивающихся. Особенно не повезло группе вольдемортовских прихвостней, напавшей на след тройки Уизли и сдуру сунувшейся по их следам в тот же нижний тоннель. В их широко раскрытых глазах вместе с ужасом успел отразиться стремительно несущийся на них огненный шквал, но прежде чем до них добралось пламя, тёмных магов буквально изорвало в клочья летящей впереди огня каменной шрапнелью.
А Уизли, тяжело дыша и ухитряясь при этом ещё и браниться сквозь зубы, не щадя ног и перескакивая через несколько ступенек, мчались вверх по лестнице. Преодолев первый пролет и выскочив на площадку, Джинни, Фред и Джордж мгновенно сориентировались и, не раздумывая, рванули в ближайший проход, который тоже вел куда-то наверх. И через два десятка метров остановились, как вкопанные: выход на следующий ярус преграждала грязная, ржавая, но толстая и всё ещё прочная железная дверь, пробитая по периметру крупными заклепками, с рыжим от ржавчины засовом изрядных размеров, буквально прикипевшим к косяку двери.
- Проклятье! - вырвалось у Фреда, и он ткнул волшебной палочкой в дверь. - Алохомора!
Дверь даже не дрогнула.
- Не поможет! - отрицательно дернул головой Джордж. - Она не заперта, просто от времени все части намертво приржавели друг к другу…
- А назад бежать уже некуда!
- Может, «Бомбардой»?
- Отойдите! – Вперёд шагнула их младшая сестра, и снова струи песка, но на сей раз уже не толстые, как змеи, а тонкие и узкие, словно плети ползучего растения, метнулись от неё к двери, пролезая под неё, смыкаясь вокруг толстых петель и запора. Послушные воле двоих своих хозяев, струи песка странным образом замкнулись в кольца, между песчинками словно пробежал силовой заряд, встопорщились острые грани отливающих синью кристаллов, и внезапно узкий проход наполнил пронзительный визг разрезаемого железа. От двери плотными снопами полетели белые искры – закольцованные песчаные струи, придя в стремительное вращение, начали просто-напросто выгрызать дверь из косяка, как маггловские цепные пилы.
А из нижних тоннелей всё отчетливее слышался гул, по мере приближения переходивший в свистящее шипение: огонь был на подходе.
- Может, поставить «Протего»? С усиленной палочкой оно же о-го-го какое выходит!
- А толку-то? От огня оно нас защитит, не спорю, но вот ударная волна им же нас и прихлопнет!
- Вот же гадство... Джинннннииии! - близнецы разве только чечётку не отбивали, напряженно глядя в темный зев ведущего вниз прохода. Сейчас… ещё немного… и там полыхнет слепящая желтая вспышка – и их троих запечет прямо на этой двери, как гусей на противне…
- Да знаю я! – сквозь зубы бросила сестра. Бьющий по ушам пронзительный визг поднялся еще на октаву выше, и вместе с фонтанами искр на пол густо полетели обжигающие капли расплавленного металла.
Звук приближающегося огненного вихря стал громче, уходящий вниз тёмный зев осветился тёмным багрянцем, пахнуло обжигающим жаром…
- Ну все, похоже, приехали, - пробормотал побледневший Джордж. - Не угостит меня Окой своими ботамоти...
- Что за бегемоти? - Не оборачиваясь, переспросила Джинни. – Не спеши умирать, отведаешь еще своих гиппопотамов! - И визг оборвался на высокой ноте. - Диффиндо!
Ударное заклинание сорвало почти вырезанную дверь, заставив её повиснуть на недопиленной верхней петле, но образовав проход, вполне достаточный для человека.
- Уходим!!!
Дважды приглашать никого не пришлось — юркнув в широкую щель, все Уизли рванули вперёд, как заправские спринтеры. Они успели отбежать метров на тридцать, когда из прохода, окончательно вышибив в коридор стальную дверь, вырвался могучий язык пламени, опалил все, до чего смог дотянуться, и, как живой, с шорохом втянулся обратно в дымящийся зев.
Инстинктивно прижавшиеся к стенке Уизли с шумным вздохом облегчения сползли на пол, который в этом тоннеле были сух и относительно чист, и пустили по кругу бутыль воды с лимонным соком.
- Ух ты, - выдохнул Фред, оторвавшись от горлышка. - Я уж думал, мы там… того... Сгорим на работе, так сказать... Спасибо, сестричка. И твоему бесформенному другу тоже наше с большущей кисточкой.
- Да уж, - кивнул Джордж. - А ботамоти, Джин, это не то, о чем ты подумала, а сладкие рисовые колобки с бобовой пастой. Очень вкусно, кстати, дам потом попробовать.
И, оставив сестру размышлять над причудами японских кулинаров, повернулся к брату, мокрыми руками устало размазывавшему копоть по лицу.
- Ну, и кто был прав? Ведь я тебе говорил — не надо напалм с белым фосфором мешать! А ты все: «Так еще ядреней выйдет! Объем взрыва увеличится!» Увеличился, ничего не скажешь, сами чуть частью этого объема не стали...
- Что ты пыхаешь, как голодный соплохвост? Ну не рассчитал немного, с кем не бывает… - Фред даже не потрудился изобразить хоть какое-то раскаяние.
- Немного?!!
- Всё, хватит цапаться, - сурово прервала спорщиков младшая сестра и, чуть покачнувшись, встала на ноги. – Надо двигаться дальше. Тоннель, судя по всему, тоже идет наверх, так что скоро выйдем на поверхность.
- Хорошо бы… - потянул Джордж, - всегда терпеть не мог подземелья – спасибо этой летучей мыши, Снейпу… Да и живые мертвецы совсем не наш профиль, пули их, гадов, не берут. - Парень рывком поднялся, протянул руку, помогая встать сидящему на земле Фреду, и внезапно посерьезнел. – И где сейчас наша Окой? Как она там одна?
- Братишка, она же ясно сказала: с ней всё будет в порядке, - безапелляционно заявил Фред. – Ты что, своей подружке не веришь?
- Верю, но все равно как-то неправильно это… - слегка замялся Джордж. – Девушка, одна, и в этих кошмарных катакомбах…
- Ничего с твоей Окой не случится, - Джинни сдвинула на лоб очки, и на чумазом от гари лице появилась ободряющая улыбка. – Что-то мне подсказывает, что больше стоит беспокоиться не о ней, а о тех, кто ей самой попадется на пути.


