On-line: гостей 0. Всего: 0 [подробнее..]
АвторСообщение
Джи(Джинни) Поттер
Дочь огня, жена льда


Сообщение: 1
Зарегистрирован: 30.06.08
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.06.08 11:50. Заголовок: Возрождаясь из предательства (продолжение)


Название: Возрождаясь из предательства Ч. II
Автор: Джи(Джинни) Поттер.
Пейринг: ГП/ДУ
Герои: ГП, ДУ, ДП, ЛП, СБ, РУ, ГГ, АД, ЛВ, СС, ДМ, ММ, НЛ, ЛЛ.
Тип: Гет.
Жанр: Общий/АУ/Роман
Рейтинг: G
Саммари: Есть тайна, которою он никогда не должен был узнать. Но волею судьбы она стала ему известной. Тайна эта касается всех, но в первую очередь его и Волдеморта. Это тайна о том, что же случилось в Хеллоуин 1981г. Это тайна о том, погиб ли Сириус Блэк той ночью в Отделе Тайн. Это тайна о том, друзья ли ему те, кого он таковыми считал. И только возродившись из предательства, он узнает истину.
Дисклаймер: Я отказываюсь от всех героев, которые участвуют в этом фике. Идея, сюжет, события – мои. Что Роулинг, то Роулинг. Я же на него не претендую, так как это произведение было написано только для себя и читателей. Никакой денежной пользы я из него не извлекаю, только моральную.
Предупреждение: Этот фик написан на основе 5 книги, которая учитывается полностью, кроме последней главы. Книги 6 и 7 полностью и нагло игнорируемы. ООС
Размер: Макси.
Статус: В работе.

Обсуждение: Сюда

Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Ответов - 6 [только новые]


Mamont
Le serviteur de l`obscurité!


Сообщение: 2592
Зарегистрирован: 22.06.07
Откуда: Прямиком из Ада., Алушта
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.12.09 18:01. Заголовок: * * * -Мой лорд! –..



* * *

-Мой лорд! – в зал заседания ворвался человек в черной мантии, которая развевалась за ним подобно парусу. – Мой лорд, вы обязаны увидеть это!
Подбежав к Волдеморту, который склонился над картой, на которой были начерчены разноцветные линии, пожиратель рухнул на колени.
-Что случилось? – разъярено прошипел Волдеморт, поднимая палочку. – Я же сказал не беспокоить меня! Кру…!
-Простите меня, мой лорд, - выдохнул наглец. - Но вы просто обязаны увидеть это.
Пожиратель протянул Волдеморту газеллу, сложенную так, чтобы было видно заголовок.
Темный лорд сразу же забыл о том, что хотел наказать наглеца. Он выхватил у него газету с рук и сел на свой трон. Несколько минут в зале не было слышно ничего, кроме шелеста страниц.
-Дьявол побери! – прорычал Волдеморт, швыряя газету обратно пожирателю, который продолжал стоят на коленях. – Этот старик слишком много на себя берет! Кем он себя возомнил?! Ладно, - внезапно он успокоился. – Значит, Поттеры и Блэк живы…Белла будет рада, - криво улыбнулся Волдеморт. – Это меняет все… Теперь мы поступим иначе.
Вдруг он вспомнил про пожирателя, который все еще находился здесь.
-Свободен, - махнул он рукой и отвернулся, погрузившись в свои мысли.
Пожиратель поспешно поднялся и начал отступать назад, пытаясь не привлечь внимание хозяина и не веря тому, что не получил наказание. Достигнув двери, он торопливо выскользнул из зала.
Волдеморт даже не заметил этого. Он задумчиво кружил по зале, размышляя над статьей. Сам того не заметив, он начал говорить вслух.
-Итак, что мы имеем? Мы имеем статью, которая вполне точно и ясно расписала, почему происходит то, что происходит. А почему это происходит? Потому что так решил Дамблдор. Он решил обмануть всех, включая и меня. Он возомнил себя всемогущим. Придется переубедить его в обратном. Несколько нападений, которые он не сможет отразить, еще больше подорвут веру народа в него. Значительную часть уже сделал Поттер. Поттер… Не могу поверить в то, что он выступил против директора! Но это так! Да, чего только не бывает… Интересно, как же он узнал обо всем этом?.. Сомневаюсь, что старик сам по доброте душевной ему рассказал. Значит, сам…Теперь понятна та боль, которую я испытал в начале лета, - Темный лорд содрогнулся от неприятных воспоминаний. – Такого я не испытывал никогда, даже когда не смог убить мальчонку 15 лет назад. Но что же с ним случилось после этого? Я пытался пробиться к нему в голову, но у него стоит мощнейший блок, какого нет даже в Дамблдора. Это значит, что он либо сошел с ума от новостей, либо Дамблдор наложил на него сильнейший Обливэйт. Но даже это бы не привело к тому, что весь его мозг закрыт. Часть воспоминаний да, но не мозг…Либо его сила освободилась. Это более вероятно. Но что же это за сила? О Мерлин, я почувствовал только Тольку, только ее отголосок, когда побывал в теле Поттера, но этого хватило для того, чтобы заставить меня страдать. Какой же будет его полная, не ограниченная связывающими заклинаниями сила?! Несомненно, он сильнее меня и Дамблдора. Если б мне удалось склонить его на свою стороны. Можно попытаться. Использую то, как старик с ним поступил. Уверен, он захочет еще сильнее отомстить как своему обожаемому директору, так и родителям и так называемым «друзьям», которые с ним так поступили. Дело за малым – найти Поттера и убедить его перейти на мою сторону. Не сомневаюсь, это будет легко.
Волдеморт рассмеялся дьявольским смехом.

* * *

Утро для Дамблдора началось как обычно - с чашки крепкого кофе с лимоном. Он обожал этот цитрусовый и употреблял его со всем, с чем только можно. Многие не понимали этой его причуды. Но директору было все равно. Он не обращал внимание на мнение окружающих даже наоборот – пытался пристрастить и других к этому фрукту. Это вызывало только приступы раздражения.
Спустившись в кабинет, он начал разбирать бумаги, оставшиеся со вчерашнего вечера. Послезавтра начинался учебный год и надо было решить множество вопросов, связанных с охраной замка, поставкой продуктов питания и кроме того, найти нового учителя ЗОТС. Достойного кандидата так и не нашлось. Конечно, приходили всякие сомнительные личности, но им директор не позволил бы преподавать даже при угрозе остаться без учителя. Те же кандидаты, которых хотел видеть на этой должности директор, либо отказывались, либо еще не прислали ответа.
-Сегодня надо бы провести совещания, - вслух подумал директор. – может, у кого-то есть знакомые, согласные принять на себя ношу учителя ЗОТС. Но это потом. Пора спускаться на завтрак. Жаль, что Фоукс исчез тогда с Поттером. Теперь придется идти пешком.
Спустя пару минут директор входил в Большой зал. Там уже собралась большая часть педколлектива. Поздоровавшись с коллегами и сев на свое место в центре стола, директор принялся за завтрак. Утреннюю трапезу прервало появление сов с почтой. Поймав газету, которая чуть не упала в тарелку, директор ловко развязал бечевку и развернул газету.
Дамблдор резко побледнел, выпучил глаза, схватился за сердце и начал хватать ртом воздух. Вдруг глаза у него закатились и он сполз по стулу вниз. Все сразу засуетились вокруг него. Помфри, сидящая слева, схватила его за руку и начала отсчитывать пульс. Потом влила в него какое-то зелье.
Едва очнувшись, Дамблдор схватил газету и резво вскочил.
-Все немедленно в мой кабинет! – скомандовал он.
-Но директор! – попробовала возразить Помфри. – У вас чуть не случился инфаркт. Вам надо отдохнуть, обследоваться…
-Потом, Поппи, все потом. Сейчас есть дела поважнее, - резко ответил директор и быстрым шагом покинул Большой зал.

Влетев в кабинет, директор вихрем подлетел к тайнику, который находился за стеллажом с книгами. Открыв его, Дамблдор начал пересматривать все бумаги, что там находились. Перерыв содержимое тайника несколько раз и убедившись, что оттуда ничего не исчезло, он закрыл его и в изнеможении сел в кресло.
-Ничего не понимаю….Все на месте. Как к ней могли попасть те документы и сведения? Они же были только в одном экземпляре и были только у меня, - пробормотал Дамблдор, прикрывая глаза. Он пребывал в полнейшем смятении – ведь он лично позаботился о том, чтобы изъять с архива Министерства все компрометирующие его бумаги. А каких усилий ему стоило заключить с гоблинами договор, за которым ни одна живая душа не могла узнать о том, что директор отбирает себе все сейфы исчезнувших родов!
Но откуда же ему было знать, что в сборе материалов для статьи Риты Скитер Савмак обратился не только к своим знакомым с Министерства, но и к подмоге Фоукса. Тот с помощью своей магии сделал копии всех бумаг с тайника Дамблдора и переправил их в штаб ОЗОМ. За содействия управляющего делами Поттеров, который потряс своих коллег, было получено подробнейший отчет о всех финансовых операциях директора. Так общими усилиями и было нарыто довольно внушительную по объему папку с компроматом на Дамблдора. Сейчас оригинал этой папки находился в Гарри, одна копия – в Риты, еще по одной – в Петунии и Савмака, а две хранились в отдельном сейфе Гарри, который он открыл для себя во время очередного посещения банка. Все это было сделано с целью сохранить важнейшие сведения. Но вернемся к директору.
Дамблдор внезапно вспомнил, что в кабинете он не один. Открыв глаза, директор в этом убедился – здесь находился весь учительский коллектив школы. Замысловато выругавшись мысленно, старик навел палочку и проговорил заклинание:
-Обливэйт Максима!
В тот же момент глаза преподавателей опустели, а пару секунд спустя приняли бессмысленное выражение.
-Проходите, присаживайтесь, - директор снова разыгрывал с себя радушного хозяина. Дамблдор снова прикрыл глаза. Как бы он того не хотел, был вынужден разрулить возникшую ситуацию. Была бы у него возможность, он бы заставил все магическое сообщество забыть о этой дурацкой статейке, но нет, этого у него не получится. Что ж, придется как-нибудь выкручиваться. О, дьявол побери Скитер с Поттером вместе! Что ж мальчишка не сгорел тогда?! Что ж его не забрал огонь из преисподней? О, Мерлин, сколько же проблем доставляет это невоспитанное чудовище! Мало ему, Дамблдору, других проблем, так еще и мальчонка…Черт же дернул его тогда начать эту игру! Если б он знал, что отпрыск Поттера будет таким неуправляемым, то плюнул бы на все и ушел на пенсию. Но нет же! Теперь только головная боль от всего этого. И неизвестно, как это все распутать…
-Альбус, что это значит??? – воздух кабинета сотряс возмущенный вопль Помоны Стебель.
«Кажется, они пришли в себя, - мелькнула в директора ленивая мысль. – Что ж, надо выкручиваться. Да поможет мне Моргана!»
Открыв глаза, старик был несколько ошеломлен тем, насколько единодушны были учителя в своем гневе – они полукругом стояли вокруг директорского стола и со злостью, осуждением и негодованием смотрели на Дамблдора.
-Как это понимать, директор? Что все это значить? Как вы посмели так поступить? Кем вы себя возомнили? – перебивая друг друза, орали преподаватели. Больше всех было слышно Минерву Макгонагал, Поппи Помфри и Помону Стебель, которые трясли газетой прямо перед глазами Дамблдора. А на заднем фоне было слышно возмущенные восклицания остальных преподавателей.
«Во что этот проклятый мальчишка меня ввязал?» мучительно простонал про себя директор, отчетливо понимая, что разрешить возникшую ситуацию будет не так просто, как он решил сначала.
-Уважаемые коллеги! – поднял Дамблдор руку, призывая к тишине. - Дайте мне объяснится. Я не знаю, как мисс Скитер стало известно об этом, но суть не в этом. Я признаю, что все, что здесь написано, - он кивнул на газету, - правда.
-Что? Это не ложь? Неужели Скитер написала правду? Но, директор! Как же так? Как вы посмели? Какое право вы имели распоряжаться жизнью Гарри? как Поттеры могли так поступить с сыном? Я была о них лучшего мнения! Директор, не думал, что вы способны на такое! Я знал Джеймс и Лили, они не могли так поступить с Гарри! – преподавательский коллектив взорвался возмущенными и пораженными восклицаниями.
Только Снейп молча стоял в стороне, с мрачной полуулыбкой наблюдая за директором и своими коллегами. Он знал, что написанное в статье чистейшая правда. И теперь он собирался наблюдать, как директор будет выкручиваться с этого дерьма, в которое его забросил Поттер на пару с Скитер. Зельевар даже проникнулся уважением к мальчишке – так опустить директора надо уметь. Да еще и начать сотрудничество с человеком, которого терпеть не можешь! Браво, Поттер! Не ожидал от тебя такого! Теперь бы понять, чего рады ты затеял все это? Хочешь заставить магическое сообщество разочароваться в Дамблдоре? Довольно неплохой способ, довольно неплохой. Но ты не подумал о том, что не все подписываются на газеты и интересуются светской жизнью? И обязательно найдутся те, кто слепо верит во всемогущего величайшего светлого волшебника современности и никакая статейка в газете не сумеет их переубедить в обратном. Они посчитают, что это происки недоброжелателей директора. Но не думаю, Поттер, что ты это не учел. Мозги у тебя все-таки есть. Кто тебя знает, слизеринец в гриффиндорской шкуре, кто тебя знает, что же ты задумал. Но как же директор из этого выкарабкается? Ладно, преподавателям он что-нибудь наплетет, благо, недостатка в даре убеждения у него никогда не наблюдалось. Но что же он будет делать с остальным магическим населением? Им так просто мозги не запудришь…
-Поверьте, это было совершенно необходимо! – до Северуса донесся голос Дамблдора, который что-то вдохновенно втирал преподавателям. Те слушали его, чуть ли не открыв рты. Снейп еле заметно ухмыльнулся – его коллеги сейчас напоминали стадо овец, которые беспрекословно подчинятся своему вожаку. Интересно, он много пропустил? Судя по всему, нет.
-Поверьте, мои дорогие, это было жизненно необходимо. Джеймс и Лили тогда очень серьезно пострадали в той операции и были опасения, что они не выживут. А оглашать тот факт, что они живы, я не хотел из боязни, что оставшиеся на свободе Пожиратели могли захотеть отмстить за своего хозяина и попытаться убить Поттеров или поступить с ними, как с Лонгботтомами. Когда они поправились, было уже поздно оглашать, что они не умерли. Тем более, что их уже похоронили. Нет, можно было заявить, что все это делалось для безопасности Поттеров и самого Гарри, но посоветовавшись, мы решили скрыть этот факт. Лили предлагала забрать сына от ее сестры, но я выступил против. Ах, если б я знал, как бедному мальчику будет житься у тети, я бы первый помчался забирать его оттуда! – воскликнул старик.
Снейп в очередной раз поразился прекрасной актерской игре директора. «Ему надо было в актеры идти. Точно бы покорил мир» - цинично подумал мужчина.
А директор тем временем продолжал распинаться:
-Мне так жаль! Ах, бедный мальчик, если б я только знал…Я мог догадаться хотя бы по его внешнему виду, что Гарри несладко живется. Но я постоянно списывал это на наследственность, ведь и Джеймс в свое время был маленький и худенький. А занятия спортом помогли ему развить фигуру, как у его отца в свое время. А одежда…Ну нельзя же было требовать от Петунии, чтобы она покупала мальчику одежду от дизайнеров. Ведь у нее же есть и сын, о котором тоже надо заботиться. Тем более, мальчик не сильно распространялся о своей жизни у родственников. Но мне не могло и приснится, что Петуния так обращается с единственным племянником.
«Ага, по твоему же приказу, старый хрыч - предварительно перепроверив и для безопасности укрепив блок, подумал Снейп, лениво наблюдая за тем, как у его коллег постепенно пустеют глаза и они верно смотрят на Дамблдора, чуть ли не смотря ему в рот. – У них разве только слюна не капает. И они работают в школе! Чему же они могут научить детей? Разве только поклонению Дамблдору!» - Зельевар скривился так, словно его заставили съесть целое ведро неспелых лимонов.
-Поверьте, я не желал мальчику такой судьбы! Я только хотел вырастить его подальше од всеобщего обожания и поклонения. Я не хотел, чтобы он вырос избалованным и думал, что ему все позволено. Ах, старость, старость! Я был слишком уверен в том, что Петуния уже переросла свою нелюбовь к сестре. Но я даже подумать не мог, что эта нелюбовь может перекинутся на мальчика, да еще и выльется в такое! – продолжал вещать старик, сверкая голубыми глазами из-за очков-половинок. Снейп знал, что в этом и заключается дар директора – он мог убедить любого в своей правоте, просто смотря на него своими голубыми глазами.
-Прошу вас, простите старика. Я не знаю, как вымолить прощения у бедного мальчика, но пожалуйста, хоть вы простите старика, - у директора на глазах появились слезы. Само собой, они были ненастоящими.
Снейпа аж перекосило от этого притворства. Боже, как же ему это все надоело! Мерлин свидетель, будь его воля, он бы уже давно уволился с этой чертовой школы, которая постепенно превращалась в цирк! О, как же он жалел, что тогда, семнадцать лет назад пришел к Дамблдору просить о помощи. За это он расплачивался до сих пор. Сначала его заставили шпионить для светлой стороны, потом, освободив от Азкабана, директор вынудил его отработать в этой школе семь лет. Почему он не ушел, отработав положенный срок? Потому, что ему некуда было идти. И он остался. И снова пожалел о своем решении. Потому что с появлением отпрыска Поттера Альбус заставил его заботится о мальце. И он делал это, скрипя зубами, переступая через себя, жертвуя собой, своим здоровьем, столь любимыми им зельями. Все свое неудовольствие он выплескивал на парня, не виновного в том, что его отец оказался той еще сволочью, да еще и не имея права рассказать Поттеру, что его родители на самом деле живы. Как же он ненавидел себя в эти моменты! Хоть он и считал, что поттереныш несправедливо получает все то восхищение и славу, он его все-таки жалел. Как же, считать, что твои родители мертвы и оплакивать их, в то время, как эти самые родители наслаждаются жизнью, нянча другого сына в одном из поместий на побережье Средиземного моря в Испании. И когда Гарри узнал правду, Северус испытал в некоторой мере облегчение. В то же время ему было неспокойно на душе – в таком состоянии да еще и с силой, которую он вряд ли может контролировать, парень мог наделать очень много беды. А если он отправится к Темному лорду…Что ж, в таком случае, магическому миру можно спокойно заказывать похоронный марш. Уж кто, кто, а Темный лорд точно найдет приспособления для магии такой мощи. А в том, что Поттер сейчас могущественнее и Дамблдора и Лорда вместе взятых, Зельевар ни капли не сомневался. Он прекрасно помнил легенду, прочитанную им в детстве, в которой рассказывалось о людях, превратившихся в феникса – эту удивительную магическую птицу. И от того, чью сторону теперь примет Поттер, зависело будущее мира. Почему-то Северус не сомневался, что Гарри перейдет на темную сторону. А с учетом того, что ему сделала светлая сторона, в другом исходе Зельевар и не сомневался. Исходя из той же легенды, такие люди всегда вставали на сторону Света. Да вот с Поттером все всегда наперекосяк. Он никогда не подчинялся общепринятым законам. Значит, навряд последует им и сейчас. Оставалось только молится и начать подготовку к тяжелой и продолжительной борьбе. Но вот сегодняшняя статья посеяла в душе Снейпа сомнения. Он начал сомневаться в своем предыдущем предположении о том, что Поттер теперь на стороне Волдеморта. Вряд ли тот бы позволили Поттеру так поступить. Он бы начал с подготовки и обучения контролю над силой. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что обучение заняло бы много времени и парня так бы загрузили, что у него не было бы никакой возможности связаться со Скитер. Возможно, парень решил действовать самостоятельно. Но все равно, ему нужно найти сообщников или покровителя. Сам бы он не справился. Оставалось только строить предположения.
Пока Северус размышлял, директор успел избавится от своих подчиненных и теперь о чем-то напряженно размышлял.
-О чем задумался, Северус? – спустя некоторое время спросил Дамблдор у своего Зельевара.
-О сегодняшнем скандале. А то, что это именно скандал, причем мирового масштаба, я нисколько не сомневаюсь.