***


На развилке тоннелей, ради которой Окой отделилась от основной группы, царила тишина. Но именно в этом месте, как и во многих других, слуги Вольдеморта устроили хитроумную засаду. Тёмные маги накрылись маскировочными плащами с головой и практически слились со стенами тоннеля, освещенного редкими волшебными светильниками.
Сжимая в потных ладонях палочки, солдаты Темного Лорда терпеливо ждали появления боевой группы авроров. Рано или поздно министерские псы покажутся – и тогда, пропустив мимо, им можно будет безнаказанно ударить в спину и перебить всех на месте. Даже у самых смелых и отчаянных волшебников нервы были напряжены, как струны. Каждый понимал: за них по-серьезному взялся не менее серьезный противник, и чтобы уберечь свои шкуры в грядущей мясорубке, придется изрядно попотеть, а что до финала дотянут все, так это еще Моргана еще надвое сказала.
Однако, вместо толпы в ненавистных форменных мантиях к ним пожаловал совсем другой гость.
Заметив красивую японку, остановившуюся в устье тоннеля, Упивающиеся злорадно и довольно, как гиены, захохотав, сбросили плащи.
- Гляньте, как нам подфартило-то! – присвистнул кто-то. – Думали, с аврорами сшибёмся, а тут девка какая-то разгуливает! Хоть и косоглазая, но очень даже ничего…
Темные маги вразвалочку, вальяжно направились к неподвижно стоящей Окой, глумливо посмеиваясь и поигрывая волшебными палочками.
- Эй, крошка, давай не будем разводить тут сопли и сразу перейдем к делу: как насчет большой и чистой любви? Сама видишь, мы парни хоть куда… Вискарика тебе плеснем для храбрости, чтоб не испугалась ненароком – нас тут много…
Окой, спокойно глядя на подходящих магов и улыбаясь краешками рта, как сытая кошка, неторопливо сунула ладонь в широкий рукав кимоно и вытащила свой изящный веер из тонких, покрытых лаком бамбуковых палочек и вощёной рисовой бумаги.
- Хэ, да вы только посмотрите! – ещё больше развеселились Упивающиеся. - Она собралась бить нас веером! Типа, «Уйдите противные! Я не такая...» Да нет, такая!
Главный хохотун резко оборвал смех, оскалившись и в самом деле став очень похожим на отвратительную гиену.
- Такая или станешь такой! – рыкнул он с истерично-безумной злобой загнанного в угол зверя, которому нечего терять, кроме жизни. – Мы сделаем! Разложим, сука, на твоих же тряпках и начнем драть во все… Эй, даже и не думай убегать! – Маг угрожающе поднял палочку, заметив, что жертва отступила на шаг назад.
Но японка не собиралась убегать или отступать.
Опустив ресницы, она приложила веер к переносице и раскрыла его, закрыв лицо и словно отгородившись от приближающихся к ней врагов. На складчатой, кремового цвета бумаге веера четко обозначились два каллиграфически выписанных черно-красных иероглифа, складывающиеся в японское понятие «Миени миенай» - «Незримое».
- Ух ты! Прячешься, киска? – всё не унимался весельчак, но Окой его как будто не слышала.
- Шичи Хэнге, - произнесла японка и легким движением большого пальца свернула веер наполовину, открыв левую сторону лица. И вот тут-то Упивающиеся замерли, словно со всего размаху налетев на невидимую преграду.
Лицо девушки изменилось. Под четко прорисованной дугой брови вместе глаза, казалось, возник бездонный провал, а глазницу заполнила непроницаемая чернота, внутри которой хищно пылал багряный обод, алое кольцо, взгляд которого пригвоздил к месту всю семерку.
Для Упивающихся полутёмный коридор на мгновение искривился и потёк, как брошенная в воду акварель – и снова стал прежним, с одним только различием. Каждый из семи волшебников стоял там, где и был, но совершенно один. Маги заозирались, недоумевая, куда делись их товарищи и, собственно, сама японка.