-Да, Северус, ты абсолютно прав. Ах, если б мировое магическое сообщество было бы так же легко убедить в том, в чем я сегодня убедил наших преподавателей. Я даже не знаю, что делать…
В это время вспыхнул камин и оттуда вылетел взлохмаченный брюнет в очках, держа в руках газету. За ним вышла рыжеволосая женщина и синеглазый черноволосый мужчина.
-Вы видели это? – вскричал брюнет.
-Джеймс, успокойся, конечно, я видел это.
-И что вы собираетесь делать? – спросила женщина.
-Не знаю, Лили. Мне надо как-то объяснить это, но мне понадобится ваша помощь.
-Мы поможем вам чем только сможем, - горячо заверил директора старший Поттер. – Скажите, что надо делать, Альбус.
Снейп только скривился – старший Поттер всегда раздражал его своей горячностью и поспешностью. Согласится помочь, даже не зная, что от него требуется – в этом весь Джеймс Поттер.
-Понимаешь, Джеймс, есть только один способ все уладить – это провести пресс-конференцию, на которой будете присутствовать вы все.
Поттер только рот разинул.
Снейп довольно ухмыльнулся. «Что, Поттер, съел? То-то же, не стоит так опрометчиво подписываться помогать, если не знаешь, в чем именно».
-Но, Альбус, разве это безопасно? – спросила Лили, до сих пор молчавшая. – Если мы так поступим, то подтвердим, что статья Скитер правдивая. А если бы вы выступили одни, то вам удалось бы убедить общественность в том, что это – очередная выдумка журналистки. Ведь всем известно, что Скитер любит привирать.
«Умная мысль, Лили, в твоем духе» - с толикой уважения подумал Снейп.
-Да, девочка моя, так было бы умнее, - вздохнул директор. – Но я не сомневаюсь, что, поступи я так, Гарри обязательно придумает, как донести до общественности факт того, что вы живы. И он будет делать так до тех пор, пока обыватели не поверят в это. Так что лучше сейчас.
-Когда вы хотите устроить конференцию? – спросил Сириус.
-Завтра с утра. Надо сообщить в газеты и в Министерство. Заодно попрошу Артура связаться с журналистами. Да, на счет Майкла. Ваш сын пойдет в Хогвортс. Я не принимаю никаких возражений! – предотвратил директор все возражения со стороны четы Поттеров.
В это время вспыхнул камин и в нем показалось лицо Молли Уизли.
-Директор, вы уже видели статью?
-Что вы собираетесь с этим делать?
-Устрою пресс-конференцию, на которой все объясню.
-Разве это не слишком рискованно?
-Да. Но это единственно возможный выход из ситуации. Молли, мне понадобится ваша с Артуром помощь. Завтра вы сможете присутствовать на конференции.
-Хорошо, вы поможем вам, чем только сможем. Но вы уверены, что это сработает?
-Надеюсь. Будь добра, свяжись с мужем и попроси, чтоб он разузнал обстановку в Министерстве. Это очень важно.
-Артур узнает, как к статье отнеслись в Министерстве. Я свяжусь с родственниками, чтобы узнать, как в высшем свете отреагировали на все это. Мы должны успеть разобраться со всем этим до начала учебного года. А в школе вы уже сможете повлиять на учеников, а через них и на их родителей.
-Видишь ли, Молли, я решил объявить, что Лили и Джеймс действительно не погибли той ночью. Более того, я собираюсь предложить Джеймсу должность преподавателя ЗОТС.
-А меня вы собирались предупредить, Альбус? – возмущенно воскликнул Джеймс.
-Вот сейчас и предупреждаю, - невозмутимо ответил Дамблдор. – Кстати, раз мы уже об этом заговорили, то, Лили, не согласишься ли ты занять должность преподавателя зелий у первого, второго, третьего и четвертого курсов? Извини, Северус, что вот так без предупреждения, но ты же сам понимаешь, что сейчас нам надо защищать Поттеров, ведь Том не упустит возможности завершить начатое шестнадцать лет назад, а именно – убить Джеймса и Лили. Тем боле, ты сейчас шпионишь. А если с тобой что-то случиться, упаси Мерлин, или ты задержишься на собрания, то Лили сможет тебя заменить. В конце концов, вы двое были лучшими учениками профессора Слизорнта.
-Нет, что вы, Альбус, я не возражаю, - скривился Снейп. А сам подумал «Мне же лучше – меньше времени буду проводить в обществе этих тупых оболтусов, которых почти невозможно ничему научить».
-А что делать с Джинни? Вы не думаете, что она может помешать?
-Да, ваша дочь может являть собой некоторую опасность, но не думаю, что она может серьезно помешать. Но лучше держите ее дома.
-Конечно, мы с Артуром постараемся держать ее как можно дальше от всего этого…
-Очень хорошо. Я и не сомневался в вас. Не забудь связаться с Артуром.
-Хорошо, господин директор. Когда вы собираетесь провести пресс-конференцию, чтобы объяснить ситуацию, которую описала Скитер? И что вы собираетесь сказать про все это?
-Думаю, что конференция состоится завтра утром. Скажу, что это моя вина. Немного самобичевания не повредит. Спишу все на старость.
-Да, думаю, это будет правильно…
-Молли, должен попросить, чтобы ты провела со своими детьми беседу. Я хочу, чтобы вы завтра присутствовали.
-Но…
-Молли, ты сомневаешься во мне? Если ты боишься, что это повредит твоей семье, то не переживай, я не допущу, чтобы это на вас как-нибудь отобразилось. Мне нужно, чтобы твои дети подтвердили, что Гарри был им лучшим другом, каким только можно быть. А также то, что я заботился о мальчике, как о собственном внуке.
-Нет, что вы, я не сомневаюсь в вас. Но вы уверены, что это сработает?
-Абсолютно.
- Хорошо, я все им объясню.
-Но только чтобы они не подвели!
-Нет, они не подведут. Я сомневаюсь только насчет дочери…
-Вы позаботитесь о том, чтобы она завтра не появилась на конференции?
-Да.
-Может, мне еще раз переговорить с ней?
-Нет, я поговорю с ней. В конце концов, ей не обязательно там присутствовать.
-Надеюсь, вы сумеете ее убедить остаться дома.
-Да.
-Отлично. До свидания, Молли.
-До свидания, господин директор.
Лицо Молли исчезло и камин погас.
Альбус Дамблдор повернулся к волшебникам, находившимся в его кабинете.
-Ну, а нам нужно заняться подготовкой к завтрашнему дню. Так что, Джеймс, Лили? Вы согласны поработать в школе?
-Да. Всегда мечтал преподавать, - обреченно вздохнул старший Поттер, а его жена только согласно кивнула.
-Вот и отлично! – радостно воскликнул Дамблдор и довольно потер руки. – Одна проблема уже решена. Ах, если б так легко можно было бы решить и остальные…Но что поделаешь, что поделаешь…

* * *

Семья Дурслей только что вернулась с двухнедельного мирового турне. Вернон и Дадли были полны впечатлений и им не терпелось поделится ими с соседями и друзьями. Петуния же спокойнее к этому отнеслась. Конечно, ей не терпелось посплетничать с подругами и соседками, похвалится обновками, приобретенными за границей, но все это отступало на второй план по сравнению с тревогой за племянника. Она не находила себе места от волнения, хоть и весьма удачно это скрывала. Гарри не выходил не связь, а как с ним связаться самой, женщина не знала. Оставалось только молиться Богу, чтобы с ним все было в порядке.
Вечером Петуния сидела перед телевизором, который почти не смотрела. Муж и сын отправились по соседям, хвастаться. Она же осталась дома, сославшись на усталость. Все ее мысли занимал поиск возможности как-то связаться с племянником. Еще днем она позвонила Савмаку, но тот сказал, что не знает, где сейчас находится Поттер. Где-то неделю назад тот прислал ему письмо с просьбой собрать побольше материалов на Дамблдора, Поттеров и Блэка, но после этого никак не давал о себе знать. А еще в магическом мире сегодня произошел какой-то скандал, связанный с вышеозначенными личностями. И он, Савмак, ни капли не сомневается в том, что свою руку к этому скандалу приложил ее, Петунии, племянник. И вот теперь женщина мучилась вопросом, что же снова натворил ее племянник?
-Ничего такого, тетушка, о чем бы вам стоило волноваться! – раздался в гостиной веселый голос.
-Гарри! – воскликнула Петуния, тут же бросаясь к парню. – Как ты? Где ты пропадал? С тобой ничего не случилось? Почему ты ничего о себе не сообщал, негодник? Я волновалась! Нельзя так поступать! И что это за скандал у вас там случился?
-Тетя, тетя, успокойтесь, - задорно улыбнулся Поттер. – Со мной все в порядке. Все это время я путешествовал. Побывал в Перу, Бразилии, Китае, Тибете, Индии… Но где я только не побывал! Но об этом как-нибудь в другой раз. Лучше скажите, вам понравилось путешествие?
-Да, конечно. Но ты так и не ответил, что же это за скандал?
Улыбка Гарри сразу исчезла.
-Чем я буду рассказывать, лучше почитайте.
В его руке появилась газета, которую он протянул тете.
По прочтении Петуния посмотрела на парня.
-Значит, ты решил обнародовать это? – она потрясла газетой.
-Да. Они играли со мной, а я поиграю с ними, - жестоко ухмыльнулся Гарри. – И игра эта будет по моим правилам, - в его глазах сверкнула искра.
Увидев эту искру, Петуния даже немного пожалела Дамблдора и иже с ним.
-Но я предлагаю сейчас отправится в штаб ОЗОМ. Думаю, там будут рады видеть вас. Да и мне необходимо переговорить с Савмаком. Вы не возражаете?
-Нет. А как мы отправимся? Ведь ехать туда довольно долго.
-Не волнуйтесь, я перенесу нас обоих. Вы только напишите записку дяде Вернону, чтобы он не волновался.
-Да, секундочку.
Черкнув мужу записку, чтобы он не переживал за нее, она скоро вернется, Петуния взяла Гарри за руку и они исчезли в вихре.
Появившись прямо посреди кабинета Савмака, где как раз происходило небольшое собрание, они произвели небольшой переполох. Но их узнали сразу и мало не задушили в приветственных объятиях.
Пока Петуния разговаривала со своими друзьями, Гарри успел перекинутся с руководителем штаба парой слов. Видимо, они пришли к какому-то соглашению, так как пожали друг другу руки, причем у обоих на лицах было одинаковое хитрое выражение.
Гарри подошел к кучке людей, столпившихся вокруг его тети.
-Простите, что прерываю, - громко произнес он. –Но я предлагаю отпраздновать. Отпраздновать и наш с вашим руководителем договор, за которым он пообещался помогать мне по мере возможностей. И начало новой шахматной партии, и появление на шахматной доске под названием «Мир», на которой появился третий игрок., - по мановению руки Гарри на столе, за которым до их появления сидели присутствующие здесь члены ОЗОМ, появилось ведро с шампанским, бокалы и поднос с фруктами. - Я надеюсь, что в своей борьбе против власть имущих, которые слишком много о себе возомнили, я смогу рассчитывать на вашу помощь. Я не прошу о слишком многом, так как понимаю, что у вас есть семьи, которые вы не хотите подставлять под удар. Но уверяю вас, если вы откажетесь, я никого не буду принуждать. Более того, я сам позабочусь о вашей безопасности.
Разлив шампанское, Гарри поднял свой бокал и провозгласил тост:
-Так выпьем же за нас! За строителей нового будущего мира магии! За третью сторону в шахматной игре! За нас!
-За нас! – подхватили присутствующие и они чокнулись.

* * *

Утро 31 августа началось для героев нашего рассказа под знаком большого напряжения. Каждый из них боялся, получится ли у него, пройдет ли все так, как нужно.
Ровно в девять утра Дамблдор в сопровождении Снейпа, Макгонагал, всего семейства Уизли, за исключением Джинни, и трех фигур в просторных черных мантиях, чьи лица были скрытии глубокими капюшонами, появился в зале Министерства магии, где проводились различного рода собрания и пресс-конференции. Зал был полон журналистов, как от английских газет, так и от заграничных изданий.
Дамблдор и его сопровождающие сели за длинный стол. Сам директор сел в центре. Три таинственные фигуры сели справа от него, Снейп расположился слева, за ним уселось семейство Уизли. Минерва села сразу за незнакомцами.
-Господа и дамы, - начал говорить Дамблдор. – Мы собрались потому, что вчера вышла статья вашей коллеги, в которой говорилось, что чета Поттеров и Сириус Блэк живы. Вынужден признать, что все написанное мисс Скитер – чистейшая правда!
После этого заявления в зале поднялся невообразимый шум. Журналисты начали выкрикивать вопросы.
-Попрошу тишины! – вынужден был повысить голос директор. – Они сейчас здесь. Я думаю, вы сами сможете задать им интересующие вас вопросы.
После этих слов незнакомцы сняли капюшоны, явив миру Лили и Джеймса Поттеров и Сириуса Блэка, живых и невредимых.

Однажды пламя Ада доберется и до вас.
Торент - трекер BattleKnight Травиан
Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Mamont
Le serviteur de l`obscurité!


Сообщение: 2593
Зарегистрирован: 22.06.07
Откуда: Прямиком из Ада., Алушта
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.12.09 18:01. Заголовок: Глава 7. Пресс-конфе..


Глава 7. Пресс-конференция


Глава 7. Пресс-конференция

Утро 31 августа началось для героев нашего рассказа под знаком большого напряжения. Каждый из них боялся, получится ли у него, пройдет ли все так, как нужно.
Ровно в девять утра Дамблдор в сопровождении Снейпа, Макгонагал, всего семейства Уизли, за исключением Джинни, и трех фигур в просторных черных мантиях, чьи лица были скрытии глубокими капюшонами, появился в зале Министерства магии, где проводились различного рода собрания и пресс-конференции. Зал был полон журналистов, как от английских газет, так и от заграничных изданий.
Дамблдор и его сопровождающие сели за длинный стол. Сам директор сел в центре. Три таинственные фигуры сели справа от него, Снейп расположился слева, за ним уселось семейство Уизли. Минерва села сразу за незнакомцами.
-Господа и дамы, - начал говорить Дамблдор. – Мы собрались потому, что вчера вышла статья вашей коллеги, в которой говорилось, что чета Поттеров и Сириус Блэк живы. Вынужден признать, что все написанное мисс Скитер – чистейшая правда!
После этого заявления в зале поднялся невообразимый шум. Журналисты начали выкрикивать вопросы.
-Попрошу тишины! – вынужден был повысить голос директор. – Они сейчас здесь. Я думаю, вы сами сможете задать им интересующие вас вопросы.
После этих слов незнакомцы сняли капюшоны, явив миру Лили и Джеймса Поттеров и Сириуса Блэка, живых и невредимых.
На миг в зале воцарилась полнейшая тишина. Было слышно только жужжание мухи, которая настойчиво билась об стекло, пытаясь выбраться на свободу. Но секунду спустя тут поднялся невообразимый гам. Защелкали камеры, фиксируя на колдопленке подтверждение слов Риты Скитер, заорали журналисты, пытаясь перекричать друг друга и первым задать вопрос участникам конференции.
-Попрошу тишины! – голос директора перекрыл гам, стоящий в зале. – Вопросы задавайте по очереди! Успокойтесь, иначе мы не будем отвечать на вопросы, вас интересующие!
Угроза подействовала и постепенно в зале установилась тишина.
-Так то лучше, - удовлетворено улыбнулся Дамблдор. – Итак, кто первый?
Сразу же в воздух взметнулась сотня рук.
-Прошу вас, - директор указал на симпатичную молодую даму с азиатской внешностью.
-Сио Чжунг, газета «Магический Китай». Мистер Дамблдор, каковы были причины того, что семья Поттеров все эти годы считалась мертвой?
О, так Дамблдору не фортило давно! Он с первого раза попал на того, кто задал правильный вопрос. И теперь он получил в свое распоряжение прекрасное поле для действий. А выражалось это в обширном вешании лапши на уши, в чем многоуважаемый директор за годы практики поднаторел.
-После того трагического Хеллоуина 1981 года, Джеймс и Лили 2 года находились в магической коме.
По залу разнесся коллективный вздох ужаса и удивления – магическая кома была страшным и неизученным явления, действие которого на организм и способности мага были непредсказуемы.
Две фигуры, стоящие в самом темном углу зала и к тому скрытые чарами невидимости, только ухмыльнулись на это заявление. Но этого никто не увидел, ибо глубокие капюшоны черных как воронье крыло мантий скрывали их лица даже друг от друга.
Увидев реакцию публики, директор довольно улыбнулся про себя – его слова произвели нужное впечатление. Осталось только закрепить эффект.
-Как вы уже знаете из статьи уважаемой мисс Скитер, в ту ночь Джеймс и Лили брали участие в одной из очередных операций тайной организации «Орден Феникса», направленной против вражеской группировки под названием «Пожиратели Смерти».
-С каких это пор я для него уважаемая? – шепотом спросила одна из фигур, стоящих в углу, у другой.
-Наш любимый директор никогда не утруждал себя такими мелочами, как показывать свое истинное отношение к людям, - так же шепотом ответила ей другая фигура. – Но давай все же послушаем, что же в этот раз придумал Дамблдор, чтобы спасти свою репутацию.
-Во время стычки с участниками вражеской группировки в Поттеров попало несколько темномагических проклятий, которые сами по себе опасны, а их сочетание привело к тому, что они впали в кому. В это время Волдеморт напал на дом в Годриковой Лощине. Все могло бы быть не так, но тела мнимых Лили и Джеймса были обнаружены волшебниками, прибывшими на место катастрофы. Вы скажете, что им можно было стереть память. И я отвечу вам – де, это можно было бы сделать. Но проблема заключалась в том, что увидев тела погибших Поттеров, прибывшие маги аппарировали домой с вестью о том, что Поттеры погибли, а маленький Гарри остался сиротой. Я же, как только узнал о трагедии, послал Хагрида забрать мальчика и тела, чтобы потом их достойно похоронить. Можно же было сказать, что Поттеры впали в кому. Но сделать это не удалось, так как смерть родителей Гарри уже была засвидетельствована целителями из больницы Св.Мунго. Поэтому нам пришлось отдать мальчика его тете, окружив ее дом различными защитными полями. Джеймс и Лили были спрятаны в одном из их поместий за границей, где мы занимались их лечением. В результате наших усилий спустя два года они очнулись. Но появилась новая проблема – они ничего не помнили из прошлой жизни, кроме своих имен. Они забыли о том, что у них есть сын, которого все считают сиротой. Через три года после того, как они очнулись, у них родился сын Майкл. Все это время проводились попытки вернуть им память. И вот наконец год назад они постепенно начали все вспоминать. О, уважаемые слушатели, вы и представить себе не можете, каким ударом для них было вспомнить, что у них есть еще один сын, которого они бросили на произвол судьбы! Как же рыдала Лили, поняв, что ее первенец остался сиротой при живых родителях! Джеймс закрылся на несколько дней в себя в кабинете и никого к себе не впускал, даже лучшего друга Сириуса, которого мы вытащили из Азкабана через неделю после того, как его там заключили. Да, это была вынужденная мера – посадить мистера Блэка в тюрьму. Потом пришлось разыграть весь тот фарс с побегом из Азкабана, а позже – и с гибелью Сириуса в Отделе тайн несколько месяцев назад. Если б я знал, к чему это приведет – ни за что бы не стал так делать! – соловьем разливался директор перед журналистами.
У Гарри, а именно он был одним из тех двоих, кто стоял в углу зала, аж оскомину на зубах набило от тех речей директора.
-Меня сейчас стошнит, Рита, - прошептал он своей спутнице.
-И он еще меня обвиняет во вранье?! – в ответ сказала Рита. – Да как он смеет! Я хотя бы основываюсь на правде. А в его словах нет ни грамма правды! – шипение рассерженной Скитер напоминало шипение змеи. Стоящие неподалеку люди от них уже начали оглядываться в поисках источника звука.
-Успокойся, иначе нас сейчас разоблачат!
-Как я могу успокоиться, если этот старый маразматик сначала меня обвиняет во лжи, а потом сам врет! И как врет! Заслушаться можно! Да я бы так не смогла, даже если бы от этого зависела моя жизнь!
-Рита, не заставляй меня накладывать на тебя Силенцио! – встревожено прошептал Поттер, замечая как в их направлении посматривают встревожено окружающие, видимо, ища рептилию, неизвестно как попавшую в само сердце Министерства магии.
-Но..
-Силенцио! – все-таки прибегнул к вынужденной мере Поттер. В ответ он получил яростный взгляд спутницы. Хотя утверждать точно он не брался, все таки их лица весьма надежно скрывали капюшоны мантий.
А Дамблдор тем временем продолжал вещать:
-После того, как к Поттерам вернулись воспоминания, они начали требовать возвращения в Англию, чтобы встретиться с сыном. Я еле отговорил их встречаться с Гарри, ведь это могло привести к тому, что мальчик получил бы огромную душевную травму. Но им все удалось убедить меня позволить им вернуться в родную страну. Пришлось позволить, но с одним условием – они изменяют свою внешность. Но их появлению нужно было найти причину. И такая причина вскоре нашлась – они начали бы преподавать в школе. Джеймс должен был занять должность преподавателя ЗОТИ, его жена – преподавателя Зельеварения у младших курсов, а профессор Снейп преподавал бы у курсов с 5 по 7. Сириус Блэк любезно согласился заменить преподавательницу Магловедения Чарити Барбэйдж, которая ушла в декретный отпуск. Но в связи с появившейся вчера статьей мисс Скитер нам пришлось кардинально поменять планы. Да, чета Поттеров и мистер Блэк будут работать в школе, но вот под своими собственными именами.
В связи с обнародованием того факта, что Джеймс, Лили, Сириус живы, к ним приставляется отряд авроров. Это вынужденная мера, связанная с тем, что Волдеморт постарается исправить то, что ему не удалось полтора десятка лет назад и попытается убить Поттеров и Блэка. Поэтому прошу вас с пониманием отнестись к ситуации и не опубликовывать эту статью раньше завтрашнего вечернего выпуска, дабы мы могли спокойно доставить их в школу и не опасаться нападения Пожирателей Смерти. Ах да, на зал наложено специально заклинание, не позволяющее вам в любой форме как-то сообщить о том, что вы тут слышали кому-либо. Есть еще вопросы? Не стесняйтесь, спрашивайте.
Это заявление вызвало недовольный гул в зале – никто из присутствующих не был рад тому, что им, по сути, запретили до определенного времени обнародовать сенсацию. В адрес директора послышались возмущенные крики, требующие отменить заклинание. Некоторые даже пытались колдовать в попытке снять наложенное заклинание. Но снять его было нельзя, в чем и убедились взломщики – их несильно шарахнуло магией. Дамблдор все же оставался великим волшебником, невзирая на его поступки, и снять наложенные им заклинания мог только он сам. А делать этого он не будет из соображений безопасности. Так что, немного пошумев, журналисты успокоились и начали забрасывать участников пресс-конференции вопросами.
Кое-как усмирив разбушевавшихся журналистов, Дамблдор произнес:
-Уважаемые журналисты, при всем уважении к вам, мы вынуждены будем закончить пресс-конференцию, если вы и дальше будете вести себя неорганизованно. Поэтому я настойчиво прошу вас успокоиться. Мы ответим на все ваши вопросы. Вы уже взрослые люди, поэтому ведите себя соответствующе. Если хотите задать вопрос, пожалуйста, поднимите руку. Прошу вас, спрашивайте.
Пристыженные данными словами, репортеры несколько секунд молча переглядывались. Потом несколько самых смелых подняли руки.
-Да, прошу вас, мистер… - вызвал Дамблдор волшебника средних лет, сидевшего через несколько рядов от китаянки, которая первой задала вопрос.
-Терренс Хилл, «Магия и малыши». Скажите, пожалуйста, если не материнская жертва защитила молодого мистера Поттера от Смертельного заклинания Того, Кого Нельзя Называть, как вы утверждали все эти годы, то как же ему тогда удалось выжить?
Такого вопроса никто не ожидал. Многие оборачивались посмотреть на своего коллегу, часть в ожидании смотрела на Дамблдора и Поттеров, ожидая ответа на поставленный вопрос.
Сам директор тоже был несколько шокирован подобным вопросом. Мысли заметались с бешенной скоростью, пытаясь придумать внятный ответ. На помощь своему бывшему директору пришел Джеймс, впервые заговоривший с начала пресс-конференции.
-Дело в том, что, как уже было сказано в статье мисс Скитер, от незнакомых людей Гарри защищался магическим полем, которое отбивало и заклинания. Но в тот вечер, перед тем, как оставить сына с ныне покойными Кристофером Де Ла Шуа и Аннет Отуон, я надел на него фамильный медальон, защищавший от некоторых заклинаний черной магии. Не знаю, что тогда мной руководило. Возможно, какие-то предчувствия, сейчас уже сложно сказать. Наверное, все это вместе и защитило нашего мальчика. Сейчас я очень сожалею, что мы его тогда не забрали и он вырос, не зная родительской любви. Но я не думаю, что мы бы смогли полноценно о нем позаботиться – несколько лет в коме, а потом годы без воспоминаний о прежней жизни не дали бы нам возможности уделить мальчику столько внимания, столько требуется. Сириус, который проживал с нами, тоже не смог бы полностью себя ему посвятить – он был занят тем, что ухаживал за нами, помогал восстановить память. Это настолько его выматывало и отнимало столько сил, что у него часто не оставалось времени на то, чтобы поесть.
-Да и эльфам доверить воспитание мальчика мы не могли, - сказала Лили. – Еще до нападения на наш дом я была категорически против того, что за моим сыном будут присматривать эльфы. Ко всему прочему, Гарри начинал плакать, как только кто-то из наших домовых эльфов появлялся в поле его зрения и закрывался щитом.
Все это было наглой ложью. Им просто нужно было воспитать мальчика в подходящих условиях, а самым в это время наслаждаться жизнью. Но никому об этом знать не было нужно…
Дамблдор почти не слушал своих последователей. Он хорошо их вымуштровал и был на 100% уверен в том, что они его не подведут, не скажут чего-то, что может повредить ему и им. Краем уха уловив, что Лили договорила, он решил что уже пора покончить с этим фарсом. Да и нужные ему вопросы уже были заданы. А рисковать дальше не было смысла. Всегда мог найтись журналишка вроде Скитер и задать неловкий вопрос, на который обязательно нужно ответить. Поэтому он поднялся со своего места и кивком руки остановив уже готовых забросать его новыми вопросами журналистов, произнес:
-Уважаемые господа и дамы, благодарю вас за то, что пришли сегодня. Мы вынуждены окончить нашу пресс-конференцию. Извините, но у нас впереди еще много дел, так вынуждены откланяться.
И, не слушая протестующих выкриков журналистов, у которых было еще очень много вопросов к «воскресшим» и директору, направился к выходу. Поттеры, Блэк, Уизли, Снейпа и Макгонагал последовали за ним. журналисты, недовольно ворча, тоже начали расходиться. И никто не заметил, как из угла зала выскользнули две завернутые в черные мантии фигуры.


Директор был доволен. Очень доволен. Ему удалось запудрить мозги журналистам. Он рассказал им такую версию, которая была выгодна ему, да еще и выставил лгуньей Скитер. Снова. Он знал, что журналисты приукрасят его слова, не без этого. Но ему был все равно, главное, что приняли его версию событий. Дамблдор довольно улыбнулся и сделал глоток чая, который закусил лимонной долькой.

Однажды пламя Ада доберется и до вас.
Торент - трекер BattleKnight Травиан
Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Mamont
Le serviteur de l`obscurité!


Сообщение: 2844
Зарегистрирован: 22.06.07
Откуда: Прямиком из Ада., Алушта
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.10 20:06. Заголовок: Глава 8. Оценить пре..


Глава 8. Оценить предательство


Это сложно - снова учиться жить,
Трепетно веру в людей возвращая,
Меч из ножен, а правду - из лжи
Достать, чинно спускаясь на землю из рая.
Это больно - вновь пытаться любить,
Вспоминая, как нужно уметь смущаться,
И невольно, но мимоходом ловить
Взгляды, движенья, в ответ улыбаться.
Это страшно - жестко смотреть в глаза
Людям, что так опасно с тобою играли,
Что негласно жизнь повернули назад,
Что, будучи родными, предавали.
Это дико - не ненавидеть врага,
Злобу и ярость на бывших друзьях вымещая.
Тихим криком разрушить все навсегда,
Песней феникса, в пламени слез сгорая.
Это просто - лишь посмотреть в себя,
В прошлом найдя ответы не на вопросы,
Полусерьезно спросить, как же так, любя,
Возненавидеть можно, вставая в позу.
Чуть обидно - но им ли не все равно?
Не нужна им живая душа или чувства
У оружия смерти. Ведь оно
Не того порожденье искусства.
Это сложно - снова стараться собрать
Воедино осколки разрушенной кем-то жизни.
Невозможно позволить себе забыть опять,
Их предательство стало призом...