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Shin-san
Любимый внук Наэ-Хомад


Сообщение: 242
Зарегистрирован: 21.08.07
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.12.09 15:52. Заголовок: Глава 07. Геометрия ..


Глава 07. Геометрия теней.


- Ты где, косоглазая? Вздумала шутки шутить?! Убью! – Весельчак пришел в себя первым. Он озирался по сторонам, щеря зубы, как матёрый волк, готовый метнуть проклятье на любое движение или звук – но вместо ответа погас свет. Светильники потухли разом, словно попав под «Нокс Тоталус», и Упивающий очутился в кромешной темноте. Секунда, другая… и внезапно его ушей коснулся тихий смех, раскатившийся по коридору, как горсть мелкого серебра.
Эхо металось в узком проходе, многократно отражаясь от стен, а через несколько мгновений волшебник понял, что это вовсе не эхо. Смех множился, доносился и спереди, и сзади, становясь все выше и злее, как будто мага окружала неторопливо приближающая толпа злобных детишек.
- Не бойся. Это твои новые друзья. Они скрасят твое одиночество и не дадут тебе заскучать, - минуя уши, прямо в голове прозвучал отчетливый шепот, и в непроницаемой тьме, окружавшей мужчину, один за другим стали вспыхивать парные красные огоньки, похожие на глаза диких зверей.
- Люмос! - выкрикнул маг, и заклинание вырвало его из мрака, очертив вокруг блеклое, мятущееся пятно света. А заодно – осветило тех, кто неторопливо подбирался к нему: десятки небольших, росточком не больше полутора метров, кукол. Ожившие игрушки, одетые в традиционные японские кимоно, были сделаны с необычайным искусством. Неловко переваливаясь на коротеньких ножках, они кивали черненькими головками и тонко хихикали, подходя к Упивающемуся всё ближе и ближе.
- Что за дерьмо?! - выкрикнул волшебник, выхватывая вторую волшебную палочку и швыряя проклятье с левой руки – одна из кукол стремительно прыгнула на мужчину, в полете широко распахнув пасть, утыканную загнутыми, иглоподобными зубами. – Авада Кедавра!
Заклинание сбило зубастую игрушку на подлете, швырнув её на пол обугленной мешаниной тряпок. Но её собратьев это не отпугнуло: адские отродья, принявшие облик детских куколок, посмеиваясь, подходили всё ближе. И чем ближе они были, тем чаще то одна, то другая тварь резко прыгала, норовя вцепиться Упивающемуся в горло. Волшебнику оставалось только светить себе одной палочкой и, крутясь, как юла, отбиваться другой, рассылая «Инсендио» и «Авады» направо и налево. Куклы рассыпались прахом под заклятиями смерти, корчились и сгорали в огне, рвались пополам, но продолжали настырно лезть из темноты, как облако ночных насекомых, летящих на одинокий фонарь. Тяжело дышащий, почти обезумевший от забивающего уши мерзкого многоголосого хихиканья, слуга Вольдеморта, улучив момент, оглянулся… и увидел во мраке мириады приближающихся красных огоньков.