Предательство… Предатель… Предать…
Три слова. Всего три слова. Но какие они…
Страшные?
Да.
Тяжелые?
Да.
Ненавистные?
Без сомнения.
Их след нельзя смыть ни кровью, ни словами, ни деяниями. Имена предателей навек остаются в истории, ими проклинают. Иуда – вот самый известный предатель.
Предательство – смертный грех, самый тяжелый. Именно его Данте разместил на последнем круге Ада.
Для Гарри страшнее предательства не было ничего. Он не представлял, как можно так поступить с человеком, который тебе доверяет, любит, помогает…
Сам он предателей не уважал и считал, что лучшее для них – Азкабан или смерть. Прощения им нет и быть не может. Ведь если человек предал раз, то поступить так еще раз для него труда не составит. Таких людей нужно наказывать. Нет, он понимал, что для предательства есть разные причины. Кого-то к этому могут вынудить угрозы для его жизни или жизни близких. Причины у каждого разные. И таких парень понимал. Ведь нет ничего страшнее, чем смерть близких.
Но ведь предать — значит не оправдать доверия того, кто тебе верит, того, кто рядом.
Предать можно только друзей, только родных и близких людей.
А такого Поттер не принимал. Он искренне не понимал, как можно так поступить с родным человеком, с тем, с кем столько пережил, кого считал братом и сестрой.
Именно так с ним поступили. Предали. Предали те, кого он считал семьей. За кого готов был умереть, бросится в сам Ад. Предали те, кого он считал героями, чью честь и доброе имя защищал. Но… Они предали… Предали, потому что посчитали, что так будет лучше. Возможно, на это и были причины. Но для Гарри они не имели никакого значения. Ни одна причина не была весомым объяснением для того, что родители оставили, бросили своего ребенка у маглов, у тех, кто магию ненавидел, кто использовал его в качестве бесплатного работника на протяжении многих лет.
Для самого Гарри тот летний день навсегда останется самым черным днем его жизни. А иначе и не быть может. Ведь узнать, что тебя всю жизнь обманывали, узнать, что те, кого ты считал мертвыми – живы, а те, кого принимал за друзей – на самом деле с тобой только по приказу… Страшнее этого не может быть ничего.
Боль, изумление, боль, боль, боль и еще раз боль. Вот что испытывал тогда Гарри. Больнее всего ему было видеть Сириуса. Он только начал свыкаться с мыслью, что тот умер и его уже не вернешь. А тут… Оказалось, что крестный, человек, на некоторое время заменивший «мертвого» отца, жив. И видеть его было тяжело и больно. Казалось, что тебе прямо в душу плюнули, вылили ведро помоев. А потом еще и потоптались.
А мать? Женщина, чей голос слышал каждый раз, как рядом находились дементоры. Та, которую мечтал увидеть с тех пор, как начал осознавать себя и то, что тетя его не любит. Та, увидев которую впервые в зеркале Еиналеж, чувствовал себя самым счастливым человеком во всем мире. Как она могла так поступить с ним? С ним, своим сыном, первенцем, плотью и кровью? Неужели ее не мучила совесть, когда отдавала сына Дамблдору, чтобы тот оставил его на пороге дома ее сестры в холодную октябрьскую ночь? Наверное, нет. Иначе она не допустила бы того, чтобы ее сын десять лет провел под лестницей в чулане и никогда не знал тепла материнской любви и отцовской руки. Теперь у него нет матери.
Отец. С тех пор, как Гарри узнал о судьбе Джеймса Поттера, этот человек был для него примером храбрости и доблести. До недавнего времени. Разочаровываться в нем он начал еще с того момента, как побывал в Омуте Памяти Снейпа. Но то, что случилось в начале лета, одним махом разбило веру Гарри в отца. У него больше нет отца. И, видимо, никогда не было.
Рон и его семья, Гермиона… Люди, заменившие ему брата и сестру, ставшие для него семьей… Их предательство ударило больнее всего. Те, ради которых он рискнул бы жизнью, если б это понадобилось. Как можно было 5 лет находиться рядом с ним, знать о нем почти все и предавать? Ведь Рон и Гермиона прекрасно знали, как он скучает по родителям, как страдал после смерти крестного… Но они молчали. Более того, они брали активное участие в том, что делал директор – то есть, обманывали его. У него нет друзей.
А были ли?
Чему он был искренне рад, так это тому, что во всем этом не была замешана Джинни. Его маленький лучик солнца, его личное рыжее счастье. Гарри и сам не знал, когда перестал относиться к младшей Уизли как к еще одному члену великого семейства Рона. Но она для него была больше чем знакомой, больше чем другом, больше, чем… Чем кто? На этот вопрос Поттер и сам не мог ответить. Но откуда-то знал, что если бы вдруг оказалось, что во всем этом принимала участие и Джинни, он бы этого не пережил. Только почему-то он чувствовал, что все это к ней отношения не имеет.
А Ремус? Человек, научивший Гарри вызывать Патронуса. Человек, ставший настоящим другом. Учителем. Человек, который успокаивал его, когда что-то не получалось, который заставлял верить в себя и идти дальше, несмотря ни на какие преграды. Тот, кто первым сказал, что гордится ним, Гарри, не потому что он – Мальчик-Который-Выжил, а потому, что он Гарри. Просто Гарри. Вот только оказалось, что это ложь. У него нет старшего товарища.
Кем он был для них? Вряд ли они видели в нем просто Гарри, мальчика, которому больше всего на свете хочется семьи, любви и дружбы… Скорее всего, они видели в нем только оружие. Оружие в борьбе с Темным Лордом. Оружие, которое приблизит их победу в этой войне и которое потом можно выбросить. По ненадобности. И Поттер не сомневался, что так бы и случилось. Он был бы живым напоминанием о днях, когда они боялись заснуть, ведь могли уже не проснуться, и боялись проснуться, ведь в лицо им могла быть направлена волшебная палочка врага. Он напоминал бы о времени, когда боялись читать газеты из опасения найти там имена родных и близких в списках погибших.
Они воспитывали из него идеального бойца, почти ничему не обучая, наоборот, ломая, как только могли. Они воспитывали в нем чувство вины за все злодеяния Волдеморта. Они отдали его на воспитание маглам, надеясь, что из него вырастет затюканный мальчишка, который готов в рот смотреть тем, кто его забрал от тети. Но из него вырос человек, способный выжить практически в любой ситуации, с сильной волей и развитыми инстинктами.
Но существуют же друзья, проверенные, настоящие… И есть такие вот.
Те, кому все равно.
Гарри не знал, как такие люди могут жить спокойно…
Их предательство, их обман разрушили веру Гарри во все светлое, что только есть в мире. И он сгорел. Сгорел, чтобы, подобно фениксу, возродиться и отомстить тем, кто посмел так поступить с ним. Но он не уподобится Волдеморту. Да и все-таки он Наследник короля Артура, он больше не Гарри Джеймс Поттер, он потомок величайшего короля Британии, сильнейших магов Средневековья… Их накажет сама магия. Он же сделает так, чтобы это случилось как можно быстрее. В его стране – а теперь это стало долгом, изменить Британию, восстановить ее, как сделал четырнадцать веков назад Артур, – не место предателям.
Он не знал, как сможет смотреть на них. Да, за два месяца, которые прошли, он свыкся с этим. Но не полностью. Привыкнуть к этому невозможно. Да, он вернется в школу, да, он будет ходить на уроки к отцу и матери, но назвать их родителями… Нет, у него нет родителей, они погибли в ночь на Хеллоуин в 1981 году.
Гарри не знал, как ему теперь относиться к этим людям. Так, как раньше, точно не получится. Но… он не виноват. Для него они теперь – просто люди, очередные лице на его жизненном пути. У них ничего общего. Волей судьбы случилось так, что они оказались знакомы, находятся по одну сторону баррикад и борются против общего врага. После победы их пути разойдутся.
Фоукс помог, объяснил, что так бывает – когда в один момент вся жизнь идет наперекосяк, страх сжимает сердце и некуда деться от этой неправды, заменившей истину. Ничего не изменить. Даже назад дорога уже исчезла где-то там, за поворотом. И не вернуть, не вернуться… Прошло. Вырванный лист из книги жизни. Забыть, будто не было ничего. Так ведь бывает. Просто нужно верить, что не одному тебе так не повезло, и что остальные как-то справились… Что все это было не зря. Верить. И это нормально, это, конечно, сложно, но вполне переживаемо. И в какой-то момент приходит озарение: все правильно. Каждый час, день, год – во благо кого-то, кто это не оценит. Не потому, что неблагодарен, а потому, что и не заметит, не почувствует этого. Так бывает. Не надо злиться и ругаться сквозь зубы, пытаясь что-то доказать и вернуть… Зачем? Главное – ты знаешь. А если знаешь, значит, это того стоило.
Так бывает – все замирает вокруг, и кажется, что дальше пути нет. Но всегда все имеет продолжение. Нужно верить. Надеяться. Знать. Сквозь слезы улыбаясь, идти дальше, не обращая внимания на жгучую боль внутри. Все в порядке. Забыть. Опомниться – оно пройдет. Все проходит. Не жалеть. Так ведь бывает? Наперекор всему – и, в первую очередь, – наперекор себе. Это правильно. Честно по отношению к себе, к другим, к миру, в конце концов!
Так бывает. Любовь, дружба, счастье – они не незыблемы, они, как и все в этом мире приходят и уходят когда-нибудь. Ничто не задерживается надолго. Ничто не постоянно. Так стоит ли тратить время на слезы и лелеять никому не нужную боль? Она тоже пройдет. Нужно просто встать, отряхнуться, бросить полный гордости и осознания собственного достоинства взгляд на окружающих, и пойти дальше. Неважно – куда. Просто – вперед. Четко отбивая ритм шагов. Так бывает.

Фоукс многому его научил. И в том числе рассказал о том, что произошло с ним возле кабинета директора. Оказалось, что боль от предательства близких людей была настолько сильной, что барьеры, сдерживающие его магию, рухнули, освободив невиданную мощь. Это и привело к тому, что парень начал превращаться в свою анимагическую форму. А тому, что из коршуна он стал фениксом, поспособствовало, что в жилах Гарри текла кровь, смешанная со слезами феникса. Кровь, слезы, боль и могущественная магия, соединившись, привели к тому, что Поттер теперь был полуфениксом. Он же и помог ему вернуться к жизни. Если честно, то самому Гарри было как-то все равно, почему феникс велел ему отправиться к Петунии, почему заставляет его учиться в ОЗОМ, зачем велел отправиться в путешествие по миру. Но со временем он начал понимать, что это все не зря, а после того, как на свой день рождения он познакомился со своими предками, которые пробудили в нем многие силы и передали ему знания, начал понимать, что действия Фоукса имеют под собой основания. И с того времени начал еще более усердно осваивать знания, дарованные ему Основателями и Артуром.
Он вернется. Но вернется не как Гарри Джеймс Поттер. Он вернется как Гарольд Джеймс Артур Годрик Геллерт Поттер-Гриффиндор-Райвенкло (Слизерин). Он докажет, что он – это, прежде всего, человек. Личность. Что он – не безвольное оружие, и что с его мнением тоже нужно считаться.
Возможно, они думают, что правы. Пусть.
Вот только как назвать людей – взрослых людей, авроров, учителей, родителей, – которые во время войны прячутся за спиной у детей? И как назвать тех, кто отдал на смерть родного ребенка ради какого-то призрачного «высшего блага»? Они не смогли победить сами, они – виновные в том, что эта война вообще началась! Они бездействовали тогда, когда все можно было остановить в зародыше, отделавшись, как говорится, малой кровью, и они бездействуют сейчас, ожидая, что шестнадцатилетний парень сделает то, чего не смогли сделать сотни взрослых магов. Волдеморт в чем-то даже прав. Этот мир нужно менять, иначе он убьет сам себя. И Волдеморт… он достоин сожаления. Он тоже – не более чем пешка в грандиозной партии Альбуса Дамблдора. Что было бы, если б в свое время этот «Великий Светлый Маг» подал руку помощи маленькому, забитому сироте по имени Том Реддл? Одиннадцатилетнему пареньку, выросшему в магловском приюте – конечно, он был там чужим! Конечно, он чувствовал себя иным, не таким, как другие дети! И стоит ли осуждать его за ненависть к маглам, если он от этих маглов в жизни ничего хорошего не видел? Вот только он не имеет права решать, кому жить, а кому умирать. И за это он ответит. Потому что есть люди, за которых Гарри должен отомстить, и есть те, ради которых он должен установить мир. Те авроры, погибшие ради него 31 октября 1981 года. Седрик Диггори. Берта Джоркинс. Магл по имени Фрэнк. Даже Плакса Миртл. Они невиновны, они должны были жить, радоваться жизни… Но им этой возможности не дали. И за это Волдеморт ответит.
И Дамблдор – тоже.

Иногда бывает больно видеть,
Как к тебе относятся другие,
Те, кого не сможешь ненавидеть,
Те, кто были «самые родные».
Иногда бывает страшно думать,
Что вокруг нет искренности, веры...
И хочется так быстро, словно пума,
Убежать, чтоб не остаться первым.
Иногда так сложно не заметить,
Как предательски гасят улыбки,
Переглядываясь за спиной; как дети -
Столь жестоки в собственной ошибке.
Иногда бывает очень грустно
От того, что рядом лишь шакалы,
Они рушат и мечты, и чувства,
Да и правда твоя всех достала...
Иногда становится так жутко -
Ведь совсем, совсем ты их не знаешь!
Второпях накидывая куртку,
Сигаретой пальцы обжигаешь.
И тогда, заглядывая в небо,
Делая затяжку за затяжкой,
Ты поверишь в то, что правда - небыль,
И что твоя ноша не так тяжка...

***

Однажды пламя Ада доберется и до вас.
Торент - трекер<\/u><\/a> BattleKnight<\/u><\/a> Травиан<\/u><\/a>
Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Mamont
Le serviteur de l`obscurité!


Сообщение: 2845
Зарегистрирован: 22.06.07
Откуда: Прямиком из Ада., Алушта
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.10 20:07. Заголовок: Глава 9. Миф о корол..


Глава 9. Миф о короле Артуре


«…Миф о короле Артуре…
Несбыточный кельтский идеал. Что ж, от кельтов осталось немного. Но идеал выжил.
Ибо был — в противовес самим кельтам — несокрушимым.
И осталась легенда.
Абсолютно по той же самой причине…»
«…Arthurus, Rex quondam, Rexque niturus.
Легенда живет. Грааль все еще ждет, когда его отыщут. Авалон существует.
Но его по-прежнему затягивают туманы…»
Анджей Сапковский, «Мир короля Артура»

«На берегу реки, реки благословенной
Заплакали мы, вспомнив Авалон…»
Кэтрин Кинн, «Авалон»


Первое сентября. День, когда начинается новый учебный год. Для кого-то первый, для кого-то – последний, для кого-то – один из… Но неизменно, каждый год, вот уже в течении многих лет, в этот день миллионы детишек в миллионах домов отправляются в школу – этот храм знаний.
Но для одного человека этот день стал не только началом нового учебного года. Он был началом нового этапа в его жизни, жизни, которая круто поменялась несколько недель назад. И этим человеком был Гарри Поттер.
С самого утра Гарри что-то тревожило. Казалось, что его что-то тянет. Тянет неизвестно куда, но в то же время, кажется, будто он там уже был. Опасность его не поджидает, нет. Это абсолютно безопасно. И ему совершенно, жизненно необходимо туда пойти. Кажется, его зовет близкий человек, с которым он давно не виделся и от него вдруг пришла весточка. Его тянет туда, на этот Зов. И с каждым часом все сильнее.
Весь день Поттер был дерганым и нервным. Этот Зов тревожил его, тянул за собой, манил. Петуния, видя состояние племянника, старалась по возможности его не трогать. А Гарри периодически впадал в прострацию, пытаясь вычислить, кто же его настойчиво зовет. Попытки успехом не увенчались. Наоборот, парень приходил во все большее смятение.
Ближе к полудню Петуния не выдержала и, поймав Гарри, бесцельно бродившего по коридорах штаба ОЗОМ, затащила его в одну из ближайших пустующих комнат.
– Что с тобой происходит? – требовательно спросила она. – Ты весь день какой-то потерянный, будто что-то случилось или тебя что-то беспокоит. Гарри, я забочусь о тебе и мне совершенно не нравится это твое состояние.
– Нет, что вы. Со мной все в порядке, – отстраненно ответил Поттер, в который раз прислушиваясь к себе.
– Но я же вижу, что это не так! Гарри, что с тобой происходит? – Петуния пристально смотрела парню в глаза.
И под этим взглядом он не выдержал.
– С самого утра меня кто-то зовет. Мне кажется, что это близкий мне человек, с которым я давно не виделся. Он очень хочет меня видеть. Меня тянет туда. Зов все сильнее и сильнее. Это безопасно, я знаю.
– А вдруг это Волдеморт? – заволновалась миссис Дурсли. – Вдруг ему удалось обойти твою защиту и теперь он пытается выманить тебя?
– Нет, тетя, – покачал головой Гарри. – Это не происки Тома. Это что-то другое. Родное, близкое.
Петуния некоторое время просто смотрела на него, изучая. Потом, будто что-то решив для себя, спросила:
– Ты хочешь пойти за этим Зовом?
– Да. Нет. Не знаю… Понимаете, мне очень хочется пойти, но и страшно… – от волнения парень начал расхаживать по комнате. – Я знаю, что если я поддамся, пойду, то это в корне поменяет мою жизнь. Я получу ответы на многие вопросы, но и самих вопросов станет еще больше. А я не хочу этого. Вся моя жизнь и так состоит из сплошных вопросов, ответов на которые или нет, или мне их не хотят давать. Меня тянет туда, страшно тянет. Я знаю, что ничего страшного не случится, но все-таки мне страшно.
– Ох, Гарри! – в порыве чувств Петуния обняла своего племянника. – Если б я могла помочь тебе. Но только тебе решать, последовать ли тебе за Зовом или нет. Возможно, если ты пойдешь, тебе станет известно то, чего ты не знал раньше. Возможно, ты запутаешься еще больше. Я не волшебница и в мире магии мало смыслю. Может быть, подобное грозит опасностью – я не знаю. Но если ты пойдешь, я буду молиться за тебя.
– Не знаю, тетя, честно, не знаю, – как-то сник Гарри. – Мне очень хочется пойти, но… Не знаю.
И не говоря больше ни слова, он спешно покинул комнату. Петуния, глядя ему вслед, прошептала:
– Храни тебя Господь, Гарри Поттер, во всех твоих деяниях. И пусть тебе сопутствует удача.
После разговора с тетей Гарри находился в еще большем смятении. Зов стал еще сильнее. Теперь его туда тянуло, будто магнитом. Да еще и прибавился голос, который звал его: «Гарри… Гарольд… Наследник, приди, я жду тебя! Гарри…»
Наконец, под вечер он не выдержал и пошел за Зовом, доверившись чувствам и интуиции, которые подсказывали, что ничего не случится. Наоборот, он получит ответы на многие вопросы. Прихватив Экскалибур, который отдал ему Савмак еще несколько дней назад, он исчез в пламени. Гарри не заметил, что за ним наблюдала его тетя и Савмак.