***


Другой Упивающийся из шайки, имевшей несчастье попасться на дороге одинокой восточной девушке, замер на месте, выставив палочку перед собой. Приличный боевой опыт подсказывал ему, что самое главное – не спешить и оставаться настороже. Однако никакой опыт не смог уберечь его от того, что произошло дальше. В какой-то миг застывший в боевой стойке маг почувствовал, что по его ноге что-то ползет. Он опустил взгляд, светя себе волшебной палочкой, и содрогнулся от омерзения: пол был сплошь покрыт шевелящимся ковром крупных, омерзительно блестящих сороконожек, и некоторые уже карабкались вверх по ткани его одежды. Грязно выругавшись, слуга Вольдеморта начал скакать и приплясывать, силясь стряхнуть с себя цепких созданий, но те не отлипали, и новые твари, одна за другой, атаковали выбранную жертву. Они забирались в штаны, проникали под рубашку, поднимаясь всё выше и выше. Уже не бранясь, а сдавленно подвывая от подступающего ужаса, человек трясущимися руками отдирал от себя сочно лопающихся в пальцах многоногих тварей, но всё было тщетно. Черная шевелящая масса погребла волшебника под собой; сороконожки протискивались в его уши, ноздри, рот и под веки, а иные, судя по ощущениям, уже копошились под кожей и в самой голове.
Говорят, что без конца жалящие слепни, способны заставить взбеситься даже самую спокойную лошадь. И если это может произойти с животным, не имеющим ни разума, ни воображения, что говорить о человеке?
Охваченный паникой, ужасом, нестерпимым зудом и обжигающей болью от бесчисленных укусов, подстегиваемый наплывающим безумием маг не нашел ничего лучше, как со всего разбегу попытаться протаранить головой стену в надежде хотя бы таким образом раздавить десяток мерзких созданий и избавиться от сводящего с ума копошения внутри черепа.


***


Быстрее всех умер самый старший из Упивающихся. Его сердце не выдержало и остановилось, когда плиты пола под его ногами внезапно покрылись трещинами и начали раскалываться на куски, как тонкий лед, а его самого, невзирая на отчаянное барахтанье, стало медленно, но неотвратимо затягивать оказавшееся под полом блестяще-черное, отвратительно пахнущее болото. Густая жижа сковывала движения и липко тянулась за пальцами, а каменный потолок, дрогнув, внезапно пошел вниз, обещая вскоре окончательно вмять человека в его зловонную могилу.


***


Две пары глаз, не отрываясь, следили за происходящим. Одни тёмно-карие, слегка раскосые, в которых всё ещё плясали багровые отсветы, другие – светлые, расширившиеся от ужаса.
Отставший от своего отряда Упивающийся вжимался в стену каменной ниши в глубине подземного перехода, густо затянутой паутиной с налипшей на неё пылью. Он замешкался, возясь с застёжкой плаща, в то время, как семеро его товарищей, похохатывая и отпуская издевательские реплики, наступали на хрупкую азиатку. И поэтому был свидетелем того, как не успев приступить к веселью, все семеро внезапно остановились, на несколько секунд точно в камень обратившись, а затем все, одновременно, обезумели.
Один, подпрыг

Избранный, ты так ничего и не понял. Ложка есть. Это тебя нет... Спасибо: 0 
Профиль
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 1
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Текстовая версия



Снарри-форумЯмаSnape UnsnapedRussian Fan Fiction HistoryСказки...Семейные архивы СнейповКлуб Любителей СойераТайны темных подземелий
УсадьбаВидения Хогвартсафемслеш и юриДомианаСайт о Гарри Поттере.Всегда самые горячие новости. Отряд Дамблдора ждет тебя!Библиотека фанфиковХогвартс Нэт