* * *

Парень, появившийся на берегу озера, удивленно осматривался. Он точно никогда тут не был. Но откуда-то это место было ему знакомо. Определенно знакомо. Странно…
Лучи заходящего солнца отразились в поверхности озера. Гарри задумчиво смотрел на воду, пытаясь понять, что же его тянуло сюда. Да, здесь красиво, спокойно, как-то удивительно тепло – не в плане погоды, а на душе. Легко. Но должно же было быть еще что-то? Или…
Он отшатнулся, когда к берегу понеслась волна.
Стоп. Волна? На озере?! Откуда здесь течение, в стоячей-то воде?
Еще одна волна окатила прибрежный песок. И еще одна.
Вода пенилась, бурлила… Озеро шумело, словно море. Гарри уже начал сомневаться в том, что это все-таки озеро, когда вода достала почти до его ног. Он задумчиво посмотрел вниз, на уходящую волну и не сразу заметил, что кто-то смотрит на него.
– Здравствуй, Наследник, – мелодично сказала стоящая перед ним девушка. На вид ей можно было дать лет двадцать-двадцать пять. Снежно-белые волосы волной падали до бедер, глаза необычного фиалкового цвета внимательно смотрели на него, красиво очерченные губы кривились в насмешливой улыбке.
И она пахла яблоками.
– Здравствуй. Не представишься? – Гарри как-то отстраненно подумал, что Салазар прочитал бы целую лекцию по поводу того, как нужно беседовать с дамой, но он сейчас был несколько не в состоянии помнить о правилах этикета.
– А ты не слишком вежлив, – незнакомка подобрала подол длинного лилового цвета платья, расшитого жемчугом. – Я одна из тех, кого называют Владычицами Озера. Нынешняя Хранительница Caledvwlch, позже названного Калибурном. Или Экскалибура, если тебе так удобнее, Наследник.
Она усмехнулась ему и, пройдя несколько шагов, уселась на большой валун, рукой указав ему на соседний. Сев, Гарри еще раз задумчиво оглядел ее. Задержал взгляд на кулоне в виде красного дракона, который удобно расположился между ключицами. Он явно не сочетался по цвету с платьем, значит, это был какой-то символ… Но в следующее мгновение до него дошел смысл ее слов.
– Что-то непохоже, чтобы у тебя был меч. Тем более, Экскалибур уже у меня.
– Каледвульх передается из поколения в поколение лишь в моем роду, еще со времен Мерлина. Он всегда со мной в своих ножнах. До тех пор, пока я не передам его тебе, Наследник.
– Но Савмак передал мне Экскалибур! Триста лет назад он был найден, и с тех пор хранится в… – Гарри замолчал, решив, что и так слишком много сказал незнакомой девице, которая даже представиться не удосужилась.
– Позволишь взглянуть на этот твой «Экскалибур»? – она все так же насмешливо улыбалась, что очень раздражало. Чем-то она начала напоминать Гарри Дамблдора и Гермиону – наверное, своей снисходительностью, будто она знала больше, чем он.
Гарри достал из ножен и протянул ей меч, данный ему Савмаком.
Девушка некоторое время смотрела на оружие, все с той же улыбкой, потом показательно фыркнула и вернула меч Гарри.
– И чему вас в школе учат? – как-то обреченно спросила она, а когда Гарри открыл рот, чтобы ответить, резко махнула рукой. – Не надо, сама знаю. Видишь ли, мальчик мой, – Гарри передернуло от этого обращения, но девушка не обратила на это никакого внимания, – как ни удивительно, но все легенды о короле Артуре сходятся в одном – когда он умирал, его меч был выброшен в озеро, где его поймала Владычица, трижды взмахнула им, и исчезла. Еще ранее Моргана якобы утопила ножны… Но это уже неважно. Так вот, если меч был возвращен Владычице Озера, каким образом его могли найти три сотни лет тому назад? – она выжидающе посмотрела на Гарри, столь раздражающая его улыбка никуда не делась.
– Понятия не имею, – пожал он плечами.
– Конечно. Меч, которым тебя вооружили, принадлежал одному из рыцарей Круглого Стола, так что не удивительно, что его приняли за Экскалибур. В нашем мире легенды подстраивают под реальность, а не наоборот. Вот только Каледвульх был создан друидами, а твой меч – гоблинами. Да, сейчас они считаются лучшими мастерами, но… – она неопределенно махнула рукой. – Каледвульх уникален. Другого такого меча нет, не было и не будет. А тот, которым ты сейчас владеешь, принадлежал когда-то сэру Гавейну, кузену короля, который умер в той же битве, что и сам Артур.
– Итак… – Гарри был, мягко говоря, в растерянности, но решил не заострять внимания еще и на этом. Потом будет время подумать. – Ты та самая Вивиен, которая передала меч королю Артуру?
– Нет, конечно! – Девушка мелодично засмеялась. – Во-первых, великому Артуру Каледвульх вместе с ножнами передала не Вивиен, а Лиле. Потом она была убита Балином… за дело! – тут же заметила она, когда Гарри открыл рот, чтобы что-то спросить. – После нее Владычицей Озера стала Нимуэ, которая в последствии вышла замуж за Сумеречного Лорда того времени. Догадываешься, кого? – Гарри пожал плечами. Думать сейчас он явно был не способен. – За Мерлина.
– Но разве Мерлин был не Светлым Лордом?
– Конечно, нет. Хотя бы потому, что тогда была Светлая Леди, звали ее Гвиар… Потом один магл, Джефри Монмаутский, переименовал ее в Анну, а после (уж не знаю, почему) – ее назвали Морганой. Вероятно, от богини Морриган… – задумчиво произнесла девушка. – Но я отвлеклась. А во-вторых, Вивиен вообще-то дочь Нимуэ и Мерлина, Владычицей Озера она никогда не была, но после смерти отца и Артура стала Хранительницей Экскалибура – как ты его называешь.
– Но свое имя ты так и не произнесла, – заметил Гарри.
– Ох, да, прости… Хм… Знаешь, называй меня Морой. Так будет проще.
– Проще? Выходит, у тебя тоже длинное и абсолютно непроизносимое имя или, может, тебе есть что скрывать? Мора ведь не настоящее твое имя?
– Еще чего! Настоящее, конечно! Чему вас в школе учат? Ну да ладно. В магловском мире я зовусь Мора Эмрис. Это не то имя, что дали мне при рождении, но оно от этого не становится «ненастоящим». Во многих древних цивилизациях был обычай давать ребенку два имени: одно при рождении, второе – в юности, когда определялись основные таланты, черты. У друидов вообще по три имени было – ничего, не запутались. Обычно это касалось только парней, но у кельтов большинство женщин обладали теми же правами, что и мужчины, впрочем, этим они почти не пользовались. Правда, мне вовсе не обязательно было брать себе новое имя, но Мора мне больше подходит.
– И зачем же ты звала меня, Мора?
– Я? Звала? Я никого не зову, Наследник. Пришло время – и ты пришел ко мне за тем, что принадлежит тебе. Такова традиция – Владычица Озера одаривает достойного мечом и именем. Но я вначале должна многое объяснить тебе, лишь тогда ты станешь не Наследником, а Королем…
– Вообще-то, имя у меня уже есть, – заметил Гарри.
– Ох, да, ну, значит, мне повезло и достаточно будет дать тебе меч. Может, прямо сейчас отдать железячку и уйти? Хотя зачем, меч у тебя тоже уже есть! – у парня возникло стойкое ощущение, что над ним издеваются.
– Ты сейчас снова спросишь, чему нас в школе учат? Ладно, я понял, новое имя.
Девушка фыркнула.
– Это не смешно. Артуру и Ланселоту имя дала Лиле, Мерлину – его мать.
– Артур – это не настоящее имя короля?
– Нет, естественно. При рождении он был назван в честь бога, с которым его часто отождествляют (Мерлина это тоже касалось) – Гвидион. Потом Лиле, вручив ему Каледвульх, нарекла его Артуром по его анимагической форме – Медведь.
– Разве Артур был магом? – Гарри сказал это и сразу прикусил себе язык – ну, естественно, Артур ведь проводил ритуал передачи силы, читал заклятье! Но ответ Владычицы Озера его ошарашил.
– Нет, не был. – Мора задумчиво посмотрела на озеро. Впервые на ее губах не играла улыбка. – Ладно, пожалуй, надо рассказать тебе все с начала. Ты же знаешь легенды?
– Конечно. Если ты имеешь в виду легенды о короле Артуре, – поспешно добавил он.
– «Король из королей». Король Артур… «Могущественная тень, личность, просвечивающаяся сквозь все древние писания, но никогда не видимая ясно», как сказал Джон Моррис, – немного грустно улыбнулась она. – Да, я имею в виду его. И Мерлина – как же без него? Дело в том, что в легендах есть лишь доля истины. А правда… правда погребена под озерной гладью. Легенду ты знаешь, и, думаю, не один ее вариант. История же… Темные времена. Никто не знает, где была правда, а где – художественный вымысел. Началось все с 410 года нашей эры, когда Римская империя предоставила Британии независимость, а, возможно, еще раньше, в 383 году, когда Максен Вледиг вывел римские легионы с Британии для войны с Феодосием I. Кельты, населяющие в то время остров, были совершенно не готовы к самоуправлению. Да, все четыреста лет, что Британия находилась под протекторатом Рима, кельты поднимали восстания с целью обретения независимости и установления самостоятельной – бриттской – власти. Но когда эта возможность появилась, не нашлось человека, который смог бы взять под контроль всю Британию. Не сдерживаемые более легионом, с севера начали нападать пикты, на западе Уэльс подвергался нападениям ирландских пиратов, а на восточном побережье обосновались первые саксы. Часть бриттов сбежала в Арморику, основав там королевство – Бретань.
Далее рождается легенда… После Максима власть над Страной Лета, что на юго-западе Британии, пытался удержать Константин. Вполне возможно, что он был сыном или внуком Вледига, сходство между ними точно было – но на этот счет, увы, точного ответа дать не могу. Слишком уж сложно следить за всеми побочными детьми. Конечно, он был бы рад подчинить себе всю Британию, но – увы. Он умер во время стычки с пиктами, оставив после себя троих сынов – Константа, Аврелия и Утера. Королем Летней Страны стал старший из них, Констант. Он был убит одним из подданных его отца, который вошел в историю под именем Вортигерн. Малолетних Аврелия и Утера (старшему, Аврелию, было меньше десяти) спешно перевезли в Бретань или, иначе, Малую Британию, где их приютил их кузен король Будэк. Он объявил Аврелия своим наследником, нашел кузенам учителей, и те спокойно жили двадцать лет, готовя армию, которая сможет победить Вортигерна. Тот же, пытаясь защитить свои земли от пиктов, призывает на помощь саксов с Германии, заручившись предварительно поддержкой остальных королей. Саксы, во главе с Хенгистом и Хорсой, разбивают пиктов. По договоренности с Вортигерном, все захваченные ими земли остаются у них. Но приглашенные в качестве наемной силы саксы не пожелали и дальше подчинятся приказам «верховного вождя». Началась война бриттов с саксами. Трон под Вортигерном шатался, как никогда раньше. Люди ненавидели саксов, остальные короли забыли, что дали свое согласие на их прибытие, пикты больше не угрожали Британии и причина, по которой на острове появились саксы, забылась. И то, что саксы уже давно начали заселять побережье, тоже. В это же время возвращаются на родину Аврелий и Утер. И это уже не разведывательная вылазка, каких было много, а начало войны. Войны против Вортигерна, саксов, пиктов и всех прочих, кто осмеливается напасть на Британию. Dux Bellorum, Аврелий Амброзий убивает Вортигерна, побеждает Хенгиста и Хорсу, оттесняет саксов на восток, восстановляет и упрочняет римские форты (заброшенные в то время), практически из пепла возрождает Летнюю страну и на волне успеха пытается объединить разрозненные королевства в одно могучее государство. Только вот жениться он так и не успел. Любимая его умерла, так и не дождавшись его возвращения на родину, а сын… сын был незаконнорожденным. Но – признанным. Принц и «по мечу», и «по кудели». Его матерью была леди Харита, дочь Короля-Рыбака, первого Владыки Авалона. Аврелий же на момент зачатия сына был, пусть и беглым, но принцем, надеждой Британии. Звали этого ребенка Мирддин Эмрис… «Дитя света». Амброзий. Забавно, да? Первое имя – в честь бога, второе – в честь отца. Притом, что его считают сыном дьявола. После его переименовали в Мерлина. Опять же таки, по анимагической форме – он был соколом. Он обучался магии у знаменитого барда Талиесина, который после того, как Мерлин ушел к отцу, сам уехал из Летней Страны и стал жить при дворе короля Уриена. Аврелию в то время удалось заключить прочные союзы с другими королями. Его назначали новым «верховным военачальником», но пока еще – не Королем.
После смерти Аврелия королем стал его младший брат, Утер Пендрагон, который снова столкнулся с саксами, не успев короноваться. Окта, сын Хенгиста, и Эоза собрали саксов, призвав на помощь сородичей, живущих в Германии, и пошли войной на Британию, решив, что обещание держаться северной границы умерло вместе с Амброзием. Под Йорком Утер разбил их армию, вдвое превышающую его собственную, зарекомендовав себя талантливым военачальником. Мерлин, уже называвшийся Амброзием, помогал дяде в правлении страной, был первым советником. Он же помог Утеру добиться руки Игрейны, старшей дочери Горласа, короля Корнуолла. Утер, хоть и не особо любил магию, следовал советам друидов, как и все предыдущие кельтские правители. Мерлин был одним из тех, кого сейчас называют «грязнокровками», и именно после Мерлина в роду Пендрагонов стали рождаться маги. Артур был уже скорее сквибом, чем маглом. Он мог превращаться в животное – медведя, был одним из первых в мире анимагов, и это при почти полном отсутствии магических способностей! Зачатый еще до свадьбы, сын Утера и Игрейны, Артур стал королем Британии. Фактически, хоть многие и называли его незаконнорожденным, это ничего не изменило. Трон он занял с помощью своего кузена, который имел не меньше прав на престол. Конечно, законы тогда были иные. Не было обычая обязательного наследования власти. У кельтов королем становился самый достойный. Как считалось. На практике же – тот, кто перерезал глотки остальным претендентам. Мерлин сделал так, чтобы «достойным» оказался пятнадцатилетний подросток – Артур. Уже третий «верховный военачальник» из рода Красного Дракона. Первый – ставший Верховным Королем всей Британии. Он доказал свое право на власть и делом, и словом. Словом Мерлина, а делом – собственным. У Артура было две тетки, с которыми он познакомился уже будучи королем, одна из них была на несколько лет младше Игрейны, – Светлая Леди, Гвиар, другая – Темная Леди, Моргауза. Первая была ученицей Мерлина, супругой короля Уриена, матерью (а не любовницей, как сейчас считают!) Акколона. Того самого Акколона, который согласно легендам украл Экскалибур и зачарованные ножны. Правда же заключалась в том, что он долгое время считался преемником короля Артура, и стал бы им – если бы не его смерть. А с ножнами там дурацкая история вышла, Артур сам виноват. Вторая же сестра Игрейны, дочь Горласа от второго брака, Моргауза, жена короля Лота, родила от племянника сына, которому Пророчеством судилось убить отца.
Но это случилось чуточку позже… Твоя же история началась года за два до этого. Когда Артур женился, женился в первый раз, на прекрасной Гвенвифар… Тонкая и хрупкая, неизменно веселая, она влюбила в себя короля – то ли блеском ярких зеленых глаз, то ли счастливой, детской улыбкой, то ли своей беззащитностью и жизнерадостностью… Ее обожал двор. Рыцари Круглого Стола, который тогда только начинал собираться, были готовы отдать жизни за свою королеву. Мерлин создал несколько амулетов ради ее защиты… Но все это оказалось напрасным перед Роком. Гвенвифар умерла, будучи еще почти ребенком, и вместе с ней умерло что-то в Артуре. Он продолжал жить, воевать, править. Продолжал, потому что Гвенвифар оставила в этом мире частичку себя – маленького, хрупкого ребенка, девочку, названную Нинианой. Девочку, которая своим появлением в мире убила мать. Тогда у Артура была лишь одна цель – уничтожение саксов, защита Британии. Он продолжил дело жизни Амброзия – восстановил Летнюю Страну, объединил Британию, и так побил саксов, что до самой его смерти они на территории кельтов оказаться боялись, превратившись в тихих, мирных поселенцев. Мерлин забрал Ниниану к себе, Нимуэ воспитывала ее наравне с родной дочерью, а Акколон совсем маленьким ребенком переехал в Камелот, где из него воспитывали будущего короля.
Через год Моргауза чарами приняла внешность Гвенвифар, соблазнила Артура и понесла от него. Так был зачат Мордред – на погибель отцу. Когда Мерлин предупредил об этом Артура, тот приказал уничтожить всех младенцев, родившихся в Бельтайн. Обуреваемый злостью, он был готов на все – даже на такое деяние. Отговорить его не смогла ни Гвиар, ни Мерлин, ни названный брат Кэй, ни Ланселот Озерный, «первый рыцарь». За это его и прокляли – Мордред выжил. И привел к гибели не только Артура, но и всей Британии. Как магловской, так и магической. А в роду потомков Красного Дракона отныне в одном поколении мог быть лишь один ребенок, аж до появления Наследника.
Через какое-то время Артура уговорили жениться снова. Невесту он выбрал, как и Тристан, самым глупым и безумным способом – по имени. Гвенвифар. Гвенвифар ферх Оргирван – именно та, о которой говорится в мифе. Ее отец дал ей в приданное Круглый стол – тот, который был зачарован Мерлином, за которым сидели «достойнейшие из достойных», «элита» рыцарей Артура. В отличие от Изольды Белорукой, супруги Тристана, вторая жена Артура была счастлива. К сожалению, не с мужем. Как ты, наверное, знаешь, она изменяла своему мужу с его лучшим другом Ланселотом (тем самым Ланселотом, которого когда-то давно, еще младенцем, на воспитание приняла Лиле). Об этом (не без помощи Моргаузы) узнал весь двор, и лишь тогда Артур вынужден был принять меры. Сам он, конечно, был в курсе любви друга и жены и всячески поощрял их отношения. Знаешь, это было вроде – пока меня не трогают, все нормально. Ему жена была безразличной, так что же ей оставалось? Когда двор требовал наказать неверную жену, Артур с помощью Мерлина подстроил все так, чтобы Ланселот успел спасти Гвенвифар. Король хотел, чтобы они вместе сбежали, но, увы, Ланселот не мог оставить своего сюзерена, которому когда-то дал клятву верности. Вообще, многие даже не поняли, в чем, собственно, проблема. Как я уже говорила, у кельтов женщина имела те же права, что и мужчина, а христианство тогда еще не успело поменять менталитет людей, изменить вековые традиции. Но, тем ни менее, Артур – король, первый Верховный король, а короля, который не может справиться с собственной супругой, переставали уважать. Мордред не находит лучшего времени поднять бунт, чем это – когда рыцари Круглого Стола разобщены: часть их поддерживает Ланселота, часть – требует мести за убитых во время спасения Гвенвифар. Артур не мог остаться в стороне от битвы, и, в конце концов, признал право Гавейна на месть за братьев, павших в битве за освобождение королевы. Он позволил осадить Ланселота и его приверженцев в замке, именуемом «Стражница Радости», предварительно предупредив друга и дав ему шанс спастись. Ланселот отдал Гвенвифар законному супругу, но Гавейна это не остановило. В тот момент Мордред поднял восстание, Артур, отмахнувшись от всего, помчал на битву, призвав своих рыцарей к бою, Ланселот и Гавейн, забыв на время свои разногласия, помчались на помощь королю. Но – не успели. В знаменитой битве под Камланном, произошедшей в 537 году, погиб и Артур, и Мордред. Да, тут легенда не врет, они действительно убили друг друга. Гвиар, слишком поздно узнавшая о планах одного племянника, не успела спасти жизнь другому, но она была последняя, кто говорил с Артуром. Он просил ее забрать его дочь из Камелота, при помощи Мерлина спрятать замок, Экскалибур отдать Вивиен, которая должна была стать Хранительницей меча, и посоветовать Мерлину с Нимуэ скрыться на Авалоне у друидов. Он не знал, что Мерлин незадолго до начала бунта был убит Моргаузой. И Гвиар не сказала этого.
Нимуэ, Владычица Озера, собственноручно захоронила тело мужа в Хрустальном Гроте, а после этого, вместе с Гвиар, Королевой Северного Уэльса и Королевой Опустошенных Земель отправилась в Гластонбери, где они и похоронили Артура, после чего все вместе отравились на Авалон – остров друидов, магическую проекцию, если тебе так удобнее, земного и реального полуострова Гластонбери. В Британии начался хаос, магический мир отделился от магловского окончательно и бесповоротно, многие знания были утеряны вследствие ухода друидов, а в магловском мире началась борьба за власть. Акколон был мертв, а именно он должен был стать наследником Артура. Ниниана была девушкой, ее никто не воспринимал всерьез, так как христианство на тот момент, как говорится, «проснулось» и почти полностью погребло под собой кельтские традиции и религию, в установившемся после ухода друидов кошмаре это было не сложно. Чтобы оградиться от посягательств на свою руку и сердце в качестве «пропускного билета к трону», Ниниана вместе с названной сестрой – Вивиен, – спрятались в магическом мире. Гвенвифар и Ланселот тайно обручились после смерти Артура и уехали с Британии на континент. Ситуация в магловском мире была более чем печальной. Одним из претендентов на престол был Эмрис, сын Кэя, убитого в битве под Камланном. Так же за власть боролись король Марк из Корнуолла и, конечно, Константин, сын Кадора. Но в результате Британия вновь распалась на пять королевств, и лишь через много лет снова стала цельным и могучим государством. Но уже не кельтской Британией, а англосакской. Британия бриттов умерла.
В магическом мире Вивиен, посмотрев на полный и бесповоротный упадок магии, древней кельтской магии, уехала на Авалон. В ладье без руля… А что же Ниниана? Она вышла замуж за мага, довольно сильного, ее ребенок обладал магическим даром, как и все потомки… Но вот одним из последствий проклятия Артура было то, что у всех его потомков мог родится лишь один ребенок – до тех пор, пока не появится на свет истинный Наследник великого короля, тот, кто сможет объединить магический мир, возродить народ фэйри и достойно править Камелотом. Так и случилось, верно? Мужа Нинианы звали Игнотус Певерелл. Тоже весьма известная личность. Около тысячи лет назад их род породил одного из сильнейших магов того времени – Годрика Гриффиндора. Он, не имея прав на владение Экскалибуром, заказал у гоблинов меч, смутно похожий на него. Он женился на Ровене Равенкло, совместно с которой создал одну из первых школ магии в мире. Ведь прежде был лишь один метод обучения – Учитель-Ученик. В конце концов, род Гриффиндор разродился девочкой, которая вышла замуж за некоего Поттера. А в результате – родился ты. Первый достойный звания Наследника. Ведь потомков может быть много, а вот Наследник – один. Когда-то среди уже твоих потомков появится твой Наследник… Кто знает? Но именно ты имеешь законное право на все артефакты, которыми владел в свое время Артур. В первую очередь это – Каледвульх, запомни, что он всегда хранится в зачарованных ножнах, которые будут защищать тебя от ранений и кровопотерь. Так же ты должен найти копье Ронгоминиад, кинжал Карнавенан и щит Винебгуртухер. Кроме этого, Артур, как достоверно известно, владел и магическими артефактами…
– Да-да, я знаю, амулет разума, амулет дома, амулеты магии трех уровней, амулет Мерлина, амулет брака, амулет Любовь родителей, амулет Любовь моя, Жезл Мерлина, книга Заклинаний древних друидов… У гоблинов узнал, – смущенно добавил Гарри, когда Мора приподняла удивленно брови.
– Возможно. Но это не все. Существует также плащ-невидимка, заколдованный Мерлином специально для Артура – он почему-то так и передавался из поколения в поколение, – несколько котлов… Да-да, именно котлов. То, что Артур не был магом, не мешало ему уметь варить зелья. Посредственно, надо заметить, – с каким-то странным удовольствием добавила она. – Котел Вдохновения, Внушения и Поэзии, Котел богини Кериддвен, Котел Брана… Вообще, полный список артефактов есть в Камелоте. Круглый стол тоже считается артефактом – понятия не имею, кто это придумал.
Мора замолчала. Все с той же легкой улыбкой смотрела на озеро.
– Ты говорила о друидах…

Однажды пламя Ада доберется и до вас.
Торент - трекер<\/u><\/a> BattleKnight<\/u><\/a> Травиан<\/u><\/a>
Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Mamont
Le serviteur de l`obscurité!


Сообщение: 2846
Зарегистрирован: 22.06.07
Откуда: Прямиком из Ада., Алушта
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.10 20:08. Заголовок: – Да. – А то, что в ..


– Да.
– А то, что в истории…
– Все правда. И про жертвоприношения, и про Wicker Man – ивовые клетки, в которых сжигали людей.
– Ты так спокойно об этом говоришь.
– А что тут такого? Друиды в свое время убивали преступников, мы никогда не трогали невинных – в отличии от христиан, которые во имя своего бога-пастыря перерезали кучу народа, в том числе женщин и детей, просто за то, что они были другой веры… Если бы не друиды, Артур захватил бы полмира, и легенда о «империи Артура» была бы правдива. Но друиды всегда признавали лишь необходимую агрессию. Мы требовали защиты для страны, а не нападения на другие государства. Мы не навязываем своей веры.
– «Мы»? Ты друидка?
– Ну да. Я же Владычица Озера, я живу на Авалоне, конечно, я друидка! – со странной интонацией произнесла Мора.
– Прости, просто… ты не очень похожа на то, какими я их, то есть вас, себе представлял.
– Мы же не другая раса. Друиды – это отдельная каста, каста замкнутая, да, но мы тоже люди. Такие же, как и все. Барды и поэты тоже считались друидами, к нам отдавали на обучение детей, потому что у нас они были в безопасности от войн и кровопролития. Друиды никогда не вмешивались в дела короля, мы никого не признавали и не признаем над собой. Никого, кроме Артура, – поправилась Мора. – Но он был исключением во всех смыслах, и он был учеником Мерлина, который являлся Верховным жрецом.
– Так странно… Ты говоришь, будто сама все это видела.
– Я и видела. Таков самый большой дар и самое большое проклятие моего рода, вытекающее из того, что мы Храним Каледвульх. Я видела все, что происходило с твоими предками, Наследник, я видела всю твою жизнь с того момента, как меч передали мне. Все мои предки уже до пятнадцати-семнадцати лет были седыми.
– Прости, я не хотел…
– Прощения нужно просить лишь за то, в чем раскаиваешься. А ты просишь прощения за то, чего не понимаешь.
Они замолчали. Мора все так же улыбалась и, видимо, ждала новых вопросов.
– Скажи, почему Моргауза так хотела смерти Артура? Гвиар же приняла его!
– Детские обиды всегда самые сильные и забываются они дольше всего. Когда родилась Моргауза, Гвиар уже обучалась у Мерлина, она была немногим младше Игрейны, когда та вышла за Пендрагона, и являлась ровесницей второй жены отца – Элейны, матери Моргаузы. Потом, через пару лет, Амброзий захватил Британию, спустя какое-то время умер, и вместо него королем стал Утер. Непростой человек, иногда создавалось впечатление, что Артур – сын Аврелия. У них было много общего – оба потрясающе сильные, харизматичные люди. Прирожденные вожди. Таких можно либо боготворить, либо ненавидеть – третьего не дано. За ними шли на смерть ради жизни. Им верили. В них верили. А Утер был иным. Сильным воином, неплохим правителем, веселым человеком. Талантливым военачальником, без всяких сомнений. Но не было в нем искры, которая в Артуре и Амброзиусе разгоралась, будто пламя. Он не умел – или не хотел – любить. Он умел желать, и привык, чтоб его желания исполняли. Он был очень сложным человеком, способным рассердится из-за ерунды и простить серьезный проступок. Знаешь, про таких говорят – «человек настроения». А король не может зависеть лишь от настроения. И когда Утер увидел Игрейну, молодую еще девушку, дочь короля Корнуолла, он не влюбился в нее – он пожелал, чтобы она была его. Навсегда. Мерлин помог ему в этом, друидам нужен был иной король, тот, что мог быть зачат лишь в одну ночь. Но так уж случилось, что в эту же ночь был убит Горлас, Моргауза осталась сиротой при живой матери. Только вот кем была ее мать? Вдовой короля? Горласа, который сумел поссориться с «верховным военачальником» Британии в день его коронации? Гвиар была друидкой, она научилась ставить цели государства выше собственных. Да и Элейна, ей была, по сути, чужой. Не мачеха и не подруга – так, жена отца, мать сестры. Впрочем, когда Гвиар уехала из Корнуолла, Моргауза была грудным младенцем. Как можно считать сестрой особу, которую видела несколько раз в жизни? Гвиар вышла замуж за Уриена, в то время ей было как-то не семейных проблем, она обустраивалась в своем новом королевстве. К тому же она разбирала различные артефакты и записи, оставленные Талиесином – который был Верховным Жрецом друидов до Мерлина. Да, погоревала за отцом, но для нее его потеря не была особо значимой, – а вот у Моргаузы вся жизнь перевернулась. Да, теперь она была младшей сестрой Верховной королевы. Но с другой стороны – она была никем. Элейна умерла, когда Моргаузе было восемь, вся забота о ребенке перешла к Игрейне. А у той, вообще-то, был и собственный сын… Которого она и не знала. Какая уж тут забота? Артура сразу после рождения отдали Мерлину, а тот, по обычаю altram передал его на воспитание королю Эктору. Даже родители не знали, кто является приемной семьей их сына – только Мерлин. При дворе об этом не задумывались – друидам верили беспрекословно, а Мерлину – тем более, племянник короля, как-никак. Тем более, мужчин больше волновали саксы, а женщин – хозяйство. Непрекращающаяся война изнуряла королевство, мир был необходим. Политика стала важнее, чем дети. Едва Моргаузе исполнилось пятнадцать, ее, недолго думая, выдали замуж за короля Лота, надеясь привлечь его в союзники. Мнением девушки никто не интересовался. Она лет с десяти начала обучение у друидов, без ведома сестры практиковала магию. Выйдя замуж – продолжила. Артур же в пятнадцать лет стал королем, через пару лет после смерти отца. Игрейна умерла еще раньше. Моргауза осталась лишь королевой далекого северного Лотиана. Для Гвиар Артур смог стать племянником, но не для Моргаузы. Для той Артур был врагом – человеком, который разрушил ее жизнь, причиной смерти отца, сыном того, кто выдал ее за нелюбимого.
– И она стала Темной Леди.
– Она и была ею. Темные и Светлые Лорды существуют для удержания Равновесия между силами природы. Когда один из них сознательно идет на нарушение этого равновесия, появляется Сумеречный Лорд. Такое случилось лишь дважды за всю мировую историю – когда Моргауза пожелала полного уничтожения рода Пендрагон, и сейчас, когда фактически того же хочет Волдеморт. Причины у них разные, и ее, и его можно понять, но как следствие – сама магия воспротивилась этому. Равновесие – самое важное, что только есть в мире. Если его нарушить, земля погибнет. Представь, что планета сойдет со своей орбиты. Конечно, это будет не так быстро. Вначале исчезнет магия, потом начнутся эпидемии, голод, катаклизмы… Посмотри телевизор – все и так очень близко к такой ситуации. Сила выходит из-под контроля, кто-то должен это исправить.
– А почему я? Почему не нынешний Светлый Лорд?
– Предполагалось, что ты и будешь Светлым Лордом. Собственно, все к этому и шло, поэтому друиды и не вмешивались. Вот только в результате… – Мора красноречиво развела руками. – Мы ведь тоже не всевидящи. Провидцы предсказывают лишь один вариант развития будущего, а их – тысячи.
– Но кто-то же должен стать Светлым Лордом?
– Я не знаю. Возможно, уже после тебя.
Гарри задумался. Было еще что-то важное, что-то, что он хотел спросить сейчас, пока есть возможность получить правильный ответ.
– Круглый стол… Он же есть в штабе ОЗОМ? Или это тоже подделка?
– И да, и нет. Круглый стол Артура находится в Камелоте, в тронном зале. На нем же будут написаны имена рыцарей, которые доказали, что они достойны сидеть за ним. Каждый – на своем месте. И каждый – равный перед другими. Ты уж извини, но придется обойтись без трона – не положено.
– Снова насмехаешься?
– А как же. Тот, что у Савмака – копия одного из многих Круглых Столов.
– Многих?
– Ну да. Рыцарей Круглого Стола было около ста пятидесяти, ты хоть представляешь, какой диаметр должен был быть у стола? Круглый Стол – это нечто вроде ордена. Впрочем, не вполне рыцарского, потому что рыцарский кодекс чести был создан намного позже. К счастью.
– Почему к счастью?
– Потому что рыцари Артура были рыцари в правильном смысле этого слова, а все остальные – тварями. И это еще мягко говоря. Почитай историю, а потом уже мучай меня глупыми вопросами! – Мора слегка передернула плечами. Гарри мысленно усмехнулся.
– Я читал. И учил. И вызубривал.
– Хм. Знаешь, еще во времена Основателей была популярна поговорка: «ищи правды у кентавров». Лет двести тому назад она забылась. Думаю, кентаврам просто надоела человеческая глупость. И я их понимаю. Тебе лучше выучить магловские учебники – маглы гораздо реже переписывали историю. И, по крайней мере, не меняли ее полностью. Они стараются откопать истину, даже если это уже невозможно по вине их предков. Маги же… Мда.
– Я не совсем понимаю… Кентавры же видят будущее?
– Кентавры видят все. Как и все провидцы. Будущее, настоящее, прошлое – не важно. Но дело еще и в том, что фэйри – волшебный народ, единство всех магических рас, которые прежде были цельны, а сейчас распались, – умели помнить и ценить. Теперь же, когда человеческие маги поставили себя выше всех иных существ, даже маглов, которые тоже, вообще-то, люди, память утратила свое значение. Причина и следствие поменялись местами. Маги стали вмешиваться в ход времени, раскачивать Весы, нарушая Равновесие, играть судьбами целых народов – лишь из собственной гордыни. История забылась, перестала быть важной. Потому что важным стало – дать людям какое-то извращенное чувство причастности к чему-то великому, неординарному. Правда никому не надо, она не выгодна, ведь зная правду, и послушные овечки могут начать думать своими головами, а не только повторять, словно попугаи, чужие мысли и идеи. Я думала, что ты уже это понял.
– А почему Артур ничего мне не сказал? Я такого не помню.
– У него и спроси. Мы не разговариваем. Я с ним в ссоре.
– Что?! – Гарри слегка обалдел. Голова шла кругом от навалившейся на него информации, а он все еще мог удивляться, оказывается!
– Ну да… – Мора слегка покраснела и опустила глаза. – Он не доволен выбранным мною университетом… Я литературовед и историк по образованию, – пояснила она, – а он хотел, чтобы я училась в магической школе.
– Полагаю, вопрос о том, как ты могла поссориться из-за своего обучения с человеком, который умер за полторы тысячи лет до твоего рождения, тоже будет глупым?
– Угу. – Мора устало вздохнула и подняла на парня глаза. – Я же живу на Авалоне, как и Артур, и еще куча разных «мудрых» и «старших», которых нужно слушаться.
– А то, что они мертвы – это так, пустяк?
– Они и не мертвы. На Авалоне нет жизни, нет смерти, нет времени. Туда попадают лишь по приглашению, самые достойные или самые ненормальные, которым жаль расставаться с друзьями… Сейчас уже четырнадцать столетий Владычицей Авалона и Верховной жрицей Богини является Гвиар. Она и приглашает. Слава Богине, что я могу после смерти отправиться дальше, вечность в кампании этих безумцев – сущее наказание! Я не настолько грешна. Уж лучше христианский ад.
– Все так плохо?
– Еще хуже. Им же делать там нечего. Вот и воспитывают всех молодых, считают себя самыми умными. Смешно сказать – все, кто на Авалоне родился, спешат с него сбежать как можно скорее. Из-за этого часть молодых друидов воспитывают отдельно. Чтоб хоть кто-то остался кроме «старой гвардии». По мне так – маразматиков! Устаревших. Хорошо хоть, ты появился, так Артур, Годрик, Салазар и Ровена ушли к тебе, обучать. Хоть какая-то передышка была… Мерлин и Гвиар остальных в узде держат. Годрик и Салазар – это просто нечто, от них больше всего шуму, драк и проблем. Пару веков назад решили, что нужно установить на Авалоне традицию регулярного проведения рыцарских турниров. Несколько десятилетий назад заинтересовались боксом и футболом. Удивляюсь, как они еще бильярдом не увлеклись… При этом просто так им скучно играть, они создали тотализатор.
– Мда. Странно слышать такое о своих предках.
– Ты б с ними вырос – вообще удивляться разучился.
– А то, что они приходят в наш мир и похоронены здесь – это нормально?
– Да. Они – жители Авалона, а значит, могут возвращаться, когда захотят. И уходить тоже. А тело – это вообще мелочи. Тело Артура после его смерти стало раза в три больше, чем он был при жизни – какая-то извращенная трансформация в недомедведя.
– И часто они так… развлекаются?
– Да постоянно. И не только они. Они самые бурные, но это не значит, что остальные – закостеневшие старики. Говорю же – все там… с приветом.
– Ты чем-то на них обижена. Это из-за учебы?
– В том числе, – улыбка Моры показалась Гарри слегка сумасшедшей. – Существует ошибочное мнение, что Владычицами Озера становятся самые сильные, талантливые и так далее. Но ведь это не так! Друиды делятся на три класса: друиды, филиды и барды. Я отношусь скорее к третьему – я люблю музыку, люблю петь, обожаю поэзию. Магия же не является для меня смыслом жизни, она лишь многое облегчает. Средство, а не цель. Но для друида магия – это все. Филиды – пророки, а с предсказаниями у меня… Будущее я предсказывать ненавижу. Напророчить можно такого, что потом сотню лет разгребать будут. Прошлое – тем более, для меня видеть его не дар, а проклятие. Да и как иначе? – в голосе ее впервые слышалась горечь. – Мне двадцати пяти нет, а ощущение, будто я старше Амброзиуса. Настоящее для меня является пыткой, ведь вмешиваться во многое нам запрещено, а видеть и быть не в состоянии изменить… Я не знаю, как с таким можно жить. А самое страшное – это то, что за пределами Авалона очень мало есть магов, способных меня заинтересовать. Я не могу пользоваться волшебной палочкой, она мне только мешает, как и всем друидам, впрочем. Посох с тобой таскать тоже накладно, хотя он для меня – любимый вид оружия. А колдовать без магических усилителей страшно – сразу начинают коситься, потому что сами уже не помнят, как это. Мне скучно говорить с современными магами. Мне не о чем с ними разговаривать. Единственные интересные собеседники – это представители других рас. Но народа фэйри уже нет. И со мной они разговаривают, как с человеком, а не как с равной. Вот и бегу в магловский мир, которого я не знаю, который развивается семимильными шагами… Только жители Авалона этого не понимают. Для них существует только один мир – единый, в котором магия переплетена с наукой, такой, который был до пятого-шестого века. А в наше время это уже нереально – соединить когда-то распавшееся. Некоторые осколки не склеить.
Они снова замолчали.
Солнце уже давно встало и ярко светило сверху. Мора с улыбкой смотрела на него, казалось, оно совсем не слепило ей глаза. Гарри подумал, что под этой улыбкой она прячет все, что чувствует на самом деле.
– Значит… Ты должна была передать мне только Экскалибур? И дать новое имя?
– И ножны, – кивнула Мора.
– И ножны.
– Да… Должна была. – Мора встала, выпрямилась, посмотрела на него сверху вниз. – Встань на колени, Наследник.
Гарри опустился на одно колено и склонил голову.
– Поклянись мне беречь Британию, защищать ее от врагов, быть достойным своего предка, поклянись никогда не делать ничего, что может принести вред невинным.
– Клянусь.
– Поклянись справедливо править Камелотом, вновь собрать рыцарей Круглого Стола, поклянись верой и правдой служить своим подданным и защищать их интересы, ставя их выше своих собственных. Повтори: «Если я нарушу свою клятву, пусть Земля откроется, чтобы проглотить меня, море поднимется, чтобы утопить меня и небо упадет на меня».
– Клянусь. Если я нарушу свою клятву, пусть Земля откроется, чтобы проглотить меня, море поднимется, чтобы утопить меня и небо упадет на меня.
– Нарекаю тебя, Гарри Джеймс Поттер, Наследником короля Артура, имя тебе отныне – Гарольд Артур Пендрагон, Мэлвином станешь ты для потомков своих, как стал Гвидион Артуром для нас, снимаю с тебя грех предков твоих, проклятие рода твоего, вручаю тебе меч, и да будет он оберегом тебе, пока не поднимешь ты его против невиновного.
Гарри почувствовал прикосновение холодной стали к правому плечу, а потом и к левому.
– Встань, Наследник Короля.
Он поднялся на ноги, Мора смотрела на него серьезно и внимательно, заглядывала будто в самую душу, у Гарри возникло неприятное ощущение, что она читает его мысли, но этим летом он досконально изучил окклюменцию, его щит не мог бы пробить даже Дамблдор.
– Я не пользуюсь легилименцией. Я фея, а не ведьма. Я же говорила, что многие знания были утеряны после смерти Артура и Мерлина. Держи свой меч, Наследник. – Мора улыбнулась и процитировала:
«Экскалибур, достоин я
Руки надежной короля».
– Томас Булфинч, – ответила она на его вопросительный взгляд.
Гарри только сейчас заметил, что она протягивает ему меч в ножнах. Он потянул за рукоять и ахнул, глядя на Каледвульх, назвать его Экскалибуром язык не поворачивался.
Что такое меч? Полоса стали, по сути. Бездушный кусок железа.
Но Caledvwlch… «Сокрушающий». Холодная сталь небесно-голубого оттенка. Клинок меча украшен двумя золотыми драконами, когда Гарри вытащил его из ножен, показалось, что они дышат пламенем. Глаза их ослепляли. Рукоять меча украшена драгоценными камнями. Длинна клинка больше семидесяти сантиметров, а ширина у рукояти составляла чуть больше двух дюймов. Возле эфеса, с обоих сторон были надписи на кельтском: «одна сторона, чтобы побеждать» и «другая сторона, чтобы защищать».
Ножны же были черными, из настоящей кожи. Обмотка рукояти выполнена металлической нитью, а гарда, яблоко и фурнитура ножен покрыта золотом. Они казались удивительно легкими, почти невесомыми. Странно было, что в шестом веке могли изготовлять такие ножны, насколько Гарри помнил, в то время они были деревянными. Впрочем, если их изготовили друиды…
Гарри сделал пробный выпад мечом, тот сидел в ладони как влитой, будто специально под Гарри сделанный.
– Это…
– Я знаю, – Мора улыбалась. – Но прежде чем ты уйдешь, хочу дать еще пару советов, – она снова села на камень, Гарри, вложив меч в ножны, сел рядом. – Для начала хочу напомнить тебе об еще одном мече, принадлежащем тебе – мече Годрика Гриффиндора. Стоит тебе предъявить свои права на него, как Шляпа отдаст его тебе.
– Но зачем мне еще один меч? У меня их и так два!
– Не тебе. Меч Гавейна отдашь тому, кто его достоин – можешь хранить для сына, можешь отдать учителю. Он не так важен, хоть и более чем хорош. Меч Гриффиндора же должен достаться первому рыцарю твоего Круглого Стола. И это мой второй совет – ты должен собрать его как можно скорее, несколько людей уже доказали свою верность тебе, так посвяти же их скорее в рыцари! Теперь ты имеешь на это право как Наследник. Твой первый рыцарь будет тебе лучшим другом, подумай о том, кто не предаст тебя – вспомни о том, кто желал твоей дружбы… Еще до того, как узнал твое имя. Уверенна, что ты понимаешь, о ком я. – Гарри молча кивнул. – Запомни, этот человек всегда будет бороться по правую руку от тебя, он будет готов умереть за тебя. Кроме того, ты должен собрать свой двор. Пока в него входят только люди, но среди твоих придворных значимое место могут занять и представители других рас: гоблины, кентавры, русалки, оборотни, вампиры и домовые эльфы… Лишь тогда, когда ты соберешь свой двор, примешь герб рода Пендрагон – красного дракона и найдешь среди них достойных звания рыцарей Круглого Стола, к тебе присоединятся друиды, только тогда ты станешь Королем Камелота. К тому же, к тебе должны присоединиться драконы, Пендрагоны традиционно имеют над ними некоторую власть, но не абсолютную и не над всеми. Пока же у тебя есть лишь сенешаль… Догадываешься, кто займет при твоем дворе место Кэя?
– Савмак? – полувопросительно-полуутверждающе произнес Гарри.
– Именно. У тебя уже есть та, кто достойна звания регентши, кто будет править в твое отсутствие и до твоего совершеннолетия – твоя тетя, твоя воспитательница. И есть та, кто займет место рядом с тобой, кто будет твоей королевой, первой леди. Они не должны сидеть за Круглым Столом. И, наконец, мой последний совет тебе, Наследник. Не отрекайся от себя. Найди Камелот, твоим придворным будет в нем безопаснее, так как никто, кто замышляет зло тебе или им, не сможет войти в замок. Правь достойно. Люби. Но не отрекайся от себя, от того, кем ты стал за эти шестнадцать лет. – Мора задумчиво посмотрела на парня, улыбаясь, сделала странный жест рукой, будто проводя рукой по стеклу, и тем же серьезным тоном продолжила: – Знаешь, друиды выделяют много законов магии. Один из них – закон самопознания. Он гласит, что тот, кто не имеет знания о себе, не может иметь знания о своей магии. И, соответственно, власти над ней. Этот закон объясняет, почему «злые» маги обычно очень редки. Преданность «злу ради зла» обычно ведет к потере интроспекции и самосознания. Трудно нести вред другим, когда полностью понимаешь, какой вред это бы нанесло тебе. Познай Себя. Ты наделен слишком большим могуществом, чтобы иметь право «сорваться». Ты не можешь подчиняться ярости, боли или желанию отомстить, даже если это оправдано. Если ты не сможешь трезво оценивать свои действия и их последствия – твоя магия выйдет из-под контроля. Мне страшно даже предположить, что тогда произойдет. Не позволяй ненависти захватить тебя.
Мора встала, озорно улыбнулась Гарри.
– И, знаешь, пожалуй, я сделаю тебе еще два подарка. Первый – эта брошь, когда-то ее носил Аврелий Амброзий, она – символ королевской власти Пендрагонов, – Мора аккуратно приколола брошь с изображением выгравированного на пурпурном фоне покрытого эмалью дракона. – И еще один, последний мой подарок, – улыбка стала немного ехидной, и Гарри даже испугался, когда Владычица озера резко нагнулась и сняла с него очки. – Будь же зрячим, будущий король, правителю очки не идут.
Последний раз улыбнувшись, Мора взмахнула рукой на прощание, и рассыпалась брызгами воды, оставив после себя лишь запах яблок.
Гарри недоверчиво посмотрел на ножны в своих руках, ничего перед глазами не расплывалось… То, чего не могла сделать ни магловская, ни магическая медицина, сделала одной лишь силой желания Владычица Озера, бывшая Хранительница меча. А говорила, что магию не любит…
– Спасибо, Мора. Прощай.
Озеро последний раз, прощаясь, послало к его ногам волну.
– Прощай, Наследник.
До встречи, Сумеречный Лорд.

* * *

Однажды пламя Ада доберется и до вас.
Торент - трекер<\/u><\/a> BattleKnight<\/u><\/a> Травиан<\/u><\/a>
Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Mamont
Le serviteur de l`obscurité!


Сообщение: 2847
Зарегистрирован: 22.06.07
Откуда: Прямиком из Ада., Алушта
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.10 20:08. Заголовок: После возвращения со..


После возвращения со встречи Гарри перебывал в несколько смятенных чувствах. Появился он у себя в комнате. Положив ножны с Экскалибуром на кровать, парень некоторое время смотрел на меч с нечитаемым выражением лица. Потом, взмахнув рукой, он заставил меч исчезнуть. Взяв тот меч, который он взял в Савмак, Гарри отправился на поиски последнего.
Глава ОЗОМ обнаружился в себя в кабинете. Он склонился над какими-то картами, разложенными на столе, и внимательно их изучал.
– Савмак, – позвал бывший Поттер старшего друга.
– Гарри? – вздрогнул тот. – Ты уже вернулся?
– Да. Савмак, я бы хотел вернуть тебе этот меч, – он протянул мужчине меч.
– Экскалибур? Гарри, но почему ты возвращаешь его мне? Он ведь твой по праву! – с удивлением воскликнул тот.
– Это не Экскалибур.
– Как?!
– Этот меч принадлежал одному из сподвижников Артура – сэру Гавейну, кузену короля, который умер в той же битве, что и сам Артур, – процитировал Гарольд слова Моры.
– Гавейну? Но откуда тебе это известно?
– Из достоверных источников, – ответил Гарри. Откуда-то он знал, что о Море Савмаку знать не обязательно. – И я считаю, что он должен принадлежать тебе.
– Но я не умею с ним обращаться…
– Научишься, – улыбнулся Гарри. – Я, пожалуй, пойду.
– Да, да, конечно, – отстраненно ответил Савмак, рассматривая меч.
– И еще, меня теперь зовут не Гарри Джеймс Поттер, а Гарольд Артур Пендрагон, – уже держась за ручку двери, сообщил Гарри и закрыл за собой дверь.
– Что?! – но его уже никто не услышал.
А Гарри, насвистывая какой-то незатейливый мотивчик, отправился в библиотеку – он хотел освежить в памяти легенду о короле Артуре. Сейчас все его мысли занимал разговор с Морой. От нее он узнал кучу интересной информации, о которой даже не подозревал. А он, оказывается, и не знал, что жизнь его предка была такой… захватывающей? Нелегкой? Трудной? Гарольд даже и не знал, как можно назвать то, чем являлась жизнь Артура Пендрагона. Одно он знал точно – такой жизни никому не пожелаешь.
Где-то на полпути к хранилищу знаний его перехватила Петуния.
– О, как хорошо, что ты уже вернулся, Гарри! Ты не забыл, какое сегодня число?
– Эээээ… – застигнутый врасплох Гарри не сразу сориентировался, да и, если честно, он забыл нынешнее число.
– Сегодня 1 сентября!
– А это значит… – из Гарри будто дух вышибли. Он и забыл! На этот день было запланировано эпохальное событие – возвращение Гарри в родные пенаты, то бишь, в магический мир. – Сколько времени?
– Почти восемь вечера.
– Успеваю, – у Гарри вырвался вздох облегчения. – Хогвортс-экспресс прибывает в Хогсмит около 9 вечера. Плюс час или больше на распределение. Потом речь директора, во время которой и можно появиться. Тетя, созывайте Совет. Я зову Фоукса.
Развернувшись, парень быстрым шагом отправился к себе.
Несколько секунд Петуния оставалась на месте, смотря вслед племяннику. Потом она развернулась и пошла к Савмаку – пора было созывать тех, кто принимал участие в формировании этого нового Гарри Поттера.
Через несколько минут в кабинете главы ОЗОМ собрались все, кто обучал или хоть как-то приложил руку к обучению Поттера. Не хватало лишь самого Гарри. Но спустя пару минут появился и он. Присутствующие в комнате женщины восхищенно ахнули при его виде – одетый в черную приталенную мантию, темно-изумрудную рубашку, черные штаны и дорогие, из кожи василиска, туфли, он производил впечатление настоящего аристократа, уверенного в себе и сильного, как магически, так и физически. К поясу были прикреплены ножны, богато украшенные и производившие неизгладимое впечатление как своей красотой, так и древней мощью, от них веявшей. Одним словом, от Гарри Поттера так и несло силой и могуществом.
– Позвольте представится – Гарольд Артур Пендрагон, Наследник короля Артура, претендент на трон магической Великобритании, – произнес он глубоким, бархатным голосом, от которого у нескольких молоденьких девушек подогнулись колени.
– Гарольд Артур Пендрагон? – удивлению присутствующих не было предела.
Савмак, который уже слышал о новом имени бывшего Поттера, спокойно сидел во главе стола и лишь с интересом смотрел на Гарольда, ожидая от него объяснений.
– Да. Теперь это мое имя. Больше нет Гарри Джеймса Поттера. Титулы лордов Слизерина, Райвенкло и Гриффиндора остаются за мной, просто теперь я сначала Пендрагон, Наследник трона, а уже потом лорд Гриффиндор-Райвенкло-Слизерин. Больше нет Гарольда Джеймса Артура Годрика Геллерта Поттера-Гриффиндора-Райвенкло-Слизерина. Теперь лорд Поттер – сын Джеймса и Лили, Майкл. У меня нет ничего общего с этой фамилией. Я основатель нового рода, во мне нет ни одной капли крови от Поттеров, только кровь Пендрагонов, Слизеринов, Певереллов, Райвенкло и Грифиндоров. Да будет так! – с последними его словами раздался гром и в воздухе ощутимо запахло озоном. Магия приняла слова Сумеречного Лорда.
– Гм… – прокашлялся Савмак. – Ну что ж, пусть будет так. Теперь перейдем к вопросу, ради которого мы здесь собрались. Гарри, через несколько минут ты возвращаешься в Хогвортс. Уверен, что хочешь это сделать?
– Да, – твердо ответил Пендрагон.
– Что ж. Тогда слушай. Помни, что ты отправляешься туда, где нам трудно будет с тобой связаться. Поэтому, прошу тебя, хотя бы несколько раз в неделю отправляй кому-то из нас письма, в которых будешь описывать ВСЕ, даже незначительные на первый взгляд детали. Я знаю, что ты никому не дашь что-то тебе сделать, но я хочу знать обо всем, что будет происходить в школе. Договорились?
– Да.
– Отлично. Тогда удачи тебе. Помни, что ты в любой момент можешь рассчитывать на нас. Пусть все, задуманное тобой исполнится, Наследник. Для меня было честью познакомиться с тобой, – и, подойдя к парню, Савмак крепко пожал ему руку.
После этого к Гарри стали подходить по очереди все присутствующие и желать ему удачи, пожимать руку. На сердце у Пендрагона защемило – он и не подозревал, что так привязался к этим людям, что они так привязались к нему, что прощание с ними может быть таким тяжелым.
Последней к нему подошла Петуния. Со слезами на глазах она обняла племянника:
– Я рада, что узнала тебя с другой стороны. Рада, что ты мой племянник. Мне жаль, что произошло то, что произошло. Но с другой стороны, я бы так и не узнала, какой ты на самом деле. Береги себя, Гарри. Будь осторожен. Не ввязывайся во что-то опасное.
– Я уже ввязался, тетя, – хрипло ответил Гарри.
– Все равно, постарайся больше ни во что не впутываться.
– Хорошо, тетя, я постараюсь. Извините, но мне пора иди.
– Да, да, конечно, – Петуния вытерла глаза и отступила на несколько шагов, оставив Гарри посреди комнаты.
Гарри обвел взглядом находящихся в комнате людей, улыбнулся и, глубоко вздохнув, превратился в феникса. В тот же момент возле него появился Фоукс. Издав трель, оба феникса исчезли.
– Пусть хранит тебя Господь и магия, Гарольд Артур Пендрагон, –прошептала сквозь слезы миссис Дурсли, глядя на то место, где несколько секунд назад стоял ее племянник.

* * *

Большой зал, Хогвартс.

Директор школы волшебства и чародейства Хогвортс сидел на своем месте за столом преподавателей в Большом зале и осматривал зал. Всего через несколько мгновений сюда войдут ученики и зал заполнится их радостным смехом, разговорами и перепалками. К сожалению, среди них не будет одного ученика, которого Дамблдор желал видеть больше всего на свете – Гарри Поттера. Мальчишку так и не нашли. Северус сообщил, что и у Темного Лорда его нет – ни в качестве пленника, ни в качестве ученика. Но где же тогда мог быть маленький паршивец? Ни одно зелье поиска не могло дать ответ на этот вопрос. Более того, они показывали, что такого человека не существует. Но если бы он умер, то его труп рано или поздно бы обнаружили. Если он не погиб в каком-нибудь захолустье и его тело не сожрали дикие звери. Но… Поиски велись и дальше. Хотя бы для успокоения его соратников. Сам директор давно уже не верил, что отпрыск Поттеров найдется. А так как народу нужен был Избранный, то на эту роль Дамблдор подумывал начать готовить Лонгботтома.
Тем временем в зале начали появляться преподаватели. Они здоровались с директором и занимали свои места. Вот подошли Поттеры и Блэк. Они сели справа от Дамблдора, оставляя одно место свободным для Макгонагал. Появился Снейп. Бросив мрачный взгляд на Джеймса и Сириуса, он сел на свое излюбленное место с краю преподавательского стола, ближе к столу Слизерина. Вслед за деканом факультета змей подошли Флитвик и Спраут. Неспешно вплыла Трелони, глядя на коллег из-за своих огромных очков. Фиренце, оставшийся в школе, прошел к левому краю стола. Наконец, когда все преподаватели расселись, послышался гул приближающихся голосов и двери Большого зала открылись, впуская учеников. Дамблдор нацепил самую радушную из своих улыбок и начал рассматривать детей, рассаживающихся за своими столами и перекрикивающимися со своими товарищами с других факультетов.
Спустя несколько минут Минерва Макгонагал ввела в зал первокурсников. Филч внес старый табурет, на котором лежала не менее древняя шляпа. Будущие ученики с удивлением на нее уставились. Тут шляпа открыла подобие рота и запела. Как всегда, ее песня восхваляла четырех Основателей, описывала качества, необходимые для одного из факультетов. Но в конце она сказала:
– Его предали, его обидели. И этим самым себе подписали смертный приговор. Сумеречный Лорд не прощает предательств. Наследник великого короля пришел в этот мир. Великой мощью он обладает. И горе тем, кто встанет у него на пути.
В зале воцарилась тишина. Никто не знал, как реагировать на последние слова Шляпы. Да, она предупреждала об опасностях, но никогда еще не угрожала так ясно и прямо.
– Кхм-кхм…Думаю, нам лучше начать распределение, – заметил директор, а себе сделал пометку позже подумать о словах Шляпы, а еще лучше – расспросить ее саму, что они значат.
– Ох, конечно! – очнулась Макгонагал и развернула свиток. – Айва, Элеонор!
– Райвенкло! – воскликнула Шляпа, как только русоволосая девчушка надела ее на голову.
– Берри, Эндрю!
– Хаффелпафф!
– Бетвуд, Ребекка!
– Хаффелпафф!
– Дорм, Анна!
– Гриффиндор!
– Естер, Изабелла! – светловолосая девочка с надменным взглядом голубых глаз стала первой ученицей Слизерина.
С этого момента Дамблдор перестал следить за распределением. Против воли, мысли возвращались к словам Шляпы. Что же они значили? И кого касались? Появилось ощущение, что касались-то они как раз пропавшего Поттера. Но не очень в это верилось. Конечно, магический потенциал мальчишки был высоким, но не настолько, чтобы он оказался Сумеречным Лордам, вторым за всю историю. Хотя… Если хорошенько подумать, то как еще объяснить то невероятное везение, те ситуации, которые Поттеру удавалось пережить не иначе, как с помощью магии?
Тут мысли директора были прерваны новой фамилией, прозвучавшей в зале:
– Поттер, Майкл!
Дамблдор нагнулся поближе, чтобы рассмотреть мальчика – второго сына четы Поттер. Конечно, он время от времени навещал Поттеров в их испанском поместье, но самого Майкла не видел довольно давно. Мальчик выглядел намного лучше, чем его старший брат в этом же возрасте – выше, крепче, он был более загорелым и развитым. Каре-зеленые глаза смотрели на мир с интересом и некоторой долей превосходства, а черные с рыжеватым отливом волосы находились в большем порядке, чем у отца и брата. Пока директор рассматривал его, Майкл подошел к табурету и неспешно вылез на него, надел Шляпу. Поттеры и Дамблдор, затаив дыхание, стали ожидать приговор Шляпы. А та, казалось, нарочно тянет с этим. И только несколько долгих минут спустя она объявила:
– Гриффиндор!
И директор, и родители мальчика с облегчением выдохнули. А стол Гриффиндора овациями встретил своего нового члена. Хотя и смотрели на него с некоторым предубеждением – все еще помнили статью о его брате. И никто не видел, как черный феникс появился в нише под потолком.
Наконец, церемония распределения закончилась и директор поднялся со своего места, чтобы поприветствовать новых и старых учеников и произнести свою ежегодную речь. Но не успел он открыть рот, как в зале раздалась прекрасная музыка, с каждой минутой становившаяся все громче. Тут двери Большого зала со стуком открылись, впуская двух птиц – черную и рыжую. Именно от них и исходила музыка. Они пролетели по всему залу и лишь перед преподавательским столом разлетелись в разные стороны. Они начали летать по всему залу, исполняя разнообразные фигуры высшего пилотажа. То тут, то там начались раздаваться восклицания учеников, с восторгом смотревших на полет фениксов, а это были именно они. Наконец, заложив очередной вираж, черный феникс приземлился в центре зала, прямо напротив директора. Его же товарищ сел на один из флагов, висевших в воздухе. Тут черного феникса объяло пламя. Спустя несколько секунд оно спало, явив взору высокую фигуру молодого человека, который стоял, опустив голову. Вдруг он резко поднял голову и улыбнулся, глядя на Дамблдора яркими зелеными глазами:
– Здравствуйте, директор. Ну что же вы? Будто привидение увидели, честное слово…
– Поттер, – прошептал директор побелевшими губами, крепко вцепившись в стол.

Предатели.
Семья, друзья. Учитель.
Предатели.
Все те, кого любил.
Душа болит…
Ну что же вы молчите?!
Из крика – хрип.
Вам же не нужно, чтоб я жил…
Пусть, все равно –
Уже прошло, забудьте.
Мне суждено
Стоять на перепутье.
Из двух дорог
Я выбираю третью –
Это мой рок,
Моя судьба на свете.
И Тьма, и Свет –
Не разорвать надвое,
И да, и нет…
Любое зло – большое!
Рассвет, Закат –
Сменяются картины,
Но как назвать
Чужих людей родными?
Не день, не ночь,
Не белый и не черный.
Хотел помочь,
А сделался виновным.
Спасибо вам
За силу и науку.
Теперь я сам
С грустью иду под руку…

* * *

Предупреждения и пояснения от моей беты Анилы, которая, по сути, и является автором этой главы. Все вопросы, касающиеся легенды об Артуре, к ней. Советую почитать - поможет разобратся, что к чему.
В этой главе использована информация, которая относится к циклу под названием «Артуриана». В моей «легенде» многое взято из книг Анджея Сапковского, Мэри Стюарт, Томаса Мэлори, Мэрион Брэдли, Стивена Лохеда и прочих авторов, так как каждая прочитанная книга влияет на восприятие легенды. Все, что не является плодом моего больного мозга – целиком и полностью принадлежит сим авторам, а также неизвестным бардам, которые первыми слагали песни о короле Артуре. Отдельное спасибо Джефри Монмаутскому (Гальфриду Монмутскому) – за «Историю королей Британии», и монаху Неннию – за «Историю бриттов».
События, происходившие в 470-550 гг. н. э. в истории практически не освещены, как написано у Мэри Стюарт «смутнее времени в британской истории не сыскать», поэтому все авторы, пишущие о короле Артуре, полагаются большей частью на свою фантазию. Я не автор, а это – не книга, поэтому фантазии моей здесь мало. То, что известно – я написала так, как захотела. Что-то – правда, что-то – вымысел, что-то – мое, а что-то – чужое, все подгонялось под сюжет, а сюжет подгонялся под легенду. Если кому не нравится – покорно прошу прощения. Я писала так, как я это чувствовала, стараясь не особо очернять персонажей легенды, и не сильно обелять их. Все были хороши в том, что святых среди них не было – время не то было.
Брошь, подаренную Гарри, я нагло сплагиатила у моей любимой М.Стюарт. Как и многое другое впрочем. Объяснить я это могу лишь одним – ее книги мне кажутся наиболее правдоподобными, хоть при этом они и не соответствуют истории, что я осознаю.
Описание Экскалибура я взяла из разных источников – помимо легенд я пользовалась книгами А. Сапковского, «Мабиногионом», Т. Мэлори. В легендах упоминаются несколько вариантов надписей на Экскалибуре. Я выбрала вариант, который он мне больше нравится. Экскалибур у меня украшен драконами (а не змеями, как в некоторых вариациях легенды), потому что Красный Дракон был символом Утера Пендрагона.
Некоторые имена и названия я взяла из ранних источников легенды. Но не все – Моргауза у меня остается собой (хотя факт ее существования вызывает сомнения), Мордред – Мордером, а не Мердраутом, сыном, а не племянником Артура, а любовником Гвиневеры является не он, а Ланселот, хотя я прекрасно знаю, что он был придуман много позже. Они остаются негативными персонажами только потому, что во всякой истории должны быть «хорошие» и «плохие». В целом мне наиболее импонирует Мордред Мэри Стюарт, так что он и у меня будет подобным. Имя «Тристан» мне нравится больше, чем «Тристрам» или «Друстрам», так же, как и Изольда остается Изольдой, а не кельтской Эссельт. Тут уж я просто не могла поступить иначе – меня слишком сильно впечатлила новелла «Maladie» Сапковского, поэтому их историю я не придумывала – такое менять нельзя. Запах яблок – оттуда же. Часть истории не из мифа, а от Стивена Лохеда. Тоже подправленная, правда.
Летней Страной назывались обширные земли на юго-западе Британии, от южного побережья Бристольского залива до берегов Ла-Манша, у основания Корнуолла (ныне английские графства Сомерсет и Девон и прилегающие к ним территории).
Прекрасно знаю, что Пендрагон – это не фамилия, а звание. Но для сюжета надо было сделать это фамилией, и не только Утера и Артура, но и Аврелия. И всех их потомков, ага.
Мора дала Гарри два имени – одно английское, второе кельтское. У друидов было по три имени – ДАННОЕ родителями, ВЫБРАННОЕ (под которым он известен другим посвященным) и ТАЙНОЕ (используемое при взаимодействии с миром Силы, которое дает учитель). Сам посвященный выбирал лишь второе, Гарри, бедному, и того не дали.
Хочу также предупредить, что Мора – не Мэри Сью и никогда ей не станет. Она не сильнее остальных магов, просто ее методы колдовства отличаются от современных. Основная ее функция – показать, что Гарри тоже не самый умный, потому что после перехода к нему знаний предков его мало кто удивить может. А для Моры он – ребенок. Она девочка слегка так сумасшедшая – с Луной Лавгуд они бы подружились точно. Не в плане, что Мора тоже верит в существование мощерогих кизляков, просто Море окружающий мир также побоку.

Однажды пламя Ада доберется и до вас.
Торент - трекер<\/u><\/a> BattleKnight<\/u><\/a> Травиан<\/u><\/a>
Спасибо: 0 
Профиль Ответить
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 5
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Текстовая версия



Снарри-форумЯмаSnape UnsnapedRussian Fan Fiction HistoryСказки...Семейные архивы СнейповКлуб Любителей СойераТайны темных подземелий
УсадьбаВидения Хогвартсафемслеш и юриДомианаСайт о Гарри Поттере.Всегда самые горячие новости. Отряд Дамблдора ждет тебя!Библиотека фанфиковХогвартс Нэт